Следующая

ИНТЕРМИССИЯ

 

– Ох, господин рыцарь. Похоже, ты в дурном настроении.

Лежа на залитой солнцем каменной ступеньке, я услышал зовущий меня голос.

Вообще-то у меня есть прекрасное имя «Энек», но, когда меня зовут рыцарем, это тоже неплохо. Я великодушно фыркнул через нос и взмахнул хвостом.

– Кстати, Ее преподобие здесь?

Голова этой женщины была обернута полотенцем, рукава закатаны, а сложена она была как медведь.

Я вспомнил, что она бондарь – человек, который делает бочки. К этому часу, должно быть, утренний рынок уже успокоился, и она устроила себе небольшую передышку до обеда. Возможно, она даже пришла вознести пару молитв.

Размышляя об этом, я сладко зевнул.

– Кто-то сказал, конная карета приехала на холм, где детишки играют, и я подумала, может, это та, о которой говорила Ее преподобие.

– …

С трудом удерживая тяжелые веки, я поднял глаза на женщину.

Потом, вздохнув, встал и вошел в церковь.

– Знаешь, дети сказали, та карета вся черная… как будто с призраками. Все ли будет хорошо?..

Женщина шла следом за мной, и ясно было, что в ней сражаются любопытство и неуверенность.

Обликом она походила на медведя, но характером – скорее на кошку.

– Что ты собираешься делать, господин рыцарь? Пойти вместе со мной?

Люди в этом городке охотно разговаривают со мной, но если бы я им всем отвечал, то не выдержал бы.

Не обращая на нее внимания, я дошел до середины коридора, где была писарская комната. В ней священница писала важные письма и книги.

Совсем недавно здесь все бурлило – весенний праздник урожая, чествование святых, – но сейчас было мирно и покойно.

Впрочем, умеющих писать людей здесь немного, и эти немногие всегда завалены работой. Уверен, она и сегодня много чего пишет в этой комнате.

Если все идет, как должно идти.

– Ваше преподобие, кажется, карета… – проговорила женщина, легонько постучавшись и приоткрыв дверь.

Остаток слов она проглотила. Моя хозяйка, высокопарно именуемая «Ваше преподобие», лежала головой на столе и спала. Сейчас уже было довольно тепло. Даже из кровати выбираться непросто.

Все же, хоть и спина ее, и волосы в последнее время подросли, она походила на ребенка, когда спала.

Я, словно прочищая горло, гавкнул.

– Ххааа?!

Хозяйка проснулась и заполошно распрямилась. Ее глаза заметались по комнате, пока не увидели меня и женщину в дверях. Хотя на столе перед ней лежали горы бумаг и книг, а также одежды и портняжных орудий.

– А, госпожа Рифкин… А, эээ… ха-ха…

Совершенно по-детски она попыталась убрать одежду и портняжные орудия в стол, как будто желая их спрятать.

Довольно-таки легкомысленное поведение для слуги Единого бога. Прожив столько лет, хозяйка все еще не изжила в себе некую детскость.

– Я совершенно не сержусь, – и женщина озорно улыбнулась. Хозяйка как будто съежилась от смущения, но тут же, встретив мой взгляд, посмотрела немного обиженно. Совершенно неразумно вести себя так, словно виноват во всем был я.

– А, да, так в чем дело? Если подготовка к празднику святого покровителя гильдии, то я нанимаю господина Боца, и…

– Нет, я не поэтому. Кажется, в город въехала карета. Я подумала, что, может быть, эта та, про которую Ваше преподобие говорили, и решила сказать.

– …Карета?

– Ну да. Ваше преподобие сами говорили, что нужно будет поехать куда-то далеко…

– …

Хозяйка смотрела на женщину пораженно, а потом вдруг широко раскрыла рот и ахнула.

– Я думала, она будет на следующей не-… А, ээ, прошу меня извинить!

И, подобрав подол своего длиннополого одеяния, она выбежала из комнаты в довольно неженственной манере.

Женщина рассмеялась, держась за живот, словно опасаясь, что он отвалится.

У меня есть смутное ощущение, что хозяйка была надежнее, когда была пастушкой.

 

***

 

Фея Нора.

Так звали хозяйку в те времена, когда она была пастушкой и искусно вела стада овец.

Сейчас, однако, она была священницей в маленьком городке и вела иную паству.

В этом мире никогда не знаешь, что может произойти.

По характеру честная и серьезная, в торжественном месте, занимаясь праздниками и ритуалами, хозяйка в целом справляется хорошо.

Однако, несмотря на то, что она обладает способностью терпеть холод и голод и в то же время оберегать овец от лис и волков – а может быть, благодаря этой способности, – хозяйка на удивление рассеянна. Это я понял вскоре после того, как мы поселились в этом городке.

Даты, числа, имена людей, слова молитв, порядок действий на церемониях – в целом она все это знала, но иногда забывала мелкие подробности.

Как ни печально, но, если бы меня рядом с ней не было, ее никто не счел бы взрослой.

– Эммм… одежда, еда, о, надо и Священное писание взять. И молитвенник… а? Может, нужно взять несколько пар башмаков? Но я уже так давно не ношу башмаки… почему-то…

Приглаживая рукой свои светлые волосы, спускающиеся до середины спины, она в то же время лихорадочно собирала раскиданные перед ней вещи. Достала одежду, в которой пришла в этот городок. Что она собирается с этой одеждой делать? Размер-то уже не тот.

Лежа на брюхе в дверях, я укоризненно вздохнул.

– Ааа… так, письмо тоже не забыть, так, теперь, теперь…

Когда она выгоняла овец на пастбище, она не задумывалась, что брать с собой.

Быть может, Церковь права, когда учит, что свои вещи нужно раздать тем, у кого ничего нет. Именно обилие вещей заставляет колебаться перед лицом путешествия. Перед лицом самой жизни – тем более.

Я вздохнул еще раз. Хозяйка заметила и повернулась ко мне.

Когда я подумал «ой-ей-ей», в меня уже летел фартук.

– Хорошо быть таким беззаботным, Энек!

Эти слова я слышу время от времени все пять лет, что мы живем в этом городке.

Конечно, все совсем не так.

Просто для меня гораздо важнее, получу ли я на ужин кусок мяса, чем хорошо ли прошла месса.

Пока хозяйка металась по комнате, точно ураган в человеческом обличье, я выбрался из-под фартука, вдыхая запах хозяйки, – и тут мои уши уловили стук в дверь церкви.

Я могу различать по стуку почти всех, кто живет в этом городке.

Этот стук был мне незнаком.

Гость, пришедший извне.

 

***

 

Ее вполне можно было бы назвать посланницей преисподней.

Перед церковью собралась целая толпа.

Одно время из-за мора городок практически вымер, но те храбрецы, которые все-таки остались, отказавшись сдаваться, при поддержке хозяйки вернули город в довольно процветающее состояние.

Визиты людей из-за городской стены были событием не таким уж редким. Иногда сквозь город проезжал целый торговый караван – десятки людей на лошадях. Но сейчас это были великолепные черные лошади, запряженные в черную же карету, а сзади – повозка, везущая вещи, и все это охраняли шестеро крепких мужчин. Неудивительно, что горожане заинтересовались.

Хозяйка потрясенно застыла, едва вышла из церкви и увидела карету.

Потом она принялась отчаянно приглаживать рукой волосы, но без шансов на успех, потому что они с самого начала были довольно волнистыми. Кроме того, стоило взглянуть на вышедшего из кареты человека, чтобы понять: любые попытки хозяйки пригладить волосы просто жалки.

Высокая женщина – не такое уж редкое зрелище.

Редкое зрелище – высокая женщина, держащаяся с таким достоинством.

– Ив Болан, – представилась женщина. Она была прямая и тонкая. Нет, «тонкая» – неподходящее слово: скорее, как будто ваятель тщательно срезал с ее фигуры все лишнее. Аромат ее был, несомненно, женственный, но при этом – впервые за долгое время мой нос уловил запах зверя, властвующего над степями.

– Ааа… эмм…

Хозяйка была все еще смущена, однако все-таки она достигла определенного успеха как священница, и потому сумела собраться с духом. Прокашлявшись, она выпрямила спину и с улыбкой ответила:

– Я Нора Арендт.

Несмотря на то, что хозяйка выпрямилась, эта Ив все равно была на голову выше. Кроме того, она подавляла отнюдь не только ростом. Моя хозяйка прилично нарастила мясо за последние пять лет, но женщина перед ней выглядела просто волчицей в расцвете лет. Видимо, свою роль играли выпуклость груди и изящные изгибы сзади.

Ив, походящая более всего на аристократку, украшающую себя мехами при любой погоде, смерила хозяйку взглядом с ног до головы, тихо вздохнула и промолвила:

– Он и вправду…

– А? – тихо переспросила хозяйка. Ив моргнула ресницами, такими длинными, что, казалось, можно услышать их движение, и ответила:

– Нет, ничего. Лучше будет, если всем необходимым займусь я. Если тебе будет скучно вечером, достаточно взять с собой Священное писание. Мы будем еще в других местах останавливаться, как я написала в своем письме. Отбываем сегодня.

Договорив, женщина по имени Ив вернулась в карету.

Хозяйка какое-то время стояла неподвижно, потом посмотрела на меня.

Лаять было лень, поэтому я фыркнул.

 

***

 

Похоже, Ив вела дела в какой-то стране на юге.

Насколько большие дела, я мог только догадываться, но опыт подсказывал мне, что большие.

Карета была достаточно широка, чтобы на каждом сиденье могли свободно уместиться трое взрослых, а сидений таких было два, друг напротив друга. Сами сиденья и их спинки были плотно набиты хлопком, а снаружи покрыты тканью и украшены тонкими орнаментами. Несмотря на решимость хозяйки жить ради горожан, она сохранила тягу к портняжному делу и потому очень интересовалась этими украшениями.

Что до меня, то я редко видел одеяния вроде того, в каком была Ив. Очень удобное на вид одеяние, напоминающее мантию, но отличающееся в мелочах. Видимо, в ответ на любопытные взгляды хозяйки молчаливая Ив коротко произнесла:

– Это из пустынного королевства.

Путешествие проходило мирно.

Ив была неразговорчива по природе, хозяйка тоже была не из тех, кто любит заводить беседы. Когда хозяйка получила разрешение Ив, я тоже залез на сиденье и принялся смотреть в окно, а хозяйка все время гладила меня по голове.

Когда она была пастушкой, едва мы выходили за городскую стену, нам открывались отнюдь не бескрайние просторы. Да, та земля больше походила на страшную тюрьму, ибо куда бы мы ни пошли, ничего не менялось.

Я был бы вполне доволен, если бы мы жили в лесу.

Но хозяйка, человеческое существо, могла существовать лишь среди себе подобных; я, будучи псом, прекрасно понимал, как тяжело жить в том мире.

Когда никто не помогает, все дни наполнены лишь тем, чтобы доставать еду и отправлять себе в рот, и до последнего вздоха едва ли хоть что-то изменится.

Когда хозяйка лежала под соломой в овечьем загоне и глядела на луну, пока вокруг нее копошились мыши и насекомые, она хоть и не высказывала это вслух, но думала, я уверен.

А потом одна случайная встреча изменила все.

После нее жизнь хозяйки изменилась навсегда.

Тех, кто бежит вперед со всех ног, не счесть. Однако многих из них в конце концов ноги подводят. Но если бы нашелся кто-то, кто всего лишь чуть-чуть подтолкнул их сзади, они вполне смогли бы продвигаться вперед и дальше.

Как смогла моя удачливая хозяйка – и добралась до нового места.

– Не тревожишься, что уехала?

Шел второй день путешествия.

Дописав какое-то письмо и глядя на его содержимое, Ив коротко задала этот вопрос.

– А?

– В конце концов, городские священники нечасто отправляются в путешествие.

Размашисто подписавшись, она перечитала текст, потом протянула руку с письмом в открытое окно. Тут же ожидавший снаружи мужчина взял его, сложил, запечатал и поскакал в другую сторону, не в ту, куда ехали мы.

Женщина вернулась к прежней теме.

– Должно быть, это было непростое решение. Ньоххира ведь на другом конце света. Даже я колебалась.

Часто говорят, что даже если ты на краю света или под землей – если можешь держать спокойное лицо, пить вино и писать письма, значит, твои дела не так уж плохи.

Но эта Ив недооценивала хозяйку. Хозяйка ведь не какая-то обычная священница маленького городка, ничего не знающая о мире. Хотя у нее, несомненно, есть некоторые глупые черты, все же она прекрасный человек, никогда не сдающийся перед трудностями и лишениями.

Я поднял голову с коленей хозяйки и заглянул ей в лицо.

«Скажи что-нибудь», – подумал я.

Хозяйка негромко рассмеялась.

– Конечно, я немного нервничала при мысли о том, чтобы уехать из города, – наконец ответила она с приятной улыбкой. Я негромко гавкнул, и хозяйка погладила меня по голове, точно успокаивая. – Хотя в прошлом мне самой хотелось уйти прочь, но я не могла…

– …

Ив, положив локоть на раму окна и очень неженственно опираясь подбородком на ладонь, наблюдала за глядящей в окно хозяйкой.

В лесу так себя ведут хищники.

– Его ты встретила в том городке?

Что-то вроде паузы было перед тем, как Ив, тоже глядящая теперь в окно, спросила, словно ей это было вовсе не интересно.

– Нет, в Рубинхейгене.

– О? Ты была монахиней?

– Нет… – застенчиво ответила хозяйка, опустив взгляд на меня. Она выглядела как человек, заглянувший в сундук с драгоценностями. – Церковь опекала меня, но не больше. Я была подобна маленькому испуганному агнцу.

Я посмеялся над самоуничижительными словами хозяйки.

Лишь благодаря тому, что она сбежала из того места, она могла сейчас рассказывать о нем с улыбкой.

– Я была пастушкой.

Ив удивленно подняла голову от ладоней и снова посмотрела на хозяйку – на этот раз очень пристально.SaW_v17_025

– Так я их обоих и встретила… или правильнее было бы сказать, они меня спасли… или втянули в большую суматоху? Хи-хи. Последнее, думаю, точнее всего.

Даже моя невероятно серьезная хозяйка могла теперь говорить в такой манере. Конечно, та волчица и тот баран пытались нам помочь, но в конце концов просто впутали нас в хаос, который сами устроили.

– Госпожа Болан, а ты где с ними познакомилась?

Хищник задает всего один вопрос. «Как ты предпочитаешь, чтобы тебя ели, с головы или с хвоста?»

Видимо, поэтому женщина на вопрос хозяйки изрядно нахмурилась.

– «Ив» достаточно.

Хозяйка с улыбкой кивнула и поправилась:

– Госпожа Ив.

– Это было севернее. Как оказалось, они заехали к нам по пути.

– Вот как?

С прихожанами хозяйка могла поддерживать разговор часами.

Она мягко смеялась, она кивала, иногда она поддакивала, иногда она возражала – легонько, словно похлопывая рукой.

Поэтому и сейчас она ничего особенного не произнесла, но все равно ее опыт разговора с людьми развязал язык Ив.

– Значит, ты была робким агнцем.

– Мм? – переспросила хозяйка, а потом смущенно улыбнулась и кивнула.

– А я была раненой волчицей.

Ив смотрела вдаль, но видела, несомненно, какое-то старое воспоминание.

Когда хозяйка привыкла к тому городку и смогла позволить себе иногда углубляться в воспоминания, у нее был точно такой же вид.

– Вот почему…

– …

Хозяйка не стала переспрашивать, просто неотрывно смотрела на Ив.

– …из меня не вышло разлучницы.

Глаза хозяйки чуть расширились.

Ив слабо покачивалась под взглядом хозяйки, в свою очередь, глядя на нее искоса.

На ее губах играла тонкая улыбка, но казалось, что смеется она над собой.

Похоже, тот мужчина занимал изрядное место в ее мыслях.

Более того, ее взгляд намекал, что она считала хозяйку такой же, как она, но, если память меня не подводит, хозяйка не думает о мужчинах вообще. С тех пор как она поселилась в том городке, с ней пыталось сблизиться немало мужчин, но она всем вежливо отказывала.

Хозяйка объясняла это тем, что она слуга Господа, но истинная причина была не в этом.

Пока с нею я, ей этого достаточно.

Я коротко вздохнул, а хозяйка, поглаживая меня по затылку, сказала Ив:

– Видишь ли, когда внимание барана что-то привлекает, все остальное вылетает у него из головы.

При этих словах хозяйки Ив натянуто улыбнулась.

– Пфф. Однако ей хватило смелости позвать нас.

Ив снова выглянула в окно, но на этот раз она, похоже, и вправду смотрела наружу.

– Использовать меня как девочку на побегушках – это само по себе требует смелости. Можешь поверить? С нами в этой карете в Ньоххиру поедут еще три женщины.

– Ого!

– Немыслимо, правда? Я оскорблена до глубины души. В повозке позади нас много дорогой одежды и украшений. Ты… госпожа Нора, да? Можешь взять все, что понравится, и одеться как пожелаешь.

Эти слова Ив произнесла со зловредной улыбкой, которая ей очень шла.

Неудивительно, что ответная улыбка хозяйки получилась немного натянутой. Она-то не интересовалась никакими самцами, кроме меня.

Однако она подумала немного, глядя на кончик моего носа, а потом подняла глаза и сказала:

– Даже овец нельзя баловать все время.

Женщина-волчица ухмыльнулась хозяйке.

Я был потрясен этими словами. Невольно мне вспомнился тот баран. Лежа головой на коленях хозяйки, я издал нечто среднее между смешком и вздохом.

 

***

 

Неудобства путешествия давали о себе знать, однако приготовленные Ив вещи и сама карета были роскошны, да и спать в карете было удобнее, чем в той старой церкви с ее сквозняками.

Хозяйка намного крепче, чем выглядит, и, похоже, Ив тоже отдала этому должное.

Хотя никаких разговоров, которые заслуживали бы так называться, не было, атмосфера царила вполне здоровая, и мне удалось хорошо поспать у хозяйки на коленях.

Так шло, пока мы не приехали в какой-то город. Похоже, здесь к нам должна была присоединиться еще одна женщина.

Однако сначала был горячий ужин и хорошая ночь на постоялом дворе. А потом мы встретили утро.

Как раз утром, гадая, что за человеком окажется наша новая попутчица, я поймал странный запах.

– …Чем это так пахнет?

– Эликсирами.

– Элик… сирами?

– В этом городе живет много алхимиков. По-видимому, их здесь собирает женщина, за которой мы приехали.

Слова «мукомол», «палач», «пастух» она произносила таким же тоном, как «ведьма» и «алхимик».

Она говорила шутливым голосом, точно пугая ребенка, но, когда хозяйка одобрительно хмыкнула, я был немного разочарован.

– Запахи любопытные, однако в Ньоххире их будет столько, что тебе надоест.

– Ээ, правда?

– Ньоххира знаменита своими источниками. В тех горах купальни повсюду, куда ни кинешь взгляд. Просто представь себе ванну размером с озеро. И везде запахи, похожие на здешние.

Конечно, я счел это заявление довольно сомнительным, но хозяйка приняла его за чистую монету.

На этот раз, как и желала Ив, я придержал язык и ограничился мыслями.

Если ванны там размером с озеро, кто же захочет в них купаться?..

Естественно, я решил, что это преувеличение.

Едущая по улице карета повернула и мягко остановилась.

Возница сошел с козел и спросил чье-то имя, чтобы удостовериться.

Похоже, все прояснилось быстро: в деревянную дверь кареты деликатно постучали.

– Да, – коротко ответила Ив и вежливо открыла дверь.

Там стояла женщина – должно быть, та самая легендарная ведьма.

– Я Дин Рубенс. Можете звать меня Дианой, – с улыбкой сказала она, и ее блестящие черные волосы легонько заколыхались.

 

***

 

От этой женщины ощущение было совсем не такое, как от Ив и хозяйки.

Она сидела на том же сиденье, что и хозяйка, и все с той же тонкой улыбкой смотрела наружу.

Я нехотя свернулся у ног хозяйки, но время от времени поглядывал на женщин, следя за тем, что происходило у меня над головой.

Хозяйка искоса посматривала на Диану, Ив тоже.

Я примерно понимал почему. Вопрос был очевиден: какие могли быть отношения между женщиной, от которой исходила такая атмосфера, и тем тупоумным бараном?

– Кстати… – начала разговор похожая на черного ворона Диана. – Мне любопытно, вы подруги?

На первый взгляд, ее спокойное улыбчивое лицо и манеры намекали на мягкий характер.

Однако нос подсказывал мне, что эта птица ближе к Ив, чем к хозяйке.

Ив, сделав скучающее лицо, окинула Диану довольно бесцеремонным взглядом и, опершись подбородком на руку, ответила на вопрос вопросом:

– А что, на это похоже?

– Не очень, – и Диана с ничуть не изменившимся выражением лица, по-прежнему улыбаясь, повернулась к хозяйке. – Просто я с трудом могу поверить, что тот человек способен еще более чем на одну связь, и поэтому решила, что вы подруги.

От этих слов хозяйка почти улыбнулась. Кое-как ей удалось сдержать улыбку, но она могла прорваться в любой момент, когда хозяйка повернулась к Ив.

– Здесь я не могу не согласиться.

– Конечно.

Диана с радостной улыбкой повернула голову и пригладила волосы, такие черные, что они как будто сияли; волосы зашелестели. И у Ив, и у хозяйки волосы были великолепного золотистого цвета, но они обе даже не попытались повторить движения Дианы. Хотя у меня самого шерсть черного цвета, но, увы, сравнивать я не умею.

– Должна сказать, увидев тебя, я тоже подумала, что это довольно загадочно, – произнесла Ив.

– Хи-хи. Я, понимаешь ли… старше них в смысле жизненного опыта.

– ?..

Ив, приподняв бровь, продолжала смотреть на Диану. Можно сказать, она тщательно обдумывала слова своей собеседницы, но, даже размышляя, она держалась совершенно закрыто.

Хозяйка наклонила голову – так она делала, когда чувствовала, что ветер дует со странного направления.

– Скажите, кто-нибудь из вас замужем?

На этот вопрос Дианы Ив слабо улыбнулась, села прямо и подняла руки на уровень плеч.

– Я слишком занята денежными делами.

– Хи-хи, – издала смешок – похоже, типичный для нее – Диана, не выказав признаков удивления, и повернулась к хозяйке. Та улыбнулась нервно.

– Горожане время от времени делают мне предложение, но…

– Вот как? – и Диана перевела взгляд на меня. – Может, это ты им мешаешь, а?

Ах она!

Я коротко гавкнул и заглянул хозяйке в лицо.

– Конечно, он всегда меня защищает, – ответила хозяйка и погладила меня по голове, а потом обняла ее обеими руками. – Да, Энек?

– Гав, – конечно же, ответил я, однако лицо хозяйки стало немного тоскливым.

Конечно, я понимал почему.

Хозяйка всегда полна сил и жизни, но я-то нет.

Мои лучшие годы пастушьего пса закончились пять лет назад. Хотел бы я сказать, что у меня еще много лет впереди, но, увы, на самом деле это не так.

– А у тебя, значит, есть муж?

Диана перевела взгляд с меня на задавшую этот вопрос Ив.

– Был.

Судя по этому короткому ответу, данному без малейших колебаний, она не собиралась оглядываться назад и копаться в старых воспоминаниях.

И все же, когда Диана, от которой по-прежнему исходило какое-то непонятное ощущение, положила белоснежную ладонь на грудь, у нее было лицо, как у юной девушки, вспоминающей секреты минувшей ночи. Она продолжила:

– И когда они пришли в мой город, я была возбуждена так, как не была уже много лет. С вами было так же?

Ее взгляд обратился на Ив, потом на хозяйку. Те посмотрели друг на дружку и одновременно натянуто улыбнулись.

– Раздражение считается как часть возбуждения? – поинтересовалась Ив.

– Если только в возбуждение входит и зависть, достаточно сильная, чтобы ослепить, – сказала хозяйка.

После этих ответов на лице Дианы отразилось некоторое удивление, но тут же она мило улыбнулась. Это была не маска, как прежде, а нечто более естественное.

– Хи-хи. И в конце концов вас обеих тоже позвали. Это просто, э…

– Раздражает.

– Вызывает зависть.

Обе женщины закончили слова Дианы разом, а потом все три заулыбались.

– Но, думаю, это невинное очарование может когда-нибудь завести их в сложное положение.

– Уверяю тебя, только один из них окажется в сложном положении, – и Ив улыбнулась всезнающей улыбкой. Хозяйка и Диана захихикали.

Несмотря на совершенно разные происхождение, возраст и воспитание, того глупого барана они оценивали одинаково. Будучи согласен с ними, я, конечно, на его защиту вставать не собирался.

– Но именно поэтому для меня стало неожиданностью, что они решили устроить должную церемонию, – заметила Диана и достала из сумочки запечатанное письмо.

Оно выглядело так же, как то, которое получила хозяйка. Открывая свой экземпляр, она походила на мотылька, чересчур близко подлетевшего к пламени.

– Ха-ха. Я подумала точно так же! Мне казалось, что они будут слишком смущаться, чтобы так сделать.

– Вот именно. Я их решимость поддерживаю, но чтобы пригласить и нас…

– И будет еще двое гостей? – спросила хозяйка. Ив довольно вздохнула и ответила:

– Да. Все-таки он совершенно немыслимый тип.

– «Немыслимый тип», да, это прямо про него, – кивнула Диана.

Хозяйка робко обратилась к ней:

– Да, кстати, о чем ты с ними говорила? Как старшая в смысле жизненного опыта.

Я непроизвольно поднял голову – мне показалось, что этот вопрос очень нетипичен для хозяйки.

Тем не менее – и вопреки робкому тону – на лице хозяйки был написан живой интерес. Хотя в городке она никогда не влезала в женские беседы, она была в самом подходящем для этого возрасте.

– Хочешь узнать? – и Диана странно улыбнулась.

– У нас много времени, – с усмешкой заметила Ив и, как и хозяйка, подалась вперед.

– Это история любви, известная людям моего города…

Когда Диана начала свой рассказ с этих слов, атмосфера в карете стала для меня, рыцаря, довольно неуютной.

 

***

 

У этих шумных женщин было время. И вино. И сверх того – множество прекрасных закусок.

Поглощенные рассказом Дианы, они смеялись, они ужасались, они иногда улыбались, иногда сердились, иногда просто слушали с интересом.

Хотя никто из них не был ребенком, а Ив и Диана не походили на любительниц веселых бесед, все они вели себя как юные девушки. Хозяйка тоже участвовала в разговоре, хоть и почти не перебивала, и время от времени пила вино, которое ей полюбилось. Увы, я не испытываю желания высказать свое мнение о том, кто из трех своим поведением напоминал самую глупую девушку.

Подобно собаке, которая гложет брошенную ей кость и пять, и десять дней напролет, они разговаривали без передышки с тех самых пор, как покинули город, и успокоились наконец, лишь когда остановились позавтракать.

Ив, смеявшаяся так звонко и громко, что у нее тряслись плечи, как у дикого зверя, сказала, что устала от смеха, и перешла из кареты в повозку с вещами. Солнце светило очень тепло, и царило полное безветрие – скорее всего, она просто решила подремать.

А может, у нее от этой истории живот разболелся.

Ясно, что к тому глупому мужчине у нее были некие чувства.

Быть может, слова «немыслимый тип» она использовала, чтобы самой подумать над этим – поглодать ту кость, в ее собственном смысле.

Хозяйка сидела на своем сиденье, обмахивая лицо. Возможно, разговор опьянил ее не меньше, чем вино. История Дианы была о том, что, хотя те двое на вид казались неразделимой парочкой, недостаток честности друг перед другом привел к тому, что некто третий, по сути, вызвал мужчину на поединок.

Когда те двое встретились с нами, нам показалось, что они уже давно вместе, но, по-видимому, та волчица оказалась глупее, чем я предполагал. Иначе стала бы она изображать нерешительную овечку, когда нападают волки?

Так или иначе, тот мужчина, вызванный на поединок, носился по городу, отчаянно стараясь победить, при этом он и она действовали вразнобой, что вызвало в городе совершенно ненужную суматоху.

В конце концов они сумели довериться друг другу и вместе победили в том поединке, или что-то вроде. Мне было жаль того, который проиграл, однако в первую очередь я о нем думал: что посеешь, то и пожнешь. Впрочем, радует то, что в мире есть еще глупцы, которые не могут пройти мимо женщины, попавшей в беду. Похоже, он уже залечил свое разбитое сердце и жил счастливо.

Несмотря на свой возраст – это относится и к прошлой беседе, – обитательницы кареты проявляли неподдельный интерес к тем частям, которые казались слаще, чем даже девичьи мечты.

Я предпочитаю пищу поострее, поэтому у меня уши чесались просто от того, что я слушал их разговоры. Но если хозяйке это доставляет удовольствие, то и ладно.

Так размышляя, я свободно лежал на полу.

Хозяйка, пьяная от вина и беседы, обдувала грудь собственным одеянием.

Деревянный ставень окна был открыт, и в карету задувал свежий ветерок.

Стояла тишина, нарушаемая лишь стуком колес.

– Да уж, воистину это что-то.

– О? – переспросила хозяйка, поспешно отведя руку от ворота. Должно быть, она приняла эти слова за упрек в неприличном поведении.

– Те двое, я имею в виду, – и Диана улыбнулась.

– А… – хозяйка тоже улыбнулась с явным облегчением и добавила: – Это верно.

– Но я действительно немного завидую…

– Правда?

Должно быть, вино серьезно подействовало на хозяйку: у нее заметно развязался язык.

Диана, сочтя это хорошей возможностью, продолжила:

– Думаю, ты тоже можешь найти себе не одну хорошую партию. Уверена, там немало людей лезут в твои дела, пытаясь сводничать?

Подумав немного, хозяйка натянуто улыбнулась.

– И?

Диана спрашивала не потому, что ей было интересно. Сама она в это время наливала в свой бокал вино из оставленного Ив бочонка.

Но, быть может, это как раз придало вопросу нужный вкус.

Хозяйка откинулась на спинку сиденья, запрокинув голову и прищурившись, словно ей было немного жарко, и немного подумала.

– Все они были немного не такие.

Конечно, хозяйка сейчас была слишком расслаблена.

Однако все равно ее ответ меня удивил.

Я был уверен, что она просто отмахнется от этой темы.

– Тогда… можем мы поговорить о нем?

При этом вопросе хозяйка опустила голову. Мой взгляд встретился с ее, и я увидел, что уголки ее губ изогнулись в слабой улыбке.

– Не о господине Лоуренсе?

И она снова откинулась на спинку. Хотя хозяйка была в очень хороших отношениях с горожанами, все же она оставалась «неместной». Более того, она всегда была в церкви – всегда в стороне от общества. Чтобы она пила вино и утрачивала бдительность – такого просто не случалось. Обычно она всегда оставалась настороже и не позволяла никому с собой сближаться.

Я был единственным, кто вслух высказывал свое неудовольствие, когда она вела себя глупо; а когда с ней случалось что-то радостное, я был первым, кому она рассказывала.

Поэтому моя уверенность небезосновательна.

– Значит, это в самом деле он?

Диана попала точно в цель.

Но хозяйка рассеянно глядела в потолок, точно вовсе не услышав вопроса. Не то чтобы я засомневался, но все равно то, что она не дала ответа, заставило меня нервничать.

Я уже поднял голову, дивясь, не заснула ли хозяйка, когда…

– Не скажу, что я желала бы, чтобы Энек был человеком.

Мое тело застыло от потрясения.

Я понятия не имел, как мне следует относиться к этим словам.

– Я уже говорила, что была пастушкой?

– Да, когда представлялась.

– А, верно. Эээ… понимаешь, Энек был со мной все это время… и именно благодаря ему мы смогли преодолеть столько всего… Но все равно я не хотела бы, чтобы он стал человеком.

Пастухов горожане считают совершенно чужеродными существами, отродьем людей и зверей. Нормально ли говорить такое перед кем-то, кого ты плохо знаешь?

Я волновался за хозяйку, но она, снова откинувшись на спинку сиденья, медленно повернула голову к Диане.

– Госпожа Диана… ты ведь такая же, как госпожа Хоро, да?

Вот теперь я поразился по-настоящему.

«Не может быть», – потрясенно подумал я, однако Диана как ни в чем не бывало погладила край своей чашки с вином.

– Однако я не волчица, – тут она вздохнула. – Но, похоже, мою тайну раскрыли.

Хозяйка улыбнулась немножко гордо, и Диана добавила:

– Быть может, это из-за того, что ты долгое время была с этим достойным рыцарем?

Ее слова явно были полны намеков. Две женщины словно обменивались словесными уколами. Хозяйка рассмеялась, потом посерьезнела и мягко закрыла глаза.

– Ты считаешь, что я решила взять с собой Энека, потому что думала в этом смысле.

– Так, значит, в этом смысле.

В интонации Дианы не было ни намека на вопрос.

Хозяйка, все еще не открывая глаз, улыбнулась немного смущенно.

– В этом смысле, да.

– И? Ты думала, что если спросишь Мудрую волчицу, то она даст тебе ответ?

То, что я сейчас слышал, мне было слушать очень трудно. Я утратил хладнокровие, а вот хозяйка смущалась меньше, чем когда выслушивала исповеди горожан. Она спокойно ответила:

– Такого я не сделаю.

Потом на ее лице появилась довольно язвительная улыбка, редкая для нее, и она добавила:

– Думаю, если бы я спросила, у нее было бы очень озадаченное лицо.

Я вспомнил то, что было сразу после той истории с провозом золота.

С моей точки зрения, они выказали детскость, неподобающую для возрастов их обеих.

– Тогда почему? – спросила Диана.

На этот раз хозяйка чуть поколебалась, прежде чем ответить:

– Я хотела снова увидеться с ними.

– Просто чтобы увидеться? – переспросила Диана. Хозяйка медленно открыла глаза, села прямо и взглянула на меня.

Я знал, что так она говорит мне «иди ко мне», поэтому тут же встал и положил передние лапы ей на колени.

– Просто чтобы увидеться.

Хозяйка взяла мои лапы в руки и стала игриво то поднимать их, то опускать.

Диана пристально смотрела на нее, но хозяйка не возвращала взгляда.

Взяв в руки мою голову, она пальцем оттянула мне губу, сказала «гррр» и улыбнулась.

– Люди не идут в церковь, ожидая, что Господь решит все их проблемы, – как ни в чем не бывало сказала она такое, что едва ли вышло бы даже из моей зубастой пасти. – Тем не менее они все же идут.

Хозяйка убрала руки от моей головы, хлопнула по колену и скомандовала: «Сюда». Отказаться я не мог.

Хоть это было и немного неудобно, я вспрыгнул хозяйке на колени и лизнул ее в лицо.

– Я не могу толком выразить это словами.

– Ничего, я поняла, – и Диана потянулась ко мне и погладила меня по спине.

Неплохо все-таки, когда хотя бы иногда тебя гладят не так, как привыкла гладить хозяйка.

– В последний раз свой город я покидала десятилетия назад. Но да… я это рассматриваю как паломничество. Уверена, то же самое и с миледи Ив, которая на волчицу похожа больше, чем сама Мудрая волчица.

Назвать ее «миледи» – это означало, что она и вправду невероятна.

– И подумать только, мы все вместе пойдем в церковь, – и Диана рассмеялась. Над кем, интересно? Над той парой глупцов, о которой шел разговор? Или надо мной и хозяйкой? Или, может быть, над прошлой собой?

– Это должно быть очень забавно.

Возможно, над всеми сразу.

Диана предложила выпить еще вина, но хозяйка отказалась и выглянула в окно.

До самого горизонта простирались луга; кто знает, сколько они еще тянулись.

Долгая зима осталась позади. Вовсю росла трава, на деревьях набухали почки. Очень приятное время года.

Однако такая же картина везде, где бы мы ни были. Казалось, она занимает собой весь мир. Несомненно, так думают многие, кто оставил стены родного города и отправился в долгое путешествие.

Зато такие путешествия делают возможными встречи наподобие той самой.

Благодаря ей хозяйка сумела сделать первый шаг.

Она внезапно осознала, что в этом мире вправду можно двигаться вперед.

Думаю, для хозяйки я дороже всех в целом мире.

Но я пес, а хозяйка – человек. Как бы хорошо горожане ни относились к хозяйке, все равно она была чужачкой, пришельцем извне. Вся наша жизнь с той поры была лишь продолжением этой данности.

А та глупая парочка – исключение из этого всего. Они казались просто детьми, и, как детей, их не волновало то, как устроен мир.

Мое тело сковывало то, что называют здравым смыслом. А те двое не стеснялись, если это действительно понадобится, нарушать все правила.

Само их существование как пары – доказательство этих безумных слов.

Хозяйка обняла меня, и я глубоко вздохнул.

Я не мог обнять ее в ответ.

Все, что я мог, – лизнуть ей щеку.

– Эти двое и свадебная церемония… – пробормотала Диана и отпила вина. – Просто смеяться хочется.

Хозяйка тоже улыбнулась, ну и я гавкнул.

Несколько дней спустя мы приехали в маленькую деревушку, и к нам в карете присоединились еще две женщины.

Одна была очень строгой на вид священницей, чей характер был полной противоположностью Ив. Вторая – бродячий серебряных дел мастер.

В карете было уже довольно тепло.

Теперь, когда их стало пять, и у каждой были свои отношения с той парочкой, разговоры могли идти, казалось, бесконечно.

Я иногда вылезал из кареты и шел сам, иногда лежал на крыше повозки с вещами.

Хорошо время от времени побыть одному.

Но, поскольку сам я каждую ночь сплю в объятиях хозяйки, быть может, не мне смеяться над тем мужчиной.

Как моя встреча с хозяйкой была настоящим чудом, так, несомненно, их путешествие приносило чудеса многим другим, вроде нас. Если бы не оно, я сейчас не лежал бы в карете, слушая звонкие возгласы и смех.

Это было, похоже, очень важно для всех вовлеченных, но с учетом истории Дианы я объяснил бы это так.

Они ищут радугу.

Но именно там, где они сейчас, и есть конец радуги.

Для пса это, по-моему, довольно глубокое суждение.SaW_v17_049

Я немного сожалел, что не мог с ними поделиться своими мыслями, но, возможно, в этом и не было нужды.

– Энек! – позвала меня хозяйка, выйдя из остановившейся ненадолго кареты.

Быть может, как обладание вещами заставляет колебаться перед лицом путешествия, так умение говорить заставляет колебаться перед лицом разговора.

Однако того, что делать действительно необходимо, в жизни очень мало.

Хорошо, что та глупая парочка осознала эту истину.

Я вздохнул, потом отрывисто гавкнул.

И со всех ног побежал к моей обожаемой хозяйке.

 

Следующая

10 thoughts on “Волчица и пряности, том 17, интермиссия

  1. Niavvarn
    #

    Двоякие впечатления. Как хотелось почитать как оно было.. Что происходило после 16ого тома, как строились их отношения, быт… Блин, это же история о любви на фоне экономических отношений а не о чисто экономике… Столько всего не рассказано, не показано. Немного печально. Пусть бы хоть сексом 16тый том кончилсяб :/

    1. Wolf Yuki
      #

      В сентябре выйдет 18-ый том, показывающий события 10 лет спустя после окончания 17-ого, а также отдельное ранобэ «Spice And Wolf New Theory: Wolf and Parchment», рассказывающее о… Ну, тут уже спойлеры. 🙂

  2. kawai_man
    #

    Начало превзошло все мои ожидания, я то думал , что этот том будет похож на прошлые ( в которых тоже были истории, но от других лиц) . Жду продолжения с нетерпением. Спасибо за перевод!

    1. Tenebrae scientiam
      #

      Пожалуй Волчица одна из тех историй которые хочется читать вечно.Чтобы путешествие Лоуренца и Хоро негодна не кончились.Чтобы эта история шла до конца нашего бытия.

Leave a Reply

ГЛАВНАЯ | Гарри Поттер | Звездный герб | Звездный флаг | Волчица и пряности | Пустая шкатулка и нулевая Мария | Sword Art Online | Ускоренный мир | Another | Связь сердец | НАВЕРХ