Предыдущая            Следующая

ЛОВУШКА 13.2

– Здесь Айши нет, – сообщил нам Мрак.

Он запер дверь своей штаб-квартиры и влез на Сириуса. Мы с Сукой сидели верхом на Люси и Бентли соответственно, Ублюдок был на цепи, которую держала Сука.

– Может, ты поручил ей что-нибудь, прежде чем пойти к Змею сегодня утром? – предположила я.

– Нет, – покачал головой Мрак. – Я все записываю и ее тоже заставляю записывать. Приглядывать за этой девчонкой – просто тихий ужас.

– Ябеда уже работает над своей задумкой, – сказала я. Как утешение это прозвучало так себе. В надежде как-то конкретизировать мысль я добавила: – Может, ей удастся отслеживать Чертовку и при этом оставаться на связи с нами, держать нас в курсе.

– Может. Ты закончила прочесывать район?

Я покачала головой.

– Нужна еще минута. Я стараюсь каждое место проверять очень тщательно, а Манекен может видеть моих букашек, поэтому мне приходится отлавливать его с помощью шелковых нитей. Это медленно, и я совершенно не хочу его пропустить. Вдобавок было бы неплохо прихватить тут еще букашек, чтобы пополнить мои запасы.

Я отправляла букашек – пауков и крупных жуков – на спину Люси. Собака, похоже, не возражала.

– Ясно. Хорошо, – Мрак повернулся к Суке. – Сейчас мы закончим проверять мою территорию, заглянем на твою, чтобы помочь тебе, что там тебе нужно сделать для своих собак, потом вернемся обратно к Рой через район Ябеды.

– Мне без разницы, – ответила Сука, глядя в пространство. Я была уверена, что она нарочно избегала смотреть в мою сторону. Как будто пыталась делать вид, что меня не существует.

Мрак поглядел на меня и пожал плечами.

Так мы каши не сварим. Сука держалась слишком обособленно, и это было опасно. Нельзя сказать, что пытаться решить проблему не будет рискованно, но сделать это придется.

Убедившись, что Сука не смотрит, я стукнула кулаками друг о друга и показала на нее.

Мрак снова пожал плечами. Не понял?

Воспользовавшись летающими насекомыми, которых держала в своем костюме, я выписала в воздухе слова: «Поговори с ней начистоту».

Он не решался.

«Будь лидером», – написала я. Потом сменила слово «лидером» на «честным».

– Сука, – произнес Мрак.

– Чего? – она резко обернулась в его сторону. Ее взгляд метнулся ко мне, потом она, слегка прищурившись, вновь уставилась на Мрака.

– Вся эта твоя затея с игрой в молчанку? Так не годится.

– Ну и?

– Ну и прекращай ее. Или хотя бы объясни, что происходит у тебя в голове.

– Что я думаю, это мое личное дело.

– Нет, – вмешалась я. Просто не смогла удержаться. – Ты член команды, и если ты думаешь вступить в «Девятку», то это имеет значение для всех.

– Ничего такого я не думаю! – огрызнулась она.

– Но? – добавила я.

– Что «но»?

– Ты не думаешь к ним присоединиться, но?.. – я позволила вопросу повиснуть в воздухе. – Что-то тебя грызет.

– Ты что, не расслышала, когда я сказала, что мои мысли – мое личное дело?

– Сука, – предостерегающе произнес Мрак.

– Что? – она сжала кулак, и псы, видимо, почувствовали что-то в ее языке тела, потому что они тоже напряглись. – В жопу всё. Бесит, когда вы начинаете ко мне цепляться. Оставьте меня в покое.

Она легонько дала Бентли шенкелей, и он зашагал прочь. Она ударила его снова, и пес побежал.

Люси и Сириус хотели бежать за ним, так что, слава богу, от нас не потребовалось особых усилий, чтобы заставить их двигаться. Сука скакала не так быстро, как могла бы, – ясно было, что она не пытается убежать от нас. Просто злилась и хотела побольше пространства.

Я кинула взгляд через плечо на Мрака. Как, блин, нам разрешить эту ситуацию?

За спиной у меня завибрировал мобильник. Я была занята попытками не свалиться с Люси и потому не смогла до него добраться. Натягивая цепи и направляя Люси то вправо, то влево, я с трудом заставила ее послушаться меня и затормозить. Когда она наконец остановилась, я достала-таки телефон. Но не успела.

Мобильник снова завибрировал.

– Да? – ответила я.

– Вы там заняты? – спросила Лиза.

– Просто патрулируем территории, чтобы убедиться, что «Избранники» ничего не затевают, – сказала я. На линзу моей маски упала капля воды. Я задрала голову и посмотрела в пасмурное небо. Дождь?

– Слушай сюда. Ты ведь знаешь, что на меня работают разные люди, которые передают инфу?

– Ну да. Брайс как раз из них, верно?

– Верно. Так вот, я велела им всем наблюдать за Плащами и известными лицами.

– Известные лица? Типа раскрытых членов «Воинства Восемьдесят Восемь»?

– Типа, да. Или Джек, или Костерезка. Но я сейчас не об этом. Сенегал только что заглянул на базу Змея и передал инфу от одного из моих разведчиков. В одном из убежищ на территории Баллистика видели Панацею.

– Не уверена, что слежу за твоей мыслью.

– Вся «Новая волна» живет к юго-западу от Башен, в приятной части делового района. От волн их дома особо не пострадали, кроме того, ни среди «Избранников», ни среди «Торговцев» нет таких дураков, чтобы на них нападать, а если бы и были, у них бы ничего не вышло. Теперь следишь?

– Вроде как. Тебе интересно, почему она там. Но она может просто помогать раненым.

– Мои разведчики утверждают, что она сторонится людей и пытается не привлекать к себе внимания.

– Любопытно.

– Именно. Не хочешь нанести визит?

Я с помощью облаков насекомых привлекла внимание сокомандников. Когда они остановились и обернулись ко мне, я помахала рукой, призывая их.

– Я не лучший кандидат для переговоров с Панацеей. Она меня типа как ненавидит. Помнишь историю в больнице? И ограбление банка?

– Но ты с ней уже говорила. И она слышала слова Оружейника, то ты хотела стать героиней и предать нас. Может, хотя бы перспектива узнать ответы на этот счет заставит ее тебя слушать, и тогда ты сможешь перейти к полноценному разговору.

– Может. Хотя сомневаюсь. Что, нет кого-то другого, кто справился бы лучше? Вы оттуда не очень далеко.

– А кого бы ты послала? Солнечная Балерина и Баллистик угрожающие по своей природе. Я сейчас не в форме, плюс она ненавидит меня сильнее, чем тебя. Сука, Регент или Плут вряд ли справятся – думаю, тут ты со мной согласишься.

– Генезис?

Лиза вздохнула.

– Генезис послать можно. Она сейчас с вами?

– Отдыхает. Или, по крайней мере, восстанавливается после применения своей способности. Сказала нам, если потребуется, позвать ее, и одно из ее созданий будет у нас через минуту.

– Тебе решать. «Странники» выглядят приличными людьми, но они что-то скрывают, и я действительно считаю, что ты лучше годишься, чтобы с ней говорить.

– Ладно. Скинь мне адрес. Я посоветуюсь с остальными, и, если понадобится, мы вызовем Генезис.

– Отлично.

Я повесила трубку. Мрак и Сука уже были рядом.

– Что случилось? – спросил Мрак.

– Панацея в убежище, где не должна быть. Ябеда считает, что это странно, и я с ней согласна. Она хочет, чтобы мы проведали Панацею.

Зачем? – спросила Сука. – Это не наше дело.

– Это может дать нам ответы. Мы ищем шестого кандидата, и мы не можем защищать кандидатов, как тебя, если мы не знаем, кто они. Может, Панацея и есть шестой, а может, какой-нибудь ее знакомый, вроде Прославленной. На худой конец я могу поговорить с ней насчет чумы или что там придумала Костерезка, чтобы запугать кандидатов и местных героев и заставить их играть в эту игру.

– И еще мне придется дольше ждать, чтобы проверить своих собак и свою территорию.

Мрак кинул взгляд на меня. Ну что, сдаться и сказать Суке, что мы можем послать Генезис, и таким образом дать ей то, что она хочет? Или лучше принудить ее согласиться, рискуя разозлить? Как ни странно, я склонялась ко второму варианту. Сука лучше реагирует на твердость.

– Она предположительно на территории Баллистика, а это рядом. Пять минут туда, не больше пяти минут на разговор, пять минут обратно, – сказала я.

– Пятнадцатиминутный крюк, – произнес Мрак. – И все, что мы узнаем о «Девятке» или о кандидатах, может помочь тебе, Рэйчел.

Она насупилась.

– Пофиг.

Сочтя это согласием, я развернула Люси и возгласом понудила ее двинуться вперед. Я скакала, держа телефон в руке, ожидая ответа Лизы.

Это оказалось излишним. Панацея обнаружила меня раньше, чем я ее. Точнее сказать, она раньше обнаружила моих букашек. Мух в городе было достаточно много, чтобы большинство людей не обращало внимания, когда муха на них садится, особенно если садится на одежду. Я уже почти неосознанно проверяла своими букашками людей поблизости на наличие оружия или масок. Когда я проверяла людей в здании в трех кварталах от нас, одна из мух коснулась Панацеи.

Она явно почувствовала, что это не обычная муха. Как и тогда, при ограблении банка, она применила свою способность, чтобы спутать механизмы, которые я активирую в букашечьих системах, и зациклить их сигналы в саморазгоняющуюся петлю.

Прежде чем эта петля успела вырубить и меня, и мою способность, я подхватила букашек более крупными стрекозами и жуками и немедленно убила их, после чего разорвала на кусочки и скормила другим букашкам поблизости.

Когда мы прибыли, Панацея ждала нас в переулке, скрестив руки на груди. Ее каштановые волосы прятались под низко натянутым армейским кепи мохового цвета.

Вид у нее был измотанный, усталый. Глаза ее смотрели так же убито, как я видела у ее кузины и тети в день нападения Всегубителя.

– Я вижу, с тобой еще два всадника апокалипсиса. А где четвертый?

Я покачала головой.

– Всадники апокалипсиса?

– Проехали.

Я спрыгнула со спины Люси.

– Просто хочу поговорить.

– Я не могу убежать от трех собак, вас больше, и, скорее всего, вы лучше вооружены. По-моему, вы сейчас можете делать все, что захотите.

– Вот и хорошо, – ответила я. – Потому что, повторюсь, я просто хочу поговорить. Я могу бросить оружие, если от этого тебе станет легче.

– Не станет.

Она сделала шажок назад, и я поняла, что она готова броситься наутек. Конечно, мы бы ее догнали, но это было бы только к худшему. Если мы ее догоним и схватим, любой диалог затем будет допросом, а не беседой.

– Окей. Мрак, Сука, не дадите нам немного пространства? Держитесь неподалеку, чтобы можно было докричаться, если что.

– Нет проблем. Ты проверяешь этот район?

– Да. Пока все нормально.

Мрак кивнул, и они с Сукой отвели своих псов подальше.

– Что происходит? – спросила Панацея.

– Как раз это я сама хотела у тебя спросить. Что ты делаешь в убежище, Панацея?

– Не зови меня так.

Я приподняла руки, чтобы ее остановить.

– Окей. Что ты делаешь в убежище, Эми?

– А тебе какое дело?

– Такое, что двоих моих товарищей выбрала «Девятка», а Джек Нож только что начал извращенную версию «Выжившего»[1] с кандидатами в роли игроков.

– «Выжившего»?

Не уверена, но, по-моему, при этих словах ее язык тела чуть поменялся. Беспокойство за себя? За сестру? За кого-то еще?

– Тебе разве не дали инфу? Ты не получила бумагу со списком? – спросила я.

– Вчера ночью я была в другом месте. Узнала от одноклассницы, что тетя меня вроде как разыскивает. Поэтому я удрала.

Я могла бы поднажать, чтобы узнать подробности, но сочла, что мне проще будет поддерживать диалог с Эми, если я стану давать информацию, а не требовать ее.

– Они поставили себе временной лимит, чтобы испытать и отсеять шесть кандидатов. Их цель – испытывать кандидатов и убивать тех, кто не пройдет испытания, пока не останется один. Наша цель – спасти их. Поэтому, когда Ябеда узнала, что ты здесь, а не с семьей, это привлекло наше внимание. Потому что мы знаем, что шестой кандидат – скорее всего, герой.

– Кто… кто другие кандидаты?

– Регент, Сука, Волкрюк, Оружейник…

– Оружейник?

– Ага. Хотя, может, это как у Милочки с Регентом, больше чтобы насолить ему, чем чтобы реально взять к себе.

– Окей.

– Но меня это не удивляет. Я с ним общалась. И во время нападения Всегубителя он реально перешел черту.

– А пятый?

– Не Плащ. Подробностей не знаю, но она в безопасном месте.

Эми поежилась.

– Я ухожу.

– Куда?

– Куда подальше. Не хочу иметь отношение ко всему этому.

– Ты не можешь уйти.

– Почему? Я найду место зарыться поглубже и не вылезать, пока все не закончится.

– У них есть человек, который может отслеживать тебя, пока ты в Броктон-Бее. Всех нас может отслеживать. Она читает эмоции и, похоже, может с их помощью находить нас через полгорода. Скорее всего, изначально именно так они и отыскивали кандидатов.

– Тогда я уйду из города. Я все равно собиралась это сделать.

– Черт, жаль, что у меня нет того листа, – пробормотала я себе под нос. Потом нормальным голосом произнесла: – Нет, и из города уйти ты тоже не можешь, потому что Костерезка подготовила чуму или что-то в этом роде. Если ты действительно кандидат и покинешь город, они ее применят. Они прямо сказали, что делают это для мотивации двух героев, которых они выбрали.

– Герои, – пробормотала Эми. – Ну да.

– Скажи, ты – кандидат?

Она вновь поежилась.

– Меня выбрала Костерезка.

– Ты не знаешь почему?

Она ответила с горечью в голосе:

– А ты как думаешь? Она решила, что я хорошо впишусь. И потому что мои способности дополняют ее.

«Хорошо впишусь»?

– Чисто по нашему с тобой общению я бы не подумала.

– Неужели? – на этот раз в ее тоне был сарказм. – А почему ты бы не подумала? Ты же слышала, что сказала Ябеда. Я дочь злодея. Я не была милой, не была милосердной, великодушной, участливой. Вместо того чтобы дать тебе второй шанс, я была злобной, я играла с твоими чувствами, и все постепенно вышло из-под контроля. Ты знаешь, сколько проблем это доставило моей семье? Директор ОПП, Легенда и Мисс Милиция пришли ко мне домой и читали всем нам нотации, какие серьезные это были события и насколько тонки взаимоотношения между разными фракциями.

– Я… я не хочу сыпать соль на раны или ляпнуть что-нибудь не то. Мне не очень удается подбирать правильные слова. Но я тебя прощаю. Я знаю, что ты тогда устала. Тебя перегрузили работой. У тебя не было никаких оснований относиться ко мне дружелюбно или оказывать мне услуги. И все равно ты меня вылечила.

Я заметила, что она напряглась. Сбежит сейчас? Или сорвется на меня, как сорвалась бы Сука?

Она просто молчала, избегая моего взгляда.

– Я не считаю тебя монстром, – произнесла я.

Она коротко рассмеялась. Это был мрачный смешок, без намека на веселье.

– Не считаешь?

– Все знают, как ты ходишь по больницам. Скольким людям ты помогла за последние три года? Сколько жизней ты сохранила, скольких спасла от пожизненных страданий?

– Я это ненавидела, – ответила она. – Это было так тяжело. Столько долгих часов рядом с больными людьми, и я очерствела, мне стало все равно. Знаешь, сколько часов я не спала по ночам, надеясь, что мои способности просто уйдут или что что-то случится и я совершу какую-нибудь понятную ошибку, за которую меня в конце концов простят, но я уже не смогу ходить по больницам?

Эти слова застигли меня врасплох, однако мне удалось взять себя в руки.

– Ты не просила этих способностей. Наверняка даже врачи выгорают, ненавидят свою работу, у них бывают плохие недели. Вот только у врачей есть коллеги и друзья, есть дом, куда они возвращаются, и они взрослые. А ты еще нет. Ты начала делать свою работу в таком возрасте, в каком большинство не начинает. Тебе не хватало ни зрелости, ни защиты от всей той боли, что ты видела, – врачи-то ее набирают за двадцать пять лет жизни.

– Не смей, – покачала головой Эми.

– Не смей что?

– Не смей рисовать меня хорошим человеком. Костерезка лучше тебя представляет, кто я такая. Может, три дня назад, когда мы с ней впервые встретились, я так и не думала, но с тех пор я успела облажаться. Я доказала, что она была права. Все мои страхи, что я могу оказаться такой же, как мой отец, воплотились в жизнь.

На это мне ответить было нечего. Я не могла ни выпытывать подробности, ни уточнять.

– Стало быть, ты предположительно хороший человек, который притворялся жуликом, а я чудовище, которое притворялось героиней. Но на выходе мы обе оказались злодейками. Забавно получилось.

– Может, это потому, что поступать правильно трудно, – предположила я.

Она пожала плечами.

– Но ты можешь поступить правильно. Нам нужна твоя помощь. Я не знаю, что у тебя такое стряслось, что ты ушла из дома. И не буду выспрашивать. Но я думаю, что ты одна из немногих, кто способен остановить Ползуна, а может, даже Сибирячку. Ты нужна нам на случай, если они начнут выигрывать и у нас будут раненые и погибшие, и ты нужна нам, если мы начнем выигрывать и они чисто из злобы решат применить эту свою чуму.

– Новый груз, еще больше прессинга и требований, – тихо произнесла она.

– Да. Так устроена жизнь. Но взамен мы поможем защитить тебя. Ты прикрываешь нас, мы прикрываем тебя.

– Не уверена, что моя совесть выдержит этот последний шаг на темную сторону. И что я сама выдержу компанию Ябеды.

– Мы действуем двумя отдельными группами. Ябеда – с Регентом и большинством «Странников». А здесь, на северном краю города, я, Мрак, Чертовка, Генезис и Сука. Абсолют-…

Фразу я не закончила. Что-то сжало мне горло, пальцы вдавились в трахею, и воздух прекратил поступать. Я ударила себе за спину в надежде задеть напавшего, но там никого не было.

Что именно происходит, до меня дошло слишком поздно, когда мои ноги оторвались от земли. Всего за секунду я взмыла на уровень шестого или седьмого этажа, послужив противовесом девятифутовому человеку в безликой белой броне, который, наоборот, упал на землю.

Манекен.

Он так быстро починился? У него что, запчасти заранее заготовлены?

Я потянулась вверх и попыталась обвить цепь рукой, запястьем и пальцами, чтобы снизить нагрузку на шею и чтобы удержаться, если он решит разжать пальцы.

Манекен поднялся на ноги. При каждом его движении цепь, тянущаяся от его руки к крыше, а от крыши ко мне, дергалась. Он двинулся к Эми; та попятилась.

Я должна была что-то предпринять.

Обратившись к букашкам, покрывающим Люси, я подняла облако, чтобы привлечь внимание Мрака и Суки, затем отправила это облако в переулок, где были Эми и Манекен.

Место и поза, в которой я висела, обхваченная Манекеном за шею сзади, дали мне прекрасную возможность наблюдать за тем, что произошло дальше. Если даже мои букашки были для Мрака с Сукой недостаточно ясным сигналом, крик боли Эми им стал. Манекен догнал ее и вонзил нож ей в ладонь, пришпилив ее к стене.

Так он Эми и оставил. Ей было настолько больно, что она не могла держаться на ногах, но в то же время не могла и упасть из-за прибитой к стене руки. Манекен развернулся к приближающейся лавине из Мрака, Суки и четырех псов.

Пока я барахталась в попытках высвободиться, вытаскивая нож свободной рукой и в то же время сжимая цепь второй, я послала букашек им на помощь. Та же тактика, что в прошлый раз. Букашки натягивали шелковые нити и налепляли их на Манекена. Я сосредоточилась на его свободной руке и ногах, стараясь повлиять на их подвижность.

Что-то было не так, так в прошлый раз. Не уверена, что заметила бы это просто на глаз. Но по длине шелковых нитей, которые я обматывала вокруг Манекена, я поняла сразу. Его руки были толще, и их вес заставлял его тело подаваться чуть сильнее вперед.

Я попыталась закричать, как-то предупредить, но не могла дышать, чтобы сделать это. Я бы написала слова в воздухе букашками, но Мрак и Сука двигались слишком быстро, чтобы прочесть что бы то ни было. Тогда я вогнала нож в держащую меня кисть руки.

Сука приказала Бентли атаковать, Манекен поднял руку, и переулок наполнил оглушительный грохот выстрела.

Выстрел был настолько мощен, что Бентли сбило с пути. Одновременно Манекен подпрыгнул, втянул цепь, все еще идущую к крыше, и качнулся на ней через переулок. Столкновения с псом он избежал на доли дюйма.

Бентли и Сука растянулись на земле.

Я снова рубанула по держащей меня руке, а Мрак накинул на себя и Манекена тьму.

Чувства моего роя показали мне, что произошло дальше. Мрак уклонился вбок, но Манекен последовал за ним, его рука была наведена точно на противника. Затем моих букашек отнесло новым выстрелом, направленным на Мрака и Сириуса. Я почувствовала, как снаряд разделился в воздухе, нанеся им обоим множество попаданий. Дробь?

Люси, бежавшая следом за Сириусом, прыгнула на Манекена и угодила прямо на цепь, которая держала меня. Я подлетела вверх на три или четыре фута, после чего кисть Манекена застряла в металлической петле, утопленной в гофрированном материале крыши. Через эту петлю цепь и была протянута.

Вцепившись в металлическую петлю, я снова ударила ножом по руке. Острие угодило в сустав, и я принялась его расшатывать, стараясь разогнуть или вовсе расчленить. Я не видела, что именно делала, а букашки на поверхности кисти были не так полезны, как я надеялась.

Внизу Люси и Манекен сражались, а меньший по размеру Ублюдок плясал вокруг, пытаясь изыскать шанс для атаки или сковывая движения Манекена. Люси удалось навалиться на Манекена.

Раздался третий выстрел. Повисла долгая пауза, в течение которой ничто и никто не двигался, а потом грянул четвертый выстрел. Люси опрокинулась набок, придавив Ублюдка.

Манекен встал и не торопясь рассек ножом нити, намотанные на его руки и ноги. Закончив, он отсоединил цепь, ведущую к держащей меня кисти. Я осталась висеть на металлическом кольце.

Несколько долгих секунд он смотрел на меня, задрав голову. Потом выпустил мою шею, и рука упала в поджидающую вторую. Цепь побежала через петлю и поверх моих пальцев. Вскоре пробежала вся.

Несколько секунд спустя до меня дошло, что он все еще смотрит на меня, указывая в мою сторону пальцем.

Я? Он чего-то хочет от меня?

Нет. Он отвернулся, прошагал мимо Эми, ладонь которой по-прежнему оставалась пришпиленной к стене, и остановился над Сукой.

Вытащив еще один нож – я не смогла увидеть откуда, – он вонзил его между глаз Бентли.

Повернулся, в последний раз глянул на меня и был таков.

Мои руки устали от скачки на собаке, и, хотя перчатки обеспечивали какое-никакое сцепление с металлом петли, ткань, похоже, скользила по потным пальцам. Я попыталась подтянуться, чтобы перекинуть ногу через край крыши, и едва не сорвалась вовсе.

Руки не могли держать меня достаточно крепко, и я не думала, что смогу вонзить нож в бетон достаточно сильно, чтобы он послужил мне опорой. Я выронила нож и подняла освободившуюся руку к петле для лучшего хвата.

Снова попыталась закинуть ногу. На этот раз удалось зацепиться за край крыши.

Я понеслась сломя голову к двери, ведущей с крыши внутрь забитого людьми здания, с помощью букашек получая на бегу общее представление о коридорах и строя маршрут. Я пролетала сквозь толпу, оставляя позади себя вопли. Наконец я выскочила из подъезда обратно в переулок.

Мрак стоял перед Эми, высвобождая ее руку; вскоре девушка осела на землю. Сука стояла на коленях перед Люси. Бентли все еще лежал с ножом в черепе. Сириус и Ублюдок держались позади, хромая, и кровь текла из десятка ран размером с десятицентовики.

Из горла Суки вырвалось низкое рычание. Еще до того, как я взглянула на Люси, мне стало ясно: она не выжила. Два выстрела из дробовика точно в грудную клетку.

Я не знала, что сказать.

– Вы привели его ко мне! – взвизгнула Эми с явными истерическими нотками в голосе.

– Я… он пробрался мимо шелковых растяжек, которые я поставила вокруг. И они могут тебя найти, – сказала я. Слова мои звучали сумбурно, а чувство дезориентации из-за внезапной атаки и отвлекающая боль в шее делали все только хуже. – Короче. Они все равно могут тебя найти, с помощью Милочки.

– Моя рука. Больно, – сказала Эми, не обращая внимания на мое путаное объяснение.

– Вылечи сама себя, – ответил Мрак. Он не смотрел на нее. Его внимание было приковано к ножу, выдернутому из ее руки.

– Не могу! Я иммунна к собственной способности.

– Успокойся, – произнес Мрак. – Паника нас никуда не приведет.

– Иди в жопу! Все идите в жопу! – выкрикнула Эми. И побежала. Чтобы гнаться за ней, у меня не было ни дыхалки, ни настроения, а Мрак и Сука слишком сильно пострадали для погони. Конечно, я могла бы ее нагнать, но чего бы этим достигла?

Сейчас лучше всего было остаться здесь, с сокомандниками, и убедиться, что они в порядке.

– Она умерла, – тихо произнесла Сука.

– Мне жаль, – ответила я. – Мы достанем их, окей? Мы их прикончим.

Она посмотрела на меня; от ярости и ненависти, искажавших ее лицо совсем недавно, не осталось и следа. Она выглядела беспомощной.

Мрак протянул мне один из ножей, второй передал Суке.

Короткий, всего четыре с половиной дюйма в длину, и на стали была вытравлена короткая надпись дымчатого цвета. Восемь заглавных букв и строчка символов поменьше бледно выделялись на блестящей окровавленной стали.

ИЗМЕНИСЬ.

2200/2012164

– Он дал и Суке, и Эми крайний срок для испытания. Десять вечера, и, думаю, это завтра. Джек сказал, испытания Манекена всегда требуют, чтобы человек изменился так, чтобы ему это чего-то стоило.

– Я его убью, – прорычала Сука. – Гребаные испытания. Убил Люси, пырнул Бентли.

Где-то минуту мы собирались с силами и проверяли свои раны.

– Он оставил меня в живых, – вдруг дошло до меня. – Он никого из нас не убил, но, чтобы убить меня, у него был и мотив, и возможность. Почему же не убил?

– Ну конечно, мир же крутится вокруг тебя, да? – огрызнулась Сука.

Я пыталась придумать ответ, когда осознание ударило меня. Мир, мой мир. Мои люди. Манекен был поблизости, когда я находилась на своей территории.

– Он хочет отплатить мне, перебив моих людей.

 

Предыдущая            Следующая

[1] «Выживший» (Survivor) – американское реалити-шоу. Российская адаптация называется «Последний герой».

2 thoughts on “Червь 13.2

Leave a Reply

ГЛАВНАЯ | Гарри Поттер | Звездный герб | Звездный флаг | Волчица и пряности | Пустая шкатулка и нулевая Мария | Sword Art Online | Ускоренный мир | Another | Связь сердец | Червь | НАВЕРХ