Следующая

 

От рождения до смерти шагать под одной земле

Метафора, обозначающая счастливо прожитую жизнь. ► Считается, что для счастливой жизни необходимо жить на одной планете.

В день похорон вашего родителя приходит офицер по персоналу

Метафора, обозначающая навалившиеся несчастья. ► Офицер по персоналу – человек, который приходит к людям домой и извещает их, что они избраны для переселения.

Синеволосые

Пренебрежительное прозвище людей, предпочитающих жить в космических кораблях и орбитальных постройках. Это же слово используется для выражения презрения к многочисленным чиновникам Федерации, живущим в космосе. Кроме того, это метафора, обозначающая психически ненормальных людей. ► Это связано с тем, что синим цветом волос обладают Аб, космическая раса.

– из «Словаря поговорок Федерации Хании» под редакцией Мин Цина

 

Краткое содержание «Звездного флага 3»

Джинто и Лафиль на легковооруженном грузопассажирском судне «Бокбирш» направились в звездную систему Хайд, чтобы Джинто как граф взял под свое управление эту систему, вернувшуюся к Империи после отступления флота Альянса трех наций. Однако наземное правительство планеты Мартин, родины Джинто, отказалось возвращаться под власть Империи и объявило о независимости. Правителем системы Хайд был Тил, некогда близкий Джинто человек. Джинто пытался его переубедить, но не смог, и его прежняя семья разлучилась вновь.

 

Персонажи

Лафиль капитан фрегата «Фликов». Внучка Императрицы. Субгектокоммандер
Джинто администратор там же. Граф Хайд. Офицер-администратор передней линии.
Экурьюа старший помощник капитана и навигатор там же. Декакоммандер.
Гуринсия главный инженер там же. Декакоммандер-инженер.
Ятеш офицер связи там же. Офицер задней линии.
Арбоф комендор там же. Офицер передней линии.
Гномбош посыльный там же. Фланговый офицер.
Духир заместитель офицера связи на линейном корабле «Кайсоф». Младший брат Лафили. Фланговый офицер.
Берсот капитан там же. Гектокоммандер.
Вонью офицер связи там же. Офицер передней линии.
Атосурьюа командующая первым штурмовым дивизионом. Килокоммандер.
Собаш начальник штаба там же. Гектокоммандер.
Котопони командующая флотом. Маршал Космических Сил.
Рамаж двадцать седьмая Императрица империи Аб
Браш главный советник империи Аб
Бароз советник посольства при правительстве империи Аб
Фарамунш начальник Главного штаба империи Аб
Тин Куихан посол Федерации Хании
Самсон управляющий графства Хайд

 

Пролог

«На скольких похоронах мне уже пришлось побывать? И на скольких еще придется?» – думала двадцать седьмая Spunej Frybar Gloer Gor Bari Абриел Неи-Дебруск Dreu Abliarsar Рамаж.

Она находилась на Glaga Glagarak «Гафтонош», служившем также Rue Liur. «Гафтонош» медленно двигался в направлении Rue Ibei Лакфакалле.

Неизвестно, как было принято у империй древних времен, однако в Frybar Gloer Gor Bari даже тронный корабль проектируется с учетом того, что он должен участвовать в бою. Вот почему это всегда сверхсовременный Resii. Сейчас это был патрульный корабль класса «Кау». На корабле класса «Кау», являющегося флагманом флота, положено быть Glahareribash, но на «Гафтоноше» вместо него был установлен Skemsorl Roen.

Shir Glaharerl выполняет функции персональной каюты Spunej. Неизвестно, как в других армиях, но по крайней мере в Rue Labule это самое просторное и роскошное место, какое Bosnal может рассчитывать увидеть на поле боя. Императорская каюта, конечно, не является воплощением роскоши, но все же украшена весьма изысканно.

Тем не менее, если учесть, что эта каюта предназначена для той, кто взвалила на свои плечи целую Империю с более чем триллионом жителей, она довольно-таки безыскусна.

Однако для Рамаж ее каюта была настоящим раем. Титул Spunej несет с собой чудовищную нагрузку. Особенно во время войны. Время и пространство, где и когда она могла просто побыть одной, было поистине бесценно. Еще лучше было бы, если бы в это время на нее не сыпались срочные доклады, но на такую роскошь надеяться не приходилось.

Пол каюты слабо вздрогнул; это означало, что корабль пришвартовался.

Рамаж поставила на стол светло-синий фужер и встала.

Дверь открылась. Там уже ждала Yazuria и Beikeburia.

Erumiton, – почтительно поклонился Was Beikebureil.

Рамаж поприветствовала их кивком и шагнула на платформу.

Императрица покинула свой персональный рай.

Мобильная платформа мягко скользила по коридору, стены которого были расписаны лугами. Sash Idar, стоящие через каждую тысячу Daj, поднимали оружие в салюте.

Рамаж подумала: «Возможно, прямо сейчас где-то в Fath тоже проходят похороны. Похороны без погребального зала».

Неважно, насколько такое мышление старомодно, но для Bosnal нет лучшего гроба, чем корабль Labule. Есть те, кого раздражает необходимость делить гроб с другими, но их меньшинство. Большинство считает, что остаться с семьей даже в смерти – повод для радости.

Вряд ли кто-то будет возражать, что все, кто служит вместе на корабле, – одна семья. Нет никаких грандиозных церемоний посвящения, но как только люди оказываются вместе на корабле, они становятся семьей в жизни и в смерти. Особенно в эпоху войн.

А сейчас была именно эпоха войн.

Прямо сейчас в Fath множество кораблей – и своих, и чужих – набрасывались друг на друга и погибали. Повсюду шли смертные церемонии.

Так или иначе, здесь, в Лакфакалле, столице Kasarl Gereulak, находится один из множества погребальных залов, причем самый большой в Империи. Здесь хоронят лишь членов Fasanzoerl, а также тех, кто удостоился особого разрешения.

Аб, хоть и атеисты, демонстрируют иногда обряды, заставляющие их испытывать чувства, подобные религиозным. Похороны – самый яркий пример.

Должно быть, даже у самых религиозных наземников погребальные ритуалы примитивны в сравнении с ритуалами Аб.

Конечно, эти ритуалы не религиозные в прямом смысле. Здесь не место для вмешательства бога и прочих посторонних. Церемония только для тех, кто знал покойного.

Yazuria покинула наконец шлюз «Гафтоноша» и вплыла в погребальный зал.

Обе стены главного коридора украшали изображения звезд. Как правило, Аб предпочитают живопись с планетарными пейзажами, но там, где дело касается усопших, звезды считаются более подобающей символикой.

Дверь отворилась; по обе стороны прохода стояло множество людей. Увидев Рамаж, они разом отдали салют.

Вперед шагнул Lodair с темно-синими волосами. Эмблема указывала на то, что он в звании Roifrode. Сидорьюа Борджу-Сид Сеер, главный скорбящий на сегодняшней церемонии.

Erumiton, большая честь, что вы пришли, – поприветствовал он Рамаж.

– Это огромная потеря, – выразила соболезнования Рамаж. – Мы хороним моего главного советника; я никак не могла не прийти.

– Если бы отец услышал это, он был бы счастлив.

– Правда? – улыбнулась Рамаж и сошла с платформы.

Полное имя отца Сидорьюа было «Сидорьюа Борджу-Сид Сииз». До совсем недавнего времени он был Bosif Империи.

Покойный не воспринимал всерьез концепцию «отдыха», а тратить время без пользы считал непозволительной склонностью. Даже на общение со Spunej.

Если бы он узнал – теоретически, – что бессердечная Spunej тратит время на поминовение покойного, он наверняка назвал бы это глупым расточительством. В этом Рамаж была уверена.

Однако она знала, что и он время от времени поддавался искушению повозиться с цветочными клумбами.

Погребальный зал имел форму круга, в центре стоял гроб с телом Bosif Raika.

Рамаж оттолкнулась ногой от пола.

Механизма управления гравитацией здесь не было.

С проворством Аб Рамаж подлетела почти к самому гробу.

В прозрачном цилиндрическом гробу прежний главный советник лежал совсем как живой.

Рамаж молча простилась и уступила место следующему посетителю.

В подобных ситуациях даже Императрица не удостаивается каких-то особых привилегий. В центре внимания на похоронах всегда должен быть покойный.

Рамаж села в свое кресло и зацепилась мыском ноги за выступ в полу, чтобы не взлететь вверх.

И тут к ней приблизился наземник, осторожно управляя Suryuul.

Вообще-то здесь присутствовало довольно много наземников. Прежний главный советник сам был родом из Nahen, и немало его подчиненных тоже не обладали генами синих волос.

Но этот конкретный наземник не был даже подданным Империи. Это был Тин Куихан, посол Федерации Хании.

Erumiton, – сказал он и довольно умело для наземника попытался опуститься рядом с Рамаж.

Но Nakeburia небрежным движением пресек эту попытку. Его рука крепко сжимала рукоять Klanyu.

– Посол, я крайне признательна вам за то, что вы почтили своим присутствием похороны члена моей свиты, – холодно произнесла Рамаж.

– Его Превосходительство Сидорьюа был моим добрым другом, – в голосе посла слышалась глубокая скорбь. Если он притворялся, то был очень хорошим актером. – Прийти на его похороны – для меня вовсе не хлопотная обязанность, которая требует признательности других.

– Вот как? В таком случае вместо признательности выражаю вам соболезнования.

– Благодарю вас, – Тин низко поклонился и потерял равновесие. – Прошу простить мне мою смелость, но не могли бы Erumiton уделить мне немного времени по завершении мероприятия, чтобы мы смогли поговорить?

Похоже, это и было истинной причиной визита посла. Если бы он просто хотел поделиться воспоминаниями об усопшем друге, то нашел бы других слушателей.

– В таком месте и в такое время? – ледяным тоном произнесла Рамаж. – К счастью, если вы воздержитесь от продолжения, я закрою на это глаза.

– Я знаю, что это крайне невежливо, но рассчитываю на ваше великодушие. Это во имя мира между нашими странами, – Тин не желал отступаться.

– В таком случае вы можете обсудить этот вопрос с новым Bosif.

Смерть предыдущего главного советника была полной неожиданностью, тем не менее новый был назначен незамедлительно. Повышение получил Браш из Waloth Gekar Skofarimeir.

По сравнению со своим предшественником ему недоставало опыта, однако Рамаж верила в его способности. А главное – в ведении Gek Skofarimeir находились все дипломатические вопросы, а единственной нацией, по-прежнему сохранившей дипломатические отношения с Аб, была Федерация Хании.

– К сожалению, Lonyu Bosim не выразил особого желания выслушать то, что я имею сказать.

– Вот как? А мне Bosif доложил, что уделил вам довольно много времени.

– К сожалению, только времени, – пожаловался Тин.

– Результата никто и не гарантирует.

– Вот поэтому…

– Даже для Spunej, – сейчас голос Рамаж звучал осуждающе, – совершенно неприемлемо вмешиваться в прямые обязанности подчиненных. Я была бы очень рада, если бы вы это усвоили.

– Я усвоил, но, пожалуйста, выслушайте.

«Не пора ли его выставить?» – Nakeburia вопросительно посмотрел на Рамаж.

«Пока в этом нет необходимости», – подала сигнал кончиками пальцев Рамаж. Движение было настолько мелким, что Тин едва ли заметил.

– Я согласна переговорить на ногах.

– Большая честь для меня.

– Однако вам не следует воспринимать эту возможность как новую привилегию.

– Я понимаю, – Тин кинул взгляд на Nakeburia. – Возможно, стоит подыскать более подходящее место.

Рамаж подавила желание ответить «Ну так подыщите» и сказала:

– Встретимся после похорон. Вы проводите меня до корабля на моей Yazuria.

Повисло краткое молчание. Посол явно был недоволен тем, как мало времени ему было выделено.

Посольство располагалось в Ruebei. Это значило, что они могли бы вместе вернуться на «Гафтоноше». В таком случае времени для беседы было бы предостаточно.

Однако Spunej не даровала послу столь любезного исключения.

Как Рамаж и подозревала, Тин был недоволен. Но, стараясь не выказывать своего недовольства, он отвесил глубокий поклон и произнес:

– Я польщен и признателен за предоставленную мне возможность, Erumiton.

Пока они беседовали, остальные собравшиеся в погребальном зале продолжали прощаться с усопшим. Когда число желающих подойти к гробу уменьшилось, погребальный зал наполнился голосами.

Только голоса, без слов. Сначала они звучали тихо. Никакого особого смысла этот звук не имел.

Рамаж тоже добавила свой голос, вложив в него печаль расставания.

У гроба уже никого не было. Гул становился все громче, вот он уже заполнил весь зал.

Сперва это был разрозненный шум, но затем голоса слились в единую прекрасную мелодию.

Bar Kikos. Красивая песня, символизирующая завершение жизненного пути Аб.

Рожденные в Nahen часто желают быть похороненными в родной земле. Однако Сидорьюа Борджу-Сид Сииз предпочел для себя погребальную церемонию по обычаям Аб. И Frybar оказала ему максимальное уважение. Одно то, что церемония проходила именно в этом погребальном зале, являлось огромной честью. Даже среди Fasanzoerl не все ее удостаивались.

Пока реквием Аб заполнял погребальный зал, сверху медленно опускался черный блестящий цилиндр. Вскоре он полностью поглотил прозрачный гроб. Предполагалось, что эта оболочка будет хранить тело Bosif Raika в течение сотен миллионов лет.

Когда цилиндр полностью сокрыл гроб, он начал подниматься. Предстояло зарядить его в Irgyuf.

Реквием Аб звучал все громче.

Гроб был заряжен, казенник закрылся.

Миг – и пушка выстрелила, послав гроб в направлении центра Галактики.

Отдача поглотилась огромной массой погребального зала, создав на время небольшую уютную псевдогравитацию.

Притянутые этой псевдогравитацией, подошвы всех собравшихся одновременно коснулись пола.

По залу разнесся сухой стук.

Это послужило сигналом – песнопение прекратилось.

Церемония была завершена.

Рамаж какое-то время смотрела на закрытый казенник.

«Сколько еще раз мне придется видеть это зрелище?..»

Легонько оттолкнувшись от пола, она направилась к выходу, где ждал посол Федерации Хании.

 

Следующая

Leave a Reply

ГЛАВНАЯ | Гарри Поттер | Звездный герб | Звездный флаг | Волчица и пряности | Пустая шкатулка и нулевая Мария | Sword Art Online | Ускоренный мир | Another | Связь сердец | Червь | НАВЕРХ