Предыдущая            Следующая

ГЛАВА 9. В ИМПЕРАТОРСКОМ ДВОРЦЕ (Ruebeil)

 

Город-корабль Абриел, родина Аб, будучи несколько раз модифицирован, по-прежнему использовался – теперь в качестве Ruebei.

Население гигантского корабля, некогда вмещавшего в себя почти миллион человек, и сейчас составляло около двухсот тысяч. Он походил скорее на маленький город, нежели на Bei.

В одном из районов этого города, тщательно изолированном от потоков наиболее ценной информации, жила и работала группа иностранцев.

Одним из них был Санпул Сангалини, посол Объединенного Человечества.

Frybar не позволяет иностранным судам входить в управляемые ею звездные системы. Но она создала семь Bidaut Alsa, через которые торгует с иностранными государствами. А если между государствами появляются экономические взаимоотношения, то рождается необходимость во взаимоотношениях дипломатических. Поэтому Империя обменялась послами с остальными четырьмя межзвездными нациями.

Живущие в Ruebei иностранцы – это четыре посла и их помощники. Других мест, где разрешено находиться иностранцам, кроме Императорского дворца и семи Bidaut Alsa, во всей Frybar нет.

Хотя Аб и уважают привилегии послов, дипломатию саму по себе они не очень ценят. Сангалини и прочим очень редко доводилось общаться с высокопоставленными лицами Империи. Со Spunej послам было дозволено встречаться лишь на официальных церемониях по случаю их назначения и отбытия.

Сейчас Сангалини и трое других послов получили вторую возможность встретиться с Императрицей.

В Ruebei имелся так называемый Wabes Bezorlot. Но использовался он лишь для важнейших церемоний и мероприятий, и Сангалини там никогда не бывал.

Сангалини вызвали в другой зал – Wabes Lizel. Оправдывая это название, повсюду в зале цвела Lizel. Сангалини было трудно в это поверить, но Аб тоже ценили красоту природы, хоть и по-своему.

Середина зала была вымощена камнем, чтобы люди могли нормально ходить. В зеркально полированном черном мраморе было выгравировано изображение галактики. С одной стороны площадки располагалось возвышение. По углам возвышения стояли колонны с изображением Гафтоноша, посередине – трон, весьма удобный на вид (хотя до Skemsorl Roen ему было далеко).

На нем очень прямо сидела красивая женщина.

Изящная Alfa в форме Гафтоноша. Светло-синие вьющиеся волосы, торчащие из них заостренные уши. Пряди с боков спадали на грудь светло-розовой Daush. Коричневато-алые радужки глаз выделялись на фоне белков цвета Futienyu. Из черных рукавов Serlin, надетой под мантию, выглядывали изящные белые руки. Одна рука держала жезл, символизирующий власть над величайшей военной силой в истории человечества. Это была Spunej Рамаж Erumita, двадцать седьмая Императрица Frybar Gloer Gor Bari.

Четверка послов стояла напротив Spunej. Сангалини невольно почувствовал себя униженным. Эти Аб, высокомерные и безрассудные… Насчет безрассудности еще можно сомневаться, но высокомерны они, это точно.

Erumiton, – заговорил Сангалини за всех послов. – Мы благодарны вам за то, что вы позволили нам встретиться.

– Я принимаю вашу благодарность, посол, – кивнула Рамаж. – У меня мало времени. Полагаю, то же самое относится и ко всем вам.

– Несомненно, – кивнул Сангалини. Он совершенно не намеревался разводить церемонии перед надменными Аб. – Позвольте мне сразу же перейти к делу. Я пришел сюда, чтобы подать протест.

– Это неверное утверждение, не так ли? – укоризненно ответила Spunej. – Мне доложили, что ваш флот напал на Frybar. В настоящее время связь прервалась, так что мне неизвестны детали. Я рассчитывала, что получу исчерпывающее объяснение произошедшего от вас четверых.

– Именно протест, – настойчиво заявил Сангалини. – Наш флот действительно напал на звездную систему вашей Империи, называемую Loebehynu Sufagnaum. Однако мы предпочитаем считать это актом возмездия.

Выражение лица Рамаж осталось бесстрастным; она лишь приподняла бровь.

– Надеюсь, посол, вы просветите меня, что послужило причиной этого вашего «возмездия»?

– Несомненно, – Сангалини изо всех сил старался держать себя в руках. – Наша нация открыла новый Сорд и начала исследование области Fath вокруг него. Внезапно исследовательский флот подвергся беспочвенному нападению военного корабля, принадлежавшего, мы уверены в этом, Frybar. Нам удалось уничтожить этот корабль, но при этом мы сами понесли серьезные потери. Я здесь, чтобы подать ноту протеста от имени Объединенного Человечества. Возможно, та область и расположена вблизи территории вашей нации, но я всегда считал, что двумерное пространство открыто для свободной навигации. Неспровоцированным нападениям не может быть оправдания.

– Я бы хотела присоединиться к протесту посла Объединенного Человечества от имени моей нации и ее народа, – заявила посол Республики Великого Алконта Маримба Су-Ни. Сангалини увидел, что на лице ее был написан гнев. Если она играет, она великая актриса, подумал Сангалини.

– Я тоже хотел бы присоединиться к протесту от имени моей нации и ее народа, – с непонятным выражением лица добавил посол Федерации Хании Гвен Таурон. Баронхом он не владел и потому пользовался автоматическим переводчиком. Из-за этого понимать, что он думает, было еще труднее.

– И моя нация тоже, – с сильным акцентом произнесла Дженет МакКалли из Суверенного Союза Народов Звездных Систем. – Нам больно видеть тиранию вашей страны. Мы требуем извинений и компенсации нашему дорогому союзу наций и будем следить за ходом переговоров с глубокой заинтересованностью.

Рамаж с полным отсутствием интереса на лице переводила взгляд с одного говорящего на другого, наконец ее взгляд вновь остановился на Сангалини.

– И поэтому вы напали на нашу территорию? Это выглядит не в вашем стиле. Почему вы не подали протест тогда, когда наш корабль атаковал вас?

– Возмездие было осуществлено по решению командира на месте, – посол сказал то, что ему было велено сказать правительством. Сам он не очень-то верил в это объяснение. – Как вам хорошо известно, связь центра с периферией требует немалого времени. Если бы командующий флотом запросил инструкции у правительства, я уверен, мы бы оформили протест точно так, как предлагаете Erumiton.

– Посол, вы лжете, – заявила Рамаж, чуть склонив голову набок.

– Как вы смете делать такие обвинения! – Сангалини изобразил крайнее возмущение. – Какие у вас основания?

– Вы сказали, что один из наших кораблей первым напал на вас, но я в это не верю. В гордых Labule нет таких негодяев, которые нападают на других без веской на то причины.

– Из всякого правила есть исключения, – возразил Гвен.

– Даже если бы здесь имело место исключение, – размеренно продолжила Рамаж, – они бы не потерпели поражения. В великолепных Labule нет командиров, которые некомпетентны настолько, что по собственной воле начинают бой, который не могут выиграть. Я не верю в существование командира, являющегося исключением из обоих правил.

– Ваша точка зрения очень односторонняя, Erumiton, – сказала МакКалли. – Я предлагаю Frybar Gloer Gor Bari и Объединенному Человечеству образовать комиссию для совместного расследования инцидента, а трем нейтральным государствам направить в эту комиссию наблюдателей.

– Вы тоже собираетесь лгать? – Spunej холодно взглянула на МакКалли. – Ваши государства объединены в союз. Как вы можете быть нейтральными?

– В данном вопросе мы нейтральны, Erumiton, – ответила посол Суверенного Союза Народов Звездных Систем. – Поэтому мы и предлагаем провести расследование того, что же на самом деле имело место.

– Я тоже считаю, что вам следует принять предложение Суверенного Союза Народов Звездных Систем, – кивнула Су-Ни.

– Это бессмысленно, – Рамаж устремила взгляд своих коричнево-красных глаз на Сангалини. – Посол, я ожидала от вас более умной лжи. Но вы обманули мои ожидания. Я разочарована.

– Что!.. – Сангалини лишился дара речи. Сделать он не мог решительно ничего. Spunej Аб изначально не собиралась прислушиваться к его словам. От его дипломатического искусства здесь не было никакого толка.

– Но почему вы считаете, что это ложь, Erumiton? – спросила МакКалли. – Прежде чем делать такие выводы, хотя бы проведите расследование!

– Если такая грубая ложь вас устраивает, мне нечего вам сказать. Или, может быть, вы на самом деле верите, что он говорит правду? Но мы, Аб, находим привлекательность лишь в более утонченном обмане.

Erumiton. Мой долг – объяснить, что если вы начнете воевать с Объединенным Человечеством, то мы, Суверенный Союз Народов Звездных Систем, будем вынуждены объявить Frybar войну в соответствии с условиями Новосицилийского Договора, – заявила посол МакКалли.

– Благодарю вас, посол, – саркастично ответила Spunej. – Мне это отлично известно. Полагаю, то же самое относится к Республике Великого Алконта и к Федерации Хании.

Две головы синхронно кивнули.

– Отлично. Значит, будем воевать, – без малейших эмоций в голосе произнесла Рамаж. – Всем спасибо. Желаю вам благополучно добраться домой. Ваши дипломатические привилегии будут аннулированы через двадцать четыре часа. Естественно, я ручаюсь честью Frybar, что вам будет обеспечен безопасный полет до открытого порта.

«Секундочку! – мысленно завопил Сангалини. – Вот так сразу все и закончилось? Я, самый опытный дипломат Объединенного Человечества, даже не получил шанса поторговаться – просто передал лживое заявление правительства, получил в лицо обвинение в плохой лжи, а в руки – объявление войны, и с этим должен возвращаться домой? Я что, мальчик на побегушках?! Это же должен был быть всего лишь пробный камень, проверка настроения Frybar

Erumiton, пожалуйста, подумайте еще раз, – негромко сказал Гвен. – Вы вступаете в войну с половиной человечества.

– Вероятно, вы забыли, посол, – невозмутимо ответила Spunej, – что вторая половина относится к Frybar.

– Если вы хотите войны, так тому и быть, – проговорила МакКалли с гневом в голосе – похоже, она забыла на время, что она дипломат. – Но знайте: Frybar, лишенная идеологии, никогда не победит!

– Идеологии? – впервые на лице Рамаж отразился интерес. – Вы правы, наша Frybar лишена идеологии. Но это не сыграет ни малейшей роли в определении победителя. То, что без идеологии невозможна победа, – не более чем ваш предрассудок.

– Но что станет с будущим человечества? Такое будущее, где людьми правит Frybar без идеологии, просто не имеет права на существование.

– Я тоже более или менее знаю историю человечества. Оглядываясь на нее, можно увидеть, что идеология приносила пользу лишь отдельным личностям. Когда на ней основываются действия целых наций, это заканчивается катастрофой. Идеология государства ведет его Bisarl к бессмысленным смертям. Frybar идеология не нужна, мы существуем без нее, нацеливаясь лишь на интеграцию различных человеческих социумов. В империи есть подданные с самыми необычайными верованиями. Например, Dreuhynu Bisurel, жители которого не понимают, что живут под властью Империи; своего Seif Sos они почитают как бога и верят, что Аб – плод их воображения. А Sos из Dreuhynu Gogam хранят свое сознание в Datykirl и считают, что достигли вечной жизни. Империя правит ими всеми как тень, защищает их всех. Если и есть у нас идеология, то только эта.

– Это софистика. Будущее человечества под властью Аб, изменяющих свои собственные гены, было бы просто отвратительно.

– Вы преувеличиваете, – возразила Рамаж. – За без малого две тысячи лет, прошедших с рождения наших основателей, базовые генетические структуры Аб не менялись. Мы, как и вы, тоже страшимся эволюции.

– Вы страшитесь эволюции?

– Думаете, нет? Мы устраняем генетические нарушения, которые служат двигателем эволюции. Когда человек заполучил в руки силу влиять на свою наследственность, он в конечном счете закрыл дверь для собственной эволюции. Это справедливо и для Frybar, и для ваших стран. Всё из страха перед эволюцией.

– Это… – начала было МакКалли.

– Это всё слова, Erumiton, – вмешался Сангалини. Spunej Аб явно получала от дискуссии удовольствие. Следовало под предлогом продолжения дискуссии хоть немного затянуть аудиенцию, а там, может, и ниточка переговоров потянется. – Страх эволюции – одно дело, однако сможет ли выжить государство без идеологии? Такие государства обречены на распад.

– Наша Frybar существует уже без малого тысячу лет, не нуждаясь в костыле под названием «идеология», – спокойно возразила Рамаж. – Вашим государствам, понятно, идеология необходима. Или хотя бы ее иллюзия. Иначе вам не удастся связать воедино разрозненные народы и противостоять другим нациям.

– Но ведь у Frybar то же самое? – указал Гвен.

– Нет, – тут же ответила Рамаж. – Frybar связываем воедино мы, Аб. Именно благодаря Аб как связующей силе человеческого общества люди могут наслаждаться жизнью и культурой, не утруждая себя идеологией.

– Что же тогда связывает воедино самих Аб? – насмешливо спросил Сангалини.

– Это вас не касается, – отмахнулась Рамаж. – А сейчас, дамы и господа, пожалуйста, уходите. Ваши лживые заявления ненадолго возбудили мой интерес, но это уже прошло. Приятно было пообщаться. Напоследок я должна поставить вас в известность, что, если мы победим в этой войне, это будет последняя война в истории человечества.

– Вечный мир? – с гневом на черном лице произнесла МакКалли. – Многие об этом мечтали. Но ни разу никому не удалось воплотить эти мечты в реальность.

На красивом лице Spunej расцвела улыбка. Это не была знаменитая «улыбка Аб». Теплая, светящаяся детской невинностью улыбка. При виде этой улыбки Сангалини почувствовал, что эта молодо выглядящая красивая женщина действительно прожила без малого сто лет и что ее раса совсем юна.

С гордостью человека, на хрупких плечах которого лежит будущее всего человечества, Spunej заявила:

– Однако никто из них не был Аб.

 

Дождавшись, когда дипломаты нехотя уйдут, Рамаж спроецировала на пол перед возвышением такую знакомую ей схему Fath.

На известной территории располагается около тридцати миллиардов Сордов. На стороне Dath все они находятся в Elukufa. Причиной этого, видимо, послужило разделение нормального и двумерного пространства сразу после Большого взрыва. Однако положение каждого отдельного Сорда в галактике никак не связано с положением звезд. На стороне нормального пространства большинство Сордов находится в спиральных рукавах галактики.

Расположение Сордов часто сравнивают с кругами на воде. Скопление Сордов, образующих центральный круг, плюс состоящие из Сордов концентрические Speish.

Центральный круг настолько переполнен, что туда не могут заходить Flasath. Огромное количество Kigaf испускает густой поток Supflasath, направленный к периферии круга.

Снаружи от центрального круга идет узкая щель, а за ней – пояс Сордов. Это Speish Kasna. Дальше чуть более широкая щель, за ней Speish Marta.

Speish и дальше продолжают чередоваться с щелями; все Сорды вместе образуют Sordlash Elukufar.

Щели между Speish чем периферийнее, тем шире. Но число Сордов в каждом кольце примерно одно и то же, поэтому во внешних кольцах они отстоят друг от друга дальше, чем во внутренних.

Большинство используемых человечеством Сордов располагается относительно плотно в Sorl Bandak, включающей в себя кольца по Speish Dana. Если захватить в Dath Sord Loeza, открыть его и выйти в Fath, естественно, с высокой вероятностью можно попасть в центральную область. Взяв под контроль Сорды близ центральной области и выходя в нормальное пространство через ближайшие к ним, человечество расширяло свои территории.

В результате ненасытной тяги человечества к экспансии даже в области, некогда носившей название «Sorl Geiraza» и содержащей кольца со Speish Gana по Speish Rokyutona, появилось множество Сордов, ведущих к обитаемым звездным системам.

Frybar включает в себя восемь Fek. В каждом из них есть Larth. Рамаж, пока не уступила трон сыну, сама имела статус Larth Kryb. Но этот статус, как и статус Voda, который не правит непосредственно своей Aith, является в основном формальным. Fapyut каждого королевства являются непосредственными подчиненными Spunej, а не короля. Поэтому, хоть королевства и называются королевствами, фактически это наименования скорее территорий, чем административных единиц.

Семь из восьми Fek теснятся в Sorl Bandak, образуя сложные границы сфер влияния с другими государствами.

И лишь одно Fek, Fek Irik, располагается в Speish Romarta.

Из Fek в Arosh Лакфакалле ведут восемь Сордов. Когда эти Сорды, хранившиеся внутри города-корабля «Абриел», были открыты, по прихоти теории вероятностей семь из них открылись в Sorl Bandak, и лишь один, Sord Irik, – в отдаленную область с редко расположенными Сордами.

Frybar воспользовалась этой редкой возможностью, чтобы взять под контроль Speish Romarta. Она назначала туда Sif, строила Lonid. Последний шаг, открытие далекого населенного мира, системы Хайд, был сделан незадолго до того, как был проложен путь по кругу через все двенадцатое кольцо.

Благодаря форме своей территории Fek Irik также было известно как «Bar Seida»: оно словно обнимало Sordlash Elukufar. Но теперь, когда две руки соединились, это название устарело.

На внешнем краю Speish Romarta, где в целом Сорды располагаются редко, было обнаружено их плотное скопление. Полагают, что этот регион перекрывается со Speish Сордов из другой галактики.

Руки человечества туда еще не дотянулись, однако двери в другую галактику уже были открыты.

Но открыты они были только для Bar Frybar. Пока существует Fek Irik, ни одна нация, кроме Frybar, до другой галактики добраться не сможет.

Конечно, если бы удалось найти другие Сорды, ведущие за пределы Fek Irik, было бы другое дело, но шансов на это было мало.

«Уж не в этом ли причина того, что Bruvoth Gos Suyun решил начать войну? – подумала Рамаж. – Если так, то это глупо: пригодных для жизни человека миров есть еще множество».

Loebehynu Sufagnaum входил в Fek Irik. Захват врагом этой системы – все равно что ампутация «рук» Империи Аб.

– Фарамунш, можете прийти? – спросила Рамаж, начертив в воздухе Rue Greu фигуру вызова.

– Уже, – рядом с Ja Fad появилась голограмма человека с заплетенными в косички серовато-голубыми волосами. Это был Waloth Ryuazon, Rue Spen Фарамунш Веф-Лусам Лазас.

– Вы слушали?

– Да, Erumiton.

– Есть ли хоть капля правды в их словах?

– Скорее всего, Сорд они действительно открыли. Но, похоже, они изначально послали войска с намерением разорвать связи между Ворашем и Сафугноффом. Наверняка эту область они втайне исследовали уже много лет.

– И Spaude Rirrag ничего не заметила?

– Да, как ни печально это говорить.

– Это серьезная ошибка.

– Мне нечего ответить, – Фарамунш опустил голову, хотя непохоже было, что он очень уж стыдится.

– Уж не стареет ли Frybar? – пробормотала Рамаж.

– Возможно, – Фарамунш не стал возражать. – Мы на самом деле не предполагали, что они проделают такую громадную работу. И информацию они скрывали мастерски. Я не пытаюсь найти оправдания, но ведь Gek Skofarimeir тоже ничего не обнаружил?

– Да, – кивнула Рамаж. – В последнее время Gek Skofarimeir лишь выражает озабоченность по поводу возможных крупномасштабных военных действий.

– Вне всяких сомнений, их государства работают сообща. Для столь разнородных армий у них получается весьма впечатляюще.

Судя по тону Фарамунша, он был возбужден. Если торговлю он считал скучной игрой, то войну – игрой очень интересной, и от происходящего он получал удовольствие. У любого, не только Фарамунша, сердце начинает биться сильнее, когда появляется враг.

Рамаж, однако, смотрела на ситуацию под другим углом. Все-таки она Spunej, а значит, несет ответственность не только за свою жизнь, но и за жизни всех своих подданных. Не то чтобы в ее сердце не было возбуждения, но в то же время было там и чувство вины.

– Ладно, а что с нашим кораблем, на который напали? – задала Рамаж вопрос, который грыз ее больше всего. – Это Resii «Госрот», верно?

– Да, – с печальным выражением лица ответил Фарамунш. – С вероятностью больше девяноста процентов это был «Госрот». Сорд, через который они прошли, мы пока не определили, но в любом случае «Госрот» был единственным нашим кораблем в том районе. Мои соболезнования.

– Не говорите лишнего, – отчитала его Рамаж. – Первыми отправляться на поле боя – традиция Абриелов.

– Однако его SarerlBomowas Лексшью, один из лучших Lodair в Labule. Возможно, ей удалось эвакуировать Feia Borl Paryun в безопасное место. Поскольку статус FeiaBene Lodair, она член экипажа лишь номинально.

– Не надо пустых утешений. Если бы это было так, о том, что Лафиль в безопасности, я бы уже знала.

– Прошу прощения, – застенчиво произнес Фарамунш.

– Но… – произнесла Рамаж, а мысленно добавила: «Эх, Лафиль. Нравилась мне эта девочка. Как сын, Дебеус был так себе, но отец он на удивление талантливый. Если бы она пала на поле боя не Bene Lodair, а хотя бы настоящим Lodair, это не было бы так несправедливо».

– Тяжелое сейчас время для Larth Kryb Feia, – раздался другой голос, не Фарамунша. – Он потерял сразу и Yofu, и Fryum.

Larth Barker, – Рамаж чуть скривилась, обнаружив обладателя голоса. – Не припомню, чтобы я вас вызывала.

– Важные события для всей Frybar. Прошу прощения за вмешательство, Erumiton, – и голограмма Glaharerl Rue Byrer, Kilugia и Larth Barker, Rue Spen Дусанью поклонилась.

– Если хотите высказать соболезнования Дебеусу, к нему и идите, Feia.

– Это позже, Erumiton. Я пришел, чтобы получить Имперский декрет.

– Пока просто ждите.

– Ждать? – на лице, слишком красивом для мужчины, появилось озадаченное выражение.

– Фарамунш, – обратилась Рамаж к Waloth Ryuazon, предлагая тому объяснить положение дел.

Feia Glaharerl, – обратился Фарамунш к своему высокопоставленному коллеге. – Мы установили, что вторгшийся в Loebehynu Sufagnaum враг движется медленнее, чем мы ожидали. Кроме того, их силы слишком малы, и мы ищем объяснение этому.

– Отвлекающий маневр? – Дусанью погладил рукой подбородок. – Вот на что похоже, Lonyu.

– Да, похоже. Если вам нужны подробности, обратитесь в Ryuazornyu, там…

– Это лишнее, Lonyu, – прервал его Kilugia, подняв руку. – Анализ военной ситуации – ваша специальность, не моя. Итак, что они собираются делать?

– Вероятнее всего, их истинная цель – Лакфакалле, – сказал Фарамунш. – И они горят энтузиазмом, Feia.

– Хм. Одним ударом уничтожить Arosh? – с интересом переспросил Дусанью. Если столица Империи падет, все связи между Ga Fek окажутся потеряны, и Империя будет катастрофически ослаблена.

– Нам неизвестно, откуда они нанесут удар. Могут ударить через любое из семи королевств, расположенных в центральной территории.

– Вот почему, Larth Barker, – добавила Рамаж со своего временного Skemsorl, – мы должны избегать поспешных движений. Я назначаю вас ответственным за оборону Arosh. Фарамунш, немедленно начните формирование Byr, которые будут вверены королю Барке. Размер оставляю на усмотрение Ryuazornyu. Но, полагаю, армада будет крупнейшей в истории нашей нации.

– Понял. Будут еще приказы? – Фарамунш поднял глаза на Skemsorl.

– Нет. Приступайте немедленно.

– Слушаюсь, – и голограмма Фарамунша растворилась в воздухе.

Но изображение Дусанью не исчезло.

Larth Barker, еще что-нибудь?

– Нет, я просто думал над вашими словами о страхе перед эволюцией.

– Как это в вашем стиле, Feia Dusan, тратить мое время своими философскими дискуссиями в самый разгар кризиса!

– По-моему, и вам это нравится, Erumiton.

– Это верно, – натянуто улыбнулась Рамаж: Дусанью попал в яблочко.

– Возможно, для всего человечества будет лучше, если мы проиграем эту войну.

– Хоо, и почему вы так думаете? – Рамаж нахмурила брови.

– Если мы победим, человечество примет порядок Аб и окажется в вечном мире, подобном спячке. Он подавит эволюцию человечества.

– Но высвободится ли мощь эволюции, если победят они? Ты же слышал, что говорили послы: они боятся эволюции еще сильнее, чем мы. Даже то, что мы управляем генами своих детей, они находят отвратительным.

– Это я знаю. Но их победа приведет к хаосу. Сейчас четыре нации объединены, но, лишившись общего врага в нашем лице, они неизбежно передерутся между собой. В конечном итоге все человечество охватит хаос. И вот тогда, как и в эпоху бессилия, человек окажется в когтях эволюции.

– Вы этого желаете, Feia?

– Нет, – Дусанью пожал плечами. – Нас, Аб, называют долгожителями, но даже мы не живем настолько долго, чтобы увидеть, к чему приведет эволюция. Что будет, если мы начнем ломать себе голову над тем, что произойдет после нашей смерти?

– Тогда почему вы завели эту тему?

– Я тоже люблю иногда поразмышлять о будущем человечества. Не о том, что делать, а о том, что станет.

Feia Dusan, – мягко сказала Рамаж. – После меня Skemsoraj будет вашим. Вот когда окажетесь на Skemsorl Roen, тогда и погружайте человечество в хаос, если захотите. Но пока вот это, – она подняла Rue Greu, – в моих руках, мы будем стремиться к миру, подобному спячке. И вы приложите все усилия, чтобы его достичь.

– Несомненно, – Дусанью элегантно поклонился. – Что бы ни принесло будущее человечеству, поражения от Bruvoth Gos Suyun не входят в число моих увлечений.

– Рада слышать, что, каково бы ни было будущее человечества и Frybar, о своих увлечениях вы не забываете, – язвительно произнесла Рамаж.

– Да, – согласился он. – Как и о значении слова «возмездие».

– Хоо, – удивилась Рамаж. – Я не знала, что вы настолько сильно переживаете за Лафиль.

– Дело не только в Feia Lafiel. На том корабле был еще один человек, имевший ко мне отношение.

Jarluk Dreur Haider? – Рамаж удивилась еще больше. – Вы открываетесь мне с неожиданной стороны, Feia.

– Поражены? – улыбнулся Дусанью. – Я считаю своим значительным достижением то, что приложил руку к рождению этой Dreujhe. И должен же хоть один человек во Frybar за нее переживать.

 

Информация о падении Loebehynu Sufagnaum поступила в Ruebei восемнадцать часов спустя.

 

Предыдущая            Следующая

Leave a Reply

ГЛАВНАЯ | Гарри Поттер | Звездный герб | Звездный флаг | Волчица и пряности | Пустая шкатулка и нулевая Мария | Sword Art Online | Ускоренный мир | Another | Связь сердец | Червь | НАВЕРХ