Предыдущая            Следующая

ГЛАВА 2. Линейный корабль (Alek) «Кайсоф»

 

Вторая ветвь Volper также росла успешно.

Группа флотов с Byr Rokyutona Volper в авангарде прокладывала себе путь в направлении Muju. Основным противником здесь было Объединенное Человечество.

Если операция завершится удачно, территория Объединенного Человечества уменьшится более чем вдвое. Кроме того, порвутся связи между ними и их союзником, Республикой Великого Алконта.

Иными словами, главная цель операции «Двойной шип» – разорвать все каналы связи между членами Альянса трех наций, оставить каждого из них в изоляции.

Ядро операции составлял Byr Robina Volper. Glaga флота, Resii «Шайкау», стоял на якоре неподалеку от звезды Элкон.

Орбиту на два Sedaj выше орбиты «Шайкау» занимала Jadbyr Vortout «Гудерус». Одним из кораблей этой эскадры был линейный корабль «Кайсоф».

Линейный корабль несет огромное количество Sates Gor Hoka, и его единственная задача на поле боя – выпускать их по врагу. Он, так сказать, корабль-матка с Hoksath. Хотя он несет мощнейшее защитное вооружение, по сути это просто Isath.

Hoksath, стоящие на вооружении во Frybar, меньше по размерам, чем у Суверенного союза Народов Звездных Систем, но все равно достаточно крупные. Несмотря на почти тысячелетие совершенствования, Flasatia по-прежнему остаются довольно громоздкими; плюс нельзя не учитывать необходимое мине количество Baish.

Поэтому линейный корабль, несущий на борту огромное количество Hoksath, и сам громаден. Примерно втрое тяжелее патрульного корабля.

Линейные корабли отличаются не только громадными размерами, но и многочисленностью экипажа. На других кораблях бОльшую часть экипажа составляют Sash, занятые обслуживанием собственно кораблей. Что до линейных кораблей, там, помимо них, служит еще множество Sash Sateyut, занимающиеся уходом за Hoksath.

Неудивительно поэтому, что жилой блок в линейном корабле хоть и не тянет по размеру на город, но на деревню – вполне. Аб считают линейные и транспортные корабли «детскими кораблями».

В некотором смысле речь идет о сохранении древней традиции Labule. Давным-давно именно в космических кораблях Аб растили детей – независимо от того, большой корабль или маленький, мир или война. Для Аб, считающих Menyu своим домом, это было более чем естественно.

Но когда Аб узнали о том, что их враги отрицательно относятся к тому, что Аб берут детей на поле боя, они отказались от этой традиции. Они боялись, что враги могут ошибочно решить – или, так сказать, случайно обнаружить, – что Аб сражаются, наполовину играя. Честные сражения Аб считали данью уважения к врагам.

В мирное время детей и сейчас разрешено брать на корабли, но это имеет разнообразные негативные побочные эффекты, и на небольшие корабли Lodair с маленькими детьми не назначают.

Крупные корабли, например линейные, – другое дело; на них по-прежнему разрешается служить с детьми. Разумеется, это относится только к мирному времени. Сейчас, в военное время, всем, кроме Bosnal, находиться на военных кораблях строжайше запрещено, кроме особых случаев.

В жилом блоке «Кайсофа» тоже имелась секция, спроектированная под ясли. Поскольку этот корабль был построен уже после начала войны, здесь никогда не играл ни один ребенок. На стадии оснащения корабля эта секция была перепрофилирована под совершенно другую функцию.

Сейчас это была столовая для Lodair. Туда с Gahorl добираться было проще, чем в помещение, предназначенное для трапез офицеров изначально. Если «Кайсофу» суждено выйти из этой войны целым, возможно, эта секция снова станет яслями.

Roidrokia «Кайсофа» это место не любил.

Roidrokia.

– Да, Sarerl, – Roidrokia Alek «Кайсоф» Fektodai Абриел Неи-Дебруск Borl Wemdaisal Духир поставил на стол миску, выпрямился и обернулся на голос.

Духир сидел сейчас в самом конце длинного обеденного стола. За этим столом обедали все офицеры «Кайсофа». Голос исходил от сидящего во главе стола мужчины с зеленовато-сизыми волосами – Sarerl «Кайсофа» Bomowas Берсота.

Взгляд Духира, однако, обратился не на капитана, а на стену за его спиной.

Хоть это место и превратили в столовую, стены здесь по-прежнему оставались стенами яслей. Здесь должны были находиться маленькие дети, причем в невесомости. Подразумевалось, что они будут ударяться о стены и отскакивать от них. Поэтому все стены покрывал эластичный материал, способный хорошо гасить удары. И кроме того, повсюду на стенах были картинки со всякими крылатыми кошками и улыбающимися звездами – словом, такие, которые нравятся маленьким детям.

Духир вспомнил свое собственное детство; он был таким же, как большинство детей Аб. Они все обожают врезаться в стены, им нравится, когда стена словно обнимает их. Ностальгическое воспоминание.

– У вас такой скучающий вид, – подметил Берсот.

Эти слова выдернули Духира из воспоминаний и вернули его к реальности.

Офицерскую столовую Духир не любил из-за традиции, согласно которой все Lodair на «Кайсофе» обедали вместе. Нет, это не совсем точно: его раздражал в первую очередь человек, который эту традицию ввел, – не кто иной, как Берсот.

– Мне вовсе не скучно; если по моему лицу вам показалось, что мне скучно, то это потому, что…

«…потому что вам самому скучно, и из-за этого вам кажется, что скучно и остальным?» – подумал Духир, но говорить вслух, естественно, не стал, а попытался найти более подходящее объяснение.

– Потому что я предубежден? – перебил его мысли Берсот.

Духир склонил голову набок.

– В каком плане предубеждены?

– Ну, что член Fasanzoerl просто не может быть доволен тем, что служит на Alek, всегда вдалеке от гущи боя…

– Абриел готов погибнуть там, куда его назначат, – твердо произнес Духир. «Может, это Sarerl не удовлетворен своим назначением?» – мелькнула у него мысль. Если все действительно так и есть, этот человек достоин презрения.

– Хорошо сказано, – кивнул Берсот. Но глаза его смотрели вовсе не на Духира, а на блюда, медленно поднимающиеся от стола.

– Благодарю, – сказал Духир и снова взял миску. Но, увы, его вожделенный Sniyuf Lullbes уже остыл.

– Это была не похвала, – заметил Берсот, приступая к очередному блюду.

– Вот как? – произнес Духир и, тоже отставив миску в сторону, выбрал новое блюдо. Potapiyul Sogzeral.

Так тоже неплохо. Похвала от этого Sarerl – совершенно не повод для гордости.

Тем временем Берсот, прожевав кусок жаркого, заявил:

– Лично я совершенно не намереваюсь погибать в подобном месте.

– Если вы не готовы умереть, зачем тогда вообще вышли на поле боя? – спросил Fektodai, прекратив работать палочками. И сразу он встревожился: не выглядело ли это со стороны так, будто он допрашивает старшего по званию?

– Неужели вы, когда выходите на поле боя, ищете лишь место своей гибели? – по крайней мере, Берсот, похоже, не сердился. Он сверлил взглядом стол в ожидании следующего блюда. – Вы не выглядите настолько несчастным.

– Я вовсе не ищу, – упрямо произнес Духир. – Но это может случиться. Для меня «смертное место» – то место, которого можно не стыдиться, если оно выбито на обелиске в Greish Fronetara. И мне совершенно не кажется, что этого корабля я стыжусь.

– Я вовсе не собираюсь оспаривать ваши слова. Конечно же, смерти на этом корабле совершенно нечего стыдиться; однако и повода гордиться тоже нет.

– Я считаю, что лучшее место для гибели – капитанское кресло, – указал Духир.

– Послушайте. Вы, возможно, станете в будущем Spunej, и это, возможно, будет неплохо. После того как вы взойдете на трон, вспоминайте меня время от времени. Но даже если наступит этот день, не навязывайте другим свои жизненные ценности. Тем более сейчас, когда вы всего лишь Roidrokia, младший из всех офицеров на Gahorl. Если бы мой кот по-прежнему был здесь, вы были бы назначены его кормить!

Духир мысленно возблагодарил судьбу за то, что его стул довольно далеко от капитанского. Если Берсот мог дотянуться до заместителя офицера связи, то, передавая ему жизненный опыт, похлопывал его по голове. Может, так он выказывал свое расположение, но Духир эту привычку тоже терпеть не мог.

– Прошу прощения, – извинился он.

Lartso не должен так просто разбрасываться извинениями.

– Какого отношения ожидает от меня Sarerl? – огрызнулся Духир. – Я должен вести себя как Roidrokia или как представитель Ruejhe?

– В зависимости от моего настроения.

У Духира отнялся язык.

– Гадать я вас не прошу.

– И на том спасибо, – настороженно сказал Духир.

– Почувствуйте.

– А в чем разница с гаданием?

– Конечно же, есть разница! – Берсот, пренебрегая этикетом, принялся размахивать палочками. – Как может человек, у которого есть шанс очутиться на Skemsorl, этого не понимать?

– Не могли бы вы объяснить? – медленно проговорил Духир.

– Гадание подразумевает мыслительный процесс, чувствование – нет, – и Берсот наконец успокоил свои палочки. – Когда не думаешь, всплывает то, что сидит в самой глубине мозга.

– Похоже, чувствовать – это очень трудно.

– Даже если трудно, вы должны. Вам пока что незачем думать о чем-то сложном. На этом Gahorl вы низший по должности, Lodair только номинально, ваша задача – выполнять мелкие поручения. Так что чувствуйте.

– Я уже почувствовал, что это ужасно неразумно, – холодно произнес Духир.

– А вы нахальны, Feia Lartsor.

Духир не знал, что сказать. Поскольку собеседник только что назвал его принцем, он не мог просто взять и извиниться. Духир был твердо убежден, что извиняться он и не должен; однако он уже оставил попытки отвечать капитану на полном серьезе. Хорошо бы нашлась какая-нибудь простая отговорка, которая позволила бы Духиру закрыть разговор.

Sarerl, пожалуйста, прекратите дразнить моих подчиненных, – протянула руку помощи сидящая в трех сиденьях от Духира женщина. Это была его непосредственная начальница, Alm Drokia Lekle Вонью.

Духир ее – нет, не ненавидел, просто не любил. Вонью обращалась с Духиром, как бизнесмен с клиентом.

Как и сейчас.

Хоть она и назвала Духира «своим подчиненным», по тону ясно было, что это шутка. Духиру казалось, что Вонью воспринимает его не столько как подчиненного, сколько как партнера на общем корабле.

– Следует внести две поправки, – сказал Берсот.

– Прошу вас, – Вонью устремила на капитана взгляд светло-карих глаз.

– Во-первых, я сейчас общаюсь со своим подчиненным. Общаться с вашим вовсе не собираюсь. Вы слишком зацикливаетесь на себе.

– Это верно, но… – попыталась было возразить старший офицер связи с тускло-голубыми волосами.

Однако Берсот пресек эту попытку.

– Во-вторых, я вовсе не собираюсь его дразнить.

– Это вопрос точки зрения, – сказала Вонью. – Если не дразнить, то что вы собираетесь делать? Только не говорите, что общаетесь с ним в воспитательных целях.

– Я всего лишь следую семейной традиции.

Изумленный этими словами Духир не сдержался и спросил:

Sarerl, разве вы Споор?

Такое было маловероятно: как правило, ответвления семейства сохраняют фамилию Споор. В этом разница между семейством Споор и Fasanzoerl: там лишь прямым потомкам дозволено носить Fiith Абриел.

– В некотором смысле, – расплывчато ответил Берсот.

Духир молча ждал разъяснений.

– Поскольку основные семейства разделились еще до образования Frybar, то, строго говоря, это не одно семейство, – пояснил Берсот.

– Это в любом смысле не одно семейство, – резко ответила Вонью.

«Короче говоря, предки капитана работали в машинном отделении города-корабля «Абриел»», – подумал Духир.

Спооры – потомки тех людей, которые во времена зарождения Frybar заведовали машинерией «Абриела». В те времена каждое семейство отвечало за одну какую-то систему гигантского корабля, хранившего в себе всю цивилизацию Аб. Так что если предки Берсота действительно работали тогда в машинном отделении, то они могли наследовать семейные традиции от Спооров. С точки зрения Аб, подобное можно было назвать «кровной связью». Но, опять же с точки зрения Аб, за более чем тысячу лет связь эта стала очень зыбкой.

– Однако, говорят, в машинное отделение тогда брали тех, кто умел хорошо дразнить навигаторов.

– Никогда не слышал, чтобы в моей семье говорили такое, – возразил Духир.

– Возможно, вы просто не замечали, – предположил Берсот.

– Даже если все так, сейчас обстоятельства совершенно другие, – сказала Вонью.

– Разве можно пренебрегать семейными традициями из-за каких-то обстоятельств?

– Прошу прощения, Sarerl, но на вашем нынешнем посту у вас очень мало шансов продемонстрировать свои семейные традиции, – холодно произнесла Вонью.

– И что с того? Даже если возможности нет, губить традиции тоже не в наших традициях.

– Если это и вправду семейная традиция Sarerl, это замечательная традиция, – с явным подозрением в голосе сказала Вонью.

Веселая пикировка между Берсотом и Вонью продолжалась. Духир, правда, не понимал, зачем им это нужно: то ли помогает пищеварению, то ли еще для какой-то загадочной пользы.

Другие Lodair, похоже, к перепалкам капитана с Alm Drokia уже привыкли: некоторые общались между собой на посторонние темы, другие продолжали молча наслаждаться трапезой.

Духиру беседовать было не с кем, так что он примкнул к тем, кто молча ел.

– Что вы пьете, Fektodai? – неожиданно раздался голос Берсота.

– Что я пью? – переспросил Духир, не ожидавший от капитана подобного вопроса, и опустил глаза на свой бокал. – Подогретый Tyl Nom.

– Странные у вас предпочтения.

– Да неужели? – спокойно ответил Духир. – Моей сестре он тоже нравится.

– Ваша сестра – Feia Лафиль? – Берсот как будто удивился.

– Других сестер у меня нет.

– Вот как. А как вы думаете, Feia Лафиль рассердилась бы, если бы кто-то стал высмеивать ее предпочтения в напитках?

– Неважно, в чем именно, но она очень не любит, когда ее предпочтения высмеивают.

– Вот как? Надо бы мне тоже его попробовать.

Духир чувствовал себя не в своей тарелке, он не знал, как ответить. Предложить капитану на самом деле попробовать – скорее всего, это будет означать продолжение спора. Попросить прекратить – тоже выглядело бы странно.

Впрочем, отвечать Духиру не пришлось. Потому что внимание капитана привлекла другая тема.

Обед подошел к концу, на столе появился чай.

– Лишь на эти краткие часы мы все собрались за этим столом, чтобы вместе отобедать, – произнес Берсот. В последнее время этой фразой всегда завершалась офицерская трапеза.

Luse, какие планы на сегодня? – спросил он затем.

– Сегодня мы загружаемся, – ответил старший помощник, Lowas Кробос.

– Ах, да, – кивнул Берсот и скрестил руки на груди.

В последнем бою «Кайсоф» истратил половину своих Hoksath. Чтобы быть готовым к новым сражениям, ему следовало пополнить боезапас.

Сегодня был как раз тот самый день.

– Прошу прощения, – сказал Духир, решительно поднявшись на ноги.

Берсот вопросительно посмотрел на него.

– Не могли бы вы поручить пилотирование мне?

В отличие от Gel и Resii, где навык пилота имеет первостепенное значение в бою, на линейном корабле эту задачу может выполнять любой Lodair Gariar. Отвечает за пилотирование не Sarerl и не Alm Tlakia, а Roirilbiga, один из низших по званию офицеров.

А сегодняшняя задача не требовала боевого маневрирования. В такой ситуации даже на эсминце эту работу перевалили бы на Fektodai.

Вообще-то «перевалили» – это с точки зрения опытных Lodair. Для них в пилотировании Alek или Isath нет совершенно ничего интересного. Но для новенького это действительно бесценный опыт. Вот почему Духир с воодушевлением попросил капитана предоставить ему такую возможность.

– Ух ты! Мне нравится ваше выражение лица, Fektodai. Поневоле хочется отдать вам такой приказ.

– Так значит?..

– К сожалению, нет, – покачал головой Берсот.

– Пожалуйста, назовите причину, – упрямо произнес Духир.

Он всегда напоминал себе, что нельзя пользоваться своим положением члена Fasanzoerl в личных целях; но для новенького Lodair подобное требование было все-таки в допустимых пределах.

– Не вижу необходимости называть причину, – тут же ответил Берсот.

– Ясно, – ответил Духир и отдал капитану салют; дальнейшая настойчивость была бы уже за гранью дозволенного. – Прошу меня простить за невежливость.

– Да нет, сейчас вы вовсе не были невежливы, – с улыбкой произнес Берсот. – Вполне естественное пожелание для амбициозного Fektodai.

Этот человек не нравился Духиру все больше и больше.

 

Пополнение запаса Hoksath, главного оружия линейного корабля, – непростая задача. Проблема в их огромном количестве.

Раньше все было проще. Линейный корабль загружался Hoksath под завязку, а когда они заканчивались, он возвращался в Arosh и там их пополнял.

Однако сейчас, когда фронт столь огромен, такая система перестала работать. Если каждый линейный корабль после каждого боя будет возвращаться в Arosh, воевать будет очень трудно. Гонять взад-вперед Isath тоже было бы неэффективно: транспорт не мог нести на себе даже одну полную минную загрузку линейного корабля. Так что максимум, что про эту схему можно сказать, ­– она лучше, чем гонять сами линейные корабли.

Вместо всего этого Frybar переносила заводы по производству Hoksath ближе к линии фронта.

В звездной системе Элкон тоже был развернут завод, производящий Hoksath. Flasatia и другие части мин, которые невозможно было производить на месте, а также сырье доставлялись транспортами из соседних систем. Ожидающие пополнения запасов линейные корабли жадно толпились рядом.

«Кайсоф» занял место в очереди.

Datykirl линейного корабля осуществил информационное сцепление с кристаллом завода, образовав единую Eifu.

Духир, демонстрируя некое минимальное сопротивление происходящему, подключил Alfa к внешним сенсорам.

– Говорит элконский арсенал один-ноль-два, – сообщило появившееся перед ними изображение Lodair с завода Hoksath. – Alek «Кайсоф», пожалуйста, переключитесь на внешнее управление.

– Есть, – ответил Берсот. – Сейчас сделаем.

Это была обязанность Духира. Переводить корабль на внешнее управление.

– Как видите, Feia Lartsor, это и есть так называемое пилотирование. Никакой тонкой работы. Все скучно.

– Да, – неискренне согласился Духир.

Своим Frokaj он чувствовал, что якорная стоянка, назначенная «Кайсофу» заводом, приближается.

Его собственное восприятие и восприятие корабля стали единым целым.

Левая рука Духира, на которую он надел Gooheik, двинулась машинально. Конечно, сейчас его перчатка управления не работала. Просто имитация управления.

Словно повинуясь указаниям Духира, «Кайсоф» выдал короткий реактивный импульс.

Затем полетел по инерции.

Alek «Кайсоф», приготовьтесь к приему Hoksath, – поступило указание с завода.

– Отлично, все идет по плану, – произнес Берсот и встал. – Alm Tlakia, открыть все порты.

– Есть, – ответил старший комендор Lowas Казув.

– А вы, Roidrokia, будьте любезны снять Gooheik.

– Есть, – Духир почувствовал, что его щеки покраснели.

При этом он подумал, что перед всеми можно было бы это и не говорить.

– Не спросите о причине? – поинтересовался Берсот.

– Не спрошу.

– А я все равно скажу. Потому что ваши действия были видны всем.

– Ясно, – Духир не мог решить, следует ли извиниться, и в конце концов сказал: – Прошу прощения.

– Не делайте так больше, – ответил капитан.

Тем временем «Кайсоф» мало-помалу приближался к заводу Hoksath.

Несколько транспортных судов, соединенных громадными трубами, – это и был элконский завод по производству Hoksath, арсенал 102.

Но «Кайсоф» двигался не туда.

Поблизости от завода плавали угрожающего вида структуры, каждая из которых представляла собой сцепленные вместе Hoksath как раз на один корабль. Склад арсенала 102.

У «Кайсофа» оставалась почти половина, так что заправка полным комплектом ему не требовалась. Специально для него было заранее приготовлено нужное количество.

Возле этой структуры «Кайсоф» и остановился.

– Приступаем к загрузке, – сообщили с завода.

Hoksath еще не были заправлены Baish. Из предосторожности мины заправляют только тогда, когда корабль готов их запустить. Так что самостоятельно передвигаться эти мины не могли.

Маленькие транспорты подхватывали Hoksath по одной и переправляли их на линейный корабль.

Духир подумал, что, наверное, капитан даже такой транспорт ему не доверил бы пилотировать.

52 часа спустя «Кайсоф», полностью готовый к новым сражениям, направился в сторону Muju в составе Byr Robina Volper.

 

Предыдущая            Следующая

Leave a Reply

ГЛАВНАЯ | Гарри Поттер | Звездный герб | Звездный флаг | Волчица и пряности | Пустая шкатулка и нулевая Мария | Sword Art Online | Ускоренный мир | Another | Связь сердец | Червь | НАВЕРХ