МРАК 6.9
– Всевида, ты на месте? – спросила я.
– Всегда, – донесся ответ.
– Со мной рядом один человек – я уверена, один из братьев Кроули, – сообщила я. Заметила легкий кивок и почти довольное выражение лица у мужчины. Я не сомневалась, что это он не притворяется. Ему, похоже, понравилось, что его узнали, причем настолько, что он был готов выдать информацию, чтобы купаться в лучах славы. – Он утверждает, что готовится что-то плохое.
– Козерог и Света сталкиваются с вооруженными людьми. Это и есть плохое.
– Что-то крупное, – уточнила я.
– Я сообщу всем.
– Будь добра. Начни с властей. «Надзор». Затем команда.
Кроули по-прежнему стоял с поднятыми руками. В большинстве случаев эта поза ничего не значит. Просто у паралюдей не существует позы или манеры поведения, при которых они не являются угрозой.
Вот где нам требовалась помощь Патруля. У меня один Кроули и пачка раздолбаев, которые сдались, у которых, по-видимому, есть огнестрельное оружие, и… что? Мне их некуда забрать, я не могу утащить куда-то их лидера, не спровоцировав остальных создавать проблемы или вредить кому-то, и я не могу заковать их в наручники одной рукой.
Если я не хочу их отпускать, мне ничего не остается, кроме как ждать.
– «Надзору» пошлю текстовое, потому что их телефонные линии – просто мусор. Козерог сейчас подключится. Соединение сдохло, когда он сменился. Секунду.
Я услышала фоновый шум, перекрывающий голос Козерога. Голос Байрона и крики.
– Виктория?
– Происходит что-то крупное. Я поймала одного из лидеров, и он очень самодовольный, – сообщила я.
Кроули улыбнулся.
– Наживка? – спросил Крис. – Каков контекст?
Света подошла и встала рядом со мной, не отводя взгляда от части раздолбаев.
– Я пригрозила переломать ему руки и ноги. Он сдался, поднял руки и сказал, что будет сотрудничать, если ему дадут посмотреть шоу.
– Если ты угрожаешь человеку переломать руки и ноги, уверен, он скажет все, что угодно, – заметил Крис.
– Мне нравится, как ты это говоришь, будто у тебя есть опыт по этой теме, – сказала Всевида.
– Я в жизни встречал довольно-таки дерьмовых людей. От дерьмовых людей можно многое узнать.
– Сосредоточьтесь, пожалуйста, – попросил Байрон. Крики стали громче. – Один…
– Обрыв связи, – прокомментировала Всевида. – Он сменился, связь не сохранилась. Я думала, что смастырила все верно, но это не моя область. Думаю, это из-за моего телефонного ящика…
Она говорила и говорила на своем механиковом языке. Тем временем один из раздолбаев повернулся к своему боссу.
– Винс, мы не обязаны с этим мириться.
– Все нормально. Оставайся на месте, – ответил Винс Кроули.
Средний брат. Выглядело разумным, что он здесь. Другие братья предположительно тоже присутствовали, но именно этот был связан с Мазерсами. Семья Мазерс обменивалась членами с другими ветвями, соединяя семьи и цементируя узы. Кроме того, Мазерсы похищали детей. Винс Кроули и его сестра участвовали в этом со стороны Кроули. Это были контрабандисты, воры и в целом жопошники, которые уклонялись от рук героев и в то же время предоставляли убежище настоящим монстрам и неявно допускали некоторые реально угребищные вещи.
МакВеи были (прежде) убийцами и фанатиками, Мазерсы – похитителями, помимо прочего, а Винс и Сабрина Кроули были пособниками всего этого. Они занимались контрабандой, они держали у себя похищенных и укрывали убийц, когда те приковывали к себе слишком много внимания и гнева, и они почти что вышли сухими из воды несмотря на то, что против них был весь ОПП.
Сабрину схватили, как и несколько других людей и ячеек, поддерживавших эту часть семьи. Они исчезли, но после Золотого утра появились вновь, Сабрина с братом, и я знала о них потому, что Патруль их отслеживал.
– Козерог вернулся. Я кое-чем занимаюсь, – доложила Всевида. – Проверяю… никаких новостей. Нет роста телефонной активности. Нет онлайн-постов.
– Он сказал – сегодня вечером, – произнесла я.
– Мы уже близко к «вечеру», – заметил Козерог. Тристан.
– Всевида, – сказала я. – У тебя что-то было, чем ты следила за телефонами в Опасном Крае. Твой телефонный ящик?
– Ага.
– Ты можешь вернуться назад? Посмотреть, с кем эти типы разговаривали раньше?
Раздолбай рядом с Винсом резко повернул голову. Винс особо не отреагировал, но все равно они себя выдали. Я добавила:
– Мы знаем, где они были в здании. Ты можешь этим воспользоваться, чтобы отследить звонки?
– Ага. Ну, не «с кем». Но могу узнать, «куда».
– Идеально, – сказала я. Встретилась глазами с Винсом, пытаясь отгадать, что он думает. Его считывать было слишком трудно. – Насколько это тяжело?
– Совсем не тяжело, – заверила она. – Все уже настроено. Я вбиваю данные о локации. Уже наполовину сделано.
– Уже наполовину сделано, – передала я Свете, прижав большим пальцем выключатель микрофона на проводе наушника.
– Хорошая работа, Всевида, – пробормотала Света.
– Иии готово. Еще минутку.
Я улыбнулась.
Целью моего заявления (частично) и моей улыбки (полностью) было посмотреть реакцию Винса Кроули. Провокационно, да – я понимала, что могу подтолкнуть их к каким-то действиям. Настоящей целью было попытаться оценить, насколько это все серьезно.
Я видела, что двое раздолбаев возбуждены. Что бы они из себя ни представляли: почти социопаты, храбрецы до глупости, просто опасные типы – они явно н актеры и не блефуны. Винс пытался, но я заметила тонкую морщинку между бровей, которой раньше не было.
– Из здания, куда они пришли, были звонки сразу после их прихода.
– Куда? – спросил Крис.
– Куда… их было много, в одно место, которое… недалеко отсюда. Я пытаюсь найти онлайн-карту, чтоб наложить, но страница тааак тормозит.
Герои, которые раньше были на периметре, теперь трусцой бежали к нам. Если бы Кроули продолжали разбегаться, это была бы последняя линия обороны. Три местных, бостонских героя. Все трое в ярких и непрактичных костюмах с лишними отворотами, слоями и дополнительными тканевыми элементами, придающими им очень «костюмный» вид, – мне они напомнили супергероев из детских шоу.
Магический Рыцарь Удар щеголял одеянием с высоким воротником, оставляющим открытой кожу по бокам от подмышек до таза, но прикрывающим грудь и спину. На нем было четыре пояса, не считая ремешков на руке и бедре, и у него имелся шипастый щит, закрепленный сбоку на моторе, у которого было по ручке сзади и на другом боку. Цвет морской волны и фиолетовый.
Мистическая Пронзающая Волшебница была облачена в похожем стиле, но у нее имелась наглазная повязка с изображенным улыбающимся лицом, сквозь которое проходило сверло. Та же иконка была нанесена на открытую кожу между вырезом и ключицами. Цветовая гамма одежды и волос была преимущественно синей с оранжевыми элементами. Костюм в целом содержал чересчур много лент для человека с силовыми бурами на запястьях (с цилиндрическими, не коническими головками). Если цветовая схема не создавала имидж, то сочетание инструментов, длинных волос с свободных одежд – вполне.
Динамитная Воительница Спринт-Фантастика была самой здравомыслящей из трех. Она, по крайней мере, уклонилась от размещения на своем костюме двадцати с гаком предметов, за которые ее противники могли бы схватиться, и в то же время надела хоть какую-то броню – правда, топик с бронепластинами сочетался с голым животом весьма парадоксально. Она была фигуристая, круглолицая, с боевой раскраской на скулах. Короткие волосы были стянуты в хвостики длиной всего-то полтора дюйма. Оружия у нее не было, если не считать бьющего по глазам сочетания оранжевого и фиолетового цветов.
Да, у меня тоже имелась кое-какая свободная одежда и распущенные волосы, но также у меня была защита Твари, и я приложила некоторые усилия по части практичности – броня, покрытие тела. А для этих ребят практичность явно была врагом.
Это были отнюдь не выводы по первому взгляду. О паре МРУ-МПВ я знала еще до Золотого утра. Я знала, что они выжили, и их имена всплыли во время планирования этого мероприятия. Они шли под рубрикой «позвоним им – мало ли, вдруг помогут». Несмотря на внешность и историю, Ябеда настаивала, что они надежны. Я знала, что нам нужна любая помощь, какая только возможна, и все равно втайне надеялась, что они сдрейфят, как с ними уже бывало во время кризисов.
Уэээээээ.
– Работаю, работаю, – раздался на заднем плане голос Всевиды. – Нахожу новые звонки, но Рог то и дело вываливается, а я пытаюсь оставаться с ним на связи. Думаю, мой телефонный ящик слишком далеко отсюда.
– Извини. Продолжай, – откликнулся Козерог.
Я закрыла глаза. Надо сосредоточиться на том, что здесь и сейчас, и помочь там, где могу.
– Кто главный? – спросила я.
– Я, – откликнулась Воительница.
– С кем ты говорила, прежде чем прийти сюда?
– С Чертовкой. Она попросила об услуге.
Я колебалась. Света меня подтолкнула.
– Вот этот говорит, что назревает что-то еще. Мы сейчас выясняем. Можете подержать их под стражей? Как минимум у одного есть способности.
– Для этого мы и здесь, – ответил Магический Рыцарь Удар. У него были цветные линзы, маскирующие радужки и зрачки и делающие глаза целиком бирюзовыми, а маска закрывала брови; в результате его выражение лица было трудно читать. Его голос звучал уверенно, но проблема с этими ребятами была в том, что весь их имидж основывался на сверхуверенности.
– Этот тип с бородкой – Винс Кроули. Дупликация себя и предметов. Дубли выстреливаются, и он может создать их очень много. Вещественности в них немного, но только пока они не перекрываются. Обычно он поблизости от своей сестры Сабрины, но ее мы тут не видели. Она Мобиль крупномасштабного уровня. Налетает и делает ноги.
– Это Эмпуса[1], – произнесла Воительница.
– Да, – подтвердила я.
– Она была здесь поблизости. Сильная, но мало чего сделала. Мы можем с ней справиться.
– Моим пятиударным буробронебойным комбо, – заявила Мистическая Пронзающая Волшебница, подлетев немного над землей. И ткнула в воздух своими бурами.
Блин, почему это вообще обсуждается?
Мне было неловко, а ведь это даже не я произнесла.
– А с ним сможете справиться? – указала я на Винса. – С потоком предметов?
– Огневая мощь сработает? Прорезать или пробить это все? – спросила Воительница. Когда я кивнула, она продолжила: – Можем ли мы его убить, если он будет доставлять слишком много проблем?
– Или покалечить? – добавила Волшебница.
Во мне словно что-то умерло от этого вопроса. Да, я сама угрожала, что буду калечить, я даже пользовалась этим как необходимым инструментом, когда невозможно было удалить противника из боя вежливым образом. А Пронзающая Волшебница изо всех сил старалась превозносить этот подход и делать его своей фишкой.
– По возможности оставьте его в живых, – сказала я. – Возможно, он один из немногих, кто в курсе, что происходит. Если у вас появятся какие-то идеи, что происходит, позвоните нам, дайте знать.
– Уговор был, что я сдаюсь, только если получу хороший обзор, – напомнил Винс.
– Обзор чего? – спросила Света.
– Отведите нас на любую крышу. Я буду сидеть, насвистывать и ждать.
– На любую крышу?
– Ээ, – он огляделся по сторонам. – На ту, откуда хорошо видно горизонт.
Горизонт.
Черт, нет. Я очень надеялась, что это психологический фант.
Я переглянулась с Воительницей.
Судя по тому немногому, что я знала о Сабрине Кроули (ее я вспоминала легче, потому что она не так сливалась со своими братьями), она заряжала и выпускала «эффект волны» высотой и шириной примерно с дом. Люди в изначальной «зоне» могли летать в области медленно движущейся волны, и где-то там еще наверняка был фокус с дупликацией, раз уж она из семьи Кроули. Свою способность она применяла, чтобы ударять по какому-то месту целым отрядом людей, которые в придачу к собственным способностям могли еще и летать, либо чтобы уводить прочь всю свою команду.
И, судя по тому, что я знала об этой команде героев, возможно, это были самые подходящие люди, чтобы контрить такого рода проблемы.
– Так Эмпусе будет сложнее выручить его своей способностью. Если они нацелится на крышу, мы увидим ее приближение, – произнесла Воительница.
– Если вас устраивает, то окей, – сказала я. – Дайте ему то, чего он хочет.
Она протянула руку. Я ее коротко пожала. Она повернулась к своим подчиненным и тут же начала ими командовать в манере жесткого тюремного охранника, привычного иметь дело с непослушными заключенными.
Мое мнение об этих людях слегка изменилось к лучшему.
– Мы должны помочь Козерогу, – сказала Света.
Я кивнула, положила руку ей на плечо, и мы обе трусцой побежали прочь. Удалившись на вежливое расстояние, я взлетела, а Света схватила меня за плечо, воспользовавшись мной как первой вешкой своего маршрута.
– Козерог, идем к тебе, – сообщила я.
– Он не на связи, – откликнулась Всевида. – Я буду, как только снова получу стабильный сигнал.
– Не на связи, – повторила я для Светы. – Всевида, ты нашла местонахождение адресата звонков?
– Частично. Несколько на самом деле, – ответила она. – Станция Фенвей. Звонки были в процессе, когда братья покинули лагерь и когда они добрались до вашего района.
– Мы сейчас внутри станции Фенвей, – сказала я. – Так весь этот район называется.
– Станция «Станция Фенвей», – уточнила Всевида.
Проблемы номенклатуры.
– Позвони «Надзору». Не окирпичивай их телефоны. Хорошая работа, Всевида.
Поезда, магазины, люди, паралюдская служба безопасности, портал на Бет.
С Козерогом были Флешетта, то есть Фехта, и Париан. Париан пыталась охранять остальных двоих, Фехта выцепляла членов Кланов и «Падших», все еще болтавшихся возле здания, а клановцы старались поджигать кукол Париан, кидая в них бутылки.
Что до Козерога, то он гасил пожары водой и ловил «Падших», обливая их водой и тут же обращая ее в камень.
Наша идея была в том, чтобы самим в бой не лезть, но я не могла себе представить, чтобы кто-то всерьез называл себя героем и при этом не рвался помогать тем, кому помощь требовалась.
Или не хотел поддерживать тех, кто нуждались в помощи.
Ложь, которую мы говорим себе, когда необходимость бьет здравый смысл.
Света направилась прямиком к Козерогу. Я – прямиком к «Падшим».
Одного из них я узнала. На нем была латексная маска демона с нанесенной краской, но я видела его недавно, и от него во все стороны растекались «Падшие», что обращало на себя внимание, когда я была в воздухе. На земле он был бы просто одним из лиц в масках. В воздухе я видела, как люди возникают из толпы, выныривают между другими людьми, где их только что не было.
Возможно, малая частица меня искала его. Когда я беседовала со «Служителями» о вступлении, он там был.
Латексная маска есть латексная маска – похоже, из-за нее он не видел вверх. Не видел меня. Я на спуске включила Тварь, чтобы защищаться, и убрала ее за миг до того, как вогнать колено ему в челюсть, сопроводив удар крепкой дозой ауры.
Вокруг меня вспыхнула ругань. Его способность горела, став видимой; дуги красно-оранжевого света плясали между людьми в толпе, которых он использовал для создания своих порталов. Люди горели, кричали и матерились.
Вопли накладывались друг на друга. Нацеленная толпа стала хаотичной. Двое имели общую дугу портальной энергии, начинающуюся у ноги одного из них, взбегающую по его боку, затем по руке, перепрыгивающую на ладонь второго, спускающуюся по его телу вновь на землю. Когда они разошлись, дуга натянулась и лопнула, метнулась в стороны, ударила по толпе или по земле и затем исчезла. Никакого серьезного урона, на взгляд, но треск и щелчки звучали как хлопушки, понукая и так отступающую группу разбегаться еще больше. Повсюду ломались порталы. Некоторые люди пытались стоять неподвижно, держась против толпы, потому что порталы были подсоединены к ним.
Вот. Это доставило мне удовлетворение такого рода, какой я не могла бы описать словами. Я не могла даже приостановиться, чтобы поразмыслить над этим. Мне надо было добраться до Козерога, и нам вместе надо было добраться до станции, где располагались врата на Землю Бет.
Мое внимание привлекла вспышка, но это было не сияние портала. Коктейль Молотова.
Подо мной были люди. Совершенно не уверенная, не пролетит ли бутылка через мою защиту и забрызгает меня, не ударится ли в Тварь и забрызгает ее, я все равно мгновенно расположила себя и Тварь между бутылкой и толпой.
В этот момент принятия, что я могу загореться, воспоминание о яде Ползуна и о боли, которая пришла следом, было таким ярким, что мне почудилось, будто я уже горю. Это ощущение ударило меня, как кулаком в живот, и дыхание застряло в горле.
«Идиоты», – вспыхнуло слово у меня в голове, адресованное «Падшим» и клановцам.
«Идиотка» (единственное число), – вспыхнуло слово у меня в голове, адресованное лично мне.
Пылающий снаряд изменил направление в полете, почти исчез. Я проследила взглядом за его траекторией, оранжевой искоркой посреди унылой, пасмурной мороси, как от способности Козерога. Я увидела взрыв – бутылка отлетела в сторону и упала на тот участок дороги, который не имел никакого значения. Ее перехватила Света.
Другие герои с периметра уже подбегали сюда. Я не видела никого, кто мог бы быть другими братьями Кроули, Джейком и Каттером.
Я нанесла еще два быстрых удара, целясь в тех, кто, похоже, раздавал приказы или подбадривал «Падших». Мельком я увидела кого-то напоминающего Виктора из Броктон-Бея, и, раздумывая, будет ли мудро попытаться его достать, я увидела, что ситуация еще далека от разрешения.
Я подлетела к Козерогу и приземлилась, не полностью погасив скорость, так что мне пришлось пробежать пару шагов и чуть добавить полета, чтобы не споткнуться.
– Спасибо, – сказала я Свете.
– Обращайся.
Спрашивать, о чем речь, не было нужды. Она поняла. Вот это – мне нравилось. Здорово было бы заниматься геройскими делами вместе с ней, даже время от времени, даже если команда развалится.
– Ты уловила, что сказала Всевида? – спросил Козерог-Байрон.
Уловила? Нет. Я проверила. Провод болтался. Я воткнула его обратно.
– Извини, Всевида, мой наушник отцепился.
Я услышала ее:
– Пытаюсь вычислить. На станции есть камеры. Я известила службу безопасности. Получаю другую информацию через камеры. Думаю, они в ресторане.
Байрон стал Тристаном. Тот указал направление, и мы зашагали всей группой.
Когда мы проходили мимо Фехты, я повернулась к ней.
– Спасибо.
– Жаль, что мы не смогли поговорить больше, – сказала она.
– Еще поговорим.
Козерог остановился.
– Мы должны сообщить Ябеде.
– Всевида? – окликнула ее я. – Она же подключена, да?
– Я говорю с ней, когда есть возможность, – ответила Всевида. – Она игнорирует половину моих слов.
– Она координирует операции, – пояснила Париан. – Плюс, думаю, она измотана.
– Это очень крупное, – сказала я. – «Падший» говорит, он хочет видеть горизонт, когда придет атака.
– Я позвоню, – пообещала Фехта. – Донесу до нее всю серьезность.
– Спасибо, – поблагодарил Козерог.
– Рог, было здорово сражаться вместе с тобой, – произнесла Фехта.
Он кивнул.
Станция располагалась недалеко.
– Вы могли бы пойти без меня, – заметил Козерог.
Мы могли бы. Я тоже была измотана, не только Ябеда. Я была ранена, эта рана ныла, а в центре боль была интенсивнее, как будто там находилось что-то вроде сердцевины. Видимо, фантомный симптом, попытки нервной системы обработать повреждения. Мой фокус немного ускользал.
Но я должна быть здесь. Возможно, и другие должны быть здесь, во всей этой гуще. Люди все еще нуждаются в нас, если в этой вечерней атаке или мероприятии что-то будет.
– Мы… – начала я, пытаясь выразить свои мысли вслух. – Я ударяю предметы. Света хватает предметы. Мы можем делать и другие вещи, но… против бомбы? Или что там еще это может быть?
– Ты хотела инструментарий, – сказала Света.
– Я хотела скорее команду, – поправила ее я. – Всевида, слушаешь?
– Наполовину слушаю. Я все еще отслеживаю те звонки. Если мы сможем понять кто, тогда сможем понять как или что.
– Хорошо, – согласился Козерог.
– Всевида, а ты можешь разряжать бомбы?
– Возможно. Я должна увидеть бомбу.
– Если можешь, то сможешь прийти? Последовать за нами?
– Я направлюсь туда.
– Крис?
Из телефона раздался влажный звук.
– Кажется, он проглотил телефон, – сказала Всевида. – Надеюсь, он его выглотит назад до того, как изменится обратно, иначе ему понадобится либо операция, либо щелевидный анус. Он рядом со станцией.
– Мы можем с ним связаться? – спросила я.
– Можем попытаться. Я скажу компьютеру пинговать его, пока он не послушает.
– Я бегу, – сообщил Козерог. Я была от него достаточно близко, чтобы слышать и через телефон, и так, с некоторым эхом. – Вы тоже выдвигайтесь. Дети могут догонять. Держите ухо востро насчет любых звонков, чтобы убираться.
– У-ху, – отозвалась Всевида с торопливой интонацией, предполагающей, что она слишком активна или слишком переполнена энтузиазмом, чтобы даже формировать полноценные слова. Она была оскорблена и настолько близка к обиженному состоянию, насколько это вообще возможно для Кензи, но все это ушло на задний план и было почти забыто.
Козерог перешел на бег. Света подтянула себя вперед своей способностью. Я взлетела.
– Отключусь на секунду, – сообщила я. – Помашите мне, если я понадоблюсь на связи.
– Понял, – ответил Козерог.
Я воспользовалась ускоренным набором номера. Услышала два гудка.
Пока я летела, на кожу падали капельки. Слишком редкие, чтобы называться даже моросью, – просто влага в воздухе. Половина неба была темной. Рано для заката, однако облака были густые, плюс вносил вклад дым и смог от предприятий в прибрежных районах.
– Виктория? – раздался голос. Гилпатрик. На заднем плане я услышала мотор автобуса. – Что произошло в Бостоне?
– Происходит. У «Падших» оружие. Они были готовы стрелять в людей. Герои вмешиваются. Но это не важно…
– Звучит так, будто важно.
– Нет. «Падшие» устраивают что-то крупное. В качестве мести, думаю, либо кто-то говорит с ними и использует сегодняшнюю атаку как отвлечение для чего-то еще
– Какого рода крупное?
– Возможно, будет атака на станцию Фенвей. Мы направляемся туда.
– Виктория, мы оттуда слишком далеко.
– Тот тип, от которого я это услышала, говорит, что хочет это увидеть. На горизонте. Он это сказал, находясь в нескольких кварталах от цели. Может, он пытается запудрить нам мозги, но…
– Другие нападения?
– Позвони, а? Ситуация абсолютно авральная.
Станция. Здание было построено так, чтобы выглядеть старым, хотя старым оно не было. Оно имело форму креста с невысокой башенкой с куполом в центре, красной кирпичной отделкой снаружи и входами в виде арок ниже уровня земли, к которым вели широкие лестницы. Вокруг здания располагалась инфраструктура для приема беженцев, но эти постройки все были заперты, окна закрыты ставнями.
– Вы уже там? – спросила Всевида. – Я поймала их на камеру. Сидят, пьют кофе, едят малиновый пирог. Я никогда не пробовала ни того, ни другого, но сочетание выглядит ужасно.
– Какое угодно сочетание, пока они ничего не делают, – ответила я. Света меня нагнала. Я указала на один вход, идя пешком в сторону другого. Света кивнула.
– Мы не должны их спугнуть, – сказал Козерог.
– Мы должны быть в подходящем месте, чтобы их остановить, – ответила я.
– Заходите, будьте начеку.
Когда я вошла, недалеко от входа стояли дети из Патруля, более встревоженные, чем обычно. При моем появлении они встревожились еще сильнее. Неужели информация разошлась так далеко за последнюю пару минут?
Я откинула капюшон и, подняв руки, приблизилась шагом.
– Стой, – приказала младший капитан. Она была черная, возраста Рейна, волосы были с одного бока выбриты, а сверху зачесаны назад и прочь от лица. Выглядела она на сто процентов как коп. Техника тоже: она уже скрытно держала пистолет в руке, а сейчас подняла его и навела на меня без тени колебаний. Как человек, занимавший когда-то этот пост, я могла восхититься такого рода уверенностью.
– Мы на вашей стороне, – сообщила я. – Вы только что получили предупреждение, верно?
Она кивнула.
– Это я передала инфу капитану Гилпатрику из Бриджпорта. Я работала с ним раньше. Он передал ее другим. Намечается что-то крупное, и мы думаем, что виновники сейчас в ресторане едят пирог.
Она не расслабилась.
– Вам необходимо провести эвакуацию, – продолжила я. – Сделайте это мягко, мы не хотим, чтобы те типы что-то заподозрили. Никого не впускайте, убеждайте уходить, если сможете сделать это тихо. Пускай это место опустеет естественным образом.
За столом вспыхнул огонек – там, где я не могла его видеть, но увидела отражение зеленого светодиодика на глянцево-черном бронежилете, в который была облачена моя собеседница. Качество получше, чем было у нас, но, видимо, это прилагается к большому городу.
– Бен, – позвала она.
Один из ее подчиненных потянулся к телефону. Повисла пауза.
– Боссы и копы говорят, что у другой двери кто-то есть. Явный парачеловек. Мы должны послать туда одного или двух для численности.
«Боссы» – это наверняка капитан. Копы – местные власти. Кто-то из них, очевидно, и принимает здесь решения. Он должен быть поблизости.
– Это Света, – сообщила я. – Она Пятьдесят третья. Мой товарищ и коллега. В нынешней чрезвычайной ситуации мы подошли сюда с двух направлений.
– Да, – произнесла младший капитан ровным голосом. – Скажи им, что у нас тоже есть один.
– У нас тоже есть один, – сказал парень в телефон. – На самом деле у нас два.
Я глянула туда, куда смотрел он. Там был Козерог.
– О, я вас знаю, – сказала младший капитан. – Козерог, верно?
– Да, – кивнул Козерог.
– Вы герой. Вы недавно были в деле. Где-то недалеко от Фейрфилда?
– Кедровый Край. Она тоже героиня.
– И Света, – добавила я.
– Да, – подтвердил Козерог. – Если мое слово что-то весит.
Подозрение заколебалось – и отступило. Девушка, держа пистолет в одной руке, другой потянулась к телефону.
Так много барьеров. Но капитан изложила ситуацию, а также передала мое предложение об эвакуации людей. Отряд Патруля ушел на следующее патрулирование, и они теперь говорили с людьми.
– Все станции эвакуируются, – сообщила младший капитан Идс. После того как ее начальство получило «добро», она заметно расслабилась. – Поезда остановлены, вызывается экстренный персонал. Герои тоже участвуют.
Всевида прибыла через десять минут без малого. Мы всё еще находились возле входных дверей, так что Всевида села на нижнюю ступеньку и стала доставать свой компьютер. Козерог сел рядом с ней на корточки – мне такую позу было бы трудно поддерживать, ноги стали бы протестовать, а я ведь не была в латных доспехах.
– Нет вестей от Ябеды?
– Два слова. Она сказала «Занимаюсь этим». По-моему, она меня не очень любит, – ответила Всевида.
– Я же уже обрисовала ее как ужасного человека, верно?
– Ха, – сказала Всевида без намека на юмор. – Вот наши цели на камере, видите?
Козерог, оставаясь скорченным возле Всевиды, произнес уголком рта:
– Пожалуй, не стоит сообщать, что мы подключились к их системе безопасности, когда их люди с пушками и копы стоят в десяти футах от нас.
Две женщины и шестеро мужчин за двумя отдельными столиками. Без костюмов. Ресторан пустел. Один из служащих ходил по залу, протирая столики. Возможно, менеджер.
Держит маскировку? Герои бывают самого разного вида.
Что, блин, эти типы затевают?
В углу экрана возникла иконка приватного сообщения. Ябеда.
Ябеда:
логи звонков. ты права. они бьют по всем стнцям с прталами
я извщаю всех.
По всем станциям. Мое сердце трепыхнулось.
Я подняла глаза на капитана Идс. Она смотрела на меня встревоженно.
– Они бьют по всем станциям.
– По всем, где есть порталы, – сказала я.
– Они нас запирают. Изолируют.
– Козерог, Виктория, – окликнула нас Всевида.
Мы повернулись к ней.
Ябеда:
мхниковы устрва. у всех. под стульями в сумках. бейте пока не успели прмнить
Сообщение было для нас, но, судя по реакции окружающих, оно было отправлено каждой команде на каждой станции.
Я поправила костюм, подняла капюшон. Козерог встал. Всевида достала свой световой пистолет. Солдаты Патруля держали оружие в руках. Солдаты постарше бежали к нам от одного из других входов. Лидеры этой конкретной операции.
– Их парачеловек хочет сделать первый ход, – доложил один из солдат.
– Кто?
– Девушка с раскрашенной броней.
– Света. Дайте мне подготовить свою часть, и я за, – сказал Козерог.
Последующие минуты проходили в молчании, то и дело прерываемом всплесками движения, настолько интенсивного, что казалось, будто ситуация взорвалась. Топот ног, когда патрульные перебегали из одного крыла в другое. Потом откуда-то смех, пугающе не в лад с атмосферой, царящей здесь, у входа. Притворяются, чтобы создать ощущение нормальности, когда группы за столиками могут заметить, что становится как-то тихо?
Наверняка сейчас на каждой станции происходит нечто подобное.
Мы понятия не имели, кто эти типы. Возможно, дружки «Падших», но тут все вопросы открыты.
– Поехали, – раздался голос Козерога. Шепот, но из динамика он прозвучал громко.
Я выглянула из-за угла, и в этот самый момент Света вошла в коридор из-за противоположного угла, мигом переместилась ко входу в ресторан и нырнула внутрь.
Козерог ворвался туда снаружи. Я тоже влетела, патрульные позади меня были наготове.
Я влетела как раз вовремя, чтобы увидеть, как Света тормозит, скользя по полу. Она высмотрела цель, расположенную на сиденье кабинки рядом с одним из людей, и притянула ее к себе с такой силой, что, когда эта штука зацепила лицо соседа, брызнула кровь.
И вот она уже была снаружи вместе с футляром, а мы внутри. Ресторан с красной, белой и черной плиткой, черными кабинками и симпатичными столиками. С одной стороны зала было холодно из-за открытых окон, с другой – ощутимо тепло из-за близости кухни.
Среди противников-«Падших» была Сабрина или еще кто-то с генами Кроули. Как только она применила способность, эти сомнения отпали: мерцающий пузырь вокруг нее самой, влажный от волн, врезающихся и сливающихся по всей его поверхности. Энергия сияла и танцевала везде, где волны встречались.
Рядом с ней кто-то применял оборотневую способность, отращивая костяную броню и длинную конечность на правом бедре. Возможно, кнут.
Кто-то подстрелил Сабрину. Я пронеслась мимо нее к оборотню и ударила его настолько жестко, что разбила костяную броню и опрокинула его на пол. Свою способность применил Козерог: через открытые окна хлынула вода, затопив зал ресторана и сбив с ног почти всех на дальнем краю. Всех членов второй группы.
Бой не был красивым. Не был даже увлекательным. Это было срабатывание ловушки, где я была челюстями капкана, Козерог – ямой с водой, с которой противников бесцеремонно вынудили иметь дело. Света была силком.
Несмотря на полученную пулю, Сабрина вновь применила способность, окружив пузырем себя и своих товарищей. Они взлетели внутри пузыря, и вокруг каждого стали образовываться дубликаты. В воздух поднимались и предметы – столики, стулья.
Раздались выстрелы. Большинство пуль попало в грамотно размещенную и удвоенную мебель.
Сабрина из-за укрытия выстрелила из пистолета. Один выстрел, и я услышала четыре удара от попаданий пуль. Пролетая через пузырь, пули размножились.
Я на лету подобрала Тварью столик. Это был мой щит, помимо того, который давала сама Тварь. Я врезалась в парящее укрытие, возведенное Сабриной вокруг ее людей, и вогнала его прямо в них. Один отлетел назад, ошеломленный, и его тут же схватило щупальце, протянувшееся из окна.
Я воспользовалась столиком, уже поврежденным Тварью и пулями, чтобы закупорить кабинку Сабрины, которую она использовала как укрытие: перевернула его и поставила над ее головой, там самым поймав ее в кабинке.
Ей пришлось вылететь оттуда в своем пузыре, двигаясь над самым полом. Предвидя это, я перехватила ее, вогнав ногу туда, где перекрывались зеркальные образы. Мой пинок вбил ее грудью в пол, и я услышала, как щелкнули зубы, когда ее подбородок встретился с полом долей секунды позже.
Мы почти не оставили возможностей для контригры. Для полноценной реакции, помимо диких и отчаянных попыток огрызаться.
Сражение завершилось.
Никто, кто хоть что-то знал, не расслаблялся. Капитаны сообщили, что мы преуспели. Вскоре пришло подтверждение. Все выглядело в порядке. «Все чисто» от Ябеды и Всевиды. Света передала механиков футляр специалисту.
Все, кто знали что-то о ситуации, оставались наготове, ожидая развития событий.
– Хорошая работа, – произнесла младший капитан Идс.
Идти было некуда. Делать было нечего. Мы выполнили свою работу, компетентные люди допрашивали тех, кого смогли найти, ответы должны были скоро появиться.
Но ответам предстояло еще подождать. Другие станции – ну, они должны сами разобраться со своими делами. Ближайший к нам портал находился в Броктон-Бее, и это было не очень-то близко. Наша станция была занята уборкой и перегружена вопросами без ответов. Мы только мешались под ногами, и мы не могли куда-то отправиться помогать, потому что там все закончится раньше, чем мы прибудем.
Нам было некуда идти, кроме… Почти что по молчаливому согласию мы вышли наружу.
Мы поступили так, как хотел поступить Винс Кроули: нашли подходящую точку, откуда виден горизонт.
По телефонам начали приходить сообщения.
– Станция Норуолк, – произнесла Кензи.
– Это где ты живешь, – заметила Света.
Кензи кивнула. Она стремительно печатала.
– Мои родители, похоже, окей. Приходят сообщения. Небо – розовый клин? Не понимаю. Всё, похоже, в основном в порядке. Что случилось?
– Эй, – окликнул нас Козерог и прикоснулся к плечу Светы. – Смотрите.
На севере.
Броктон-Бею никак не дадут передохнуть. Это выглядело как осколок стекла или оторванный кусок картины. На другой стороне я видела небо. Небо иного мира.
Они открывали портал шире. Выше. Настолько крупный портал – он должен был рассечь Броктон-Бей надвое. На что это повлияло? Что это натворило?
Нам надо лететь – куда?
Куда-то нам надо требовалось отправляться, но мы были парализованы. В телефоне был список порталов, и сейчас серые прямоугольники один за другим либо становились зелеными с галочками, либо перечеркивались красными крестами.
Одно за другим места помечались как нормальные или столкнувшиеся с новым кризисом. А город и так уже едва держался.
Зеленый. Зеленый. Зеленый. Красный. Зеленый. Красный…
Я прекратила сосредотачиваться на успехах и неудачах и переключила внимание на контакт-лист. Кристал. Гилпатрик. Папа. Мама.
Я разослала сообщения и стала ждать ответы. Пока ожидала, печатала поспешные объяснения, насколько они у нас вообще имелись. Казалось, что текли часы, и казалось, что время вовсе остановилось и мы застряли в этом ужасном, неопределенном моменте навечно.
На горизонте посреди заката появился еще один ломтик другого неба, не пасмурного. Копье или клинок неправильного света, рассекший жилой район.
Пришел ответ от Кристал. Ее команда выдвинется и займется помощью, как только будет знать, что происходит. Если это открыло широкий проход на Землю Ч… что мы вообще будем делать?
Сражаться.
Мама была в порядке. Она сообщила, что Эми тоже в порядке, и я не стала возникать. Папа был в порядке. Гилпатрик, Джаспер, Эшли и Рейн были в порядке.
От Сплава нет ответа.
Нью-Йорк был центральным хабом, потому что там располагался самый плотный кластер порталов. На телефоне было помечено несколько неудач в том районе.
Нет ответа от «Надзора». Их сейчас, должно быть, бомбардируют. Может, поэтому.
Трудно было убедить себя в этом, но я попыталась. Если три портала отказали, что произошло? Они открылись так широко, что пересеклись друг с другом? Что стало с тем, что оказалось между ними?
Нет ответа от Дымного Плаща или Темперы.
Кристальный Шар был в порядке. Он охранял одну из станций, и его команде удалось вычислить и поймать того, кто принес туда механиково устройство. Штуковину, расширяющую порталы.
Не в силах усидеть на месте, я встала, не выпуская телефона из руки. Света сидела рядом с Кензи, и они обе смотрели на один телефон. Козерог сидел, привалясь к стене, чуть поодаль. Крис печатал.
Пришел краткий отклик от Сплава, и Света ударилась в слезы. Я села рядом с ней, чтобы обнять. Когда минуту спустя она встала и зашагала взад-вперед, я осталась на месте, следя и за Кензи, и за своим телефоном.
Возбуждение постепенно овладевало нами всеми. Я это видела по языку тела.
Повсюду телефоны бибикали, люди скроллили.
Только тревога.
Я знала, что это не совсем так, но все равно представляла себе: мы все не можем заставить себя поднять эту тему, но все равно делаем одновременно одно и то же. Сидим и тыкаем в телефоны, и убеждаем себя, что это неправда, тычем пальцами в телефоны еще яростнее, словно это каким-то образом может пробиться, вызвать какую-то реакцию. Ищем, твердим себе, что это просто каналы хилые, не решаемся посылать сообщения и в то же время надеемся, что получим еще одно. Осознание постепенно проникало в нас, и это было нехорошее проникновение.
У всех и каждого из нас было одно общее имя, человек, который был нам дорог, а для некоторых – один из немногих ответственных взрослых, кому они тоже были дороги. Она имела все основания находиться в самом эпицентре, и это совсем не улучшало наше настроение.
Сегодняшний день доказал лучше, чем что-либо другое, что эти люди по-прежнему в ней нуждаются. Что, черт побери, наша команда будет делать без своего психотерапевта?
[1] Эмпуса – в греческой мифологии демоница, состоящая в свите Гекаты.