Предыдущая            Следующая

СТРАЖ 9.4

«Я Механик. Это предполагает, что я умный.

Как же я мог быть таким идиотом?»

Баллистик поднял руку и указал на Малыша Победу. Дождавшись, когда тот двинется с места, он пнул неровный, устланный обломками пол и послал вперед уйму кусочков дерева и бетона, точно рой пуль. Этот рой лишь задел юного героя в прыжке, цепанув бок, верх бедра и ляжку, отколов кусочки брони. Однако удар все равно был достаточно сильным, чтобы Малыша Победу крутануло в воздухе. Он упал на спину на мусор, валяющийся на полу, и хэкнул.

– Эй! – крикнул Баллистик. – Детка!

Малыш Победа увидел, что Баллистик показывает на Висту. У злодея благодаря телосложению и доспехам был вид игрока в американский футбол, невероятно контрастирующий с обликом юной героини. Он указал на нее, дождался, пока она изогнет пол, создав нечто вроде прикрытия, и запустил в нее куском бетона.

Кусок полетел так, что не задел бы Висту в любом случае, ударился о барьер и раскололся, послав осколки во все стороны, в том числе в девочку. Виста закричала и упала на спину, часть ее барьера рассыпалась и упала на нее же.

«Он показывает нам, куда именно собирается сейчас атаковать».

Малыш Победа поднял голову и увидел Солнечную Балерину, которая держала свой шар в добрых пятнадцати футах над землей, подальше от стен здания и висящих на них трупов. Несмотря на то, что шар висел в пятнадцати футах сверху и в пятнадцати сбоку от Малыша Победы, он все равно ощущал жар на открытых участках кожи. По битве со Всегубителем он знал, что Балерина способна делать огненный шар больше и двигать его быстрее.

Пылающий шар поплыл вперед, оставаясь примерно на той же высоте, и Флешетте с Прославленной пришлось поспешно отступить. Теневая Охотница спрыгнула со стены и удалилась в переулок рядом со зданием, чтобы убраться подальше от жара. Лишь Виста осталась на месте, засыпанная обломками, которые она отчаянно пыталась уменьшить в размерах и отпихнуть.

До Малыша Победы дошло. Солнечная Балерина и Баллистик – как минимум эти двое – сдерживались. Потому что они были настолько сильны, что, выложись они по полной, появятся трупы.

Когда он это осознал его настроение отнюдь не улучшилось. По правде сказать, совсем наоборот. Если те ребята окажутся в отчаянном положении или запаникуют, они могут и забыть про вежливость.

Плут и Генезис сцепились со Сплавом и Хроноблокером. Хроноблокер выбрасывал бумагу в воздух и замораживал ее, делая ступеньки, чтобы гнаться за своим летающим противником. Всякий раз, когда Генезис пыталась атаковать, Хроноблокер либо помещал на ее пути бумагу краем к ней, либо пробовал подобраться вплотную и прикоснуться. Генезис отказалась от физических атак и выдохнула облако удушливого дыма. Хроноблокер и Сплав совместными усилиями ограничили распространение облака с помощью бумаги и фанеры, замороженных на месте способностью Хроноблокера.

Малыш Победа решил, что там у них все под контролем. Сам он должен был помочь против Баллистика и Солнечной Балерины.

Он поднялся на ноги, побежал еще даже до того, как полностью выпрямился, и, подняв свой искровой пистолет, выпустил серию громадных синих искр в Баллистика.

Плуту удалось снова его телепортировать – обменять местами с Баллистиком. Инерции бега хватило, чтобы Малыш Победа избежал собственного огня.

Его искровой пистолет мог похвастаться маленьким элементом питания, который использовал технологию искривления пространства, чтобы усиливать, а затем снова поглощать стабильный электроток. Ствол был оснащен спиралевидным электромагнитным рельсом, основанным на кое-каких старых данных Оружейника по «твердому» свету, который умели создавать Чистота и Неустрашимый. Наномолекулярная, заряженная ионами нарезка внутри ствола была выполнена так, чтобы придавать выстреливаемым зарядам примерно эллипсоидную форму – так они дольше всего сохраняли эту самую форму и консистенцию.

В терминологии обывателя это было примерно как вставить вилку удлинителя в свою же розетку, но с маленьким добавлением, благодаря которому в каждом следующем цикле ток был сильнее, чем в предыдущем. Прикрепленная батарейка не давала току прекратиться. Выстрелы сами по себе представляли собой «твердое» электричество; это означало, что, поскольку они обладали и кинетической энергией, они наносили и физические удары. С учетом того, как заряжалось оружие, – если подождать между выстрелами несколько секунд, то следующий заряд будет бить сильнее, до определенного предела.

«Я могу делать такие штуковины, и это блестяще, но потом я иду и разбираю свой долбаный летающий скейт ради деталей для проекта, который я в жизни никогда не закончу. Во дебил».

Баллистик зашагал к Висте, пытающейся подняться на ноги. Прославленная перехватила его и впечатала в стену. Она ударила его кулаком, потом вогнала колено ему в живот, затем снова вбила в стену – все для того, чтобы постоянный урон не давал ему сосредоточиться.

Баллистик повис на ней, вцепился в воротник ее костюма для поддержки. Секундой позже Прославленная стала размытым пятном, стремительно удаляющимся к горизонту. Избавившийся от противника Баллистик кряхтя упал на четвереньки.

Флешетта кинула несколько дротиков в Солнечную Балерину, пришпилив ее к стене. Каким-то образом Флешетта избежала внимания Плута. Как?       Малыш Победа обернулся и увидел: она стояла так, что ее тело заслонило от Плута и дротики, и его соратника.

«Значит, он может телепортировать только то, что видит?»

Малыш Победа попытался воспроизвести прием Флешетты: побежал туда, где будет находиться между побитым Баллистиком и Плутом. Он взвел свой искровой пистолет.

Он почти успел прицелиться, когда пистолет исчез из его руки, сменившись деревяшкой неудобной формы. Секунду спустя его маска и визор стукнулись о твердую поверхность. Ему пришлось схватиться за стену, чтобы удержаться на ногах, не упасть. Его только что телепортировали.

Потом стена под его рукой подалась, и он услышал крик Хроноблокера:

– Малыш, ложись!

Он позволил себе упасть и одновременно осознал, что прижимается к Генезис в горгульеподобном обличье. Сплав врезался в злодейку; его левая рука приняла форму тяжелой кирки. Она нанесла на удивление большой урон, однако злодейку это, похоже, не взволновало. Она схватила Сплава за лицо когтистой рукой, а второй рукой дважды, крест-накрест, прошлась по его груди, оставив в металле глубокие царапины. Тот же ядовитый черный дым, который она выдыхала, потек из раны в груди, оставленной киркой.

Хроноблокер ринулся в атаку, но Генезис пихнула Сплава так, что два героя врезались друг в друга, и это задержало их достаточно, чтобы она взмыла в воздух. Она била крыльями, чтобы оставаться на высоте и вне досягаемости.

Малыш Победа снял с плеча лазерную винтовку и открыл огонь по злодейке. Первый выстрел лишь оцарапал ее – взмах крыльев как раз в этот момент поднял ее выше, – зато следующие два достигли цели. Один попал Генезис в левое плечо, проделав дыру настолько большую, что Малыш Победа мог бы просунуть туда руку, второй попал сбоку в голову, нанеся примерно такой же урон.

Генезис рухнула с неба и, ударившись о землю, взорвалась мешаниной темного дыма и камешков.

На миг Малыша Победу охватила паника, и он проверил настройки винтовки. Нормальные уровни, никаких аномалий. Она могла греть металл и другие неорганические вещества, но человеку способна была причинить лишь боль и максимум легчайший ожог.

«Это ее способность, – напомнил он себе. – Ты ее не убил».

Но его оружие действительно нанесло потрясающе высокий урон. Какое-то вмешательство в то, как она собирает и удерживает свои новые формы? Специфическая длина волны, слабость к лазерам?

Ну, жаловаться он не собирался. Он развернулся и стал стрелять по другим злодеям.

Раненый Баллистик открыл огонь по Висте, швырнув несколько обломков подряд. Они ударялись о землю перед девочкой, и ее осыпАло мелкими осколками, выбитыми в месте ударов. Каждый выстрел отбрасывал ее назад, и это дало Баллистику возможность подковылять к Солнечной Балерине. Он прикоснулся к дротикам, пришпиливавшим ее к стене, и послал их в лицо Сплава.

– Блин! – выругался Сплав, у которого из челюсти, скулы, брови и лба теперь торчали металлические стержни дротиков. – После такой хрени черт знает сколько времени нужно, чтоб лицо в порядок привести!

Телепорты Плута поместили всю его команду внутрь здания, а Защитники их окружили.

Окружение противника – не обязательно преимущество, если противник умеет телепортироваться, однако на мгновение все застыли на своих местах, держа наизготовку свое разнообразное оружие. Такого типа кратковременное затишье получается, когда каждый ждет, что сделают другие, чтобы среагировать соответственно.

Подул ветер, и Малыш Победа моргнул: о его визор разбилась крупная капля воды. Начался моросящий дождь. Малыш Победа кинул взгляд на трупы, висящие на стенах.

– Если вы нас сейчас не отпустите и не начнете осматривать тела, вода смоет все улики, – произнес Плут.

– Криминалисты все равно не успеют прибыть вовремя, с нынешним-то состоянием дорог, – ответил Сплав. – И в любом случае нам запрещено прикасаться к уликам. Правила.

– Правила? Вам не стоит ими слишком уж заморачиваться, – ухмыльнулся Плут. – Дайте-ка я вам подмогну.

Сплав исчез, и на землю рухнуло обожженное тело.

– Дерьмо! – выкрикнул Хроноблокер и понесся вперед.

Сплав свалился со стены во второй раз за несколько минут: крепления, рассчитанные на то, чтобы удерживать труп женщины, выломались из бетона. Виста подправила форму стены, чтобы смягчить падение. Малыш Победа поднял лазерную винтовку и выстрелил в Плута.

«Идиот». Он пожалел о своем поступке в то же мгновение, когда его палец оставил спусковой крючок.

Как он и предвидел, он мгновенно очутился где-то в другом месте, и в спину ему ударил невероятно горячий собственный заряд. Он бросился на землю возле здания, где скопилась вода, и перевернулся на спину.

«Это не летально, не наносит никакого постоянного урона, ты сам это проверял, тестировал на свиных тушах».

Внезапно баланс боя сдвинулся. Хроноблокер, Флешетта и Виста очутились там, где только что были три злодея, и наоборот.

– Не-не-не, детка, – произнес Плут, когда за его группой стали сдвигаться стены. – Тебе наверх.

На месте Висты появился освежеванный труп.

«Нет!» Малыш Победа обернулся и увидел Висту на стене. Она оказалась в путанице проволочных петель, которые прежде удерживали тело. Проволока обвивалась вокруг разбитой части стены, и сразу несколько витков зацепили шею Висты. Еще одна петля зажала туловище и прижатую к нему руку. Девочка отчаянно пыталась оттянуть проволоку на шее второй рукой, но безуспешно. Проволока была натянута вокруг горла так сильно, что Малыш Победа опасался, что она рассечет кожу.

– Плут! – с ужасом в голосе воскликнула Солнечная Балерина.

– Просто валим! – был единственный ответ злодея. Все трое злодеев побежали – выскочили из здания, плеща ногами по воде.

Малыш Победа поднял лазерный пистолет, тщательно прицелился и выстрелил. Он попал куда хотел – на полфута правее горла Висты. Проволока разогрелась и лопнула, высвободив девочку, и та упала на фут, после чего застряла в других витках проволоки. На этот раз ничего опасного, но падать все еще высоко. Одно неосторожное движение – и ее может рассечь проволокой, задушить или раскроить ей череп при падении.

Теневая Охотница материализовалась позади Плута и обхватила локтем за горло. Одновременно сделала подсечку и с силой отправила его лицом в воду.

Малыш Победа заколебался. Кому помогать – Охотнице или Висте?

Висте. Теневая Охотница сказала бы, что справится сама. Вот пусть и попробует.

Он сделал еще несколько выстрелов, чтобы освободить Висту (один или два раза он промазал мимо проволоки). Героиня, в свою очередь, сосредоточилась на том, чтобы наклонить стену под собой, – это должно было позволить ей съехать, а не упасть.

Баллистик выстрелил в Теневую Охотницу, чтобы ее отогнать. Его удар проделал зияющую дыру с дымчатыми краями прямо под сердцем. Дыра тут же закрылась, однако удар отбросил героиню от Плута и вдобавок оказался достаточно болезненным, чтобы она рухнула на землю, прижав руку к груди.

Малыш Победа открыл по отступающим злодеям беглый огонь и задел Баллистика. Солнечная Балерина развернулась и направила свой шарик между двумя группами, после чего бросила его в воду. В этом месте поднялись густые клубы белого пара и полностью скрыли поле боя.

Когда пар рассеялся, злодеев и след простыл.

Минута ушла на то, чтобы удостовериться, что никто не получил каких-то перманентных повреждений. После небольшой дискуссии герои оттащили тела в более безопасное, сухое место, внутрь здания. Прославленной удалось вернуться через две минуты после бегства «Странников», и она помогла с последним телом, все еще висевшим на стене. К тому времени, как они закончили, лило уже как из ведра.

Малыш Победа смотрел на трупы, чувствуя неприятный ком в животе.

Он действительно не блистал умом, легко отвлекался, часто бросал свои проекты, не закончив их, и в некоторые моменты вроде нынешнего осознание этого било его особенно сильно. Отец заставил его пройти обследование, и врачи диагностировали у него синдром дефицита внимания и дискалькулию. Сам он придерживался мнения, что диагнозом СДВ слишком злоупотребляют; он предпочитал думать, что он всего лишь мечтатель и нередко витает в облаках.

Дискалькулия – это нечто конкретное, что он не мог отрицать и от чего не мог отболтаться. Он не умел удерживать числа в голове, не умел производить в уме самых простых вычислений.

Все это было еще до того, как он заполучил способности. И ничего не изменилось, разве что теперь он мог кое-что мысленно визуализировать и интуитивно понимать, как соединять разные штуки между собой. Его нарушение или нарушения заставляли его отставать от остальных. Витание в облаках стало хуже, потому что теперь мысли были такими, черт побери, интересными. Он не мог делать надежные измерения без помощи компьютеров. Не мог закончить половину своих проектов, потому что чувствовал тягу заняться чем-нибудь еще.

ОППшники настаивали, что он исключительно крут с антигравитацией и пушками, даже отметили это в его досье, но Малыш Победа знал, что это не совсем правда. Он заканчивал свои пистолеты, потому что они были простые, в своем смысле. Достаточно легко было взять три незаконченных пистолетных проекта и слепить их вместе. Даже создать что-то с множественными настройками. Насколько Малыш Победа знал, он был единственным в записях ОПП Механиком, не обладающим четкой специализацией, собственной фишкой или трюком. Он все больше и больше тревожился – а вдруг его особый талант как Механика и заключается в способности время от времени создавать что-то вопреки своей нарушенной обучаемости? Если окажется, что это так, это будет полный отстой.

Были исключения. Он завершал крупные проекты. Летающий скейт, на который его вдохновила мысль, как было бы здорово летать. Но это была та еще тоскливая работенка. И как же он ступил, разобрав этот скейт. Сама идея и мотивация этого поступка были правильные. Через какое-то время ему предстоит выйти из Защитников; по идее, он должен будет сменить имя и подкорректировать методы, потому что взрослый человек, зовущий себя Малышом Победой, – это полная фигня. У него была идея насчет летающих турелей в одной связке, которые стреляют различными зарядами в зависимости от того, какое оружие он поместит в главный слот. Самоподстраивающаяся, адаптивная система – в таком же плане, в каком был его Альтернатор. Вот только Малыш Победа разозлился, когда при тестировании произошел затык, отложил проект и не притрагивался к нему уже шесть дней. По сути, летающий скейт пропал зря, а ведь сейчас он мог бы помочь задержать «Странников».

Его Альтернатор был настоящей жемчужиной. Он появился благодаря прописанным врачом ОПП лекарствам, которые Малыш Победа был вынужден прекратить принимать через две недели, когда у него появилось все усиливающееся головокружение, тревожность и тошнота. Пока он принимал таблетки, он был сосредоточен; возможно, он получил представление о том, на что был бы способен, если бы не его отвлекаемость и мечтательность. Когда Пигги заговорила об уничтожении этого оружия, даже мысль об этом была убийственной. А потом Левиафан разрушил его реально – единственную по-настоящему великолепную вещь, которую он смог сделать. В Малыше Победе жил страх, что это, возможно, единственная по-настоящему великолепная вещь из всего, что он в жизни сможет сделать.

Он был не самым отстойным героем всех времен и народов, это он знал. Кое-что он все-таки умел. Как правило, он мог отбросить и тревоги, и уйму незавершенных проектов. Это изменилось, когда его команду избили. Подобные мысли кусали его всю неделю, прошедшую после нападения Всегубителя. Он не мог стряхнуть ощущение, что уверенно идет к званию слабейшего члена команды. Ощущение, что он тупой, второсортный. Что вот это поражение, здесь и сейчас, случилось по его вине, потому что он облажался. «Жителям этого города нужен герой получше, пососредоточенней».

Из этих размышлений Малыша Победу вырвали слова Сплава:

– Я получил сообщение: сюда идет ОПП. Мы отходим.

Слушая вялые отклики товарищей по команде, Малыш Победа осознал, что у остальных настроение не лучше, чем у него. Поражение умеет делать такие штуки.

Это странным образом утешало.

 

***

 

– Получил информацию от Протектората. Они занимаются этим делом с трупами, мы не должны его касаться и вмешиваться каким-либо образом, – произнес Сплав, скрестив руки. У него на лице было нечто смахивающее на фурункулы – пятнышки ярко блестящего металла там, где остатки дротиков не полностью влились в его «кожу». Он откинулся на спинку дорогого, сделанного по спецзаказу офисного кресла, способного держать его плотное, массивное тело. Все остальные тоже сидели в центральной комнате штаб-квартиры. Все – в смысле, кроме Прославленной, которая ушла домой. Она еще не была официальным членом команды.

– Ничего не говорят о том, что происходит? – поинтересовался Хроноблокер.

– На этот счет они молчат, – ответил Сплав.

Виста подалась вперед.

– Может, серийный убийца?

– Нам надо сосредоточиться на том, что мы знаем, – покачал головой Сплав. – Что касается патрулей сегодня вечером…

– Вообще-то, – перебил его Малыш Победа. – Извини. Но у меня есть одна теория.

– Какая? – спросил Хроноблокер.

Малыш Победа глянул на Сплава – не возражает ли лидер? Сплав ничего не сказал, и Малыш Победа воспринял это как разрешение продолжать.

– Были еще два места преступления, так? Что-то известно – в каждом месте было столько же трупов?

– Столько же… – Сплав приподнял бровь. – При чем тут… Ох. Черт. Кажется, я понял.

«А он умней, чем можно подумать, глядя на внешность и чисто силовые способности, – осознал Малыш Победа. – А может, это просто мои проблемы с цифрами. У меня ушло двадцать минут, чтобы всё связать вместе».

– Три места преступления, каждое с тремя трупами. Значит, всего девять трупов? – уточнил Хроноблокер. – И все убиты разными способами? Не могу понять, какой убийца в это вписывается.

– Не один убийца, – ответил ему Малыш Победа. – Девять тел, девять разных убийц.

– «Орден кровавой девятки», – простонал Хроноблокер, откинувшись на спинку стула. – Блин, именно этого нам сейчас как раз и не хватает.

– Это был бы не первый раз, когда они приходят туда, где только что побывал Всегубитель, – заметила Флешетта.

– Возможно, это они, – признал Сплав. – И возможно, Протекторат это тоже понял с учетом улик из двух других мест. Но это может быть и кто-то другой или что-то другое. Так или иначе, это не наше дело, даже не в нашей лиге, и мы должны держаться подальше, насколько сможем. Сейчас нам надо поговорить о патрулях и о сегодняшнем вечере.

– Работа для старых кряхтел, – сказала Флешетта с кряхтением, словно подчеркивая свои слова. Малыш Победа и Хроноблокер хихикнули.

– Виста пойдет в патруль, и, поскольку она из младших, должна идти с кем-то в паре. Лили?

Флешетта чуть улыбнулась.

– Мгновенная расплата за подколку, да? Не, классно, я давно уже жду шанса постреляться с Вистой на языках, – она протянула кулак в сторону юной героини, выдвинув большой и указательный пальцы «пистолетиком», и притворно выстрелила. Виста закатила глаза.

– Хроноблокер, дальше в ночь патрулируем мы. Сам решай, хочешь патрулировать вместе или порознь; если предпочитаешь порознь, мы можем пойти разными путями и покрыть бОльшую площадь.

– Ладно. Разберемся.

– Остается Теневая Охотница. София, поздняя ночь тебя устроит?

– Ага, устроит, – София не подняла глаз от ноутбука.

– А я? – спросил Малыш Победа.

– Сегодня вечером у тебя спецзадание, – улыбнулся Сплав. – Ты вербуешь.

– Вербую?

– Есть один паренек, который зовет себя Фаэтоном. Носится по городу в силовом костюме, который выдает сотню миль в час. Вчера вечером Натиск его наконец-то поймал и задержал. В итоге связался с его матерью и вытащил из него согласие поговорить с нашим вербовщиком. С тобой. Ты встретишься с парнишкой у него дома.

– Почему я?

– Общие интересы. Вы оба Механики. Ты лучше других понимаешь, как он думает.

Малыш Победа кивнул. Он сам не мог толком понять, что чувствует по этому поводу. Толика восторга от мысли, что он пообщается с другим Механиком и при этом не с Оружейником? Несомненно. Страх? Не заменят ли его новым Механиком? Он знал, что бояться такого – признак незрелости, но это не делало страх менее реальным.

– Классно, – ответил он, соглашаясь.

– Если ты его убедишь, это произведет хорошее впечатление на ребят наверху, – сообщил ему Сплав.

Отлично. Просто замечательно. Еще и прессинг.

– Теперь более серьезная тема. В эти дни я понял, что наша команда очень дезорганизована. Я не против заниматься бумажками, это дает мне лучшее понимание некоторых вещей, которых нет в досье. Я даже не против убираться на кухне и в душевых, когда у уборщиков выходной. Но мы нуждаемся в общении. Вчера ночью Флешетта патрулировала и при встрече с Париан оказалась в ситуации, о которой она должна была быть заранее предупреждена. Это могло привести к враждебным действиям.

– Прости, – пробормотала Виста.

– Все вышло окей, – Флешетта чуть улыбнулась.

– Да. Это окей, это понимаемо с учетом всего того, с чем мы пытаемся справляться, – заверил ее Сплав. – Но мы не должны упускать подробности и свежую информацию по общему положению дел. Протекторат занят по горло разборками между «Избранниками Фенрира», группировкой Чистоты и Змеем, сейчас на них еще и этот серийный убийца или убийцы, и вдобавок они обновляют информацию. Поэтому вот что мы сделаем, я обговорил с Пиггот, она согласна. Я беру на себя дополнительный патруль и сокращаю ваши патрули на двадцать минут каждый, соответственно чуть-чуть их сдвигая. В освободившееся время мы будем устраивать встречи, вот как сейчас, каждый день.

Сплав замолчал и покосился на Хроноблокера, словно ожидая реакции. Когда Хроноблокер лишь согласно кивнул, Сплав едва заметно приподнял брови – он явно был удивлен. Затем продолжил:

– Это даст нам возможность поговорить о недавних патрулях, о наших страхах, беспокойствах, идеях. Да блин, просто поговорить, потому что я ведь вижу эту тенденцию, что мы видимся друг с другом только когда случайно пересекаемся, в патруле и на уроках, а кое-кто из вас очень старается проводить время вместе и все решать между собой, даже ценой уроков и прочего.

– Ты имеешь в виду наш последний урок, – сказал Хроноблокер.

– Более или менее. Не хочу сказать, что это плохо, но мы можем реструктурировать расписание и выкроить на это время, вместо того чтобы отвлекаться от дел, которым мы должны уделять внимание.

– Конечно, – согласился Хроноблокер. Не было ли нотки раздражения в его голосе? Малыш Победа не был уверен. По крайней мере, Деннис подыгрывал.

–  Теперь о бумагах, которые вы заполняли: там из раза в раз одни и те же несколько проблем…

Малыш Победа вздохнул и устроился поудобней. Похоже, это затянется.

 

***

 

Дом был уродливый; по обе стороны от входной двери скопились горы мусора, от них шел кислый запах. Вода здесь поднялась не очень сильно, и здание в целом почти не пострадало. Разве что окна первого и второго этажей были заколочены досками – стекла повылетали. Кирпичная кладка – похоже, типичный многоквартирный дом здесь, в Доках.

Малыш Победа вошел внутрь. Тут же стоящий у входной двери парнишка-латинос резко присвистнул, а компания азиатоамериканских мальчишек и девчонок в грязной одежде забегала вокруг него, оглушительно галдя, – они явно продолжали какую-то игру. Некоторые из них показывали пальцами и улюлюкали на супергероя. Бог с ними, с местными; из всего освещения здесь была только пара тусклых лампочек и ни одного открытого окна, так что было довольно темно.

«Уже девять вечера. Этим детишкам что, не пора еще в постель?»

Малыш Победа сверился с бумажкой, сложенной в руке, нашел номер квартиры и двинулся вверх по лестнице. Через полпролета на ступеньках сидел безумно толстый пожилой мужчина – возможно, нянька при детях. Малыш Победа надеялся, что это нянька, потому что мужчина был белый, а дети нет, стало быть, вряд ли он член семьи. Если ему не платили, было всего одно неприятное объяснение, почему он был готов терпеть все эти вопли и гвалт.

«Или, может, он глухой. Да, пусть он будет глухой».

Толстый старик не подвинулся и на дюйм, когда Малыш Победа подошел, и ему пришлось протискиваться. Он поднялся наверх, не обращая внимания на компанию из двух десятков с лишним крепких азиатов, стоящих настороже в коридоре второго этажа. На третьем этаже он прошел мимо людей, которые спали на одеялах прямо в коридоре, и отыскал квартиру 306.

Дверь открылась через секунду после того, как он постучал. Его поприветствовала усталая на вид женщина-латинка:

– Вы супергерой, я так понимаю?

– Да. Малыш Победа, – и он протянул руку. Женщина ее крепко пожала.

– Эшли Медина. Мой сын здесь.

Малыш Победа обнаружил, что в этом тесном жилище ощущалась некая гордость. Неявное чувство вкуса, хорошо сочетающиеся предметы обстановки. На ковре виднелись следы недавней пробежки пылесоса, обе кухонных стойки и стол в столовой были безупречно чисты, явно намекая, что женщина как следует постаралась с уборкой. Впрочем, в подобных зданиях навести чистоту можно лишь постольку-поскольку. На потолке виднелось пятно от воды, на ковре – темно-бурые отметины, замаскированные маленьким ковриком; возможно, они остались от предыдущих жильцов.

– Подождите здесь, я его приведу.

Малыш Победа сел на диван. Он заметил, что ЭЛТ-телевизор был без экрана, выпотрошен. Скорей всего, на детали. Тостер тоже был трупом. Выжил только беспроводной модем в углу кухни, он мигал зелеными огоньками.

«По крайней мере, он разделяет приоритеты, – мысленно улыбнулся Малыш Победа. – Понимает, что интернет ему нужен».

Когда вошел Фаэтон, Малыш Победа встал и протянул руку. Тот ее пожал, но с задержкой. Это был долговязый парень с большими ушами и стриженными почти под ноль волосами – все вместе придавало ему глуповатый вид, – однако смотрел он настороженно. Он был в футболке и джинсах с сальными пятнами, на пальцах, ладонях и предплечьях виднелось множество маленьких порезов и пятнышек.

«Знакомая картина. Низкопробные инструменты, нехватка деталей. Этим можно воспользоваться».

– Присаживайтесь, пожалуйста, – пригласила мать Фаэтона.

Малыш Победа послушался. Фаэтон сел последним. Ему просто не хотелось, или тут было что-то еще?

– Ты Фаэтон, да? – осторожно спросил Малыш Победа. «Господи, надеюсь, я это не запорю».

– Мм, – последовал туманный ответ.

– Чисто чтоб я получил представление: по шкале от одного до десяти насколько ты заинтересован в том, чтобы, может, вступить в Защитники?

– Десять – это верх?

– Десять значит «очень заинтересован».

– Четыре.

– Тревор! – укоризненно воскликнула мама Фаэтона. – Они предлагают финансирование, образование…

– Да, мы предлагаем, – перебил Малыш Победа. «Если мамаша будет давить, интерес этого парня только затухнет. Черт, четыре – это маловато. Может, если я его уболтаю…» – Деньги приличные, и есть возможность получать еще более приличные. Особенно для Механиков, таких как ты и я.

– Это почему?

– Шишкам наверху нужны Механики. Очень нужны, потому что, во-первых, они хотят, чтобы мы не доставляли им проблем, а во-вторых, им нужно то, что мы создаем.

– Я не отдам то, что делаю.

Малыш Победа чуть помолчал. «Я как будто смотрюсь в зеркало полуторалетней давности».

– Смотри, я видел твой телек, твой тостер. Вероятно, ты ходил в Депо или на свалки, чтобы искать там разные штуки. Старые батарейки, автозапчасти, цепи, хороший металл, да что угодно.

– Он хотел пойти в Депо, – вмешалась мамаша. – Я ему запретила, поймала его, когда он пытался выбраться из дома.

Фаэтон чуть нахмурился и отвел глаза.

«Без нее все было бы легче».

– Я все понимаю. Сам был на твоем месте. У тебя руки чешутся применять свою способность, но ты больше, чем любой другой тип Плаща, связан по рукам и ногам в том смысле, что тебе нужны начальные ресурсы. И именно в этом команда тебя поддержит. Ты получишь деньги, много денег, чтобы собирать свои штуки.

Малыш Победа потянулся к поясу и достал маленький диск. Положил его на стеклянный кофейный столик, затем достал с другой стороны пояса набор миниатюрных инструментов. Разобрал диск и принялся выкладывать компоненты один за другим.

Фаэтон потянулся к ближайшему, но Малыш Победа остановил его руку.

– Пожалуйста, не прикасайся. Можно только смотреть. Жировые следы и статика могут что-нибудь повредить.

Паренек посмотрел раздосадованно, потом перегнулся над столом, чтобы ближе рассмотреть чипы.

– Что это за кристалл? – поинтересовался он.

– Компьютерный 3D-чип. Использует свет вместо электричества. Их делает один Механик техасского Протектората. Ей платят, чтобы она изготавливала определенное количество каждый месяц, это плюс к обычной зарплате. Пока ты в программе, можешь заказывать вещи ее работы с нужными тебе спецификациями.

– А эта металлическая нить – это золото?

–­ Да, золото, для максимальной проводимости.

– Это видеокамера, это, наверно, источник питания, вот эта деталь что-то делает с длинами волн, эта считывает энергию… Но я не въезжаю. Что вся эта штука делает?

Малыш Победа проворно установил все детали на место и перевернул компактное устройство. Затем достал смартфон и, прикоснувшись к экрану, включил устройство. Диск взлетел над кофейным столиком. Малыш Победа развернул смартфон и показал изображение, передаваемое с камеры на устройстве.

– Столько усилий ради видеокамеры? – прокомментировала мамаша Фаэтона. – И вот на это уходят мои налоги?

Ошеломленный взгляд, который Фаэтон кинул на мать, поставил Малыша Победу в неуютное положение: ему пришлось постараться сдержать улыбку. «Очко в мою пользу. Если бы я сейчас его спросил, что бы он ответил? Пять, шесть?»

– Если ты вступишь в Защитники, то получишь именно то, что нужно, чтобы полностью раскрыть твой потенциал как Механика, – «маленькая ложь. Я не то чтобы полностью раскрыл свой потенциал». – И что бы ты ни сделал, ОПП купит у тебя на это права. Если ты готов пожертвовать этим, то сможешь себя недурно обеспечить.

– Ты о деньгах? – это явно подстегнуло интерес Фаэтона. Он подался вперед, опершись локтями о колени.

– Может, я не должен этого говорить, но все равно скажу, что имею я, потому что с тобой почти наверняка будет то же самое. Я получаю зарплату, но эти деньги идут прямиком в трастовый фонд. Я уже заработал себе на колледж, а каждый доллар, который я зарабатываю сверх этого, будет ждать меня в виде награды, если и когда я закончу четырехлетнее обучение в этом самом колледже. Я получаю четыре сотни долларов в месяц карманными деньгами, просто чтоб возиться в своей мастерской, все мои материалы оплачены, и только от этого я имею сейчас около двух тысяч на банковском счете. А когда мне стукнет восемнадцать? Я буду получать больше. Работа на Протекторат автоматически означает работу с хорошей зарплатой, а рабочие часы я смогу крутить как хочу вокруг учебных курсов, которые буду посещать.

– Но он будет рисковать жизнью, – произнесла мать Фаэтона. Тот нахмурился.

– Да, будет. На нем будет груз ответственности. Но хотите честно? Шансы, что он сможет выходить и испытывать то, что мастерит, и при этом не влипать в неприятности, ровно нулевые. Люди будут нарываться на драки, просто потому что у него есть способности. Если он попытается самостоятельно завести мастерскую и в ней прятаться, его все равно найдут и силком заставят что-нибудь для них делать. Причем не только злодеи. Герои тоже. То, что ты Механик, означает не только, что ты становишься мишенью. Ты становишься ресурсом. Вот почему практически каждый Механик сейчас входит в какую-нибудь большую, сильную команду.

– Тогда Тревор может просто не применять свою способность? – спросила мать.

– Конечно, – Малыш Победа скрестил руки и откинулся на спинку дивана. – А ты как думаешь, Фаэтон? Сможешь удержаться от того, чтобы применять эту свою способность? Сможешь быть нормальным?

Фаэтон насупился, опустил глаза на свои исцарапанные руки.

– Нет.

Малыш Победа согласно кивнул.

– Сейчас это уже часть тебя, Фаэтон, часть твоего образа мыслей. Говорю тебе: это лучший вариант. Самый безопасный. Ты в команде – значит, ты защищен и можешь свободно делать то, что тебе нужно делать.

На лице Фаэтона был написан неподдельный интерес. Но тут же он нахмурился и сказал:

– Не хочу отдавать свои штуки другим. Они мои.

Что-то в этом ответе показалось Малышу Победе неестественным. Что именно? Он не вписывался в течение беседы, не вполне совпадал с тем, что было у самого Малыша Победы, когда его вербовали. Быть может, он прозвучал натянуто? Но зачем Фаэтону изображать неохоту?

В любом случае Малыш Победа нажал сильней:

– Я тебя понимаю, правда. Но отдавать ты их будешь только на бумаге. Ты по-прежнему сможешь ими пользоваться, запрещено только передавать или продавать их на сторону. Плюсы в том, что ты получишь доступ к вещам и схемам, которые создали другие Механики ОПП. Я сейчас не могу показать тебе больше, чем у меня при себе, но на самом деле ты сможешь смотреть мои чертежи так же легко, как я твои, вдохновляться идеями… – тут он сделал паузу. – А еще ты сможешь посмотреть на то, что делает Дракон.

У Фаэтона загорелись глаза.

– Ну, скажи мне, что тебе интересно.

– Мне… немножко интересно.

«Опять то же самое. Делает вид, что он заинтересован меньше, чем на самом деле».

– Они там наверху не могут заставить тебя вступить, но они хотят, чтобы ты вступил в команду. Торга никакого не будет. Ты получишь то же самое, что я, не больше и не меньше, так что если ты сдерживаешь себя или пытаешься изобразить, что не хочешь вступить, хотя на самом деле хочешь, то ты просто тратишь свое и мое время.

– Я не трачу, – немного оправдывающимся тоном ответил Фаэтон. – Просто… очень важная тема.

– Да, важная. Вот, возьми мою визитку. Позвони, если появятся вопросы или если захочешь передать через меня, что решил вступить.

Малыш Победа покопался у себя на поясе и подал пареньку карточку. Черную с белой надписью и с эмблемой на обороте в виде звезды и пистолета.

– Окей, – ответил Фаэтон.

– Обговори все с мамой. И свяжись с нами.

– Спасибо, – произнесла мама Фаэтона, вставая. Малыш Победа тоже встал. И снова пожал ей руку.

– Нет проблем, – ответил он. Потом легонько пихнул паренька в плечо. – Присоединяйся. Будет здорово поболтать с кем-то, кто тоже делает такие штуки.

Фаэтон кивнул.

Мать проводила Малыша Победу до двери, и он пошел к выходу из здания. Толстяка на лестнице больше не было, только парень-латинос по-прежнему оставался в коридоре у двери подъезда. Малыш Победа вышел на улицу.

«Что-то не так с этим развитием событий».

Секунду он постукивал подошвой о землю, потом обошел здание, свернув в переулок. Достал смартфон, с его помощью отправил летающую камеру на высоту третьего этажа и проверил окна той самой квартиры. Парень как раз вышел из туалета и направлялся к себе в комнату. Малыш Победа переместил камеру к соседнему окну: парень садился за компьютер и включал его.

«Первым делом к компу. Хм». Малыш Победа убрал летающую камеру в карман и снова переключил внимание на смартфон. Тот показывал, что в здании три беспроводных модема. У одного было имя в виде строчки грубых ругательств, другой назывался по умолчанию. Оба были открыты. Малыш Победа выбрал третье, зашифрованное соединение и нажал кнопку на экране, давая смартфону задание расколоть пароль.

Пятнадцать секунд спустя он увидел, что кто-то есть онлайн. Малыш Победа стал изучать пробегающий по экрану белый текст с деталями насчет активности соединения.

Гугл-докс, страницы с технической информацией. Парень добавлял заметки насчет золотых проводов, короткие примечания насчет антигравитации и 3D-кристаллов. Пять минут спустя он зашел на следующую страницу – почтовый аккаунт.

Еще через двадцать секунд он отправил мейл.

Кому: C1298475739@cryptmail.com

Приходил один от защитников. Я в деле.

Малыш Победа смотрел на экран довольно долго. Криптмейл. Это явно не соглашение с ОПП.

– Значит, кто-то добрался до тебя раньше нас, – пробормотал он себе под нос. Затем дважды тюкнул пальцем по броне напротив уха, чтобы включить канал связи. – Консоль?

– Сплав у консоли.

– Сделай одолжение, верни всех на базу для короткого совещания? И, может, позови Пиггот.

 

Предыдущая            Следующая

Leave a Reply

ГЛАВНАЯ | Гарри Поттер | Звездный герб | Звездный флаг | Волчица и пряности | Пустая шкатулка и нулевая Мария | Sword Art Online | Ускоренный мир | Another | Связь сердец | Червь | НАВЕРХ