Предыдущая              Следующая

 

ГЛАВА 26. ПЕЩЕРА

 

Гарри ощущал запах соли и слышал шум прибоя. Легкий прохладный ветер трепал ему волосы. Прямо перед ним простиралось залитое лунным светом море и усыпанное звездами небо. Он стоял на огромном темном камне, вода бурлила и пенилась внизу. Гарри оглянулся. За его спиной возвышался скальный клиф, абсолютно отвесный, черный и гладкий. Несколько больших каменных обломков вроде того, на котором стояли Гарри с Дамблдором, выглядели так, словно когда-то давно откололись от поверхности клифа. Пейзаж выглядел сурово и уныло – только море и камни, ни дерева, ни вкрапления травы или песка.

– И что ты думаешь? – спросил Дамблдор с таким видом, словно интересуется Гарриным мнением о пригодности этого места для пикника.

– Они приводили приютских детей сюда? – Гарри не мог представить себе менее уютного места для прогулки.

– Ну, не совсем сюда. На полпути отсюда к концу этих клифов есть что-то типа деревушки. Полагаю, сирот привозили туда, чтобы они могли подышать морским воздухом, посмотреть на волны. Нет, я думаю, это конкретное место посетили только Том Риддл и его юные жертвы. Ни один мугль не смог бы добраться до этого камня, если только это не высококлассный альпинист; лодки же не могут подойти к этим скалам – здесь слишком опасно. На мой взгляд, Риддл спускался сверху, магия куда надежнее веревок. А двух маленьких детей он взял с собой, вероятно, чтобы насладиться их страхом. Думаю, одного лишь такого спуска для этого оказалось бы достаточно, а ты?

Гарри взглянул вверх на клиф, и у него мурашки побежали по коже.

– Но его конечная цель – и наша тоже – лежит чуть дальше. Пошли.

Дамблдор жестом пригласил Гарри подойти к самому краю камня, где ряд иззубренных углублений образовывал что-то вроде лестницы, позволяя спуститься к валунам, наполовину погруженным в воду у самого подножия клифа. Спуск был очень опасен, и Дамблдор, не имевший возможности нормально пользоваться скрюченной рукой, продвигался медленно. Камни внизу оказались скользкими от морской воды. Гарри ощутил на своем лице холодные соленые брызги.

Lumos, – произнес Дамблдор, добравшись до валуна, распложенного ближе всех к подножию клифа. Тысяча золотых отблесков появилась на поверхности воды в нескольких футах от того места, где он стоял. Черная каменная стена рядом с ним также оказалась освещена.

– Видишь? – тихо спросил Дамблдор, подняв волшебную палочку чуть выше. Гарри заметил расщелину в скале, куда стекала бурлящая вода.

– Ты не будешь возражать, если немного промокнешь?

– Нет.

– Тогда сними свой плащ-невидимку – сейчас в нем нет надобности, – и пойдем внутрь.

И, неожиданно проявив проворство, какого можно было бы ожидать от гораздо более молодого человека, Дамблдор соскользнул с валуна прямо в море и поплыл великолепным брассом в направлении черной щели в скале; зажженную волшебную палочку он держал в зубах. Гарри стянул плащ, запихнул его в карман и последовал за Дамблдором.

Вода оказалась ледяной; мгновенно пропитавшаяся водой Гаррина одежда колыхалась вокруг него и тянула вниз. С каждым вдохом наполняя ноздри резким запахом соли и водорослей, Гарри изо всех сил поплыл в направлении мерцающего светлячка, удаляющегося все глубже внутрь клифа.

Вскоре расщелина превратилась в темный тоннель; Гарри был уверен, что во время прилива он весь заполняется водой. Между скользкими стенами было не больше трех футов; в свете палочки Дамблдора они мерцали, словно мокрая смола. Вскоре проход свернул влево, и Гарри понял, что он уходит глубоко внутрь клифа. Гарри по-прежнему плыл вслед за Дамблдором, время от времени касаясь окоченевшими пальцами грубой, мокрой поверхности камня.

Затем он увидел, как Дамблдор впереди него выбирается из воды, его серебристые волосы и темная мантия блестели. Когда Гарри добрался до этого места, он обнаружил ступени, ведущие в большую пещеру. Он поднялся, ощущая, как вода стекает по его мокрой одежде, и, непроизвольно дрожа, оказался в неподвижном холодном воздухе.

Дамблдор стоял в середине пещеры, держа палочку высоко над головой, и медленно поворачивался, изучая стены и потолок.

– Да, место то самое, – произнес он.

– Как вы узнали? – шепотом спроси Гарри.

– Здесь знакомая мне магия, – просто ответил Дамблдор.

Гарри не мог сказать точно, была ли охватившая его дрожь следствием пробирающего до костей холода или результатом такого же ощущения магии. Он наблюдал за Дамблдором; тот продолжал медленно вращаться на месте, явно сосредотачиваясь на вещах, которых Гарри видеть не мог.

– Это всего лишь вестибюль, прихожая, – наконец сказал Дамблдор. – Нам надо проникнуть внутрь… И теперь на нашем пути препятствия, созданные Лордом Волдемортом, а не природой…

Дамблдор приблизился к стене пещеры и погладил ее кончиками своих почерневших пальцев, пробормотав несколько слов на странном языке, которого Гарри не знал. Дважды Дамблдор обошел по периметру всю пещеру, дотрагиваясь до грубого камня, время от времени задерживаясь и пробегая пальцами взад-вперед над каким-то определенным местом, пока наконец не остановился, прижав руку к стене.

– Здесь, – произнес он. – Мы пройдем внутрь здесь. Вход скрыт.

Гарри не стал спрашивать, как Дамблдор это узнал. Ему никогда раньше не приходилось видеть, как волшебник узнает что-либо таким образом, просто глядя и трогая; но ему давно уже было известно, что взрывы и дым гораздо чаще свидетельствуют о некомпетентности, нежели об опыте.

Дамблдор сделал шаг назад от стены пещеры и направил на скалу волшебную палочку. На мгновение там появились ослепительно-белые контуры арки, словно трещина, за которой находился яркий источник света.

– Вам уд-далось! – стуча зубами, воскликнул Гарри, но, прежде чем слова сорвались с его губ, контур исчез, оставив камень таким же голым и твердым, как и раньше. Дамблдор обернулся.

– Гарри, прости, пожалуйста, я совсем забыл, – он указал палочкой на Гарри, и Гаррина одежда тотчас стала сухой и теплой, словно только что сушилась перед огнем.

– Спасибо, – признательным тоном сказал Гарри, но Дамблдор уже вновь переключил свое внимание на стену пещеры. Он не пытался производить еще каких-либо заклинаний, но просто стоял и неотрывно смотрел на стену, словно там было написано нечто чрезвычайно интересное. Гарри стоял неподвижно – он не хотел нарушать сосредоточенность Дамблдора.

Затем, не менее чем через две минуты, Дамблдор тихо произнес:

– О, не может быть. Так грубо.

– Что там, профессор?

– Я начинаю думать, – Дамблдор запустил свою здоровую руку внутрь мантии и вытащил короткий серебряный нож, Гарри такими пользовался при нарезании ингредиентов для зелий, – что нам требуется заплатить, чтобы пройти.

– Заплатить? – переспросил Гарри. – Вы собираетесь этой двери что-то дать?

– Да. Кровь, если не ошибаюсь.

Кровь?

– Я же сказал, это очень грубо, – голос Дамблдора звучал пренебрежительно, даже разочарованно, словно Волдеморт перестал соответствовать некоему стандарту, которого ожидал Дамблдор. – Идея, как ты, уверен, поймешь, состоит в том, что враг, прежде чем войдет, должен ослабить себя. Как всегда, Лорд Волдеморт не может понять, что есть вещи куда более ужасные, чем физические ранения.

– Да, но все же, если этого можно избежать… – сказал Гарри, натерпевшийся в жизни достаточно боли, чтобы желать еще.

– Иногда, однако, это неизбежно, – Дамблдор поддернул рукав мантии и обнажил запястье своей раненой руки.

– Профессор! – запротестовал Гарри, бросившись вперед, когда Дамблдор поднял нож. – Давайте я, я…

Он сам не знал, что собирается сказать – моложе, здоровее? Но Дамблдор лишь улыбнулся. Серебряная вспышка, алая струя – и поверхность скалы покрылась темными блестящими каплями.

– Ты очень любезен, Гарри, – Дамблдор провел кончиком палочки поверх глубокого разреза, сделанного им в своей собственной руке, и он мгновенно затянулся – совсем как Снейп вылечил раны Малфоя. – Но твоя кровь сейчас ценнее моей. А, похоже, фокус удался, не так ли?

Яркий серебряный контур арки вновь появился на стене, но на сей раз он не угас – заляпанный кровью камень внутри арки просто исчез, открыв проход куда-то в кромешную тьму.

– Я, пожалуй, пойду первым, ты за мной, – произнес Дамблдор, проходя через арку. Гарри шел за ним по пятам, на ходу зажигая свет на кончике своей палочки.

Их глазам открылось жутковатое зрелище: они стояли на берегу огромного черного озера, такого огромного, что Гарри не мог разглядеть противоположного берега. Пещера, в которой они находились, была столь громадна, что свод ее также терялся в темноте. Где-то далеко, казалось, в середине озера, сиял туманный зеленоватый свет, отражаясь в абсолютно неподвижном зеркале воды. Кроме зеленого сияния и света двух палочек, бархатной тьмы не нарушало ничто; да и этот свет распространялся не так далеко, как Гарри ожидал. Тьма каким-то образом оказалась более плотной, чем положено быть нормальной темноте.

– Пойдем, – тихо сказал Дамблдор. – Ни в коем случае не наступи в воду. Не отходи от меня.

Он направился по узкому каменистому ободу, окаймляющему озеро, и Гарри пошел следом за ним. Их шаги гулко и звонко раздавались в воздухе пещеры. Они шли и шли, но ничто не менялось: по одну сторону от них по-прежнему была шершавая стена пещеры, по другую – безграничное пространство мягкой стеклянистой черноты с этим загадочным зеленоватым сиянием посередине. И это место, и эта тишина показались Гарри угнетающими, обессиливающими.

– Профессор? – наконец спросил он. – Вы думаете, Хоркрукс здесь?

– О да, – ответил Дамблдор. – Да, я уверен, что он здесь. Вопрос в том, как нам до него добраться.

– А мы не можем… не можем просто попробовать Призывающие Чары? – Гарри был уверен, что это дурацкое предложение, но ему очень не хотелось признаваться, что больше всего он сейчас желает выбраться отсюда, и как можно скорее.

– Несомненно, можем, – Дамблдор остановился столь внезапно, что Гарри на него чуть не налетел. – Почему бы тебе не попробовать?

– Мне? О… ладно…

Этого Гарри не ожидал. Тем не менее, он прокашлялся и, подняв вверх палочку, громко произнес:

Accio Хоркрукс!

Раздался звук, похожий на взрыв, и футах в двадцати от них из воды вырвалось что-то очень большое и бледное; прежде чем Гарри смог разобрать, что это было, оно с громким всплеском исчезло. По зеркальной поверхности пошли круги. Гарри отпрыгнул, шокированный, и ударился о стену; когда он повернулся к Дамблдору, его сердце все еще колотилось.

– Что это было?

– Полагаю, это было нечто готовое действовать, если мы попытаемся взять Хоркрукс.

Гарри снова посмотрел на воду. Поверхность озера вновь казалась сплошным блестящим черным стеклом, волны исчезли неестественно быстро. Гаррино сердце, однако, по-прежнему колотилось.

– Вы предполагали, что такое произойдет, сэр?

– Я предполагал, что нечто должно произойти, если мы предпримем какую-либо очевидную попытку заполучить Хоркрукс. Это была очень хорошая идея, Гарри – самый простой способ выяснить, с чем нам придется иметь дело.

– Но мы так и не знаем, что это за штука, – Гарри оглянулся на зловеще ровную поверхность.

– Что это за штуки, ты хотел сказать. Очень сомневаюсь, что оно там одно. Пойдем дальше?

– Профессор?

– Да, Гарри?

– Вы думаете, нам придется идти в озеро?

– В озеро? Только если нам очень сильно не повезет.

– Вы не думаете, что Хоркрукс лежит на дне?

– О нет… я думаю, Хоркрукс в центре.

И Дамблдор указал на светящийся зеленый туман посреди озера.

– Значит, нам надо пересечь озеро, чтобы туда попасть?

– Думаю, да.

Гарри ничего не ответил. В голове его вертелись многочисленные водяные монстры: гигантские змеи, демоны, водяные, морские феи…

– Ага, – Дамблдор снова остановился; на сей раз Гарри в него таки врезался. Какое-то мгновение он, потеряв равновесие, качался совсем рядом с черной водой, но здоровая рука Дамблдора цепко ухватила его повыше локтя и подтянула назад. – Очень извиняюсь, Гарри, должен был тебя предупредить. Отойди к стене, пожалуйста – кажется, я нашел это место.

Гарри не имел ни малейшего представления о том, что имел в виду Дамблдор – этот темный кусок берега, насколько он мог разобрать, был абсолютно таким же, как любой другой, но Дамблдор, похоже, нашел в нем что-то особенное. На этот раз он проводил рукой не по камню стены, а по воздуху, словно рассчитывая найти и схватить что-то невидимое.

– Есть! – радостно воскликнул Дамблдор несколько секунд спустя. Его рука сомкнулась прямо в воздухе вокруг чего-то, чего Гарри не видел. Дамблдор подошел ближе к воде; Гарри нервно наблюдал, как загнутые носки Дамблдоровых туфель нависли над самым краем каменистого обода. По-прежнему сжимая одной рукой воздух, другой рукой Дамблдор поднял волшебную палочку и дотронулся ее кончиком до своего кулака.

Тут же в воздухе проявилась толстая зеленая медная цепь, протянувшаяся откуда-то из глубины озера до сжатой в кулак руки Дамблдора. Дамблдор коснулся палочкой цепи, и она заскользила сквозь его кулак подобно змее, сворачиваясь бухтой со звяканьем, громко отражавшимся от каменных стен. Что-то эта цепь вытягивала из черной глубины. Гарри ахнул, когда над поверхностью внезапно возник призрачного вида нос лодки, такой же сияюще-зеленой, как и цепь. Лодка, едва подымая волны, заскользила к тому месту, где стояли Гарри и Дамблдор.

– Как вы узнали, что она была там? – ошеломленно спросил Гарри.

– Магия всегда оставляет следы, – ответил Дамблдор, в то время как лодка мягко стукнулась о берег, – и иногда очень отчетливые. Я обучал Тома Риддла. Я знаю его стиль.

– А эта лодка… она безопасная?

– О да, думаю, что да. Волдеморту надо было обеспечить способ пересечь озеро, не вызывая гнева тех созданий, которых он сам туда запустил, на тот случай, если он когда-либо захочет навестить или забрать свой Хоркрукс.

– Значит, эти твари в воде ничего нам не сделают, если мы поплывем в лодке Волдеморта?

– Думаю, мы должны смириться с тем фактом, что в какой-то момент они осознают, что мы не Лорд Волдеморт. Однако до сих пор мы работали хорошо. Они позволили нам поднять лодку.

– Но почему они нам позволили? – спросил Гарри, которому никак не удавалось избавиться от встающего перед глазами зрелища: щупальца, вырастающие из темной воды, как только они достаточно далеко отплывут от берега.

– Волдеморт, видимо, был уверен, и не без оснований, что лишь очень сильный волшебник смог бы найти лодку, – ответил Дамблдор. – Думаю, он был готов рискнуть той крайне маловероятной, с его точки зрения, возможностью, что лодку найдет кто-либо другой, если знал, что впереди будут другие препятствия, которые сможет преодолеть лишь он сам. Скоро мы узнаем, прав он был или нет.

Гарри заглянул в лодку. Она на самом деле была очень маленькая.

– Непохоже, чтобы она была рассчитана на двоих. Она нас обоих выдержит? Не окажемся ли мы вдвоем слишком тяжелыми?

Дамблдор усмехнулся.

– Волдеморт, скорее всего, волновался не о весе, а о величине магической силы, пересекающей озеро. Я полагаю, на эту лодку наложено заклинание, позволяющее лишь одному волшебнику за раз плыть в ней.

– Но тогда?..

– Я не думаю, что тебя принимают в расчет, Гарри: ты еще несовершеннолетний и недоучившийся. Волдеморт никогда бы не предположил, что шестнадцатилетний подросток сможет найти это место. И я думаю, твои силы вряд ли будут замечены рядом с моими.

Эти слова не очень способствовали поднятию Гарриного духа. Видимо, Дамблдор это понял, ибо тут же добавил:

– Ошибка Волдеморта, Гарри, ошибка Волдеморта… Старость глупа и забывчива, когда недооценивает юность… На этот раз ты иди первым, и ни в коем случае не касайся воды.

Дамблдор отошел в сторону, и Гарри осторожно забрался в лодку. Следом за ним шагнул Дамблдор, положив на дно лодки свернутую кольцами цепь. Они были притиснуты друг к другу; Гарри не мог нормально сесть, он скрючился, так что его колени торчали над бортом. Лодка тут же пришла в движение. До них не доносилось ни звука, за исключением мягкого шелеста, с которым киль лодки рассекал поверхность воды; лодка двигалась без всяких усилий с их стороны, будто невидимая веревка тянула ее вперед, навстречу сиянию в центре озера. Вскоре из виду пропали стены пещеры; Гарри с Дамблдором плыли словно в открытом море, разве что волн не было.

Гарри посмотрел вниз и увидел на черной воде отблески света своей волшебной палочки. Лодка создавала в водном зеркале глубокую зыбь…

И вдруг Гарри увидел это, мраморно-белое, промелькнувшее в нескольких дюймах под поверхностью.

– Профессор! – произнес он, и его испуганный голос громким эхом разнесся над безмолвной водой.

– Гарри?

– Мне показалось, я видел в воде руку – человеческую руку!

– Тебе не показалось, – спокойно ответил Дамблдор.

Гарри уставился в воду, пытаясь разглядеть руку, но она исчезла. К горлу подступил комок.

– Значит, та штука, которая выскочила из воды?..

Но Гарри получил ответ прежде, чем его дал Дамблдор: палочка осветила новый участок воды, и на этот раз Гарри увидел тело мужчины, лежащее лицом вверх в нескольких дюймах под поверхностью. Его открытые глаза были затуманены, словно затянуты паутиной, волосы и мантия колыхались вокруг него, как дым.

– Тут мертвые тела! – воскликнул Гарри; голос его прозвучал куда выше обычного и был совершенно непохож на его нормальный голос.

– Да, – безмятежно ответил Дамблдор, – но в настоящий момент мы о них можем не волноваться.

– В настоящий момент? – повторил Гарри, оторвав взгляд от воды и посмотрев на Дамблдора.

– Не теперь, когда они всего-навсего мирно дрейфуют под нами. В мертвом теле нет ничего такого, чего стоит бояться, Гарри, так же как ничего такого, чего стоит бояться, нет в темноте. Хотя Лорд Волдеморт, в душе боящийся и того, и другого, со мной не согласится. Но он снова проявляет недостаток мудрости. Когда мы смотрим на смерть и тьму, мы боимся неизведанного, не более того.

Гарри промолчал; ему не хотелось спорить, но сама мысль о том, что вокруг них и под ними плавают трупы, ему казалась ужасной. Кроме того, Гарри не верил, что они безвредны.

– Но один из них прыгнул, – наконец сказал он, стараясь, чтобы голос его звучал так же ровно и спокойно, как у Дамблдора. – Когда я попытался Призвать Хоркрукс, одно из тел выпрыгнуло из озера.

– Да. Я уверен, что, когда мы возьмем Хоркрукс, они станут куда менее миролюбивыми. Однако, как многие создания, обитающие в условиях холода и тьмы, они боятся света и тепла, каковые и придут к нам на помощь, если возникнет такая необходимость. Огонь, Гарри, – добавил Дамблдор в ответ на непонимающее выражение Гарриного лица.

– А… понятно… – поспешно кивнул Гарри. Он оглянулся на зеленоватое сияние, к которому неумолимо приближалась их лодка. Теперь ему уже не удавалось делать вид, что он не боится. Огромное черное озеро, кишащее покойниками… Казалось, многие часы прошли с тех пор, как он повстречал профессора Трелони… как он дал Рону и Гермионе Феликс Фелицис… Внезапно его охватило острое сожаление, что он не попрощался с ними как следует… а Джинни он и вовсе не повидал…

– Почти приехали, – жизнерадостно произнес Дамблдор.

И точно, пятно зеленоватого света, похоже, начало наконец расти, и несколько минут спустя лодка остановилась, мягко воткнувшись во что-то, чего Гарри в первое мгновение не разглядел. Но, подняв свою светящуюся волшебную палочку, он увидел, что лодка приплыла к расположенному в центре озера маленькому островку гладкого камня.

– Не касаясь воды, – вновь напомнил Дамблдор, когда Гарри начал выбираться из лодки.

Остров оказался не крупнее кабинета Дамблдора: плоский черный каменный пятачок, на котором не было ничего, кроме источника этого зеленого света, довольно яркого вблизи. Гарри искоса посмотрел на него; в первый момент ему показалось, что это что-то вроде фонаря, но затем он понял, что свет исходит из стоящей на постаменте каменной чаши, внешне немного напоминающей Думшлаг.

Дамблдор подошел к чаше, Гарри двинулся за ним. Встав рядом, они вместе заглянули внутрь. Чаша была наполнена изумрудного цвета жидкостью, которая и испускала сияние.

– Что это? – тихо спросил Гарри.

– Не могу сказать точно, – ответил Дамблдор. – Во всяком случае, нечто более неприятное, чем кровь и мертвые тела.

Дамблдор закатал рукав своей мантии и потянулся кончиками пальцев своей больной руки к поверхности зелья.

– Сэр, нет, не касайтесь!..

– Я не могу коснуться, – чуть улыбнулся Дамблдор. – Видишь? Не могу приблизить руку больше, чем сейчас. Попробуй ты.

Не отрывая глаз от чаши, Гарри протянул руку и попытался дотронуться до зелья. Тотчас он наткнулся на невидимый барьер, не подпускающей его руку ближе чем на дюйм к поверхности. Как бы сильно он ни нажимал, пальцы его встречали лишь очень твердый и непроницаемый воздух.

– Отойди, пожалуйста, Гарри, – попросил Дамблдор.

Он поднял палочку и начал ею совершать над поверхностью зелья какие-то сложные пассы, что-то неслышно бормоча при этом. Единственное, что произошло, – сияние, испускаемое зельем, усилилось. Гарри молча следил за работой Дамблдора, но спустя некоторое время тот убрал волшебную палочку, и Гарри решил, что теперь снова можно разговаривать.

– Вы думаете, Хоркрукс там, сэр?

– О да, – Дамблдор, прищурившись, более пристально посмотрел вглубь чаши. Гарри увидел его лицо, отраженное вверх тормашками в ровной поверхности зеленого зелья. – Но как до него добраться? Сквозь это зелье нельзя провести руку, его нельзя испарить, разделить, вычерпать или сдуть; равно оно не может быть Трансфигурировано, Зачаровано и вообще подвергнуто любому воздействию, меняющему его природу.

Почти рассеянно Дамблдор вновь поднял волшебную палочку, дернул ей разок в воздухе и поймал образовавшийся из ниоткуда хрустальный кубок.

– Единственное заключение, к которому я могу прийти – что это зелье следует выпить.

– Что? Нет!

– Думаю, да: лишь выпив это, я могу опустошить чашу и увидеть то, что в ней лежит.

– Но что если… что если это вас убьет?

– О, сомневаюсь, что это работает таким образом, – небрежно ответил Дамблдор. – Лорд Волдеморт вряд ли хотел бы убивать тех, кто достигнет этого островка.

Гарри ушам своим не верил. Неужели безумное стремление Дамблдора видеть добро в каждом зашло так далеко?

– Сэр, – он попытался вложить в свой голос максимум рассудительности, – сэр, это же Волдеморт…

– Прости, Гарри – мне следовало бы сказать, он вряд ли хотел бы немедленно убивать тех, кто достигнет этого островка, – поправился Дамблдор. – Он наверняка хотел бы продержать их в живых достаточно долго, чтобы выяснить, каким образом им удалось так далеко пройти сквозь его барьеры и, что еще важнее, почему они так стремятся опустошить эту чашу. Не забывай – Лорд Волдеморт полагает, что он единственный, кто знает о Хоркруксах.

Гарри вновь попытался заговорить, но Дамблдор поднял ладонь вверх, призывая к молчанию, и, чуть нахмурившись, снова посмотрел на изумрудную жидкость. Очевидно, он напряженно размышлял.

– Не вызывает сомнений, – наконец произнес он, – это зелье должно действовать таким образом, чтобы не позволить мне взять Хоркрукс. Оно должно меня парализовать, или заставить забыть, зачем я здесь, или причинить столь сильную боль, что я отвлекусь, или еще каким-либо способом лишить меня способности продолжать. Если это так, Гарри – твоей задачей будет проследить, чтобы я продолжал пить, даже если тебе придется лить зелье в мой протестующий рот. Тебе все понятно?

Стоя по разные стороны чаши, они смотрели глаза в глаза друг другу; бледные лица были залиты этим странным зеленым светом. Гарри не отвечал. Не за этим ли его взяли – чтобы он мог насильственно поить Дамблдора зельем, вызывающим у того невыносимую боль?

– Ты помнишь, – сказал Дамблдор, – то условие, при котором я взял тебя с собой?

Гарри в нерешительности посмотрел в голубые глаза, ставшие сейчас зелеными из-за света, исходящего от чаши.

– Но что если?..

– Ты поклялся или нет, что будешь следовать любому приказу, который я тебе отдам?

– Да, но…

– Я тебя предупреждал или не предупреждал, что это может быть опасно?

– Да, но…

– Вот и хорошо, – Дамблдор снова задрал рукава и поднял пустой кубок. – Ты получил мои приказания.

– Но почему я не могу выпить это зелье вместо вас? – в отчаянии спросил Гарри.

– Потому что я намного старше, намного умнее и намного менее ценен, – ответил Дамблдор. – В последний раз, Гарри: даешь ли ты слово, что будешь делать все, что в твоих силах, для того, чтобы я продолжал пить?

– Не могу ли?..

– Даешь?

– Но…

Твое слово, Гарри.

– Я – ну хорошо, но…

Прежде чем Гарри успел выразить свое несогласие еще каким-либо образом, Дамблдор погрузил хрустальный кубок в жидкость. Какую-то долю секунды Гарри надеялся, что ему не удастся коснуться зелья кубком, но, в отличие от всех предыдущих предметов, кубок легко прошел сквозь поверхность. Когда он наполнился доверху, Дамблдор поднес его ко рту.

– Твое здоровье, Гарри.

И он осушил кубок. Гарри с ужасом наблюдал за ним; его пальцы ухватились за края чаши с такой силой, что их кончики онемели.

– Профессор? – встревоженно спросил он, когда Дамблдор отвел ото рта пустой кубок. – Как вы себя чувствуете?

Дамблдор, закрыв глаза, покачал головой. Гарри показалось, что ему больно. Дамблдор не глядя ткнул бокал обратно в чашу, наполнил его и выпил вновь.

В полном молчании Дамблдор осушил три полных кубка зелья. Затем, выпив половину четвертого кубка, он пошатнулся и рухнул лицом вперед, прямо на чашу. Его глаза по-прежнему были закрыты, он тяжело дышал.

– Профессор Дамблдор? – сдавленным голосом спросил Гарри. – Вы меня слышите?

Дамблдор не ответил. Его лицо подергивалось, словно он спал и видел кошмарный сон. Рука, держащая кубок, тряслась; зелье вот-вот должно было пролиться. Гарри потянулся вперед и твердо взялся за хрустальный сосуд.

– Профессор, вы меня слышите? – громко повторил он; голос его в пространстве пещеры прозвучал гулко.

Дамблдор часто дышал. Потом он заговорил, и Гарри не узнал его голоса – он никогда раньше не слышал, чтобы Дамблдор был так напуган.

– Я не хочу… Не заставляй меня…

Гарри неотрывно смотрел на побелевшее лицо, которое было ему так хорошо знакомо, на кривой нос, на очки в форме полумесяца, и не знал, что делать.

– …Не нравится… Хочу прекратить… – простонал Дамблдор.

– Вы… вы не можете прекратить, профессор, – сказал Гарри. – Вы должны продолжать пить, вы помните? Вы мне сказали, что вам надо продолжать пить. Вот…

И, ненавидя самого себя, испытывая сильнейшее отвращение к тому, что он делает, Гарри насильно поднес кубок обратно ко рту Дамблдора и тонкой струйкой вылил туда его содержимое, так что Дамблдору пришлось его проглотить.

– Нет… – простонал он, когда Гарри снова погрузил кубок в чашу и наполнил его. – Я не хочу… Не хочу… Отпусти меня…

– Все будет хорошо, профессор, – сказал Гарри; руки его тряслись. – Все будет хорошо, я здесь…

– Прекрати это… прекрати… – стонал Дамблдор.

– Да… да, сейчас все прекратится, – соврал Гарри. Он опорожнил кубок в открытый рот Дамблдора.

Дамблдор закричал; крик разнесся над черной мертвой водой, разлетелся по всей огромной пещере.

– Нет, нет, нет!.. Нет… Не могу… Не могу, не заставляй меня, я не хочу…

– Все будет хорошо, профессор, все будет нормально, – громко произнес Гарри; теперь его руки тряслись настолько сильно, что ему с трудом удалось зачерпнуть шестую порцию зелья; теперь чаша была наполовину пуста. – С вами ничего плохого не происходит, вы в безопасности, вам все это кажется, клянусь, только кажется – а сейчас выпейте вот это, выпейте…

И Дамблдор послушно выпил, словно Гарри дал ему противоядие, но, осушив кубок, он упал на колени, дрожа всем телом.

– Это все я виноват, только я, – всхлипнул он. – Пожалуйста прекрати, я знаю, я все сделал неправильно, о, пожалуйста прекрати, и я больше никогда, никогда…

– Выпейте это, и все закончится, профессор, – чужим голосом сказал Гарри, вливая седьмую порцию зелья в рот Дамблдору.

Дамблдор начал съеживаться, словно его окружали невидимые истязатели; взмахнув рукой, он чуть не выбил из дрожащих рук Гарри вновь наполненный кубок и простонал:

– Не делай им больно, не делай им больно, пожалуйста, пожалуйста, это я виноват, мне делай больно…

– Вот, выпейте, выпейте это, и все будет хорошо, – отчаянно уговаривал его Гарри, и снова Дамблдор повиновался и открыл рот, хотя глаза его были плотно закрыты и его трясло с ног до головы.

Выпив, он с воплем упал лицом вперед, молотя кулаками по камню островка, в то время как Гарри наполнил кубок в девятый раз.

– Пожалуйста, пожалуйста, нет… Только не это, только не это, я все сделаю…

– Просто выпейте, профессор, просто выпейте…

Дамблдор выпил, как ребенок, умирающий от жажды, но, закончив, он снова взвыл, словно все его внутренности были в огне.

– Хватит, пожалуйста, хватит…

Гарри зачерпнул десятую порцию и услышал, как хрусталь скребет по дну чаши.

– Мы уже почти закончили, профессор, выпейте это, выпейте…

Он поддержал Дамблдора за плечи, и тот снова осушил сосуд. Гарри поднялся на ноги, чтобы опять наполнить кубок. В этот момент Дамблдора начал кричать с еще большей мукой в голосе:

– Я хочу умереть! Я хочу умереть! Прекрати это, прекрати, я хочу умереть!

– Выпейте это, профессор, выпейте…

Дамблдор выпил, и едва закончив, завопил:

– УБЕЙ МЕНЯ!

– Это… это последний! – выдохнул Гарри. – Только это выпейте… и все закончится… закончится!

Дамблдор впился губами в кубок, осушил его до последней капли и тут же, громко охнув, повалился ничком.

– Нет! – вскрикнул Гарри, уже поднявшийся, чтобы снова наполнить кубок; он уронил кубок в чашу, бросился к Дамблдору и перевернул его на спину. Очки Дамблдора перекосились, рот был приоткрыт, глаза зажмурены.

– Нет, – сказал Гарри, начав трясти Дамблдора. – Нет, вы не умерли, вы же сказали, что это не яд, очнитесь, очнитесь… Rennervate! – он указал палочкой на грудь Дамблдору; мелькнула красная вспышка, но ничего не произошло. – Rennervate… сэр… пожалуйста…

Веки Дамблдора дрогнули, и гаррино сердце подпрыгнуло.

– Сэр, вы?..

– Воды… – прохрипел Дамблдор.

– Воды, – выдохнул Гарри. – Сейчас… – он вскочил на ноги и схватил кубок, который уронил в чашу; краем сознания он отметил, что прямо под кубком, свернувшись, лежит золотой медальон.

Aguamenti! – прокричал он, ткнув в кубок волшебной палочкой. Кубок наполнился чистой водой; Гарри упал на колени рядом с Дамблдором, поднял ему голову и поднес кубок к его губам – но он оказался пуст. Дамблдор простонал и начал задыхаться.

– Но тут же была… подождите… Aguamenti! – снова сказал Гарри, указав палочкой на кубок. И опять на какую-то секунду внутри него блеснула вода, но, когда кубок оказался возле рта Дамблдора, она опять исчезла. – Сэр, я пытаюсь, пытаюсь! – отчаянно крикнул Гарри, но ему показалось, что Дамблдор не слышит; он перевернулся на бок, дыхание его стало хриплым и булькающим; он был в агонии. – Aguamenti – Aguamenti – AGUAMENTI!!!

Кубок наполнился и опустел еще раз. Дыхание Дамблдора начало слабеть. Гаррин мозг панически метался в поисках выхода. И тут, чисто инстинктивно, Гарри понял, каким единственным способом можно достать воду – единственным, потому что так хотел Волдеморт… Он бросился к краю каменного островка, окунул кубок в озеро и вытащил его наполненным до краев ледяной водой, и эта вода не исчезла.

– Сэр – вот! – прокричал Гарри, бросившись вперед и неуклюже выплеснув воду Дамблдору на лицо.

Это было лучшее, что он смог сделать, ибо ледяное ощущение на коже его не занятой кубком руки было вызвано вовсе не холодной водой. В Гаррино запястье вцепилась скользкая белая рука, и тварь, которой она принадлежала, медленно тянула его назад к краю островка. Поверхность озера перестала быть зеркально-гладкой – она бурлила, всюду, куда падал Гаррин взгляд, из темной воды возникали белые головы и руки; мужчины, женщины, дети с ввалившимися невидящими глазами, целая армия мертвых вырастала из черной воды и шла к островку.

Petrificus Totalus! – вскрикнул Гарри, изо всех сил пытаясь уцепиться за гладкую мокрую поверхность островка и направляя волшебную палочку на Преиспода, державшего его за руку. Тот выпустил Гарри и с громким всплеском упал обратно в воду. Гарри вскочил на ноги, но множество Преисподов с плотоядным выражением на осунувшихся лицах уже карабкались на островок, цепляясь за его скользкую поверхность своими костлявыми руками, волоча за собой мокрое тряпье, пожирая Гарри холодными глазами.

Petrificus Totalus! – вторично взревел Гарри, попятившись назад и энергично взмахнув палочкой; шесть-семь Преисподов свалились, но к нему приближалось гораздо больше. – Impedimenta! Incarcerous!

Еще несколько Преисподов споткнулись, один-два запутались в веревках, но полчища, карабкающиеся на камень позади них, просто прошли по упавшим телам. Продолжая рубить воздух палочкой, Гарри завопил:

Sectumsempra! SECTUMSEMPRA!!

Но, хотя на их тряпье и на холодной коже появились разрезы – не было крови, которая бы из них вытекала; они перли, не обращая внимания ни на что, протянув к Гарри руки, а когда он попятился еще чуть дальше, руки обхватили его сзади, тонкие, лишенные плоти, холодные, как сама смерть. Его ноги оторвались от поверхности – Преисподы подняли его и медленно, но верно потащили обратно к воде, и он понял, что спасения нет, что он сейчас утонет, и одним мертвым стражником у осколка души Волдеморта станет больше…

И тут тьму разорвал огонь – багрово-золотое кольцо, окружившее островок. Преисподы, так крепко державшие Гарри, начали шататься и спотыкаться – они не осмеливались пройти сквозь пламя к воде. Они уронили Гарри; он ударился о камень, поскользнулся и упал, обдирая руки, но тотчас вскочил и, подняв палочку, огляделся.

Дамблдор вновь стоял на ногах, бледный, как окружающие их Преисподы, но намного выше любого из них; огонь плясал в его глазах. Его палочка была поднята вверх, словно факел, огонь вырывался из ее кончика наподобие огромного лассо, окружая их теплом.

Преисподы сталкивались друг с другом, слепо и безуспешно пытаясь избежать огня, который их окружал…

Дамблдор схватил медальон, лежавший на дне каменной чаши, и спрятал его внутрь своей мантии. Не произнося ни слова, он жестом пригласил Гарри подойти к нему поближе. Отвлеченные огнем, Преисподы, похоже, не заметили, что их добыча ускользает – Дамблдор повел Гарри к лодке, и огненное кольцо двигалось вместе с ними, по-прежнему окружая их. Ошеломленные Преисподы внутри кольца сопровождали их до самой воды, в которую они с облегчением и нырнули.

Гарри, которого всего трясло, подумал в какой-то момент, что Дамблдор не сможет забраться в лодку: попытавшись сделать это, он слегка пошатнулся – все его силы, похоже, уходили на поддержание защитного огненного кольца вокруг них. Гарри взял его за руку и помог занять свое место. Как только они оба оказались надежно притиснуты друг к другу в лодке, та начала свое обратное движение через черные воды озера прочь от островка, по-прежнему окруженная кольцом огня, и, судя по всему, кишащие под ними Преисподы не осмеливались подняться на поверхность.

– Сэр, – с трудом произнес Гарри, – сэр, я забыл… про огонь… Они лезли на меня, я запаниковал…

– Ничего удивительного, – пробормотал Дамблдор. Гарри был встревожен тем, насколько слабым был его голос.

С легким стуком лодка достигла берега. Гарри выскочил первым, затем быстро обернулся, чтобы помочь Дамблдору. В тот момент, когда Дамблдор оказался на берегу, его рука с палочкой упала; огненное кольцо исчезло, но Преисподы из воды так и не появились. Лодчонка вновь погрузилась в воду, цепь с лязгом и звяканьем тоже поползла в озеро. Дамблдор глубоко вздохнул и прислонился к стене пещеры.

– Сил нет… – выдавил он.

– Не волнуйтесь, сэр, – тут же сказал Гарри, встревоженный чрезвычайной бледностью и измученным голосом Дамблдора. – Не волнуйтесь, я помогу выбраться… Обопритесь на меня, сэр…

И, перекинув здоровую руку Дамблдора себе через плечо и приняв на себя бόльшую часть его веса, Гарри повел директора обратно вокруг озера.

– Защита… в конечном итоге… оказалась хорошей, – слабым голосом произнес Дамблдор. – В одиночку никто бы не справился… Ты молодец, Гарри, настоящий молодец…

– Не надо сейчас говорить, – Гарри со страхом слушал, каким невнятным стал голос Дамблдора и как волочатся его ноги. – Берегите силы, сэр… Скоро мы отсюда выберемся…

– Арка, должно быть, опять закрылась… Мой нож…

– Это не понадобится, я порезался там, на камне, – твердо ответил Гарри. – Только скажите, где она…

– Здесь…

Гарри провел ободранной рукой по камню; получив свое кровавое подношение, арка открылась мгновенно. Они прошли через внешнюю пещеру, и Гарри помог Дамблдору снова опуститься в ледяную морскую воду, заполнявшую расщелину в клифе.

– Все будет в порядке, сэр, – снова и снова повторял Гарри; молчание Дамблдора начало беспокоить его сильнее, чем раньше беспокоил слабый голос. – Мы уже почти вышли… Я смогу Аппарировать обратно нас обоих… Не волнуйтесь…

– Я не волнуюсь, Гарри, – голос Дамблдора немного окреп, несмотря на холодную воду. – Я ведь с тобой.

 

Предыдущая            Следующая

Leave a Reply

ГЛАВНАЯ | Гарри Поттер | Звездный герб | Звездный флаг | Волчица и пряности | Пустая шкатулка и нулевая Мария | Sword Art Online | Ускоренный мир | Another | Связь сердец | НАВЕРХ