Предыдущая              Следующая

 

Глава 30. Увольнение Северуса Снейпа

 

В то мгновение, когда палец Алекто коснулся Знака, Гаррин шрам безумно запылал, звездная комната пропала из виду, и он стоял на обломке камня под клифом, и море шевелилось вокруг него, и в его сердце был триумф – они нашли мальчишку.

Громкое «бум» вернуло Гарри обратно: дезориентированный, он поднял волшебную палочку, но ведьма перед ним уже падала лицом вперед; она ударилась об пол настолько сильно, что стекла в книжных шкафах звякнули.

– Я никогда никого раньше не оглушала, кроме как на занятиях А.Д., – в голосе Луны звучал умеренный интерес. – Это громче, чем я предполагала.

И действительно, потолок начал дрожать. Быстрые шаги все отчетливее доносились из-за двери, ведущей к спальням: заклинание Луны разбудило студентов Рэйвенкло, спавших наверху.

– Луна, где ты? Мне нужно под плащ!

Ноги Луны появились из ниоткуда; он поспешно подбежал к ней, и она снова накинула плащ на них обоих. В этот момент дверь распахнулась, и поток студентов в ночных одеждах выплеснулся в общую комнату. Как только они увидели лежащую без сознания Алекто, послышались ахи и удивленные возгласы. Студенты медленно обступили ее, злобного зверя, могущего в любой момент проснуться и напасть на них. Затем какой-то храбрый маленький первокурсник подбежал к ней и легонько ткнул большим пальцем ноги в седалище.

– По-моему, она мертва! – восторженно закричал он.

– О, смотри, – радостно прошептала Луна, глядя на сгрудившихся вокруг Алекто студентов. – Они довольны!

– Ага… классно…

Гарри закрыл глаза и, поскольку его шрам по-прежнему пульсировал, решил вновь окунуться в мозг Волдеморта… Он двигался тоннелем в первую пещеру… Он предпочел удостовериться насчет медальона, прежде чем прийти… Но это его надолго не задержит…

Раздался быстрый стук в дверь общей комнаты, и студенты Рэйвенкло застыли на месте. Гарри услышал, как мягкий музыкальный голос орла-молоточка по ту сторону двери спросил:

– Куда деваются исчезнувшие предметы?

– Я не знаю, понятно? Заткнись! – прорычал грубый голос, который Гарри немедленно узнал: голос принадлежал брату Кэрроу, Амикусу. – Алекто? Алекто? Ты там? Ты его взяла? Открой дверь!

Студенты Рэйвенкло в страхе перешептывались между собой. Затем, без предупреждения, послышалась серия громких ударов, словно кто-то стрелял в дверь из ружья.

– АЛЕКТО! Если он придет, а у нас не будет Поттера – ты хочешь пойти за Малфоями? ОТВЕЧАЙ! – заорал Амикус, тряся дверь изо всех сил, но та открываться по-прежнему не желала. Студенты пятились назад, а некоторые из наиболее испуганных начали карабкаться по лестнице обратно к постелям. Затем, как раз когда Гарри уже начал думать, не лучше ли ему распахнуть дверь и оглушить Амикуса, прежде чем Упивающийся Смертью сделает что-нибудь еще, за дверью раздался исключительно знакомый голос.

– Могу ли я поинтересоваться, что вы делаете, профессор Кэрроу?

– Пытаюсь – пройти – через эту – чертову – дверь! – проорал Амикус. – Давай веди сюда Флитвика! Веди его, чтоб он ее открыл, живо!

– Но разве ваша сестра не там? – спросила профессор МакГонагалл. – Разве профессор Флитвик не впустил ее сегодня, немного раньше, по вашему срочному требованию? Может быть, она сможет открыть для вас дверь? Тогда вам не придется будить половину замка.

– Она не отвечает, ты, старая карга! Ты открывай! Сука! Давай, живо!

– Разумеется, если вам угодно, – ледяным голосом ответила профессор МакГонагалл. Раздался деликатный стук молоточка, и музыкальный голос вновь поинтересовался: «Куда деваются исчезнувшие предметы?»

– В несуществование, или, точнее говоря, во все существующее, – ответила профессор МакГонагалл.

– Красиво сформулировано, – ответил орлоподобный молоточек, и дверь распахнулась.

Те немногие студенты, кто еще оставался в комнате, кинулись к лестнице, как только Амикус ворвался через порог, размахивая волшебной палочкой. Сутулый, как и его сестра, с бледным одутловатым лицом, он сразу же устремил свои крохотные глазки на Алекто, неподвижно распростертую на полу, и испустил вопль ярости и страха.

– Что они наделали, маленькие щенки? – заорал он. – Я их всех буду круциатить, пока они мне не скажут, кто это сделал… И что скажет Темный Лорд? – крикнул он, стоя над сестрой и стуча кулаком себе по лбу. – Мы его не взяли, а они, блин, ее убили!

– Она только оглушена, – раздраженно произнесла профессор МакГонагалл, склонившаяся над Алекто и осматривавшая ее. – С ней будет все в полном порядке.

– Нет, она, дьявол тебя побери, не будет в порядке! – проревел Амикус. – Только не после того, как до нее доберется Темный Лорд! Она, блин, за ним послала, я почувствовал, как мой Знак горит, и он думает, что мы взяли Поттера!

– «Взяли Поттера»? – резко переспросила профессор МакГонагалл. – Что вы имеете в виду, «взяли Поттера»?

– Он говорил нам, что Поттер может попытаться пройти в башню Рэйвенкло, и чтоб мы его призвали, если поймаем!

– Зачем Гарри Поттеру пытаться проникнуть в башню Рэйвенкло? Поттер относится к моему факультету!

За скепсисом и гневом Гарри разобрал в ее голосе струнку гордости, и в нем поднялось чувство признательности к Минерве МакГонагалл.

– Нам сказали, что он может прийти сюда! – заявил Кэрроу. – Не знаю почему, мало ли?

Профессор МакГонагалл встала, и взгляд ее маленьких глаз прочесал комнату. Дважды он проходил через то место, где стояли Гарри и Луна.

– Мы сможем спихнуть это на детей, – произнес Амикус, его свинячье лицо внезапно приобрело хитрое выражение. – Да, так мы и сделаем. Мы скажем, что дети напали на Алекто, вот эти наверху, – он поднял взгляд на звездный потолок, в сторону спален, – и мы скажем, что они заставили ее нажать на Знак, и поэтому была ложная тревога… Их он и накажет. Парой щенков больше, парой меньше, какая разница?

– Разница всего лишь между правдой и ложью, смелостью и трусостью, – побледнев, ответила профессор МакГонагалл, – короче говоря, разница, которую вы с вашей сестрой никогда не могли понять. Но позвольте мне прояснить для вас одну вещь. Вы не будете сваливать ваши многочисленные проявления некомпетентности на студентов Хогвартса. Я не допущу этого.

– Простите?

Амикус шел вперед, пока не оказался в оскорбительной близости от профессора МакГонагалл, его лицо было в считанных дюймах от ее. Она не попятилась, но смотрела на него сверху вниз, как будто перед ней было что-то отвратительное, прилипшее к стульчаку унитаза.

– Не имеет значения, что ты допустишь, Минерва МакГонагалл. Твое время вышло. Мы теперь здесь главные, и ты прикроешь меня, или ты заплатишь.

И он плюнул ей в лицо.

Гарри стянул с себя плащ, поднял волшебную палочку и произнес:

– Ты не должен был этого делать.

Едва Амикус развернулся, как Гарри крикнул: «Crucio!»

Упивающийся Смертью взмыл в воздух. Вися в воздухе, он корчился, словно утопающий, молотя руками и воя от боли, а потом с хрустом и стеклянным звоном врезался в дверцу книжного шкафа и рухнул на пол, уже без сознания.

– Я понял, что имела в виду Беллатрикс, – сказал Гарри, и кровь стучала у него в голове. – Этого действительно надо хотеть.

– Поттер! – прошептала профессор МакГонагалл, хватаясь за сердце. – Поттер… вы здесь! Что?.. Как?.. – она изо всех сил пыталась собраться. – Поттер, это было глупо!

– Он плюнул в вас, – сказал Гарри.

– Поттер, я… Это было очень… очень галантно с вашей стороны… Но неужели вы не понимаете?..

– Понимаю, – заверил ее Гарри. Каким-то образом паника МакГонагалл его успокоила. – Профессор МакГонагалл, сюда идет Волдеморт.

– О, мы теперь можем называть его по имени? – с оттенком интереса в голосе спросила Луна, стягивая плащ-невидимку. Появление еще одного изгоя, похоже, доконало профессора МакГонагалл – та, шатаясь, шагнула назад и упала в ближайшее кресло, хватаясь руками за воротник своего старого шотландского шерстяного халата.

– Не думаю, что есть разница, как мы его называем, – сообщил Гарри Луне. – Он уже знает, что я здесь.

В отдаленном уголке Гарриного мозга, в том, что был связан с сердито горящим шрамом, он мог видеть, как Волдеморт стремительно плывет над черным озером в призрачно-зеленой лодке… Он уже почти достиг островка, на котором стояла зеленая чаша…

– Вы должны бежать, – прошептала профессор МакГонагалл. – Сейчас же, Поттер, и как можно быстрее!

– Я не могу, – ответил Гарри. – Есть кое-что, что я должен сделать. Профессор, знаете ли вы, где находится диадема Рэйвенкло?

– Д-диадема Рэйвенкло? Конечно же, нет – она ведь была утрачена много веков назад? – она села чуть прямее. – Поттер, это было безумие, чистое безумие с вашей стороны, проникнуть в замок…

– Мне пришлось. Профессор, в замке кое-что спрятано, что я должен найти, и это, возможно, диадема – если бы я мог поговорить с профессором Флитвиком…

Послышалось движение и звон стекла: Амикус приходил в чувство. Прежде чем Гарри и Луна успели что-либо сделать, профессор МакГонагалл поднялась на ноги, навела волшебную палочку на все еще ничего не соображающего Упивающегося Смертью и произнесла: «Imperio».

Амикус поднялся, подошел к своей сестре, подобрал ее волшебную палочку, послушно прошаркал к профессору МакГонагалл и протянул ей обе палочки (свою тоже). Затем он лег на пол рядом с Алекто. Профессор МакГонагалл снова взмахнула волшебной палочкой, и длинная серебристая веревка, появившаяся из ниоткуда, змеей обвилась вокруг обоих Кэрроу, крепко привязав их друг к другу.

– Поттер, – профессор МакГонагалл снова повернулась к Гарри лицом, демонстрируя полное безразличие к печальному положению, в котором оказались Кэрроу, – если Тот-Чье-Имя-Нельзя-Произносить действительно знает, что вы здесь…

При этих словах страшная ярость, словно физическая боль, прошила тело Гарри, воспламенив его шрам, и какую-то секунду он смотрел вниз, на чашу, зелье в которой стало прозрачным, и видел, что никакого золотого медальона не было под его поверхностью…

– Поттер, вы в порядке? – раздался голос, и Гарри пришел в себя: он сжимал плечо Луны, чтобы остаться на ногах.

– Времени мало, Волдеморт приближается. Профессор, я действую по приказу Дамблдора, я должен найти то, что он хотел, чтобы я нашел! Но нам нужно убрать отсюда студентов, пока я обыскиваю замок – Волдеморту нужен я, но он не постесняется убить еще, парой больше, парой меньше, тем более сейчас… Тем более сейчас, когда он знает, что я атакую Хоркруксы, мысленно закончил фразу Гарри.

– Вы действуете по приказу Дамблдора? – повторила она с удивленным пониманием в глазах. Затем она выпрямилась во весь рост.

– Мы защитим школу против Того-Чье-Имя-Нельзя-Произносить, пока вы ищете этот… этот предмет.

– Это возможно?

– Думаю, да, – сухо произнесла профессор МакГонагалл, – мы, учителя, довольно неплохи по части магии, знаете ли. Я уверена, что мы сможем не пускать его сюда в течение некоторого времени, если приложим все наши усилия. Конечно, что-то надо будет сделать в отношении профессора Снейпа…

– Позвольте я…

– …и если Хогвартс в ближайшее время окажется в осажденном состоянии и с Темным Лордом у ворот, разумеется, будет весьма разумно убрать с его пути как можно больше невинных людей. Сейчас, когда сеть Летучего Пороха находится под наблюдением, а Аппарирование в пределах школы невозможно…

– Есть способ, – быстро сказал Гарри, после чего объяснил о тоннеле, ведущем в «Кабанью Голову».

– Поттер, мы говорим о сотнях студентов…

– Я знаю, профессор, но если Волдеморт и Упивающиеся Смертью сосредоточатся на границах школы, их не заинтересует кто-то, кто Дезаппарирует из «Кабаньей Головы».

– В этом что-то есть, – согласилась она. Затем она навела волшебную палочку на Кэрроу, и серебряная сеть упала на их связанные тела, завязалась вокруг них и подвесила их в воздух, где они и болтались под сине-золотым потолком, словно два больших, уродливых морских чудовища. – Пойдемте. Мы должны предупредить остальных глав факультетов. Вам лучше снова надеть этот плащ.

Она стремительно прошла в сторону двери и подняла волшебную палочку. Из ее кончика вырвались три серебряных кошки с отметинами вокруг глаз. Патронусы плавно побежали вперед, наполнив винтовую лестницу серебристым светом, пока профессор МакГонагалл, Гарри и Луна торопливо спускались вслед за ними.

Они бежали коридорами, и один за другим Патронусы их покидали; клетчатый халат профессора МакГонагалл шелестел по полу, Гарри с Луной под плащом держались сзади.

Они спустились на два пролета, когда раздались еще одни негромкие шаги. Гарри, несмотря на продолжающееся покалывание в шраме, услышал их первым; он нашарил в сумочке на шее Карту Мародера, но прежде чем он успел ее извлечь, МакГонагалл, видимо, тоже поняла, что они не одни. Она остановилась, подняла волшебную палочку, готовая сражаться, и проговорила:

– Кто здесь?

– Это я, – ответил тихий голос.

Из-за статуи в доспехах выступил Северус Снейп.

Ненависть вскипела в Гарри, едва он его увидел. Он позабыл детали облика Снейпа за громадностью его преступлений, забыл, как его сальные черные волосы свисают шторами по краям худого лица, какой мертвый, холодный взгляд испускают его глаза. На нем была не ночная одежда, но обычный черный плащ. Он также держал волшебную палочку изготовленной к бою.

– Где Кэрроу? – тихо поинтересовался он.

– Там, где ты приказал им быть, я полагаю, Северус.

Снейп шагнул ближе, и его взгляд скользнул по профессору МакГонагалл и обшарил пространство вокруг нее, словно Снейп знал, что Гарри здесь. Гарри тоже поднял волшебную палочку, приготовившись атаковать.

– У меня сложилось впечатление, – произнес Снейп, – что Алекто задержала постороннего.

– Правда? – спросила профессор МакГонагалл. – И на основании чего у тебя сложилось такое впечатление?

Снейп едва заметно согнул левую руку, где в его кожу был впечатан Темный Знак.

– О, ну конечно же, – сказала профессор МакГонагалл. – У вас, Упивающихся Смертью, есть свои персональные методы связи, я и забыла.

Снейп сделал вид, что не слышит. Его глаза по-прежнему ощупывали воздух вокруг нее, и он постепенно придвигался все ближе, словно бы не вполне осознавая, что делает.

– Я не знал, что сегодня ночью твоя очередь патрулировать коридоры, Минерва.

– У тебя есть возражения?

– Любопытно, что могло поднять тебя из постели в столь поздний час?

– Мне показалось, что я слышала шум, – ответила профессор МакГонагалл.

– Правда? Но сейчас, кажется, все спокойно.

Снейп посмотрел ей в глаза.

– Ты видела Гарри Поттера, Минерва? Потому что если ты его видела, то я должен потребовать…

Профессор МакГонагалл сделала движение более быстрое, чем Гарри мог бы от нее ожидать: ее волшебная палочка рассекла воздух, и какую-то долю секунды Гарри казалось, что Снейп сейчас свалится без сознания, но его Чары Щита были поставлены настолько стремительно, что профессор МакГонагалл потеряла равновесие. Она махнула волшебной палочкой в сторону факела на стене, и он вылетел из своего гнезда; Гарри, уже собиравшийся наложить проклятие на Снейпа, вынужден был оттащить Луну с пути падающих языков пламени, которые превратились в огненное кольцо, заполнившее весь коридор и метнувшееся на Снейпа, словно лассо…

Но оно уже не было огнем – оно было огромной черной змеей. МакГонагалл обратила змею в дым; тот в течение секунд сгустился, затвердел и превратился в рой кинжалов, полетевших в Снейпа. Снейп сумел уйти от удара, рывком поставив перед собой доспех, и кинжалы, один за другим, с лязгом впились в его нагрудник…

– Минерва! – послышался писклявый голос, и Гарри, по-прежнему закрывавший Луну от летающих повсюду заклятий, обернулся назад и увидел профессоров Флитвика и Спраут, бегущих по коридору в своих ночных туалетах, а позади них, тяжело дыша, мчался огромный профессор Слагхорн.

– Нет! – взвизгнул Флитвик, поднимая волшебную палочку. – Ты никого больше не убьешь в Хогвартсе!

Заклятье Флитвика ударило в доспех, за которым укрывался Снейп. Доспех с лязгом ожил и попытался схватить Снейпа. Снейп вырвался из костоломных объятий и швырнул его в нападающих; Гарри и Луна вынуждены были броситься в сторону, когда доспех врезался в стену и развалился на части. Когда Гарри вновь поднял голову, Снейп уже удирал со всех ног, а МакГонагалл, Флитвик и Спраут мчались за ним. Снейп ворвался в один из классов, и мгновениями позже Гарри услышал, как МакГонагалл кричит: «Трус! ТРУС!»

– Что случилась, что случилось? – спрашивала Луна.

Гарри поднял ее на ноги, и они побежали по коридору, волоча плащ-невидимку за собой. В пустом классе профессора МакГонагалл, Флитвик и Спраут стояли у разбитого окна.

– Он выпрыгнул, – пояснила профессор МакГонагалл, когда Гарри и Луна влетели в комнату.

– То есть он мертв? – Гарри подбежал к окну, не обращая внимания на вызванные его появлением ошеломленные возгласы со стороны Флитвика и Спраут.

– Нет, он не мертв, – с горечью в голосе ответила профессор МакГонагалл. – В отличие от Дамблдора, у него была с собой палочка… И он, похоже, взял несколько уроков у своего господина.

Гарри на мгновение ощутил ужас, увидев вдалеке огромную, смахивающую на летучую мышь фигуру, летящую сквозь тьму в направлении внешней стены.

Позади них раздались тяжелые шаги и громкое пыхтение: Слагхорн наконец-то их догнал.

– Гарри! – пропыхтел он, массируя свою огромную грудь под изумрудного цвета шелковой пижамой. – Мой дорогой мальчик… Какой сюрприз… Минерва, все-таки объясни, пожалуйста… Северус… что?

– Наш директор ушел в небольшой отпуск, – профессор МакГонагалл указала на окно, в котором зияла дыра в форме Снейпа.

– Профессор! – прокричал Гарри, прижав ладони ко лбу. Он видел, как под ним скользит наполненное Преисподами озеро, и ощутил, как призрачная зеленая лодка стукнулась о подземный берег, и как Волдеморт выпрыгнул из нее, неся убийство в своем сердце…

– Профессор, мы должны забаррикадировать школу, он уже идет!

– Значит, так. Тот-Чье-Имя-Нельзя-Произносить направляется сюда, – сообщила она остальным учителям. Спраут и Флитвик ахнули, Слагхорн испустил тихий стон. – Поттер в замке должен выполнить некую работу в соответствии с приказом Дамблдора. Нам необходимо установить все средства защиты, какие мы только можем, пока Поттер делает то, что он должен сделать.

– Ты, конечно, понимаешь, что все, что мы сделаем, не сможет задерживать Сама-Знаешь-Кого бесконечно? – пропищал Флитвик.

– Но притормозить мы его можем, – произнесла профессор Спраут.

– Спасибо, Помона, – сказала профессор МакГонагалл, и две ведьмы обменялись взглядами, полными мрачного понимания. – Я предлагаю установить сейчас базовую защиту, затем собрать студентов и встретиться в Большом Зале. Большинство должно быть эвакуировано, хотя если те из них, кто достиг совершеннолетия, пожелают остаться и драться, я думаю, мы должны предоставить им такую возможность.

– Согласна, – профессор Спраут уже шла к двери. – Я встречусь с вами в Большом Зале через двадцать минут вместе со всем моим факультетом.

И когда она выбегала из комнаты, они услышали, как она бормочет себе под нос:

– Тентакула. Дьявольский Силок. И стручки Плетегруба… Да, интересно будет посмотреть, как Упивающиеся Смертью справятся с этим.

– Я могу работать прямо отсюда, – заявил Флитвик и, хотя он едва дотягивался головой до разбитого окна, просунул в него волшебную палочку и начал бормотать какие-то невероятно сложные заклинания. Гарри услышал странный свистящий звук, словно профессор Флитвик обрушил на хогвартский парк сильный ветер.

– Профессор, – произнес Гарри, подойдя к маленькому преподавателю Чар. – Профессор, извините, что прерываю вас, но это очень важно. У вас нет случайно предположений, где может находиться диадема Рэйвенкло?

…Protego horribilis… Диадема Рэйвенкло? – пропищал Флитвик. – Немного лишней мудрости никогда не помешает, Поттер, но я не думаю, что от нее будет много пользы в этой ситуации!

– Я только хотел узнать… Вы знаете, где она? Вы ее когда-нибудь видели?

– Видел? Никто из ныне живущих не видел! Она давно потеряна, парень!

Гарри ощутил смесь отчаянного разочарования и паники. Что же тогда было Хоркруксом?

– Мы встретимся с тобой и студентами Рэйвенкло в Большом Зале, Филиус! – сказала профессор МакГонагалл, жестом приглашая Гарри и Луну следовать за собой.

Они едва успели достичь двери, как раздался тихий голос Слагхорна

– Боже ты мой, – пропыхтел он, бледный и истекающий потом; его моржовые усы тряслись. – Что за суматоха! Я совсем не уверен, что это мудро, Минерва. Он наверняка найдет способ пройти, знаешь ли, и всякий, кто пытался его задержать, окажется в наисерьезнейшей опасности…

– Тебя и слизеринов я тоже жду в Большом Зале через двадцать минут, – ответила профессор МакГонагалл. – Если ты желаешь уйти вместе со своими студентами, мы не будем тебя задерживать. Но если кто-то из вас попытается помешать нашему сопротивлению или поднять на нас оружие внутри замка, тогда, Гораций, между нами дуэль. Насмерть.

– Минерва! – он явно был потрясен.

– Пришло время факультету Слизерина решить, на чьей он стороне, – перебила профессор МакГонагалл. – Иди буди своих студентов, Гораций.

Гарри не стал оставаться и слушать лопотание Слагхорна: они с Луной побежали вслед за профессором МакГонагалл; та заняла позицию в середине коридора и подняла волшебную палочку.

Piertotum… О, ради бога, Филч, только не сейчас…

Престарелый завхоз как раз проковылял в коридор из-за угла, крича: «Студенты не в постелях! Студенты в коридорах!»

– Так и должно быть, ты, идиотское трепло! – заорала МакГонагалл. – Иди лучше сделай что-нибудь полезное! Найди Пивза!

– П-пивза? – заикаясь, повторил Филч, словно он никогда раньше не слышал этого имени.

– Да, Пивза, дурак, Пивза! Не ты ли на него уже четверть века жалуешься? Давай приведи его, немедленно!

Филч явно решил, что профессор МакГонагалл выжила из ума, но ухромал прочь, сутулясь и бормоча что-то себе под нос.

– А теперь – piertotum locomotor! – прокричала профессор МакГонагалл.

И по всему коридору со своих пьедесталов спрыгнули статуи и доспехи, и по грохоту, доносящемуся с этажей выше и ниже, Гарри понял, что это происходит по всему замку.

– Хогвартс в опасности! – воззвала профессор МакГонагалл. – Встаньте на границах, защитите нас, сделайте свое дело ради нашей школы!

Лязгая и вопя, орда статуй протопала мимо Гарри; некоторые из них были меньше живых людей по размеру, другие больше. Там были и животные, и доспехи, с грохотом размахивающие мечами и цепами.

– Так, Поттер, – произнесла МакГонагалл, – ты и мисс Лавгуд лучше возвращайтесь к своим друзьям и приведите их в Большой Зал – я подниму остальных гриффиндоров.

Они разделились наверху следующей лестницы: Гарри и Луна побежали обратно к скрытому входу в Насущную Комнату. Пока они бежали, им встречались толпы студентов (большинство из них были одеты в дорожные плащи поверх пижам), сопровождаемых в Большой Зал преподавателями и префектами.

– Это был Поттер!

Гарри Поттер!

– Это был он, правда, я его только что видел!

Но Гарри не оглядывался назад. Наконец они добрались до входа в Насущную Комнату. Гарри прислонился к зачарованной стене, которая тотчас раскрылась перед ним, и они с Луной поспешили вниз по крутой лестнице.

– Чт-?..

Увидев комнату, Гарри от шока поскользнулся и проехал несколько ступеней. Она была набита битком, народу было больше, чем когда он был здесь в прошлый раз. Кингсли и Люпин смотрели на него, так же как Оливер Вуд, Кэти Белл, Анджелина Джонсон и Алисия Спинет, Билл и Флер, и мистер и миссис Уизли.

– Гарри, что происходит? – спросил Люпин, встречая его у подножия лестницы.

– Волдеморт идет сюда, они баррикадируют школу – Снейп сбежал – а что ты здесь делаешь? Как ты узнал?

– Мы отослали сообщения всем остальным из Армии Дамблдора, – объяснил Фред. – Даже и не надейся, что все захотят пропустить развлекуху, Гарри, а потом А.Д. сообщила Ордену Феникса, ну и покатилось.

– Что теперь, Гарри? – поинтересовался Джордж. – Что сейчас происходит?

– Они эвакуируют самых маленьких, и все собираются в Большом Зале, чтобы организоваться, – ответил Гарри. – Мы будем драться.

Раздался всеобщий рев, и толпа двинулась к подножию лестницы; Гарри прижало к стене, когда они пробегали мимо него, направляясь в главную часть замка, все вместе, и члены Ордена Феникса, и Армия Дамблдора, и Гаррина старая квиддичная команда, все с волшебными палочками наизготовку.

– Пошли, Луна! – позвал Дин, протягивая ей свободную руку; она ухватилась за нее и проследовала за ним по лестнице.

Толпа истончалась; лишь несколько человек остались в Насущной Комнате, и Гарри к ним присоединился. Миссис Уизли сражалась с Джинни. Вокруг них стояли Люпин, Фред, Джордж, Билл и Флер.

– Ты несовершеннолетняя! – орала миссис Уизли на дочь, когда Гарри подошел. – Я тебе не разрешаю! Мальчики да, но ты – ты должна идти домой!

– Не пойду!

Волосы Джинни разлетелись, когда она вырвала руку из руки матери.

– Я в Армии Дамблдора…

– …банда подростков!

– Банда подростков, которая бросила вызов ему, когда никто другой на это не решился! – заявил Фред.

– Ей шестнадцать! – проорала миссис Уизли. – Она еще маленькая! О чем вы двое думали, когда брали ее с собой…

Фред и Джордж, казалось, слегка устыдились.

– Мама права, Джинни, – мягко произнес Билл. – Ты не можешь остаться. Всем несовершеннолетним придется уйти, и это правильно.

– Я домой не пойду! – прокричала Джинни, и сердитые слезы выступили у нее на глазах. – Вся моя семья здесь, я не выдержу просто ждать там одной, и ничего не знать, и…

Впервые она встретилась взглядом с Гарри. Она умоляюще посмотрела на него, но Гарри покачал головой, и Джинни сердито отвернулась.

– Отлично, – отрезала она, глядя на вход в тоннель, ведущий в «Кабанью голову». Всем до свидания, тогда, и…

Раздался топот ног и шлепок: кто-то выбрался из тоннеля, потерял равновесие и упал. Он поднялся, держась за ближайшее кресло, огляделся сквозь съехавшие набок очки в роговой оправе и произнес:

– Я не очень опоздал? Уже началось? Я только что узнал, так что я… я…

Перси внезапно замолчал. Он явно не ожидал наткнуться на практически всю свою семью. Повисла долгая пауза, наполненная всеобщим ошеломлением. Наконец, Флер в очевидной попытке как-то снять напряжение повернулась к Люпину и сказала:

– Да – как пожьивает маленький Тедди?

Люпин потрясенно моргал на нее. Молчание между Уизли стремительно твердело, словно лед.

– Я… о да… он отлично! – громко воскликнул Люпин. – Да, Тонкс сейчас с ним – у своей матери.

Перси и остальные Уизли по-прежнему смотрели друг на друга, застыв, как статуи.

– Вот, у меня есть фото! – прокричал Люпин, доставая из жилета фотографию и протягивая ее Флер и Гарри; тот увидел крохотного младенца с шапкой ярко-бирюзовых волос, размахивающего кулачками перед камерой.

– Я был дурак! – проорал Перси так громко, что Люпин едва не выронил фотографию. – Я был идиотом, я был надутым ослом, я был… был…

– Министролюбивым, властолюбивым, бросившим семью бараном, – предположил Фред.

Перси сглотнул.

– Да, этим я и был!

– Что ж, точнее и не скажешь, – и Фред протянул Перси руку.

Миссис Уизли разрыдалась. Она кинулась вперед, оттолкнула Фреда в сторону и заключила Перси в удушающее объятие, в то время как он похлопывал ее по спине, не сводя глаз с отца.

– Прости меня, папа, – сказал Перси.

Мистер Уизли резко моргнул, после чего тоже поспешил обнять своего сына.

– И что вернуло тебе разум? – поинтересовался Джордж.

– Все понемногу в последнее время, – ответил Перси, промокая глаза под очками уголком дорожного плаща. – Но мне надо было найти способ выбраться, а это в Министерстве нелегко, они все время сажают предателей. Мне удалось связаться с Аберфортом, и он десять минут назад намекнул мне, что Хогвартс собирается сражаться, и вот я пришел.

– Что ж, все мы ожидаем от наших префектов, что в столь трудные времена они поведут нас за собой, – произнес Джордж, удачно имитируя наиболее напыщенную манеру Перси. – Ну тогда пошли наверх драться, а то всех хороших Упивающихся Смертью разберут.

– Значит, ты теперь моя невестка? – спросил Перси, пожимая руку Флер, когда они торопливо шли к лестнице в компании Билла и Фреда с Джорджем.

– Джинни! – рявкнула миссис Уизли.

Джинни попыталась, воспользовавшись всеобщим отвлечением в виде примирения семьи, тоже прошмыгнуть наверх.

– Молли, а может, так, – предложил Люпин. – Почему бы Джинни не остаться здесь, тогда она, по крайней мере, останется недалеко от событий и будет в курсе происходящего, но при этом не попадет в гущу сражения?

– Я…

– Хорошая идея, – твердо произнесла миссис Уизли. – Джинни, ты остаешься в этой комнате, ты меня слышала?

Джинни, похоже, эта идея не очень понравилась, но, ощущая на себе необычно строгий взгляд отца, она в конце концов кивнула. Мистер и миссис Уизли и Люпин тоже направились к лестнице.

– А где Рон? – спросил Гарри. – И Гермиона?

– Они, наверно, уже прошли в Большой Зал, – через плечо отозвался мистер Уизли.

– Я не видел, чтобы они мимо меня проходили, – покачал головой Гарри.

– Они что-то говорили про туалет, – сказала Джинни, – вскоре после твоего ухода.

– Туалет?

Гарри прошел к открытой двери, ведущей из Насущной Комнаты, и проверил ванную и туалет, расположенные за ней. Там было пусто.

– Ты уверена, что они сказали туал-?..

Но в этот момент его шрам запылал, и Насущная Комната исчезла: он смотрел сквозь высокие железные ворота, по бокам которых на колоннах стояли крылатые кабаны, смотрел сквозь темный парк на сияющий огнями замок. Нагини лежала, свернувшись у него на плечах. Он был охвачен тем холодным, жестоким чувством цели, которое предшествовало убийству.

 

Предыдущая            Следующая

Leave a Reply

ГЛАВНАЯ | Гарри Поттер | Звездный герб | Звездный флаг | Волчица и пряности | Пустая шкатулка и нулевая Мария | Sword Art Online | Ускоренный мир | Another | Связь сердец | НАВЕРХ