ТЕНЬ 5.6
Света потянула меня за руку, пытаясь вытащить из поезда. Снаружи стемнело, а огни города вели себя обманчиво: светилось так мало окон, что казалось, будто сейчас четыре часа ночи, а не семь вечера.
– Давай же, – поторопила Света и потянула еще раз.
– Надо кое-что сделать перед завтрашними событиями, – ответила я. – Я очень хочу, но планы.
– Поменяй планы. Тебе надо поговорить с «Надзором», верно?
– Я собиралась расписать ситуацию и взять это с собой. Перед посадкой на поезд я послала мейл, теперь надо достать компьютер или телефон, чтобы посмотреть, может, они уже ответили.
– Ну идем. Поговори со Сплавом. Про остальное что-нибудь придумаем.
Я позволила Свете вытащить меня из поезда на платформу, в основном чтобы мы не мешали окружающим. Мы стояли рядом с поездом, пока люди заходили. У меня была всего минута, чтобы решить, сделаю ли я то, что хочу, то есть пойду со Светой, или то, что надо, то есть буду готовиться к неминуемой войне, о которой, похоже, знает слишком мало народу.
Многие таращились или косились на Свету с ее необычным телом. Звуки, издаваемые им, когда она меня тянула, привлекали не меньше внимания, чем разноцветный костюм.
– Дай я телефон проверю? – попросила я. – Это может повлиять на мои планы.
– Окей.
Связь была плохая. Я ждала, пока загрузится почта, а ромбик в центре пустой страницы бесконечно сворачивался сам в себя в петле «загрузки».
Я тихонько вздохнула, когда двери поезда закрылись и он поехал своей дорогой.
– Не вздыхай на меня, Виктория, – сказала Света. – Поезд не имеет значения. Ты можешь полететь.
– Люди прикалываются в интернете, если ловят меня на камеру, когда я залипаю в телефон или ноутбук в полете. Я хотела посидеть и поболтать с тобой о чем-нибудь дурацком и бессмысленном…
– Чем мы уже занимались целиком и полностью.
– …а остаток поездки пополнять свои заметки.
– Я раньше восхищалась этой твоей стороной. Хорошо было, когда ты занималась физиотерапией и смотрела видео с университетскими занятиями. Которые были потрясающе скучными, извини.
– Это были самые светлые моменты моих дней.
– Они были такими скучными. Я не знаю, как можно сделать способности скучными, но им это удавалось. Но тебе хватало психологической прочности, чтобы через это пробиваться.
– Я от этого кайфовала, – сказала я. – Серьезно.
– Но сейчас такое твое отношение меня беспокоит. Будь у меня настоящие руки, я бы протянула их к тебе и пощупала твои плечи, чтобы увидеть, насколько ты напряжена.
Я расслабила плечи как можно небрежнее и естественнее.
– Если ты жестче, чем девушка с искусственным телом и ее металлический парень, тебе необходимо расслабиться. Проведи немножко времени со мной и Сплавом. Мы поговорим о завтрашнем дне.
– Сперва мне надо позвонить Кристал.
– И ее пригласи! – предложила Света. Она сильновато толкнула мою руку. – Приведи ее. Тристан собирался заглянуть попозже, принести кое-какие вещи для меня, когда будет его черед. У него будет свежая информация. Можем превратить это в маленькое штабное совещание.
От этой идеи она выглядела такой счастливой.
– Я спрошу, может, ее это заинтересует, – уступила я.
– Мне надо определиться, что мы будем есть, – произнесла, почти пропела счастливым голосом Света.
Мой телефон наконец-то загрузился. У меня были сообщения и мейлы. Игнорируя их, я написала Кристал.
Я:
Света пытается затащить меня на ужин с ней и Сплавом. Не хочешь присоединиться?
– Я не пытаюсь тебя затащить, – сказала Света, положив подбородок мне на плечо.
– Ты меня тащила в буквальном смысле этого слова.
Лучшая кузина:
да! где? что принести?
– Ничего не надо, – сказала Света. – Мы закажем.
Я:
Синюю папку с кофейного столика. На ней наклеена журнальная вырезка.
– Это не ничего, – заметила Света.
Лучшая Кузина:
я спршвала про еду тупенькая
– Она мне нравится, – произнесла Света.
– Сегодня у людей абьюзерские наклонности, – ответила я. – Что-то такое в воздухе.
Я велела Кристал не брать никакой еды, потом напечатала адрес, продиктованный Светой. И оставила сообщение не отосланным.
– Адрес правильный. Жми «отправить», – сказала Света.
– У нас будет компромисс, – ответила я. – Потому что я держу в голове сотню разных вещей, и я там все разложила так, что сегодня вечером должна связать воедино.
– Что за компромисс?
– Мне нужно организоваться. Если мы сейчас не сделаем кое-какие дела на завтра, я вырежу себе время после ужина, а нашими вещами займемся в другой раз.
– Идет. Думаю, ты обнаружишь, что мы умеем балансировать плащевую жизнь с обычной лучше, чем тебе кажется. В каком-то смысле для нас это уже и так смесь.
– Ладно, – кивнула я. – Да.
Она обняла мою руку.
– Пошли сообщение и Сплаву тоже, а? Дай ему знать?
Я послала.
– Сюда, – произнесла Света. Она зашагала своей чуточку неприглядной походкой, в которой, однако, сейчас чувствовалась упругость. Я не была уверена, что она бы так смогла, если бы не держалась за меня.
Станцию Стрэтфорд и ее окрестности я знала главным образом по аэродрому. Вертолеты сновали туда-сюда, и, как человек, которому нередко приходилось летать мимо них, я вынуждена была уделять пространству вокруг себя особое внимание. Обычно я пролетала низко или огибала этот район по широкой дуге, ориентируясь по шоссе к северу от него.
Сейчас, когда я шла здесь пешком, я могла видеть, что это место весьма колоритное. Его заселили одним из первых, и дома были довольно-таки маленькими и многочисленными. Несколько похоже на район, где жила мама. Даже многоквартирные дома были высотой в три этажа, максимум в четыре. Подобно многим зданиям ранних поселений, их возводили скорее широкими, чем высокими.
Мой телефон зажужжал, и я его проверила.
Два сообщения, не считая шести от Кензи.
Первое было от «Надзора». Они хотели поговорить в пол-одиннадцатого вечера. Рабочая группа. Там будут главы команд.
Я показала его Свете.
– Черт. Не так уж много времени мы сможем провести вместе, – сказала она.
– У нас действительно есть дела.
– Я знаю.
Я переслала сообщение с указанием времени остальным.
Второе было от Эшли.
Темная Дева Эшли:
В своей квартире с подручными БоБа, которые заберут мои вещи и поговорят с домовладельцем. Переезжаю в квартиру на территории БоБа. Пользуюсь случаем отослать сообщение, пока вдали от все-дцев.
Это сообщение она разослала всем.
Я доложила Свете:
– Эшли переезжает в Кедровый Край. Не уверена, что я бы порекомендовала этот шаг, но, похоже, она знает, что делает.
– У нее хорошо получается, – сказала Света.
– У нее отлично получается, когда речь идет об актерской игре. Если только это игра. Она позволяет этим людям видеть, где она живет, и забирает свои вещи в Кедровый Край именно тогда, когда он может стать полем каких-то сражений? Внешних или внутренних. Вот тут я могла бы дать ей другой совет.
– С другой стороны, она так открыто идет вперед, что это может выглядеть достовернее.
Я кивнула, потом спросила:
– Она же в Стрэтфорде, верно? Мы можем на нее наткнуться.
– В другую сторону от станции, но – да.
– Вы с ней пересекаетесь? Мне трудно представить себе, чтобы ты и она были вместе вне группы.
– Встречались пару раз. Эмм. Дважды заходил мистер Армстронг и приглашал нас всех на обед.
– Приемный отец Сплава, вроде того.
– Вроде того. И когда-то он присматривал за Эшли, когда она была под стражей, и обеспечивал ее кое-чем из необходимого, когда она была бездомной. Именно благодаря ему она сейчас свободна, а не в статусе неофициального заключенного с приставленным охранником, как некоторые из Птичьей клетки и угрозы класса S.
– Да. Так вы встречались за обедом?
Света улыбнулась.
– Было немного неловко, большую часть времени беседовали двое или трое из нас четверых, а остальным было нечего добавить. Но я все равно рада тем встречам. В какой-то раз мы говорили о чем-то, не помню, что к этому привело, но большую часть того обеда мы остро осознавали различия между нами, и Сплав сказал что-то на тему того, как люди на него таращатся. Эшли сказала, что поменялась бы местами со мной или Сплавом, потому что ей нравится быть монструозной, потому что это упрощает жизнь и так легче быть угрожающей. И ей было пофиг, что мы предпочли бы, чтобы нас не называли монстрами.
– Ну да.
– И Сплав сказал что-то насчет этого, и мистер Армстронг попытался прояснить, но это не доходило. Помню, я подумала тогда, какая громадная между нами пропасть, и тоже попыталась объяснить. Я сказала, что это не то же самое, что носить определенное платье или держаться определенным образом, потому что это невозможно снять. От этого невозможно уйти. Вот почему это нечто другое. Любая ситуация, над которой у тебя нет контроля, автоматически становится хуже.
– И что она ответила? Ты сказала, это было в какой-то один раз.
– Получилось очень, очень хорошо. Она поняла, и тогда, за тем обедом, мы впервые беседовали все. Сплав, Эшли и я, мы говорили о самых разных вещах, о давлении, о различиях, об этом ощущении, будто остальной мир на нас давит. Но мы были на одной волне, и мистер Армстронг время от времени подключался прояснить что-то или добавить. Когда группа начала говорить о том, что хорошо бы создать команду, думаю, именно благодаря этому я реально заинтересовалась, а не стала говорить что-нибудь вроде «Да, звучит классно, но что насчет Эшли?».
– Могу себе это представить. Армстронг хотел этого?
– Я на него украдкой глянула – он был доволен как слон. Это был последний раз, когда мы собрались все вместе. Возможно, именно к тому моменту он стремился, и теперь, когда получилось, он считает, что его работа выполнена.
– У меня ушло немало времени, чтобы продвинуться в отношениях с группой. И я не уверена, что продвинулась до конца.
– Мне тоже пришлось с этим справляться, осознавать, что жизнь не клубника.
– Клубника… Ты имеешь в виду «не малина»?
– И это тоже, – сказала Света.
Она смотрела на меня лукаво, видимо потому, что знала, как я отреагирую. Я закатила глаза.
– Реальность – это жизнь, – произнесла Света. – Много чего происходит.
– Медовый месяц кончился, – сказала я.
– Да. Да это и не медовый месяц был на самом деле. Скорее это было красиво как идея, но, как только мы ее воплотили, пришлось иметь дело много с чем разным.
Я кивнула.
Снова проверила телефон, который до сих пор держала в руке, и убрала его в карман.
– А еще случаи были? – поинтересовалась я.
– Однажды я зашла к ней в гости перед сессией. Вскоре после той обеденной истории. У нее мило, она, похоже, копит деньги на симпатичные вещицы, но есть и пробелы. Так что у нее очень, очень милый черный кожаный диван, кофейный столик из черного стекла, красивый телевизор, картина на стене, тоже дорогая, судя по виду… а остальная часть комнаты заставлена ящиками, чтобы сидеть и класть вещи.
– Это я вроде как могу понять. Не думаю, что это уникально именно для нее. Когда ты впервые переезжаешь и начинаешь жить одна, как правило, ты живешь с вещами, оставшимися от других людей или купленными на барахолке. Сейчас все начинают жить заново.
– Да, – кивнула Света и неуклюже пожала плечами, как будто это движение она мало тренировала. – Но она любила все свои вещи, очень сильно любила. В этом что-то было. Я могла видеть человека, которым она, возможно, была до способностей, или ребенка без способностей. Когда я защищала ее перед тобой в первые дни, когда мы были с группой, то думала именно об этом.
– Мне нравится, что она делала для группы. Она была со мной откровенна, но не уверена, что я заметила тот проблеск света.
А может, и заметила. Когда Эшли увидела реакции Пресли на поезде.
– Не знаю, можно ли называть это светом, – произнесла она.
– И я не знаю. Но… могу себе представить то, что ты говоришь. Буду держать это в голове. Буду держать глаза открытыми.
– Да, пожалуйста, – попросила Света. – И мы уже почти пришли. Должна предупредить, там может быть некоторый бардак.
– Мы с Кристал – два человека, зажатые в квартире, предназначенной для одного, вряд ли это будет проблемой, – ответила я, оставив при себе ту часть информации, что Кристал – немного свинюшка.
Нужная нам квартира была в одном из множества похожих зданий – в том, где на углу первого этажа располагалась почта. Маленькое почтовое отделение занимало четверть пространства этажа, а остальные три четверти, похоже, были поделены надвое. Коридор был под открытым небом, скорее ущелье, чем коридор, и с обеих сторон виднелись окна, смотрящие как в это ущелье, так и в маленький, узкий дворик. Во дворике валялись детские игрушки.
Света подошла к входной двери и вытащила ключ на шнурке, который носила на шее.
– Первый этаж. Удобно.
– Ага. Сплав иногда беспокоится, что если он на высоком этаже и там деревянные перекрытия, то нагрузка будет слишком большая, и в конце концов он провалится.
Света открыла дверь.
– Я пришла. И привела Викторию.
– Привет! – и в кухню вошел Сплав. На нем была черная футболка из прочной ткани, джинсы и потрепанные сандалии, которые я на нем уже видела. На шее висели наушники.
Света направилась прямиком к нему, и ему пришлось ее схватить, чтобы избежать столкновения. Она его поцеловала, а когда он с улыбкой обернулся ко мне, поцеловала еще раз, в щеку.
– Виктория. Я так рад тебя видеть.
– Прошу прощения за внезапный визит, и заодно прошу прощения, что вечером отвлекусь. Надеюсь, ты не будешь против, если в какой-то момент я достану свой ноут. Нам надо кое-что скоординировать и кое в чем разобраться.
– Ничего страшного. Я обожаю беседы о работе, – ответил он. – С моей командой в последнее время происходят странные вещи. Жернова бюрократии мелют неспешно. Только одна просьба.
– Одна просьба?
– Не извиняйся. Этого я достаточно получаю от нее.
– Не говори так! – воскликнула Света возмущенным тоном.
– Три излишних извинения перед завтраком, еще два после завтрака, прежде чем она вышла из дома. И как минимум одно в смс.
– Я не настолько ужасна.
Справ улыбнулся и поцеловал Свету в висок.
– Не пытайся меня задобрить или отвлечь. Только не сейчас, когда у нас компания, – сказала Света и указала на меня. – Ей нужно расслабиться. Я подумала, что мы сможем это сделать и одновременно с этим все равно заняться важными делами.
– Попытаемся, – произнес Сплав.
– Будь как дома, – сказала Света. – Я пойду ополоснусь. Я долго торчу в этом теле, и тут внутри уже все скользкое и противное. Выйду через минуту.
– Хочешь, я возьму твое тело? – предложил Сплав.
– Не, нормально. Я возьму с собой сменную одежду.
Света отлипла от Сплава и наполовину врезалась, наполовину обняла меня. Совершенно счастливая, она удалилась по своим делам, оставив нас со Сплавом наедине.
– Располагайся. Я бы предложил закуски-напитки, но не очень в курсе, что у нас есть. Я обычно не питаюсь…
Сплав сделал паузу, пока Света не закрыла дверь ванной.
– …если только она не ставит на мне какой-нибудь эксперимент.
– Я это услышала, – произнесла Света, открыв дверь, и захлопнула ее снова.
Квартира была не в том состоянии, какое я назвала бы бардаком. В определенном смысле она сильно отличалась от жилища Кристал. Никакого хлама, ничего на полу не валялось.
У выдвижных ящичков были плоские металлические поверхности без ручек. Вся мебель представляла из себя либо предметы без ножек с, похоже, каменным обрамлением, либо Светины любимые конструкции для хватания – шесты от пола до потолка с разнообразными платформами и прочими штуками, за которые можно цепляться. Даже у стен по углам была металлическая окантовка, закрашенная, чтобы Сплав к ней не прилипал.
– Жизнь Пятьдесят третьих, – произнес Сплав.
– Она сказала, что тут бардак. Я ничего такого не вижу.
– Значит, я хорошо постарался с приборкой в последнюю минуту, – сказал Сплав. – В гостиную?
Я позволила ему отвести меня в гостиную. Поставила сумку рядом с кофейным столиком и села на диван – похоже, самодельный, специально предназначенный выдерживать того, кто весит несколько сотен фунтов. Он был такой твердый, что я, сев на него, едва не подпрыгнула обратно. Но после того, как я вверила ему свой вес, он, шипя, постепенно уступил, подстроился под меня.
Подавшись вперед, я выглянула во двор. На газоне стоял игрушечный самолетик – из тех, на который ребенок может сесть и толкаться ногами.
– Света тебе рассказала, что происходит? – спросила я.
– Частично. Иногда я не поспевал следить, кто есть кто, но общую суть уловил.
– На завтра планируется атака на «Падших». Один из наших… не уверена, как лучше сформулировать и как много тебе известно. Один из наших контактов под угрозой. Там есть невинные, и я сомневаюсь, что злодеев заботит, чтобы они не пострадали.
– Чем я могу помочь? – спросил Сплав.
Я поправила сумку у плеча, чтобы это было заметно, и ответила:
– У меня тут есть недописанное сообщение. Ты не мог бы его просмотреть и сказать, что думаешь? Ты знаешь «Надзор» и как у них работают мозги.
– Конечно.
– Позже я хотела сделать кое-что насчет своего костюма, но это, видимо, придется отложить. Было бы неплохо закончить некоторые детали костюма, когда я вернусь к себе, но время поджимает, уже… семь тридцать, а к десяти тридцати нам надо быть за полгорода отсюда.
– Кстати, мое предложение остается в силе, – напомнил Сплав.
– Предложение?
– Помочь с любыми металлическими деталями, когда у тебя будет новый костюм.
У меня ушла секунда, чтобы понять, о чем он.
– Какого черта, Сплав? Это было сто лет назад, когда я подумывала сделать ребрендинг и вступить в Защитники Броктон-Бея.
– Остается в силе, – повторил Сплав, улыбаясь.
Я призадумалась.
– Ты уверен? У меня есть кое-что дома.
– Уверен.
– Спасибо, – поблагодарила я. И быстренько отправила несколько сообщений Кристал.
Я:
Ты еще не ушла?
Лучшая Кузина:
уже в дверях. обещание
Я:
Если не слишком тяжело, можешь прихватить черную сумку с желтым листом, которая под тем столиком?
– Спасибо, – повторила я, закончив.
– Ты сильно тревожишься, – произнес Сплав. – Света сказала, что ты напряжена. Все плохо?
– В этом участвуют «Падшие», которые никак не классные, и множество злодеев, которые отчаянно хотят показать свою значимость. Мы должны переправить это «Надзору», нам нужно больше рук, а судя по перешептываниям, которые до меня доносились, их поблизости не очень-то много.
– Кое-какие есть, – сказал Сплав. – «Авангард» в режиме ожидания, другие вне ротации.
– «Авангард» – это… отдельная история, – произнесла я. – Мы на них недавно наткнулись. Не думаю, что они будут сотрудничать, если их не заставить.
– Ты можешь столкнуться с проблемами, пытаясь убедить сотрудничать кого угодно. Если они не заняты, то официально в режиме ожидания. Их инстинкт велит им оставаться готовыми и доступными на случай, если случится что-то крупное.
– Тогда мне стоит сформулировать это так, чтобы их выход из режима ожидания выглядел оправданным?
– Да. Покажешь, что у тебя есть? – попросил он.
Я достала ноутбук и поставила его на кофейный столик, представляющий из себя три доски поверх шести досок, и вся конструкция была надежно скреплена по периметру металлическими полосами. Наверное, подумала я, его соорудили так, чтобы легко было починить или переделать, если сломается.
Доски были покрашены – я узнала Светин стиль. Четкие, толстые контуры, почти как в картинке-раскраске или в витраже, но цвета, заполняющие каждую фигуру, были насыщенные, разнообразные и многотекстурные. Синий, переходящий в зеленый, или с красной тенью, или в оранжевую крапинку.
Сплав сел рядом со мной. Я открыла документ и показала ему.
Три субфракции в Кедровом Крае. Я указала их участников вкратце, а более детально изложила в приложении, достав старые записи, файлы, заметки и прочее, чтобы расписать их как можно подробнее, но при этом не увязнуть в фактах. Я выписала их мотивации, будь то финансовые или личные, указала степень их приверженности правилам, будь то писаным или неписаным, и обозначила другие сведения об их поведении и стиле.
– Проблема здесь в том, что это не производит впечатления ситуации, в которую необходимо вступать сразу многим геройским командам, – сказал Сплав. – Здесь глубокие познания, которые мечтал бы иметь каждый, кто вступает в бой, их обожали бы гики, но это не то, что побудит людей вступить в бой, если они не убеждены в необходимости этого.
– Да. Слишком сухо. Я начинаю думать, что заметки о мелких преступлениях отвлекают от тяжести ситуации.
– Угу.
– Вместо введения с описанием сторон я могла бы начать с описания сценария, используя слова вроде «войны».
– «Войны» не надо, – посоветовал Сплав. – Это напомнит людям, что на горизонте маячит нечто большее, к чему нам надо быть готовыми.
Нечто большее. У нас была группа из десятка Плащей и еще как минимум сорок Плащей из Кедрового Края, готовящаяся атаковать.
– Конечно. Может быть… потенциальная угроза жизням гражданских, резонанс, провокация ответных действий в масштабах всего города в тот момент, когда ресурсы и так в дефиците. Вы не хотите, чтобы это происходило у вас за спиной, когда перед вами перспектива войны.
– Похоже, у тебя верная идея.
– Сплав? – позвала Света.
– Сейчас вернусь.
Я снова занялась документом, в то время как Сплав присоединился к Свете в ванной. Титульная страница написана, масштаб конфронтации очерчен, последствия ясно изложены.
Я писала с прицелом на то, чтобы убедить группу опытных героев и людей, ими руководящих. По ощущениям, получилось убедительно: я сама нервничала, влезая во все, что существенно.
В последний раз, когда я участвовала в событиях такого масштаба, на меня плюнул мутант размером с грузовик. У меня растворилась и отмерла большая часть плоти, и я осталась уязвимой и беспомощной.
В тот момент, когда боль была такой невыносимой, когда мои эмоции были разбросаны – думалось одно, а чувствовалось другое, – я была готова умереть. Я успела сделать слишком мало, но я сражалась и была готова к тому, что сейчас придет конец. Шанс выжить не стоил риска быть исцеленной.
Ябеда солгала мне и навязала мне Эми. Малая часть ответственности за все, что последовало, лежит и на ней.
Так легко в подобные моменты обнажить уязвимое место. Утрата бдительности может нанести огромный вред.
Я оставила документ в таком состоянии, чтобы сохранить возможность для следующих ревизий перед окончательной полировкой. Потом проверила сообщения.
Восемнадцать от Кензи. Фотографии корпуса костюма в процессе изготовления, немного потока сознания, она сообщила мне, когда собралась идти ужинать, потом – когда вернулась с ужина. Пицца, похоже. Она хотела оставить руки свободными, чтобы сосредоточиться. И еще хотела знать, что ей принести с собой.
Последнее подняло вопрос о нашей конкретной роли в предстоящих событиях. О наших приоритетах.
Это я отложила в сторону. Тема для обсуждения в группе.
Тристан. Последнее, что я слышала, это что он говорил с юристом.
Тристан Рогатый:
жду юристку нат.
оптимизма нет но взял видео у Вв как ты посоветовала.
бе. если нат заставит ждать еще дольше мне придется переключиться на байрона.
кст к свете приду позже. тогда все расскажу нормально.
Я послала ему сообщение, что буду у Светы.
Тристан ранее разочаровался в Натали, но мы будем пробовать иметь с ней дело, потому что мне уже немного повезло, когда я дала ей нечто более осязаемое, чем мои доклады. Мы будем пытаться напускать на Натали разных людей, пока не найдем того, с кем получится. Если кто-то из нашей группы сумеет сработаться с Натали, его или ее мы и оставим в роли посредника. Если с Натали работать не получится, найдем кого-нибудь другого.
Мейл от Байрона двадцать минут спустя.
Байрон Синий:
рейн оставил голосовое мне и Тристану. похоже в спешке. сегодня ночью он будет не у себя. возможно вернется завтра но прозвучало странно. конкретно сказал что пишет нам чтобы оставлять детали чтобы у нас были зацепки если с ним что-то случится. зловеще.
Другие подробности позже. Пришлю голосовое когда доберусь до домашнего компа и выясню как
Обеспокоен.
Сообщение от Пресли, пересланное по е-мейлу и преобразованное в текст:
Пресли с Поезда:
Вы не могли бы спрсить свою пдругу с поезда как она делает такие белые волосы?
Это заставило меня чуть улыбнуться, каким бы тяжелым ни ощущалось все остальное. Я мысленно сделала зарубку, что надо будет спросить.
Было также обсуждение в групповом чате, слишком длинное, чтобы я могла прочитать целиком, в основном между Кензи и Крисом – последний спрашивал, какие формы от него потребуются завтра. Я пролистала в самый низ, где уже не участвовал Тристан.
Жуткий Пацан:
Слепая ярость, думаю, была бы ошибкой. Внезапный шок работает быстро…
…Или Острая бдительность. Медленная, но крепкая…
…и я смогу видеть и слышать почти все, что происходит.
Зрачок Сердечком:
Это у которой сплошные глаза повсюду?
Жуткий Пацан:
Это Многоглазый интерес. И ты считаешь себя хорошей ученицей?
Зрачок Сердечком:
Я реально хорошая ученица. Интерес и бдительность – для тебя одно и то же.
Жуткий Пацан:
Та же область спектра, что у бдительности, но он другой. Открытый и расслабленный…
…Ты еще не видела бдительность. Такая же, но более сосредоточенная и крепко скомпонованная…
…Представь себе броненосца с ушами, как у фенека, и большими глазами…
…и когтями, потому что она острая
Зрачок Сердечком:
Вауууу
Жуткий Пацан:
Абсолютно не вауу. Буээ.
Я добавила к их беседе свою мысль.
Виктория:
Мы хотим, чтобы ты был под рукой. Быстрый – хорошо бы. Спасать, эвакуировать гражданских.
Зрачок Сердечком:
Виктория!!!
Виктория!
Ты как? Восторг?
Жуткий Пацан:
Эту форму я могу сделать. Но я хочу тоже запачкать руки.
Запачкать руки? Я приостановилась, думая над этим. Пролистала беседу немного назад. Крис внес в нее больше половины общего вклада – вдавался в детали, обсуждал идеи, планы.
Я никогда не видела его таким увлеченным. Может, это потому, что он чувствовал себя в онлайне увереннее, чем при личном общении? Или потому, что он хотел запачкать руки, как он сам выразился?
Виктория:
Почему?
Жуткий Пацан:
_ЭТО_ причина, почему я ввязался это командное геройство…
…Я пропустил визит в штаб-квартиру Надзора, потому что был не за компом…
…по своей вине. Я должен быть частью этого.
Я не стала отвечать сразу. Сидела и размышляла, а Кензи тем временем ответила, поделившись некоторыми из картинок, которые уже прислала мне.
Желание Криса быть частью этого и визит в штаб-квартиру «Надзора». Он хочет участвовать в крупных делах? В больших событиях? Но остальное его не заботит? Может, большие события связаны с большими эмоциями?
Я не в силах была его понять.
Мое внимание привлек стук во входную дверь. Сплав вышел из ванной с полотенцем в руке и впустил Кристал. Она принесла папку-скоросшиватель и сумку. На ней было трико, куртка и джинсы. На груди логотип Лазерной Грезы – стрела и позади нее по диагонали серия линий.
– Виктория, эта штука адски тяжелая, – заявила она.
– Если слишком тяжелая, надо было оставить там, – ответила я и поспешила через гостиную и коридор, чтобы избавить Кристал от сумки.
Последовал обмен приветствиями. Света вышла из ванной, вновь надев свое тело, а поверх – водолазку и тренировочные штаны. Ее макияж смылся, и татуировка на щеке была отчетливо видна. Света обняла Кристал.
– Они готовятся к кризису, – произнес Сплав.
– Знаю, – ответила Кристал. – Поверь, я знаю.
Мы переместились в гостиную. Я поставила черную матерчатую сумку на пол и принялась в ней рыться.
– Что там? – поинтересовалась Кристал.
Я извлекла часть материалов для костюма.
Обзавестись костюмом можно четырьмя способами. Первый – сделать его своими руками. Он сильно завязан на умения самого человека, и я сомневалась, что смогу сделать все ровно, при этом создав уникальный фасон. Второй способ – купить костюм, но у него свои проблемы, и многие заведения и люди, предлагающие услуги по изготовлению костюмов, вкладывают в них собственные предпочтения, так что зачастую их клиенты напоминают друг друга. Третий способ – чтобы этим делом занимался для тебя кто-то другой. Например, работать на кого-то вроде Защитников или «Надзора» и свалить эту задачу на маркетинговый отдел. Для меня не вариант.
Четвертый путь – смешивать и состыковывать. Я сделаю маленькую хитрость. Я купила черную и белую версии одного и того же топа с капюшоном, выбрав его за косой крой в районе воротника, плеч и рукавов. Я смогу разрезать один, наложить части на другой и знать, что крой совпадет. Потом добавлю дополнительные элементы, которые превратят это в костюм.
– Я собиралась позаниматься шитьем, занять руки, пока читаю нужную инфу, но планы поменялись.
– Ткань не так уж много весит. Что там еще такое тяжелое? – спросила Кристал.
– Кое-какие запаски от папы, – ответила я. Достала часть снаряжения. Подходящий материал, матовый темно-серый металл, но совершенно неподходящая текстура. Папа был «Гренадер», и его бронесекции, маска, ремни и протекторы были выполнены в стиле поверхности гранаты с насечками. Я всегда считала, что это дурацкая тема, ведь светошумовые гранаты, которые он применял, почти все с гладкой поверхностью. – Я думала, что, возможно, попрошу тебя, Кристал, их подравнять. Срезать выступающие части, оставить только сами бронепанели. Я сама еще толком не представляю процесс.
– Я могу это сделать, – предложил Сплав. – Какой внешний вид ты хочешь получить?
Я взяла папку и принялась листать. Заметки и идеи насчет костюма.
– К сведению, в этой папке годы задрачивания, – сказала Кристал.
Света плюхнулась на диван рядом со мной, разглядывая изображения, отобранные мной в качестве образцов и идей.
Я нашла нужные страницы, открыла скоросшиватель, чтобы достать их, потом закрыла, чтобы поискать еще.
– Капюшон, многослойные длинные рукава, которые я могу снимать по погоде. Металлические украшения спереди и по краям капюшона… как вот на этой картинке. Шипы, как на моей старой тиаре, но на плече, по краям капюшона и на нагруднике… чтобы образовывали базовую структуру, как на этой картинке.
Нагрудник был почти плоский, лишь чуть изогнутый, чтобы отражать удары. Более короткая пластина в том же стиле располагалась выше, на уровне ключиц; ее нижняя часть перекрывала нагрудник и чуточку торчала.
– Немного похоже на боевого ангела, – произнес Сплав, переворачивая одно изображение так, чтобы для него оно не было вверх ногами.
– Только без крыльев. Да, может быть, – согласилась я.
– Родная, нет, – запротестовала Кристал. – Ты один из немногих Плащей, которые могут позволить себе нагрудник, подчеркивающий достоинства, потому что у тебя есть силовое поле. Я не говорю о том, чтобы демонстрировать всякую похабщину, потому что это про совершенно других Плащей, но костюм должен лучше показывать то, что у тебя есть.
Я закатила глаза.
– Это будет просто преступление, если я позволю тебе так поступить, – добавила она.
Я покачала головой.
– Если какой-нибудь малец захочет на меня равняться или даже станет героем, я не хочу, чтобы они думали, что такого рода броня – это окей. Она напрашивается на то, чтобы по ней врезать.
– Это все равно намного лучше, чем трико, а трико мы носим годами, – возразила Кристал.
– Мне нравится идея доспехов. Я намерена вступать в ближний бой, а моя защита не всегда будет включена.
– Это я знаю, – сказала Кристал. – Это я могу понять. Но ты не должна прятаться в своем костюме. Он не должен тебя похоронить. То же самое я говорила… я это достаточно часто говорила раньше.
Она то же самое говорила Эми.
Я не забыла, что Эми раньше носила капюшон как часть своего костюма.
Возможно, я выберу черную ткань с белой оторочкой, а не наоборот.
– Думаю, Виктория должна одеваться так, как она хочет, – произнесла Света.
– И я так думаю, – сказала Кристал. – Но еще я думаю, что иногда друзья и родные должны тебя чуточку подправлять.
– Я не воспринимаю это как «прятаться», – обратилась я к ней. – Обоснование и логика совсем другие. Я хочу, чтобы костюм имел вес, но в то же время облегал торс и руки. Слои ткани, броня, капюшон. Отрыв от нормы важен, потому что это производит впечатление. В большинстве случаев, когда ты видишь Плаща в капюшоне и естественным образом кидаешь взгляд ниже, там оказывается что-то, что не дает увидеть лицо. Другая маска, или создаваемая способностью тень, или что-нибудь еще. А тут они будут видеть меня. С гневным взглядом или с улыбкой, но в любом случае эффект будет сильнее.
– Без маски? – переспросила Кристал.
– Я думала об этом. Возможно, у меня будет одна для защиты, для интенсивных боев или холодной погоды, но… это не мое.
– Окей, – кивнула она.
– Шипы, – произнес Сплав. – Ты хочешь, чтобы я их сделал? И нагрудник?
– У меня нет нагрудника, – сказала я. – Только лишние пластины.
– Я могу слить их между собой. Но блестящее покрытие будет довольно тонким. У меня есть кое-что свое.
– Будь добр, – попросила я. – Это было бы превосходно.
Света толкнулась в меня плечом.
– Видишь? Вииидишь? Так здорово, что ты пришла.
– Ты сейчас больше похожа на Кензи, чем на себя.
– И это хорошо. Люди! Мы сотрудничаем.
– Мне нужно больше информации о шипах, прежде чем я буду делать общую конфигурацию, – сказал Сплав. – У тебя это есть в заметках. Пять шипов на плече, неодинаковые?
– Скорее лучи, чем шипы, – ответила я. – Они расходятся, четыре, потом один более короткий. Небольшой интервал между четырьмя и пятым.
– Есть какое-то основание для более короткого? – поинтересовался Сплав.
– Симметрия. Он загибается внутрь, так что он ближе к передней части плеча, и это подводит к тому же самому в украшении нагрудника.
– Хммм.
– Нет? – спросила я.
– Хмм. Доверюсь твоей интуиции, – сказал он. – Я могу работать быстрее, если нагрею металл. Пойду настрою горн.
– Зачем барбекю, когда можно применить лазеры? – спросила Кристал. – Лазеры – это круто. Мы можем объединиться и сплетничать, как школьницы, пока эти две обсуждают дела.
– Мое представление о школьницах оставляет желать лучшего, – ответил Сплав.
Кристал ухмыльнулась.
– Но барбекю звучит хорошо, раз уж мы на этой теме. Меня сюда завлекли едой и обещанием возможности подразнить кузину.
– А, точно. Я часто забываю, потому что сам ем немного, – сказал Сплав.
– Стоп, стоп, стоп. Обещанием чего? – переспросила я.
– Как минимум, подразумеваемым обещанием, – ответила Кристал.
– Я могу заказать еду, – предложила Света. – А дразнёж можно оставить на потом.
– Смейтесь-смейтесь, я ведь могу палить в ответ не менее жестко.
– Жду с нетерпением, – сказала Кристал.
Взяв часть компонент, она и Сплав направилась к двери, ведущей на задний двор и в кирпичное патио. У самой двери они остановились.
С той стороны стеклянной двери стоял мальчик лет пяти или шести. Прижавшись губами к стеклу, он выдыхал – его щеки раздувались, и была отлично видна внутренность рта.
– Один из детишек, которые живут по соседству, – пояснила Света. – Мы мало пользуемся задним двором, потому что Сплав там все крушит, а мне трудно передвигаться по траве. Иногда они заходят поздороваться.
– Сезам, откройся! – воззвал Сплав.
Мальчуган торопливо послушался. Он вертелся вокруг Сплава и Кристал, пока те обустраивались снаружи. Кристал подняла силовое поле, чтобы держать пацана на отдалении, и в то же время принялась разогревать металл. Поле пацана, похоже, заворожило.
Мы со Светой остались сидеть на диване, наблюдая через стекло за Сплавом, Кристал и ребенком.
– Хорошо, когда поблизости есть дети, – произнесла Света. – Иногда они раздражают, но в основном хорошо.
– Да. Вы вместе с ними чем-то занимаетесь?
– Присматриваем. У меня в комнате есть рисунки, которые они мне дали. И я им кое-какие дала. Думаю, это важно. Протягивать руки, сохранять связи с людьми, обеспечивать людям хороший опыт общения с нами.
– Абсолютно, – согласилась я.
– Пять шипов, один короче и чуть в стороне. Это ладонь? – спросила Света. Ее голос звучал тихо. Только для меня одной. – Опасная ладонь?
– Да, отчасти, – ответила я. – Немножко солнца, славы, мотив короны статуи Свободы. Но ладони тоже, да.
– Почему?
– Потому что рано или поздно люди узнают о т-… о моем силовом поле. Может, через какие-то взаимодействия способностей, может, из-за пыли в воздухе или стекающей дождевой воды. Может, кто-то посмотрит через механикову линзу и увидит ее. Сперва я хоть как-то примирюсь с ним. Я хочу принять эту сторону себя, хотя бы отчасти, до того, как это произойдет.
– Как ты хотела это назвать, прежде чем остановилась?
Я поколебалась.
– Тварь.
– Это правда тварь? Она сильная, да? Я думала о ней и о том, как ты несла ящик Кензи. Ты держала его на стропах.
– Это больше от происхождения, чем от того, что она такое, – пояснила я.
– Моя тварь – это тревога и инстинкты, – сказала Света. – Если ты когда-нибудь захочешь, я могу рассказать тебе кое-что, чему меня научила миссис Ямада. Но ты сперва попытайся выяснить, что она делает, а потом – как это обойти.
– Спасибо, – поблагодарила я. Поискав немного путь к бегству или просто выход, я потянулась к папке и поправила ее на столике.
– Принять ее – выглядит как хорошее начало. Это последнее, что я скажу, пока ты сама не спросишь. А теперь ты скажи: у тебя тут есть что-нибудь, что поможет вдохновить меня с моим костюмом?
– У меня столько всего для твоего костюма, – ответила я, улыбнувшись отчасти тому, что эта беседа, слава богу, закончилась.
⊙
Квартира Светы и Сплава прежде была опрятной, но к тому моменту, когда прозвучал следующий стук в дверь, она превратилась в нечто иное. Детали костюмов, ремешки, отрезы ткани, бумажные стаканчики (явно из переработанной бумаги) с неаутентичной китайской едой, железки, заметки по костюмам и два ноутбука.
Сплав включил свою музыку. Его вкусы были эклектичны. Песня, которая звучала сейчас, представляла собой что-то вроде рока с двумя вокалистами, один из которых применял горловое пение.
Вошел Тристан с сумкой через плечо. За ним последовала Натали.
– Кто это? – спросила у меня Кристал.
– Натали, параюрист, и Тристан, товарищ по команде.
– Мне нравится, как Тристан выбирает цвета, – заявила Кристал.
Возможности ответить у меня уже не было, так как Тристан и Натали присоединились к нам в гостиной.
– Кристал. Мы до сих пор не встречались, – произнес Тристан. – Я смотрел по камере, когда ты навещала Кедровый Край.
– Обожаю эту прическу, – ответила Кристал. – И цвет тоже. У меня слабость к мальчикам, которым хватает смелости красить волосы. Если бы только ты был чуточку постарше.
– Я польщен, – сказал Тристан. – Я сам за такими мальчиками обычно не гоняюсь, но моя любовная жизнь сейчас не очень… живая.
– Что, правда? – спросила Кристал. – Иди сюда, садись. По-моему, тут где-то есть чистый пятачок.
– Костюмные запчасти, очевидно. И у нас мелкие на экране, – подметил Тристан. Он наклонился и помахал в камеру в углу ноутбука. Крохотная Кензи помахала в ответ. Крис существовал только в виде текста.
– А это Натали, – представила я ее. Я не вполне понимала, почему она здесь, но Тристан хотел ее пригласить, и я не собиралась возражать, если он решил попробовать еще один способ вовлечь ее как-то получше. – Ее порекомендовала моя мама. Натали, это Кристал, моя кузина.
– Рада познакомиться, – Кристал привстала и протянула руку.
Натали пожала ее и напряженно улыбнулась Кристал в ответ. Кристал кинула на меня беглый взгляд и снова села.
– Прошу прощения, что в квартире такой беспорядок, – извинилась Света. – Обычно здесь опрятнее.
– Я все понимаю, – ответила Натали. – Не переживайте.
– Еда, – произнес Сплав. – Берите, не стесняйтесь. Света ест немного, и если вы не возьмете, то она испортится. Кажется, мы зафиксировали, откуда ел я, и отложили это в сторону.
– Почему это имеет значение? – полюбопытствовал Тристан.
– У меня слабо развиты вкус и обоняние. Мы проводили изыскания и добрались до вещей, не очень полезных для плоти и крови.
– Начали мы с капсаицина и концентрированной лимонной кислоты, – добавила Света.
– В числе прочего, – сказал Сплав.
– Мы что-нибудь найдем, – заверила Света.
– Надеюсь. В общем, если у чего-то странный вкус, не ешьте это, – произнес Сплав. – Я думаю, что мы убрали все блюда, которые я испытывал.
– Я воздержусь, спасибо, – сказала Натали.
Тристан сел на пол рядом с Кристал, схватил бесхозную миску с едой и принялся раскладывать ее содержимое.
– Есть что-нибудь от нашего потеряшки? – спросила я.
– Ничего, кроме строки случайных, на взгляд, слов, которые он оставил на случай своего полного исчезновения. Выглядит достаточно загадочно, так что потребуются определенные усилия, чтобы его найти. Думаю, этого он и добивается.
– Возможно, это хорошо, – произнесла Кристал. – Если они за ним охотятся.
– Тактически? Да. Но он мой друг. Он рассказал мне почти все, – ответил Тристан. – Но не это.
Я глянула на экран компьютера. Дважды стукнув пальцами по краю ноутбука, я сообщила:
– Кр говорит, что это нетипично для нашего отсутствующего коллеги – писать так загадочно. И он прав.
– В последнее время с ним происходит много чего нетипичного, не знаю, какие выводы из этого делать, – сказал Тристан. – Он сурово к себе относится, потому что не осознаёт, что у него большая внутренняя сила и много общих талантов, которых нет у остальных из нас. Думаю, он достаточно способный, чтобы выбраться из этой переделки невредимым, за исключением худших возможных сценариев.
– Меня беспокоят и люди вокруг него, – произнесла я.
– И меня, – присоединилась Света. Она вытянула руку, а Сплав проверял, насколько подходит другой корпус для руки. Заострив кончик пальца, он провел им по металлу, помечая то место, где необходимы исправления.
– Мы с этим что-нибудь придумаем, – сказал Тристан.
– Как прошел разговор? – спросила я, переводя взгляд между Тристаном и Натали.
– Мы с Натали обсудили события дня, – ответил Тристан. – Байрон одалживает мне время, чтобы я мог успеть больше. Завтра он тоже поможет. Он не горит желанием заниматься геройскими делами, но это достаточно серьезно, так что он участвует. На завтра мы почетче разделили время.
– Спасибо, Байрон, – сказала я. – Насчет завтра. Натали, вы не могли бы взглянуть на наше предложение для «Надзора»?
Я развернула ноутбук к ней экраном. Она села на пол, чтобы прочитать, и больше не возвышалась над нами, как будто не зная, что делать с самой собой.
На экране ноутбука Светы Кензи была по уши в электронике, не в состоянии печатать. От Криса тоже никаких свежих сообщений.
Почти у всех костюмы были готовы. Кензи собиралась снабдить Криса какими-то проекторами.
– Две крупных группировки Плащей, – сказала я. – С «Падшими» шутки плохи. Они годами были незначительной занозой, хотя на заднем плане шли кое-какие плохие дела – похищения, убийства, избиения меньшинств, включая «пятьдесят третьих», и много мелких актов терроризма или иного привлечения внимания. Группа, на которой мы сосредоточены сейчас, – полагаю, Мазерсы. Каждая из основных ветвей выбрала себе в качестве темы одного из Всегубителей, и Мазерсы взяли Симург.
– Похищения были их профилем, – заметил Сплав. – Еще на Бет они охотились за Плащами-одиночками в возрасте от шестнадцати до двадцати пяти. Этих Плащей заставляли вступать в брак с членами семьи. Тринадцать инцидентов за семь лет. Три похищенных жертвы остались. Три умерли. Остальные сбежали, были выпущены или освобождены благодаря вмешательству ОПП. ОПП пытался преследовать их, но они постоянно перемещались и принимали меры защиты от Мыслителей.
– Разумно предположить, что эти меры у них по-прежнему есть, – сказала я. Раз Рейн прячется среди них.
– Разумно, – согласился Тристан. – Всевида, это означает, что ты не должна смотреть камерами на «Падших», пока мы не дадим «добро». Мы не знаем, проходит ли это через камеры, а твои камеры такие странные, что это может стать еще опаснее.
Кензи оторвалась от работы, чтобы напечатать ответ. Протесты, похоже.
– Мы доложим нашу ситуацию «Надзору» и сделаем все возможное, чтобы они подключились. Согласятся они или нет, у нас будут определенные приоритеты, высокие и низкие, и на них мы будем сосредотачиваться, если увязнем в событиях.
– Можно? – спросил Тристан и сдвинул ноутбук так, чтобы с него мог читать и он, и Натали. Та кинула на него раздраженный взгляд. – Ты их выписала. Хорошо.
Я подалась вперед.
– Эта атака на «Падших»? Это желание злодеев найти оправдание для себя и получить шанс показать себя, плюс естественная и оправданная ненависть к «Падшим». Они приемлемая цель, и группировка Опасного Края хочет показать, что они сила, с которой надо считаться. К несчастью, часть этой группировки будет охотиться на нашего товарища по команде, и мы не можем воздействовать на это прямо. Но более крупная группировка сосредоточена не на нем.
– Если он прячется, мы доверимся, что он знает, что делает, – произнес Тристан.
– Мы вынуждены, говорит твой кореш Крис, – сообщила Кристал.
– Я изящно избегал упоминать это, Крис, – сказал Тристан.
Я продолжила:
– В зависимости от развития событий, нам может потребоваться эвакуировать посторонних. Группировка Опасного Края атакует комплекс. Они прибыли на машинах, их низкоранговые члены заправляли машины в дорогу, так что можно предполагать, что они поедут до самого комплекса и там начнут действовать. Вероятно, они разделятся, так чтобы команды, знакомы друг с другом, держались вместе.
– Фракции в пределах группировки, – произнесла Света. – Там уже идет грызня.
– Да. Я разослала по мейлу свой последний черновик. Он покрывает все группы, которые можно ожидать встретить. Прочтите его сегодня на ночь или завтра с утра. Это крупное столкновение, мы не можем просто ринуться в схватку и надеяться, что все как-нибудь само образуется, – сказала я. – Тристану, думаю, удобнее управлять группой в горячке боя. Я могу обеспечить вид с высоты птичьего полета и буду сообщать, что смогу. Если я не смогу сама решить возникшую проблему, попытаюсь указать направление тем, кто сможет.
– Младшие члены группы будут участвовать? – спросила Натали.
– Не прямо, – ответила я. – Мы это уже обсуждали. Поступим так же, как поступили вчера в Кедровом Крае. Всевида – наш инструментарий; если она участвует прямо, то как проекция, и мы держим ее подальше от «Падших». Она больше фокусируется на группе Опасного Края. Кр вносит общие помехи.
– Сообщение от Всевиды, – доложила Кристал. – Она говорит, ее мама может подвезти ее с проектором. Очаровательная картина: Плаща подвозит его родитель.
– Не такая уж очаровательная, – возразил Тристан.
– Она хочет знать, сможете ли вы внести ее проектор туда.
– Его понесешь ты, – обратился Тристан ко мне.
– Не «туда», – поправила его я. – Мы его возьмем и поместим возле точки эвакуации, чтобы было куда отойти.
– Ладно. Что думает Всевида?
– Она говорит, годится, – ответила Кристал.
– Наш фокус в крупных столкновениях – идентифицировать то, что мы можем изменить, и действовать соответственно, – сказала я. – Спасение и забота о гражданских – постоянные приоритеты.
Натали сдвинула ноутбук, повернув его к Тристану.
– Вы закончили? – спросила я.
– Я прочла. Не стала вникать в список Плащей, но прочла о тех, кто во главе.
– И?
– Думаю, есть веские основания для вмешательства. Но имейте в виду, это зависит от того, что скажет «Надзор». Если они не согласятся, я тоже не соглашусь. Однако мне представляется, что сложившаяся ситуация – именно такая, когда герои остро необходимы. Надеюсь, вы сможете заручиться их помощью.
– Спасибо, – сказала я.
– Я не думаю, что младших членов группы следует вовлекать.
– Всевида будет более или менее на отдалении, – произнес Тристан. – Жуткий пацан вмешается только тогда, когда мы разрешим.
– В форме… Внезапного шока и Глубокой задумчивости?
– Думаю, да, – ответил Тристан.
– Если бы Охрана детства была активна, они бы сказали нет.
– Можно приглушить ноутбук, чтобы они не слышали? – попросил Тристан.
Кристал прикрыла рукой микрофон на ноутбуке.
– Натали, – обратился к ней Тристан. – Если бы Охрана детства была активна, они бы сказали нет, и дети бы влезли в это все равно. Такое было в моей практике.
– О да, мы с братом были головняком для всех, – произнесла Кристал. – Наши оценки съехали, и предкам сказали, что нам придется отказаться от костюмов на несколько месяцев, пока мы не подтянемся. Предков, Охрану детства, даже ОППшников просили не спускать с нас глаз. Мы были теми еще негодниками.
– Правда? – спросил Тристан.
Кристал отвела руку от микрофона. И Крис, и Кензи обильно протестовали, что их оглушили на этот кусочек разговора: строки в чате появлялись с такой стремительностью, что их трудно было читать. Кензи, похоже, особенно вдохновляло то, что она была солидарна с Крисом.
– Я дала совет.
– Они члены команды, – сказала Света. – Мы сохраним их в безопасности.
Натали поджала губы, но ничего не ответила.
– Давайте поговорим о наших главных целях, – предложила я. – В малом масштабе мы помогаем гражданским. Оставляя это за скобками – возможно несколько плохих сценариев.
⊙
– Главные цели, – произнесла я. – Сдерживание, контроль, разрешение конфликта.
Было уже поздно, за окнами стемнело. Руководство «Надзора» сидело за столами напротив нас, слева и справа от нас. Прямо передо мной сидели Шевалье и Валькирия. Кресло Легенды пустовало. Я увидела табличку с именем директора Армстронга, седоволосого мужчины с очень выступающим подбородком и крючковатым носом. Он походил больше на безумного ученого или чудаковатого дедушку, чем на крупную фигуру мира Плащей.
У некоторых были ноутбуки или планшеты. В том числе у Шевалье. Он снял свой серебряно-золотой шлем и остался в матерчатой маске. Не в своем серьезном комплекте доспехов. Валькирия была в полном костюме, со шлемом, но без гаджетов. Однако за ее правым плечом стоял призрак. Мужчина с туманным силуэтом.
Я была в костюме. Белой декоративной оторочки на черной ткани пока не было, и я планировала добавить орнамент на перчатки, но остальное было в порядке. Золотые иглы, как на моей старой тиаре, торчали на плечах и в центре нагрудника, а также украшали броню на ногах и на перчатках. Украшение на лбу служило также весом, прижимающим капюшон, на правом плече лежали пряди волос. Защитная маска висела на поясе, ее изогнутая поверхность обнимала изгиб бедра. Я надену ее, если будет опасность и если мне не надо будет говорить.
Костюм ощущался весомо. Почти идеальный вес.
– Расскажи мне о сдерживании, – попросил Шевалье.
– При худшем развитии событий проблемы затронут весь город, – ответила я. – Если «Падшие» проиграют, но не будут стерты полностью, прецеденты говорят, что они ударят в ответ еще жестче. Мы можем ожидать партизанской тактики по всему городу, теракты и в особенности удар по Кедровому Краю.
– Район, просторечно именуемый Опасным Краем, – произнесла незнакомая мне женщина.
– Да, мэм, – кивнул Козерог.
– Мы будем работать на периметре, потому что лезть в гущу было бы за пределами наших возможностей. Одна из наших целей – не дать «Падшим» разорвать дистанцию, чтобы перегруппироваться и ударить. У нас будет механикова ловушка на главной дороге, ведущей оттуда, и мы будем следить за второстепенными дорогами.
– Включает ли работа на периметре сдерживание злодеев Опасного Края? – спросил мужчина в деловом костюме. – Если они нахлынут… поймает ли их ваша механикова ловушка?
Я посмотрела влево, где стоял Козерог в доспехах, затем справа, где была Света. Она надела некоторые декоративные дополнения. Подобно тому, как я носила шипы, повторяющие ладони твари, на Свете была броня с изгибами и извивами.
Кензи работала в мастерской, и ей предстояло рано лечь в кровать. Крис хотел прийти, но мы не могли доставить его в костюме, а его присутствие без костюма повредило бы нашему имиджу, который мы хотели создать.
Он был слегка расстроен.
– Мы это обсуждали, – осторожно ответил Козерог. – Интуиция говорит нам, что злодеи Опасного Края станут более агрессивными, если их поймать на враждебной территории. Это поставит под удар благополучие гражданских. Ловушка – это скорее мягкое отпугивающее средство, чем что-либо еще. Мы считаем, что лучше дать им уйти, чем пытаться задерживать, но мы решили оставить выбор за вами, если «Надзор» сочтет нужным вмешаться.
– Тогда мы вернемся с нашими соображениями, если сочтем нужным вмешаться, – сказал мужчина. Тристан согласно кивнул.
– Контроль, – произнес Шевалье.
– В документе, который мы вам прислали, очерчены несколько приоритетных мишеней, которые надо держать под наблюдением. В прежние времена их вики-страницы сопровождались бы предупреждениями. Мы больше сосредоточены на Кедровом Крае, чем на «Падших», потому что о последних наша информация неполна. Эти люди с большей вероятностью будут причинять вред гражданским и с большей вероятностью будут раскручивать конфликт сильнее. Если мы сможем выцелить их и убрать из общей картины, мы это сделаем. У нас уже есть контакт, который за ними смотрит.
– Мы можем предоставить вам нашу информацию по этой группе «Падших», – сказал Шевалье. – Вмешаемся мы или нет, думаю, мы мало что потеряем, пополнив ваши познания в этой области.
Он обвел взглядом остальных – те кивнули.
Мое сердце подпрыгнуло. Согласятся они или нет на вмешательство, они не говорят нам «нет». Они не говорят нам уходить и не соваться не в свое дело.
– Спасибо, – произнесла я, как только смогла говорить.
Козерог сказал:
– Наша цель в плане контроля – присматривать за всем, что может существенно ухудшить ситуацию. Если мы выведем или свяжем эти проблемные элементы, ситуация может успокоиться. Если мы этого не сделаем, есть риск, что она затянется, а этого мы хотели бы избежать.
– Теперь разрешение конфликта, – произнес Шевалье.
Я была страшно рада, что очертила темы так, как предложил Сплав, с четкими целями и сценарием на первых нескольких страницах. Шевалье действительно использовал эти пункты как маркеры, продвигаясь по ним всякий раз, когда все замолкали, и тем самым позволяя совещанию продвигаться гладко.
– Какого разрешения вы хотите?
– Мы хотим какого-то разрешения, – ответила я. – Если это закончится, а «Падшие» не будут устранены, они нанесут ответный удар. Город пострадает. Если это закончится и они будут устранены, Кедровый Край приобретет бОльшую известность. Надо будет удержать в уме, кто там в игре и кто может взять власть.
– По мере того как события будут близиться к завершению, мы, возможно, тоже сыграем свою роль, – добавил Козерог. – Если мы будем достаточно сильны и у нас будут ресурсы, мы сможем вычистить оттуда тех, кто останутся.
– Это мы забегаем далеко вперед, – произнесла Света. Она мало говорила, но у меня возникло впечатление, что атмосфера этой комнаты ее устрашала. – В первую очередь мы сосредоточимся на гражданских. Нам потребуется много огневой мощи, чтобы подумать о самостоятельной зачистке такого рода.
– Наше положение не позволяет нам дать вам большую огневую мощь, – сказал Шевалье с акцентом на «большую». – Валькирия не может сражаться с этой группой «Падших», а я привязан к другому месту дипломатическими обязанностями. Много других членов «Надзора» и подчиненных команд занято. «Авангард» в режиме ожидания. Мы попросим их оказать вам поддержку.
«Я их не хочу», – подумала я.
– Также у нас есть младшие члены «Надзора». Они помогут. Мы дадим им знать сегодня же ночью, и завтра они будут в вашем распоряжении.
Их я хотела. В их числе был Сплав. Потенциально – и другие, кого я знала и очень уважала.
– Спасибо, – произнес Тристан. Мой и Светин голоса лишь чуть-чуть запоздали.
– Вы правы насчет этого. Мы знали, что что-то назревает, но у нас не было впечатления, что все настолько серьезно. Меня держат в курсе насчет «Падших», я не могу обещать, что информация точная, но вы должны знать, что семьи общаются. Там может присутствовать одна или несколько субветвей Кроули. Также они ассоциированы с различными бандами байкеров, с различными расистскими фракциями и другими религиозными злодейскими группировками и идеологиями. Будьте готовы к любому из этого.
– Да, сэр, – ответил Тристан.
– Если ситуация будет чрезвычайной и вы обнаружите, что этот кусок вам не по зубам, уходите. Отступите, умойте руки. Ваши жизни превыше всего.
Мы со Светой кивнули, Тристан повторил: «Да, сэр».
– Пожалуй, это все мои соображения, – сказал Шевалье. – Еще какие-нибудь комментарии? У кого-нибудь?
Некоторые покачали головами. Другие просто молчали.
Шевалье пристально посмотрел на нас.
– Какие-нибудь мысли напоследок, поводы для беспокойства? Что-нибудь, чего нет в этом документе, но что мы должны знать, или что-нибудь, что вы узнали уже после того, как написали?
Было немало кое-чего, что мы в документе не упомянули или не расписали полностью.
Мы упомянули Рейна, хотя и не по имени – просто как нашего контакта среди «Падших», который может быть уже скомпрометирован, а может и не быть. Я детализировала, что у нас есть кое-кто, Эшли, кто работает в наших интересах в Кедровом Крае, и что, возможно, в лагере «Падших» у нас будет Рейн, когда мы начнем действовать. Наличие этой информации и этих рычагов давления даст нам больше контроля над ситуацией.
Мы могли бы сообщить о Рейне больше, но не стали. Его спасение – основная наша задача.
Мы не сказали ни слова о группе психотерапии, о наших индивидуальных проблемах и кризисах.
Так же, как во время собеседований на работу или в команды я задавалась вопросом, стоит ли мне упоминать о своем пребывании в больнице, этот вопрос висел надо мной сейчас, когда я стояла перед верхушкой «Надзора».
Я могла бы быть честной, сказать что-нибудь, и они почти наверняка не разрешат нам этим заняться. Я могла бы упомянуть свое прошлое, подавая заявки в команды, и мои шансы на вступление стали бы еще хуже.
Или я могла бы промолчать.
– Нет, – произнесла Света. Ее голос прозвучал мягко – возможно, кто-то даже принял бы это за робость. Я знала, что она нервничает, но вряд ли это была робость. Она думала то же, что и я.
– Нет, сэр, – сказал Тристан уверенно.
– Нет, – добавила я к их лжи свою.