Предыдущая            Следующая

ЛОВУШКА 13.7

– Где он? – прорычала я.

– Ага, щас, уже рассказала. Подумать только, Джек назвал тебя умным червем.

– Не зови меня так, – я ощутила вспышку раздражения на грани гнева. Это я сама, или это работает способность Милочки?

Ябеда положила руку мне на плечо. Я заткнулась. Она спросила Милочку:

– Что ты хочешь в обмен на свою помощь? Чтобы мы тебя отпустили?

Милочка коротко рассмеялась, и это напомнило мне сухой смех Алека.

– Нет. Однозначно нет. В обмен на информацию о том, что собирается делать Чертовка, вы окажете мне медицинскую помощь, будете держать меня здесь и будете держать меня в безопасности.

– А за информацию по Мраку? – спросила Ябеда.

– Я думаю, миллиарда… – Милочка осеклась на полуфразе, когда неосторожно двинулась и потянула рану.

– Миллиарда долларов, чтобы ты могла удрать на край света и наслаждаться жизнью, скрываясь от этих ублюдков, – закончила за нее Ябеда.

– Именно. Или вы хотите сказать, что это слишком много? Что жизнь вашего товарища по команде стоит меньше? Где ты проводишь черту, мисс Хмурая Физиономия?

Ябеда покосилась на меня. Я, в свою очередь, глянула на Змея. Он еле заметно качнул головой. Он не станет раскошеливаться.

– Ты сейчас не в том положении, чтобы выдвигать требования, – сказал Плут. – Ты будешь истекать кровью, пока не умрешь, и у нас есть способы ускорить этот процесс.

Милочка пожала плечами.

– Костерезка надо мной поработала. Сеточные капсулы вокруг каждой крупной артерии и органа, проволочное укрепление скелета. Так что кровотечение убьет меня нескоро.

Я мысленно сделала зарубку. Более чем вероятно, что у Джека, Костерезки и других более уязвимых членов Девятки есть какая-то аналогичная защита. Насколько все пошло бы по-другому, если бы Баллистик применил свою способность и подорвал их?

– А я могу убить скоро, – угрожающе произнес Плут. – Или мы можем подождать и посмотреть, что случится раньше: ты согласишься выдать нужную нам информацию или медленно умрешь от кровопотери.

– Игра, у кого яйца крепче? Я не прочь, – Милочка ткнула в свою рану пальцем. Видно было, что ей больно, но все равно она засунула палец внутрь и пощупала там. – Сейчас автоинъектор накачивает меня обезболивающими и антибиотиками. В первый раз чувствую, как работает эта штука.

– И ты позволила этой… маньячке сделать тебе такую операцию? – спросила Солнечная Балерина, слегка поежившись. – Как? Почему?

– У меня не было особого выбора, но я все это время была в сознании и считывала ее эмоции. Никаких намеков на ловушки или грязные трюки.

Ябеда кинула взгляд на пулевое отверстие в груди Милочки.

– Подозреваю, что для нее это уже такая рутина, что, даже если она что-нибудь этакое выкинула, твой радар бы все равно не сработал.

Милочка подалась вперед.

– Мы вот этим будем заниматься? Проверять твою восприимчивость против моей? Интеллектуальный поединок?

Ябеда покачала головой.

– Она тянет время. Она знает, что время работает на нее, потому что нам надо спасти Мрака как можно скорее. Чем дольше мы будем ждать, тем хуже будет наше положение.

– Вынужден признаться, я в некоторой растерянности, – задумчиво произнес Змей, глядя на нашу пленницу. – Куда нам ее поместить?

– Джек хорошо изучил вас, засранцев, – вмешалась Милочка, все еще пытающаяся нас отвлечь. – Я знаю твои фокусы, Ябеда. Ты цепляешься за слабости людей, рассказываешь им то, что они не хотят знать. Я умею делать то же самое. Я в этом сильней, чем ты.

– У меня довольно безумная идея, – сказала я, не обращая на Милочку внимания. – Что если мы не будем держать ее на базе? И на других базах тоже? Если мы поместим ее где-то в городе, есть риск, что какой-нибудь Джон, Дик или Гарри, ни о чем не подозревая, подойдет близко и она как-нибудь заставит его освободить ее. Охрану к ней тоже не приставишь, так что… может, в море?

– Лодка? – спросил Баллистик.

– Я могу рассказать историю, – заговорила Милочка. – Одна маленькая девочка растет с большими деньгами. Папаша рубит шестизначные суммы, может, даже семизначные. Здоровенный особняк, по-видимому. Может, лошади, мерседес, внутренние и внешние бассейны…

– Я думала насчет бакена, – ответила я Баллистику, перекрыв Милочку. – Можно даже организовать все так, что она будет вдали от людских глаз. Если ее прицепить наручниками, можно быть чертовски уверенными, что она не удерет.

– А что насчет лодок, которые будут проходить мимо? – спросила Солнечная Балерина.

– Сейчас на воде лодок почти нет, – ответила я. – Весь берег раздолбан, спасибо Левиафану. Судам некуда причаливать.

– Хорошая мысль, – сказал Змей. – Значит, сразу, как только ей окажут базовую медицинскую помощь, я распоряжусь, чтобы мои люди ее туда доставили. Мне необходимо разработать меры, чтобы гарантировать, что она не освободится.

– Так вот, маленькая девочка, которая ни в чем не нуждалась, все-таки нашла причину сбежать из дома. Вела бродяжью жизнь на улицах. Воровала, продавала краденое за мизерные деньги, чтобы хватало на еду. Что может заставить человека вот так покинуть родной дом, а, Ябеда?

Змей повернулся к солдату, стоящему рядом с ним.

– Вы не могли бы доставить сюда Питтера? Я хочу, чтобы ее наркотизировали как можно скорее.

Солдат кивнул и отправился разыскивать врача. Пробегая трусцой мимо Ябеды, он ей подмигнул. Я его уже видела. Он не из солдат Ябеды, но я с ним пересекалась. Рыбон? Похоже, он и Ябеда хорошо ладили.

– Вы совершаете ошибку, – улыбнулась Милочка. – Без моего сотрудничества вам их не найти. Вы не сможете ни связаться с Чертовкой, ни узнать, где искать ее брата.

– Ябеда? – обратился к ней Змей.

– Ты уже почти все нам рассказала, – сообщила Ябеда Милочке. Привалилась к стене и продолжила: – Твой метод поддержания связи с Чертовкой. Ты собираешься с ней встретиться. Днем? Вечером?

– Ага, щас…

– Вторая половина дня ближе к вечеру. Спасибо.

– Что? – Милочка нахмурилась.

– Когда конкретно во второй половине? Четыре… пять… шесть. В шесть часов. Тааак. Где? В верхнем городе? В деловом районе?

– Я ничего не скажу!

– Ты мне уже все рассказываешь.

Ябеда наверняка считывала неосознанные сигналы Милочки. Ее язык тела, движения глаз, интонацию, подбор слов.

– Давай посмотрим, ты встречаешься с Чертовкой в деловом районе около шести. Ты явно выбрала какое-то место, где сможешь поговорить с ней минутку и где тебя не будут видеть остальные. Туалет?

Милочка не шевельнула ни единым мускулом. Возможно, она поняла, что делает Ябеда.

– Туалет. В том же здании, где остальная «Девятка»? Теперь осталось только выудить, где они обитают, и козырей у тебя не останется. Если только ты не пожелаешь поделиться этой информацией добровольно.

Ответа от нашей пленницы не последовало.

– Хммм, – протянула Ябеда. – Она загнана в угол и, вероятно, обдумывает что-нибудь вроде полицейского самоубийства[1]. Или как это называется в случае, когда другой – не коп? Она предпочитает умереть, чем позволить нам передать ее собственным подельникам, поэтому она попробует гамбит – например, использует свою способность, зная, что мы, скорее всего, ее застрелим.

– Есть предложения? – спросил у нее Плут.

– Для своего самоубийственного ошейника ей понравилась идея «руки мертвеца». Почему бы нам не устроить нечто похожее? Поставим часового где-нибудь поблизости. Спланируем все так, что он будет получать от нас сообщения каждые пятнадцать минут. Если очередное сообщение он не получает, то связывается с «Девяткой» и говорит ей, где именно они найдут Милочку. Как вам?

Я увидела, что Милочка напряглась.

– А как мы передадим им сообщение, чтобы они не убили посланника?

– Что-нибудь придумаем, – Ябеда пожала плечами. Подняла глаза на Плута. – Как считаешь, Оливер справится с этим?

Плут кивнул.

– Я скажу ему, чтобы он придумал, как это устроить.

– Ябеда, – сказал Змей. – Ты сможешь вытянуть из нее остальные детали до того, как мы отправим ее в море?

– Если только она не сглупит и не попытается выкинуть что-то еще, кроме как говорить.

Тут Милочка снова решила вмешаться.

– Кто следующий? Кого еще полить грязью? Плут, скучаешь по дому? Перепуганный маленький мальчик, притворяющийся лидером. Это ты виноват, знаешь ли. Она винит тебя. Все винят тебя. Они даже начинают тебя ненавидеть.

– Мы можем поговорить подальше от ее ушей? – спросила я.

Змей кивнул и жестом предложил нам выйти. Его солдаты пододвинулись к Милочке и схватили ее за руки.

– Бесполезно! – ухмыльнулась Милочка. – Я все равно буду знать, о чем вы говорите. От меня вам ничего не утаить!

– Зато ты не будешь нас отвлекать, – ответила я.

– Ты в курсе, что уже облажалась? – Милочка сменила жертву. – Когда кто-то одержим так сильно, как ты, для эмпатов вроде меня это как громадная неоновая вывеска. Мне достаточно заглянуть в голову Змею, заглянуть в сердца всех остальных на этой базе, и мне уже ясно, что ты никогда не получишь то, чего хочешь. Ты не спасешь ее. Не сможешь. Поезд давным-давно ушел.

Я врезала ей джебом прямо туда, где была пулевая рана. У Милочки подломились ноги, и она упала на четвереньки. Я шагнула назад, сделала глубокий вдох и пнула ее в лицо. Она рухнула на пол.

– Рой, – без малейшей интонации произнес Змей. Ни укоризны, ни предостережения. Я восприняла это как напоминание, где я нахожусь. Возможно, это и было его целью.

– Мы поговорим об этом позже, – сообщила я ему. – Сейчас мой первый приоритет – Мрак.

Змей кивнул.

Я посмотрела сверху вниз на Милочку.

– Надеюсь, Костерезка укрепила твои зубы, пока правила тебя.

– Укрепила, – промямлила Милочка, прижимая руку ко рту.

Я для надежности пнула ее в голову еще раз, потом отвернулась и подняла руки, давая понять остальным, что я закончила.

– Достаточно, – сказал Змей и подал сигнал своим людям. – Отведите пленницу на берег и найдите место, где можно отчалить.

Милочку поволокли по дорожке. Ее крики достигали нас, даже когда саму ее было уже не видно.

– Ваш босс жулит вас! Всех вас! Вы даже не представляете, насколько мощно! Вы винтики в его машине, и он всего в нескольких шагах от того, чтобы добиться всего. Избавится от «Девятки», устроит финальный акт, когда расставит всех по своим местам, но потом вы ему будете больше не нужны!

– Сеет семена раздора в наших рядах, – произнес Змей. Голос его звучал поразительно спокойно с учетом того, что сейчас сказала Милочка. – Не более.

– Да. Она запросто могла соврать, – предположил Плут.

– Она и соврала. В основном, – сказала Ябеда.

Сомневаюсь, что хоть кто-то поверил в слова этих троих. Однако все были не в том положении, чтобы в ответ на эту неподтвержденную информацию развернуться и уйти.

– Ябеда, займись допросом, – приказал Змей.

– Окей.

– Ну а всем оставшимся предстоит решить, как выручить других.

Я поежилась. Мысль, что Брайан в лапах у «Девятки»… пугала. Быть может, сейчас Сибирячка пожирает его заживо – в буквальном смысле? Или его отдали на милость Манекена? Возможно, Джек пытает его, чтобы выведать информацию о нас. Или его зацапала себе Костерезка.

Очень вероятно, что они раздражены. Кроме, может быть, Джека. Ему наша засада, похоже, понравилась. Так или иначе, свой гнев и садистские наклонности они, весьма вероятно, выплеснут на Брайана.

Черт. В голове у меня роились все более и более жуткие варианты.

– Они будут нас поджидать. Думаю, нам потребуется помощь, – сказала я.

– Помощь? – Плут повернулся ко мне. – Ты забываешь, что все остальные фракции в городе заключили соглашение против нас.

– Не все, – указала я. – Одна группа на той встрече в это соглашение не вступила.

– Может, меня подводит память? – произнес Плут. – Змей, «Торговцы», «Избранники», группа Разрывашки…

– Все верно, – сказала я.

– Тогда о чем ты думаешь? – спросила Солнечная Балерина.

– Змей, – обратилась я к нему. – Ты ведь достал по просьбе Ябеды оборудование для наблюдения? Можно взглянуть?

 

***

 

Меня сопровождал Плут. Воспользоваться услугами Сукиных псов нам не удалось. Она решила проведать свою территорию и позаботиться о других собаках. Я нехотя согласилась, что ей действительно стоит этим заняться, и мы с Плутом отбыли вдвоем.

Я покосилась на него, когда мы поднимались по лестнице пустого жилого дома. Что сказала о нем Милочка? «Перепуганный маленький мальчик»? «Она винит тебя. Все винят тебя». Я вспомнила слова Солнечной Балерины о драме в их группе и о том, как одиноко быть в ней. Вспомнила, что Генезис не проявила восторга вчера вечером, когда прибыла ее команда. Был ли Плут в центре этого всего? Он был безжалостнее своих товарищей, что любопытно, так как его способность наименее смертоносна. Возможно, тут и кроется зерно их раздора? Но что он такого сделал, за что остальные его винят?

Могу ли я высказываться по этому поводу? И следует ли?

Я смолчала. На пятом этаже мы сошли с лестницы и выбрались в темный коридор. Я включила фонарик, и мы зашагали дальше. Повсюду были горы мусора, и я отчетливо осознавала, что под нами по полу ползают личинки, хоть в тусклом свете фонаря их и было видно плохо.

– Куда дальше? – спросил Плут.

Я указала. Побочный эффект моей способности – чертовски легко сохранять чувство направления.

Мы проверили двери двух квартир, расположенных в правильном направлении. Обе оказались заперты.

Плут притронулся к дверной ручке, потом оглядел пол коридора с рассыпанным мусором. Ручка исчезла, на пол упала деревяшка. Он повторил процесс с внутренним механизмом и таким образом удалил замок. Потом открыл дверь, вошел в квартиру и сразу направился к окнам.

– Ты это уже делала раньше? – спросил он.

Я покачала головой. Сейчас я как раз собирала букашек, сильнейших летунов, и протягивала шелковые нити. Плут подал мне отдельные компоненты. Маленькая, не крупнее губной помады шпионская камера и такой же маленький микрофон. Мои букашки связали их вместе шелком, потом вытянули еще нити, чтобы распределить вес между стрекозами, шмелями и осами.

– Окей, давайте посмотрим, – пробормотала я.

«Тест, тест, раз, два, три…» – моим букашкам удалось выдать нечто похожее на слова, которые я от них хотела, смесь жужжания, стрекота и щелканья в нужных тонах. Некоторые звуки произвести оказалось тяжело или вовсе невозможно. Созвучия «па», «ба» и «ма» не получались, и мне с трудом удавалось делать «т» внутри слова. Выходило еле разборчиво, но все же разборчиво.

Придется обойтись и этим.

Я удостоверилась, что камера закреплена достаточно прочно, и выпустила рой в окно. Полагаясь на свою способность, чтобы отслеживать его в полете, я открыла предоставленный Змеем ноутбук и включила видеопоток. Когда рой подлетел к зданию ШКП, я собрала его в примерно человекоподобную форму.

На то, чтобы Протекторат среагировал на мою фигуру, потребовалось шесть с половиной минут. В некоторой степени это меня обеспокоило. Они дезорганизованы? Или у них проблемы с коммуникацией и сбором сил, потому что нет телефонов или других средств передачи экстренных сообщений? Они собрались в вестибюле. Я подправила положение камеры, которую несли насекомые, и различила Сплава, Малыша Победу, Хроноблокера, Мисс Милицию, Батарейку и Легенду. Там было еще три Плаща, которых я не узнала. Из команды Легенды?

Их появление заставило меня призадуматься.

Как только Мисс Милиция вышла наружу, я надела наушники, и Плут сделал то же самое.

– Рой? – спросила Мисс Милиция.

«Что-то вроде, – ответила я с помощью своих насекомых. – Я хочу поговорить».

– С учетом того, что произошло в прошлый раз, когда ты тут была, не думаю, что нам есть о чем разговаривать.

«Мы захватили двоих из «Ордена Кровавой Девятки». Одного из них мы готовы передать вам».

– Что? Не расслышала.

Черт. Когда я заставляла насекомых производить звуки, в голове у меня все звучало естественно, но приличного качества я пока не добилась. Возможно, было бы лучше просто передать ей телефон. Я сделала то, что сделала, ради штришка драматизма, ну и потому что не хотела, чтобы они нас выследили.

Я перефразировала:

«У нас Птица-Разбойница и Милочка. Милочку доставим вам, если хотите. Мы закончили ее допрашивать».

– Допрос. Ты имеешь в виду пытки, не так ли? – спросил Легенда, стоящий в дверном проеме.

«Нет».

– Почему? – спросила Мисс Милиция. – С чего такое предложение?

«Вы можете удерживать ее надежно, и нам нужна ваша помощь».

– Для чего?

«»Девятка» захватила Мрака. Сегодня утром мы провели успешную атаку, взяли двоих за одного нашего. Они будут готовы к нашей попытке его вызволить. Они знают наши способности. Помогите нам атаковать их. Помогите нам застать их врасплох во второй раз и остановить их навсегда».

– Ты просишь нас не просто сражаться с «Девяткой», но сражаться бок о бок с отъявленными злодеями.

Значит, я теперь отъявленная злодейка? Хех. Впрочем, нельзя на это отвлекаться.

«Я предлагаю вам Милочку».

Я разобрала, что Мисс Милиция качает головой.

– Я буду откровенна, Рой. Я не Оружейник. Меня не интересует собственная слава или известность. И не буду ходить вокруг да около. Загони ей пулю в череп и покончи с ней. На их уничтожение дан официальный ордер, тебя никто не обвинит в убийстве.

«Тогда работайте с нами, потому что это лучший способ остановить «Девятку»».

– Я отказала Волкрюку, когда он сделал точно такое же предложение, и отказываю тебе. Плащи в моей команде – хорошие люди. Я не собираюсь жертвовать их жизнями в безрассудной атаке. Мы разработаем собственную стратегию, собственный план и изыщем безопасный способ добраться до них.

«А тем временем гибнут мирные люди», – огрызнулась я. Мрак гибнет, если уже не погиб.

– Мы уже испытывали на них те стратегии, которые применяли против Всегубителей. Множественные команды при поддержке местных. Иногда нам удавалось достать одного из них. Иногда – трех или четырех. Но в процессе мы теряли людей, много людей. А оставшимся членам их группы всякий раз удавалось каким-то образом ускользнуть. Сам факт, что мы пытались атаковать их в полную силу и терпели неудачу, сделал их знаменитыми. На наши атаки они отвечают, и отвечают жестко, и всякие сволочи, психи и убийцы слетаются к ним в надежде на такого же рода славу.

«Разница между нами и Волкрюком в том, что мы уже преуспели. Мы захватили в плен двоих из них. У вас нет времени организовываться и выжидать подходящего момента. У них уже годы опыта сражений с людьми, которые действуют именно так. Скорее всего, они уже имели дело со всем, что вы будете пробовать. Мы побеждаем тем, что берем их врасплох, применяем способности, о которых они не знают и которых не ожидают, и комбинируем способности. Расчетливая безбашенность».

– Мы можем делать это все и сами. Причем у нас больше расчетливости и меньше безбашенности.

«Он изучил вас. Про всех из вашей группы, у кого опыта больше трех месяцев, он уже знает, что они умеют, какие у них козыри и таланты. У вас есть способности, которые нам нужны. У нас есть информация об их местонахождении, своя боевая мощь и два пленника. У нас все получится, только если мы будем работать сообща».

– Вверяя вам наши жизни, – ответила Мисс Милиция.

«Лишь настолько, насколько мы будем полагаться на вас», – указала я.

– Кто ты, Рой? – спросил Легенда. Он подлетел поближе к моей насекомой приманке. – Я не могу понять ни твой характер, ни твою мотивацию, и это оставляя в стороне то, что произошло под конец истории со Всегубителем.

«Мой товарищ в руках у «Девятки», они, возможно, убивают людей прямо сейчас, в эту самую секунду, а ты решил поговорить обо мне?»

– Если мы предложим вам помощь, то должны знать, с кем имеем дело, – ответил он.

Я покосилась на Плута, потом снова повернулась к изображению на экране.

«Что ты хочешь узнать?»

– Мы говорили с людьми на твоей территории. После того, что я от них услышал, и того, что было в больнице, я не могу не задаваться вопросом о твоих мотивах.

«Я хочу помочь кое-кому конкретному. Если при этом мне удастся улучшить жизнь другим, тем лучше».

– В таком случае каково твое место? Где ты видишь себя на шкале добра и зла, героев и злодеев?

Я едва не рассмеялась, и, видимо, часть моего веселья передалась в виде мысленной команды букашкам, потому что они начали издавать звуки, не связанные с речью. Я их остановила.

«Все перечисленное? Ничто из перечисленного? Какое это имеет значение? Некоторые из нас носят клеймо злодеев с гордостью, потому что хотят бунтовать против норм, потому что этот путь труднее, но и благодарнее, а может, потому что быть «героем» иногда значит так немного. Но по-настоящему плохими или злыми хочет себя видеть меньшинство, какое бы клеймо на них ни было. Я делала то, о чем сожалею, я делала то, чем горжусь, и я ходила между тем и другим. Шкала ваша – это фантазия. Нет простых ответов».

– Простые ответы могут быть. Ты можешь делать то, что правильно.

Я начала догадываться, что имела в виду Сука под «словами». Пустой треп, значащий так мало на фоне всего, что сейчас происходило. Возможно, именно такое раздражение, досаду и гнев она часто чувствовала при социальных взаимодействиях? Я сжала кулак.

«Кто бы говорил. Ты хочешь прятаться здесь, пока мой отряд и Волкрюк принимают на себя всю силу «Девятки». И с АПП то же самое было».

– Это было, когда командовал Оружейник. Ты не можешь винить нас в том, что мы исповедуем разумный подход в подобных ситуациях.

Я была расстроена, что мой рой не мог передать мой гнев.

«Я могу винить вас в том, что вы трусы. Я иду. Если ты хочешь поговорить о морали, поговори для начала с Оружейником».

– Не могу. Его нет.

Я застыла. «Девятка» достала его?

«Он мертв?»

– Сбежал из своей больничной палаты. Сейчас все наше внимание поглощено «Девяткой», и потому мы не обладаем ресурсами, чтобы его отыскать.

«Он знает об угрозе «Девятки» ударить по городу чумой, если он удерет?»

– Надеюсь, что знает.

Черт. Мало того, что ко всем неопределенностям добавилась еще одна, так еще и с Оружейником – если думать о понятии «мой заклятый враг», то Оружейник вписывается лучше всего. И то, что он сейчас носится по городу, – нехорошо.

Какое-то мгновение я даже обдумывала вариант – велеть Плуту телепортировать меня к первому этажу, чтобы с героями говорила я, а не мой рой. Я могла бы сказать им, что в качестве жеста доброй воли вверяю им саму себя, рискуя быть арестованной.

Вот только я не могла не представить себе, как выгляжу с их точки зрения. Воительница Бульвара. Я отгноила достоинство Луна и вырезала ему глаза. Я сыграла некую неясную роль в падении Оружейника. Я ограбила банк, терроризируя заложников ядовитыми пауками, напала на их штаб-квартиру и причинила юным героям нестерпимую боль с помощью обработанных капсаицином букашек. Я постоянно действовала сомнительно (на посторонний взгляд) в плане этики. Так кем они меня видят – хорошим парнем, совершающим плохие поступки? Или опасной сумасшедшей?

Я никак не могла отдать себя в их руки, не зная, что они обо мне думают, и, честно говоря, я сама не была уверена, что о себе думаю. Как, черт побери, они могли принять решение?

«Ну так что, вы с нами?» – еще раз попыталась я.

Я увидела, как Легенда оглянулся на Мисс Милицию, и та покачала головой.

– Местную команду возглавляет Мисс Милиция, так что окончательное решение принимать ей, но… Мы говорили об этом, и я с ней согласен. Нет. Риски перевешивают потенциальную выгоду.

Мое сердце упало.

«Тогда напоследок подскажу вам кое-что. Вы должны знать: Костерезка подвергла кое-каким операциям их всех. Вставила защиту для наиболее уязвимых органов. Эти типы крепче, чем кажутся».

– Спасибо, – ответил Легенда. – Ты можешь мне не верить, но я от всей души желаю тебе удачи.

Я фыркнула, закрыв ноутбук и отвернувшись от него. Одновременно я призвала рой к себе.

– Не сработало, – произнес Плут.

– Да. И мы потратили впустую кучу времени.

– Благодаря Регенту с нами будет Птица-Разбойница, и, возможно, у нас есть шпион в их логове, Чертовка. Их осталось пять или шесть, значит, нас больше, так? Положение не безнадежное.

– Они будут к нам готовы. Они окопались, у них заложник, а с двумя из них мы не можем сражаться в принципе. Сколько времени уйдет, чтобы вытащить Мрака оттуда, куда они его засунули?

– Не безнадежно, – повторил Плут. – Что бы они ни устроили, чтобы удерживать Мрака, я его вытащу сразу, как только увижу.

– Я бы не была так уверена.

– Возможно, тебя приободрит то, что твой разговор со здешними героями подарил мне кое-какую идею?

Я резко обернулась к нему.

– Давай. Нам надо спешить, – сказал Плут.

 

Предыдущая            Следующая

[1] Полицейское самоубийство – так называют ситуацию, когда человек намеренно делает в присутствии полицейского угрожающее движение, например делает вид, что выхватывает оружие, и тем самым провоцирует полицейского его застрелить.

Leave a Reply

ГЛАВНАЯ | Гарри Поттер | Звездный герб | Звездный флаг | Волчица и пряности | Пустая шкатулка и нулевая Мария | Sword Art Online | Ускоренный мир | Another | Связь сердец | Червь | НАВЕРХ