Предыдущая            Следующая

СТРАЖ 9.5

– Не пересекай желтую черту, – предупредила Флешетта.

– Ага, – согласилась Виста. – Я это уже усвоила в прошлый раз, когда пришла сюда.

Флешетта подалась вперед, отыскала бечевку с бусинками воды после дождя. Дернула за нее дважды.

Париан с плеском выскочила из ближайшего переулка. В нескольких футах позади нее шел на задних ногах девятифутовый кролик с повязкой на глазу и боксерскими перчатками. Он вышагивал горделиво и спесиво.

– Какой милашка! – улыбнулась Виста.

– Привет, Виста, – поздоровалась Париан. – Привет, Флешетта.

– Салют, – улыбнулась Флешетта. ­– Мы с подарками.

Виста шагнула вперед и протянула сумку.

– Дюжина галлонов воды, немного риса, несколько банок с бобами, мультивитамины и средства первой помощи. Моя способность скоро выдохнется, так что побыстрее отнеси сумку куда-нибудь в безопасное место.

– Самые базовые припасы, – добавила Флешетта, ­– но какое-то время они вас поддержат.

– Благодарю, – произнесла Париан, потянувшись за сумкой через импровизированную желтую черту. Она убрала сумку за спину и взялась за нее обеими руками. Над правым плечом кусок ткани сложился в неясную фигуру, три иголки с катушками ниток при каждой затанцевали вокруг и внутри этого куска, лезвие стало резать то тут, то там.

– Как у тебя дела? – спросила Флешетта.

– В середине дня пришли какие-то ребята, обхамили мать одного из моих друзей.

– Я же сказала тебе звонить мне, если будут проблемы!

– Я справилась. Вроде как. Они сбежали, как только увидели моего кролика. Мама моего друга сказала, что они пытались узнать у кого-нибудь, где можно достать еду, и она боялась, что если расскажет им, где наши припасы, то они отберут всё. Думаю, они были больше голодными, чем опасными. Продовольствия слишком мало, – фигурка из ткани тем временем обзавелась руками и ногами. – Эмм, это сейчас прозвучало, как будто я обвиняю вас…

– Нет, ты права, – перебила ее Флешетта. – Мы плохо справляемся с задачей обеспечивать продовольствием всех. Мы не можем. Каждый раз, когда мы начинаем его раздавать, появляется компания вроде банды Волкрюка или «Торговцев» и пытается отобрать. Даже если герои на дежурстве их отгоняют, люди все равно пугаются и разбегаются.

– Видимо, нам повезло, что у нас есть это убежище. Пока. Не знаю, сколько еще пройдет, прежде чем заявится кто-то, кого я не смогу отпугнуть.

– У тебя есть мой номер.

Виста отвернулась: у нее в ухе зазвучал еще один голос. Она шагнула в сторону от беседующей пары, слегка помотала головой, чтобы стряхнуть воду, которой одаривал ее дождь.

Сжав передатчик, Виста переспросила:

– Прошу прощения? Не расслышала.

– Это Сплав. Малыш Победа хочет что-то рассказать, просит всех собраться. Вы можете вернуться быстро?

– Окей.

Она поспешила к Флешетте и выждала несколько секунд до ближайшей паузы в разговоре. Убедившись, что не перебивает, она положила руку Флешетте на плечо.

– Что такое?

– Сплав хочет, чтобы мы вернулись как можно быстрее.

На лице Флешетты промелькнула тень разочарования.

– Увидимся позже? – спросила Париан.

– Я попозже еще загляну, если только выйду в патруль этой ночью, – пожала плечами Флешетта.

– Буду ждать, – ответила Париан. Затем повернулась к Висте. – Вот, держи.

Виста взяла в руки подарок. Кролик, созданный за последнюю минуту или около того. Отлично детализованный, в красивом платье с тесьмой по краям. Шерстка была мягкая – явно из материала отличного качества, хоть и влажного. Будь Виста на четыре года младше, она от этого подарка пришла бы в безумный восторг.

И все же это был очень доброжелательный жест.

Виста подавила раздражение из-за детского подарка и улыбнулась.

– Спасибо, Париан.

– Идем, – сказала Флешетта. – Обратно в штаб-квартиру?

– Обратно в штаб-квартиру. Пошли, срежем по-моему.

Они прошагали два квартала на восток, пока не вышли на Лорд-стрит. Под поверхностью воды виднелась трещина – она шла по центру дороги, выписывая зигзаги между двумя полосами.

Встав посередине дороги возле самой трещины, Виста сосредоточилась. Она ощутила, как ее способность проникает в каждый твердый предмет перед ней, создала мысленную карту. Впереди никого не было, это облегчило ей задачу. Медленно и осторожно она начала подправлять. Уменьшила длину Лорд-Стрит, потом еще раз – повторяла раз за разом, делая четырехполосную дорогу все короче и короче. Трещина посередине дороги вдавливалась сама в себя, точно сжимаемая пружина.

– Это сбивает с толку, – произнесла Флешетта, глядя на происходящее. – Моя способность позволяет мне чувствовать углы… и я боюсь, что, если попробую воспользоваться ей, чтобы понять, что происходит, у меня может случиться припадок.

– Не так уж трудно. Всё как влажная глина, и я ее размазываю.

Решив, что работа закончена, Виста зашагала вперед. Флешетта пошла за ней, глазея на искаженные тротуары по краям эффекта.

– А ты крута, малышка, – произнесла она.

– Типа того.

– Через пять-шесть лет ты можешь стать большой фигурой в Протекторате.

Виста нахмурилась.

– О Неустрашимом говорили то же самое.

– Один из членов Протектората, который погиб, если я правильно помню?

Виста кивнула.

На этот раз нахмурилась Флешетта.

– Это… неожиданно мрачно из твоих уст. Откуда такие мысли?

– То, что мы делаем, опасно. Иногда мы погибаем. Не вижу, почему я должна беспокоиться о том, что будет через пять лет, если к тому времени меня самой может уже не быть.

– Ты сомневаешься, что тебе стоит оставаться в команде?

Виста посмотрела на Флешетту удивленно.

– Нет. Нисколько.

– Но если тебя тревожит, что ты рискуешь жизнью…

– Я не говорила, что меня это тревожит, – сказала Виста с ноткой раздражения в голосе. – Просто, ну, это может случиться. Я реалистка.

– Даже не знаю: то ли ты потрясающе взросло относишься к теме смерти, то ли мне стоит начать за тебя серьезно беспокоиться.

Потрясающе взросло?

Они добрались до здания ОПП. Благодаря способности Висты путь, который туда занял у них тридцать минут, обратно они прошли за четыре. Флешетта открыла и придержала дверь из бронестекла, подняла руку, приветствуя офицера ОПП, стоящего на страже внутри.

– Ты знаешь, что я имею в виду, – сказала она.

Висте пришлось промолчать. Если бы она указала, что с ней держатся слишком покровительственно, то выглядела бы капризной девчонкой, что лишь отягощало проблему. «Да. Потому что любое проявление взрослости с моей стороны – это нечто особенное. Неважно, что я на девять месяцев старше Малыша Победы, – раз мне тринадцать, все ожидают от меня, что я должна пищать от Джастина Бейбера или книг Мэгги Холт, или носить все розовое, или…»

Ее мысли застыли на месте, как только взгляд упал на портреты, висящие на стене над столом регистрации.

Два портрета три на два фута были черно-белыми, в черных рамках футовой ширины. Сами портреты представляли собой фото Эгиды и Галанта по плечи – оба в костюмах и масках. Виста знала по собственному опыту, что эти фотки были сделаны в первую неделю после их вступления в команду. Галант выглядел таким молодым. И оставался таким молодым, когда в него врезалась волна и раздавила ему грудь. Всего семнадцать.

Виста взглянула на собственный портрет. В отличие от фотографий мальчишек, эта была яркой, полной цвета. Глаза, костюм и рамка были насыщенного сине-зеленого цвета, задний план – оранжевый закат, оттеняющий белокурые волосы. Виста тоже была очень молодой на этой фотке. У нее не хватало одного из нижних клыков, что образовало темное пятнышко в неуклюжей улыбке. Ей тогда было без одного месяца одиннадцать.

Она ненавидела этот портрет.

Ненавидела вдвойне, потому что не могла не думать: не придет ли время, когда он будет висеть над столом в черно-белом виде, улыбаясь этой невинной дурацкой улыбкой, которой Виста меньше всего хотела запомниться людям?

Черт, они вообще отдали Галанту должное? Этому парню, который решил быть в буквальном смысле рыцарем в блестящих доспехах и прожил жизнь благороднее, чем любые пять человек, наугад выбранных на улице? Все, что он получил, – фотография и имя на монументе.

– Ты окей? – спросила Флешетта.

Виста оторвала взгляд от портретов.

– Я нормально. Пошли, Сплав ждет.

И, не дожидаясь Флешетты, она зашагала к лифту. Флешетта на шаг отстала.

Все остальные уже сидели в совещательной комнате, за исключением директора Пиггот – та стояла скрестив руки.

– Благодарю за быстрое возвращение, – произнесла Пиггот. – Присаживайтесь, пожалуйста.

Виста послушно села на ближайший стул. Флешетта нашла себе место рядом со Сплавом.

– Малыш Победа? – пригласила его Пиггот.

– В общем, ребята, дело вот в чем. Я пошел поговорить с Фаэтоном, и возникло кое-какое осложнение, – он тронул экран смартфона, и на компьютерном дисплее на одном из краев стола появился текст нескольких мейлов. – Фаэтон пока что не согласился присоединиться к нашей команде, но есть доказательства, что он намерен вступить к нам в качестве «крота», который работает на кого-то еще.

– Доказательства были получены законными методами, разумеется, – произнесла Пиггот.

– Разумеется, – и Малыш Победа улыбнулся так, что всем присутствующим стало ясно, что он врет на голубом глазу. – Мы считаем, что этот «кто-то еще» – это Змей. В городе просто нет других преступников, которые бы на такое пошли. «Избранники Фенрира» не настолько изобретательны, и они слишком расисты, чтоб работать с Фаэтоном. Группировка Чистоты – опять-таки расисты. «Темные лошадки» не настолько хорошо финансируются. У «Странников» просто другой стиль.

– Помимо этого, – добавила Пиггот, – нам уже известны случаи использования Змеем оперативников под прикрытием.

– Случаи? – переспросил Сплав.

– Это не должно выйти за пределы этой комнаты, – предупредила Пиггот. Виста кивнула, как и все остальные. – Мы знаем, что в этом самом здании есть три агента, работающих на Змея.

– Серьезно? – спросил Хроноблокер. – Вот прямо сейчас?

– Да, – кивнула Пиггот. – Мы могли бы оставаться в полном неведении, но Дракон обнаружила, что одно из лиц на видео с наших камер наблюдения совпадает с лицом известного наемника. Проведя расследование, мы нашли еще двоих. Умелые солдаты, каждый с широким диапазоном навыков, от работы с компьютером до знания различных языков. Как раз таких Змей и нанимает. Мы могли бы их арестовать, но я поговорила с людьми, обладающими большими, чем я, полномочиями и уровнем доступа, и мы пришли к единому мнению, что идеально будет позволить этим наемникам и дальше работать здесь. Это позволяет нам присматривать за ними, добывая полезные знания, а кроме того, время от времени мы даем им фальшивую или недостоверную информацию, естественно, каждый раз с большой осмотрительностью.

И это подводит нас к главной цели нашего совещания, – проинформировала всех Пиггот. – Я хотела бы сделать то же самое в отношении Фаэтона. Он будет работать вместе с вами; весьма вероятно, он будет видеть вас без масок. Вы будете общаться с ним и делать вид, что не знаете, что он передает информацию своему нанимателю. На это, на риск, которому вы подвергнетесь, мне требуется ваше прямое согласие.

Малыш Победа присвистнул.

– Иметь дело с отношениями внутри команды и так достаточно трудно, – произнес Сплав. – И вы хотите добавить еще и это?

– Я бы не стала вас просить, если бы не считала, что вы сумеете справиться.

– А если мы скажем нет? – спросил Хроноблокер.

– Если из вас не согласится только кто-то один или двое, опасаясь, что информация о ваших гражданских личностях будет использована против вас, я предложу разделить расписание вашей команды так, чтобы у вас с Фаэтоном не было общих дежурств. В идеале это должно совпадать с возвращением в школу каждого из вас, так что загруженное расписание послужит достаточным оправданием того, что вы с ним не пересекаетесь. С учетом того, какие осложнения это создаст, я бы очень сильно предпочла, чтобы согласились вы все.

– С моей стороны нет проблем, – произнес Сплав. – Однако у меня нет секретной личности, нет здесь друзей или семьи, за которой следует присматривать. Я абсолютно, на сто процентов пойму, если у других будут возражения.

– Я не местная и в команде ненадолго, – сказала Флешетта. – Мой голос, скорее всего, не должен играть роли, но если ОПП это нужно, то я не против.

– Хорошо, – кивнула Пиггот. – Остальные?

Теневая Охотница согласилась следующей, за ней Малыш Победа, Виста и, с неохотой, Хроноблокер.

Пиггот улыбнулась – редкое явление.

– Хорошо. К вашему сведению: канал связи через ушные передатчики, компьютеры при этой консоли, запасные ноутбуки и запасные смартфоны будут под непрерывным мониторингом команды наверху. Ваши собственные ноутбуки и смартфоны будут от этого присмотра освобождены. Тем важнее, чтобы вы не теряли эти вещи и не позволяли Фаэтону получить к ним доступ.

– Он Механик, – указал Малыш Победа. – Возможно, ему удастся понять, что за ним наблюдают.

– Вынуждена согласиться. Однако Дракон заверила меня, что созданные ею программы и устройства достаточно скрытны, – она сцепила руки перед собой. – Защитники, я благодарю вас за сотрудничество. Ваша служба с самого появления Всегубителя была безупречна. Поверьте, я найду способ вознаградить вас за это.

Она двинулась было на выход, но тут же остановилась.

– А, да. Малыш Победа? Хорошая работа.

Малыш Победа просиял.

Защитники молча провожали ее взглядом, пока за ней не закрылись двери лифта.

– Когда Пигги ведет себя как человек, становится, нафиг, страшновато, – прокомментировал Хроноблокер. От остальных членов команды донеслись смешки. Хихиканье самой Висты несло в себе капельку облегчения. Колкость Денниса говорила о том, что он старается вести себя как прежде.

– Ладно, ребята, – сказал Сплав и хлопнул в ладоши, издав приглушенный лязг. – Мы должны были заготовить ответные меры на случай, если Фаэтон откликнется; простите, что прервал ваши занятия. Лили, можно тебя на пару слов, прежде чем ты снова выйдешь в патруль?

Флешетта кивнула и направилась следом за Сплавом в дальний угол комнаты.

Виста пошла в кухню в одном из альковов, чтобы взять спортивный напиток. Малыш Победа что-то набрасывал в блокноте. Если на него накатило вдохновение, лучше оставить его одного.

Девочка встала позади Малыша Победы на достаточном расстоянии, чтобы его не отвлекать, и, потягивая напиток, стала смотреть комедию по телеку. Потом почувствовала руку на своем плече. Обернулась – там стоял Сплав.

Он тихо произнес:

– Судя по твоему виду, тебе сейчас не помешает душ. Иди согрейся, высохни и оденься во что-нибудь удобное. Хроноблокер заменит тебя в патруле, ты пойдешь со мной через несколько часов.

Виста кивнула.

– Когда будешь готова, зайди ко мне. Хочу поболтать. Ничего плохого.

Она снова кивнула. «Значит, Флешетта ему что-то рассказала».

Виста направилась к туалетам, свернула в женский туалет, где были и душевые. Движениями ног сбросила с себя ботинки, сняла доспехи и повесила на один из сушильных манекенов. Потом сняла платье и стянула чулки – все это она повесила на второй манекен, где одежда будет обдуваться постоянной несильной струей теплого воздуха. Ботинки она перевернула и поставила на решетку обогревателя под манекенами, прислонив к стене. Последним она сняла белье, положила его в корзину вместе со сделанным Париан кроликом и взяла полотенце.

Без костюма было так странно. Как будто она была не она. Когда она начала видеть в себе больше Висту, чем Мисси Бирон? После того как ее родители развелись и она стала брать дополнительные дежурства, чтобы выбраться из давящей атмосферы? Через год в команде, через два?

Она повесила полотенце и встала под струи горячей воды, смывая въевшуюся грязь, непременную спутницу сырости и грязной воды, которые снаружи были сейчас повсюду. Намылиться и смыть мыло – это много времени не заняло, но потом Виста провела еще несколько долгих минут, просто стоя неподвижно, опираясь руками о стенку душевой кабинки, позволяя воде омывать свое тело, не думая ни о чем конкретном.

Потом она выключила воду и, обернув полотенце вокруг плеч, подошла к раковине, чтобы взглянуть на себя в зеркало.

Вода почти все убрала, но на шее виднелась-таки линия из пятнышек засохшей крови там, где в кожу въелась проволока. Похожая метка была и на левой руке в районе локтя. Виста сковырнула пятнышки ногтем, потом ополоснула палец под водой из крана. Осталась лишь розовая полоска. Не настолько серьезно, чтобы было о чем беспокоиться. Еще были желто-зеленые синяки на колене, на бедре и там, где тазовая кость подходит ближе всего к коже, – в тех местах, где в нее попали обломки.

Были и более старые раны. Шрамики на руках, крохотные порезы на ногах, келоидный рубец размером с десятицентовик сверху на ступне. Взгляд Висты упал на шрам на груди справа, в полутора дюймах под ключицей. С дюйм шириной, чуть сморщенный и вдавленный внутрь. Результат стычки с Волкрюком год назад, когда злодей удирал после жуткого нападения на продуктовый магазин. Он тогда отшвырнул ее в сторону, и клинок на руке злодея проткнул ее броню. Она тогда ощущала боль в пронзенной коже, но молчала об этом в отчаянной попытке избавиться от ярлыка «ребенка команды». Она не хотела, чтобы в ней видели человека, постоянно нуждающегося в опеке и защите. Просить медицинской помощи, чтобы потом выяснилось, что это просто царапина, было бы стыдно.

Лишь позже она увидела, насколько серьезной была рана, как много крови впиталось в ткань костюма под нагрудником. Рану она зашила сама – как раз здесь, в душе. Работая с мрачной решимостью, она сделала все, что могла. Вышло в итоге не очень удачно.

Сейчас она более или менее сожалела о тех своих решениях. Она росла медленно, всегда выглядела младше своих лет, но когда она обзаведется-таки декольте, которое не стыдно будет показать, этот шрам будет там торчать на самом видном месте. К тому времени он, может, даже хуже станет – это будет зависеть от того, как он будет растягиваться по мере роста груди.

Можно было бы попросить Панацею все поправить, но Виста никак не могла собраться с духом. Сейчас, когда она думала об этом, ее посещала мысль, что, может, на самом деле она не хочет избавляться от этого шрама. Какая-то часть ее испытывала извращенную гордость за то, что у нее есть шрам, как будто он служил ей самой неким доказательством, что она хороший солдат. Это было чем-то вроде оправдания философии, которую она вкратце изложила Флешетте. Какой смысл забивать себе голову шрамом на груди, если вполне может так статься, что какой-нибудь злодей убьет ее, прежде чем шрам вообще станет проблемой?

В одной из туалетных кабинок раздался звук смыва, и Виста поспешно сняла полотенце с плеч и обмоталась им, прикрыв шрам на груди.

София подошла к раковине рядом с той, у которой стояла Виста. Покровительственно посмотрела на младшую героиню.

– Не стремайся, кнопка. Как будто тебе там есть чего прятать.

Кипя от «кнопки» и от подколки насчет своей груди, Виста лишь неотрывно смотрела на себя в зеркало, а Софию игнорировала.

София домыла руки, потом достала зубную щетку и почистила зубы. Она не торопилась, а Виста просто стояла на месте, прижимая к себе полотенце обеими руками.

Закончив, София убрала щетку и прошла мимо Висты. По пути, как у нее вошло в привычку в последнее время, она положила руку Висте на голову. Только на этот раз она взъерошила девочке волосы грубее, чем нужно.

– Так держать, крошка.

«Ну класс, – подумала Виста. – Деннис, может, и ведет себя как раньше, но и София тоже».

Она причесалась, разобравшись с путаницей в волосах, возникшей по милости Софии, обсушилась и направилась к своему шкафчику, чтобы одеться. Футболка, водолазка и фланелевые пижамные штаны. «Что-нибудь удобное». Надев тапки, Виста пошла искать Сплава.

София сидела за консолью и листала Фейсбук. Малыш Победа тестировал доспехи: четыре пистолетика, напоминающих формой и размером крупные груши, летали вокруг его плеч неплотным строем.

Чтобы не отвлекать Криса и не иметь вновь дела с Софией, Виста вышла из штаб-квартиры и зашагала к лифту. Комната Сплава находилась в коридоре этажом выше, напротив мастерской Малыша Победы.

Дверь была открыта, и Виста увидела Сплава, откинувшегося на массивном кресле той же модели, что и в конференц-зале. Он был в наушниках, ноги покоились на гранитной столешнице, где находился компьютер. Виста ни разу еще не была в этой комнате. Оглядевшись, она увидела уйму стоек с CD, DVD и грампластинками. Кровати не было, но Сплаву сон практически не требовался, так что это имело смысл. Вполне возможно, что спал он в кресле.

Его голова покачивалась в такт музыке, пока он не заметил Висту. Быстро кивнул ей, снял наушники и отключил аудиосистему.

– Ты хотел со мной поговорить? – произнесла Виста.

– Я послал Флешетту в патруль с тобой, потому что у нее объективный взгляд на команду, и мне хотелось узнать, совпадают ли ее мысли о тебе с моими. Должен заметить, вы были в патруле совсем недолго, но она уже встревожена.

– Окей.

– Скажи мне прямо, с тобой все в порядке?

– Меня об этом постоянно спрашивают. Я нормально.

– Флешетта сказала, что в патруле только что ты говорила весьма фаталистичные вещи. Я знаю, тебе очень нравился Галант, и в больнице у его постели ты была безутешна.

Виста отвела глаза.

– А теперь ты ведешь себя так, словно тебя ничто не задевает, даже мысль о том, что ты можешь погибнуть в ближайшем будущем. Я должен знать, Мисси. Ты хочешь умереть? Ты собираешься подвергать себя излишней опасности?

– Нет, – ответила она. Когда выражение лица Сплава не изменилось, она повторила громче: – Нет. Ты видел меня против «Странников». Не думаю, что я там натворила каких-нибудь глупостей.

– Не натворила.

– Я просто хочу делать хорошую работу как член команды. Нести память о них. Поступать так, как они бы хотели, чтобы я поступала. Я могу работать вдвое усерднее, быть вдвое крепче, вдвое сильнее, если этим смогу возместить их нехватку.

– Это чертовски тяжелая ноша.

– Ничего страшного.

– И это может перерасти в некоторую проблему, если ты начнешь раздражаться и позволишь себя поглотить этому раздражению, а заодно и равнодушному отношению к смерти, которое ты, похоже, приобретаешь.

– Я справлюсь.

Сплав вздохнул.

– Может, и справишься. А может, и нет. Знаешь, что я думаю?

Виста пожала плечами.

– Я думаю, что тебе следует позволить товарищам по команде принять на себя часть этой ответственности. Доверься им, пусть они помогут тебе нести наследие.

Виста покачала головой.

– По-моему, никого это настолько не вол-…

Сплав поднял руку.

– Стоп. Я не закончил. Не забывай, что у твоих товарищей есть собственные сильные черты характера. Я не настолько много знаю про Эгиду и Галанта, чтобы судить с уверенностью, но Хроноблокер, мне кажется, берет на себя больше функций лидера в отсутствие Эгиды. Возможно, отчасти с этим связаны трения между мной и им, даже если сам он этого в полной мере не осознает.

– Галант типа как готовился принять лидерство над командой, когда Эгида ее покинет по возрасту, – тихим голосом произнесла Виста.

Сплав кивнул.

– Впечатление, которое у меня сложилось, – заранее прошу простить, если оно неверное, – что Эгида был головой команды, ее лидером, стратегом и менеджером. А Галант, возможно, был сердцем. Он был тем, кто связывал вас всех вместе, благодаря кому сглаживались все проблемы между вами. Ошибусь ли я, если предположу, что он лучше всех справлялся с Софией?

Виста покачала головой. В горле у нее вспухал ком.

– Окей. Держа в уме все это, у меня к тебе одно предложение и два приказа. Предложение: прекрати стараться быть всем, чем были они. Делай то, что тебе удается лучше всего: будь милой, заботливой девушкой, которую любят все в команде. Мое профессиональное мнение: в тебе есть потенциал заполнить часть той пустоты, которую оставил Галант. Пользуйся своей природной чуткостью, чтобы помогать другим с их собственными страданиями. Будь сердцем команды.

На глазах Висты начали выступать слезы. Она сморгнула их.

– А приказы?

– Приказ номер один: навести психотерапевта ОПП. Если я все решу с директором Пиггот и придумаю, как все это полноценно совместить с расписанием патрулей, то попытаюсь отправить туда каждого из вас. Честно тебе скажу: я, в общем-то, потрясен тем, что никто выше меня до сих пор этого не сделал.

– Окей, – в каком-то смысле эта инструкция принесла ей облегчение.

– Приказ номер два: разреши себе плакать, черт побери. Кончай держать все в себе.

От одного упоминания плача глаза Висты вновь начали слезиться. Она опять смахнула слезы.

– Я уже наплакалась.

– Если твой организм хочет плакать, надо к нему прислушиваться. Ты не станешь нисколько слабее, если позволишь ему. Думаешь, я ни разу не плакал? С моей внешностью, с теми разочарованиями и ощущениями безысходности, которые я испытывал? Может, так думать немного эгоистично, но я считаю, что нужна своего рода сила, чтобы вот так, лицом к лицу, встречать свои эмоции.

Слезы уже текли по ее щекам. Она опустила голову, и влажные волосы послужили ширмой между ней и ее командиром. Он встал, обнял ее и притянул к себе. Она прижалась головой к его рубашке. Рубашка была мягкой, но тело под ней – твердым, неподатливым. Однако объятие все равно было очень нежным.

Когда она отодвинулась (прошло несколько минут), рубашка Сплава была влажной. Виста шмыгнула носом и взяла предложенную салфетку, чтобы вытереть нос и глаза. Сплав ласково произнес:

– Если захочешь поговорить, я всегда в твоем распоряжении, и психотерапевт тоже будет.

Виста кивнула.

– Если тебе нужно на время оставить команду, только скажи. Я поговорю с Пиггот.

Виста покачала головой.

– Нет. Я хочу работать. Хочу помогать.

– Окей. Тогда уходим в патруль через… два часа пятнадцать минут. Пойди отдохни пока, посмотри телевизор, может, придави подушку.

– Ладно. Не смей позволить мне проспать патруль.

– Не позволю.

Героиня вернулась к лифту, заметив по пути, что в мастерской Малыша Победы горит свет. Спустившись в основное помещение, она направилась к своей комнатушке.

– Е-мое, ты опять ревела? Я думала, ты с этим уже закончила, – прокомментировала от консоли Теневая Охотница. Она уткнулась в свой ноутбук, сидя справа от главной консоли. Больше никого в штаб-квартире не было. Снова они оказались наедине. София что, вела себя вежливо только в присутствии других?

Виста развернулась и раздраженно ответила:

– Ну, излилась немного на Сплава. Тебе-то что?

– Просто ненавижу плакс, – и Теневая охотница вернулась к ноутбуку.

«Плакса». Что бы кто ни говорил про Софию, одного у нее было не отнять – она очень, очень хорошо умела отыскивать слабые места у других, будь то в драке или в споре. Виста не могла придумать оскорбления, которое укололо бы ее сильнее.

– Сука, – пробормотала она, двинувшись к своей комнатке.

Она думала, что произнесла это слово достаточно тихо, чтобы София не услышала, но она явно ошиблась, потому что тут же получила ответ:

– Ты раздражала его, чтоб ты знала.

Виста застыла на месте. Так и стоя спиной к Софии, она сказала:

– Сплава? Ты даже не знаешь…

– Галанта. Двенадцатилетка, которая вечно ходит за ним хвостиком, переполненная препубертатным вожделением и любовной увлеченностью? При том, что он чувствует все ее эмоции? Ты в курсе, насколько это может быть отвратно? Насколько неприятно и неуютно?

Виста сжала кулаки.

София продолжила:

– Вот подумай. Каждый раз, когда ты хоть чуть-чуть заводилась, глядя на него, каждый раз, когда ты западала на него, он это чувствовал. И, хотя его от тебя тошнило, он заставлял себя улыбаться и изображать милого парня, потому что он был такой человек. Ты знаешь, что он был такой человек.

– Я любила его, – ответила Виста. Впервые в жизни она произнесла эти слова вслух. Почему его собеседницей должна была оказаться именно София? Почему она не могла адресовать эти слова напрямую Галанту, когда он еще не ушел? – И в любви нет ничего отвратного.

– Ты не знаешь, что такое любовь, детка, – разнеся по комнате покровительственный голос Софии. – Это была первая влюбленность, легкое томление. Настоящая любовь была у него и Прославленной… долгая связь, которая пережила десяток по-настоящему отвратительных ссор и сводила их вместе снова и снова. Школьная любовь легкая. Настоящая любовь трудная, она должна пройти закалку и выдержать испытание на прочность.

Виста повернулась и взглянула на девушку.

София откинулась в своем кресле. Чуть улыбнувшись, она продолжила:

– Я знаю, сейчас это неприятно слышать, но лучше услышать это напрямую, чем потом, через пять или десять лет, оглянуться на себя и понять, как ужасно тупо звучали твои слова.

– Я не буду чувствовать себя тупой из-за того, что чувствую сейчас.

София пожала плечами.

– Эти дети, – пробормотала она и вновь углубилась в Фейсбук.

Виста разжала кулак. Она могла вытряхнуть Софию из кресла, погнуть дисплей компьютера, да какую угодно мелкую месть устроить. Но в голове ее звучал совет Сплава.

– Что с тобой произошло, София?

Та оглянулась через плечо.

– Ты все еще здесь?

– Что с тобой случилось, из-за чего ты стала вот такой? Такой небрежно жестокой, без какой-то человеческой порядочности?

– Мой совет был для твоего же блага, малявка. Не ищи во мне плохого парня.

– Ты единственная, у кого в команде нет друзей, ты держишься от всех в стороне, разговариваешь только с другом или друзьями по гражданской жизни. И даже там ты всегда влипаешь в неприятности. Устраиваешь драки, получаешь отстранения. Как будто ты хочешь нарушить условия испытательного срока и отправиться на несколько лет в какую-нибудь тюрьму для несовершеннолетних.

– Не твое дело.

– В костюме на улицах ты страшная. Ты мучаешь людей, как будто голодная до этого. Я просто хочу понять почему. Откуда ты такая взялась? Что с тобой случилась, что ты такой стала?

– Смени гребаную пластинку. Ты меня бесишь.

Виста вздохнула. Чувствуя остатки гнева и боли от слов Софии, она все же постаралась смягчить прощальные слова, когда развернулась, чтобы уйти к себе.

– Если когда-нибудь захочешь поговорить об этом, я готова слушать.

– Не собираюсь говорить об этом с тобой. Разберись сперва с собственным дерьмом, а уж потом начинай беспокоиться обо мне, плакса.

Раздраженная, разочарованная самой собой, что провалила свою первую попытку искренне последовать совету Сплава – протянуть руку члену команды, нуждающемуся в этом, – Виста покачала головой и пробормотала:

– Мне тебя жаль.

Звук падения ноутбука на пол заставил ее развернуться. Она увидела Софию в призрачном состоянии – дымчатую, с просвечивающим сквозь кожу скелетом, который казался деформированным. Глаза девушки слишком блестели, все тело выглядело искривленным, искаженным, не полностью твердым, когда она бросилась на Висту.

Из призрачного состояния София вышла как раз вовремя, чтобы резко толкнуть Висту спиной на пол. Ее кулак сжимал ворот футболки юной героини. София встряхнула ее.

Жаль?

Чувствуя странное спокойствие, несмотря на боль в затылке, которым она ударилась об пол, Виста ответила:

– Сплав сказал, нужна своего рода сила, чтобы встречать свои эмоции лицом к лицу. София, неужели ты правда так сильно боишься, что тебе лучше наброситься на меня, чем поговорить?

София подняла сжатый кулак. Виста зажмурила один глаз в ожидании удара. «Этот удар почти стоил бы того, чтобы ее выгнали за нарушение условия членства в команде. Но сейчас нам нужна вся помощь, какую мы только можем получить».

– На нас смотрят камеры наблюдения, – произнесла она.

София уронила руку, встала и направилась в дальний край комнаты. Там она собрала свой костюм.

– Я иду в патруль.

– Не твоя очередь, – сказала Виста, садясь.

– Не колышет. Если у Сплава будут вопросы, скажи, что я возьму двойное дежурство.

После чего София исчезла – прошла прямо сквозь дверь лифта, воспользовавшись призрачным состоянием.

– Окей, – произнесла Виста, поднимаясь на ноги. – Я так понимаю, на консоли оставаться мне.

 

Предыдущая            Следующая

Leave a Reply

ГЛАВНАЯ | Гарри Поттер | Звездный герб | Звездный флаг | Волчица и пряности | Пустая шкатулка и нулевая Мария | Sword Art Online | Ускоренный мир | Another | Связь сердец | Червь | НАВЕРХ