Предыдущая            Следующая

ДОБЫЧА 14.4

– Со мной? – Ябеда приподняла бровь.

– Ну да, – ответил Фаэтон. Прославленная, стоящая позади него и несколько сбоку, зло смотрела на Ябеду. Вид у нее был такой, будто она была готова в любой момент кинуться в драку. Скрытая враждебность в стиле Суки.

– Разговор один на один нельзя назвать жутко справедливым по отношению к моим товарищам.

– Ты его возьмешь или нет? – рука Фаэтона по-прежнему была вытянута к Ябеде.

– Нет особого смысла, – пожала плечами Ябеда. Она убрала прядь волос за ухо и повернула голову. – У меня уже есть.

Батарейка шагнула вперед и окинула взглядом нашу команду.

– Этот уже настроен на защищенный канал, будет быстрее, если…

Ябеда ее перебила:

– Спутниковая линия три-три-пять, шифрование сорок два, модуль три-четыре-два-один-ноль-ноль-шесть-шесть-три-один-ноль-…

– У тебя есть доступ к нашему каналу, – прорычала Батарейка, прервав поток цифр в исполнении Ябеды.

– Уже довольно давно, – пожала плечами Ябеда.

Батарейка подняла руку к уху.

– Да, Батарейка, – ухмыльнулась Ябеда. – Давай сделаем так, как велит директор, и перейдем уже к сути.

Батарейка достала с пояса телефон и пробежалась пальцами по клавиатуре. Потом, мрачно глядя на Ябеду, протянула телефон в ее сторону.

Раздался женский голос:

«Ябеда, не в вашем стиле раскрывать свои карты».

– Директор. Мы правда собираемся делать вид, что вы не знали, что я подслушиваю? Вы подкидывали искаженные детали, чтобы внести помехи в мой сбор информации. Делали это весьма хорошо, позволю себе заметить. Очень тонко, все было правдиво как раз в достаточной степени, чтобы сбивать с толку даже меня. В итоге большей части информации я не могла доверять.

– Спасибо.

– И сейчас вы застали меня врасплох. Я не ожидала, что вы свяжетесь со мной.

– Вы были сильно заняты – обе ваши группы. Бой со Жгуньей в Доках, насколько я могу судить, прошел не очень хорошо, – сказала директор и смолкла.

Мне об этом даже думать не хотелось. Я с тех самых пор так и не проверила свою территорию и людей. Мы действительно были заняты.

– Потом вы поймали «Девятку» в засаду, захватили двоих, одного из которых подчинили себе, но при этом потеряли одного из своих. Тогда вы предприняли попытку его выручить. Я так понимаю, попытка увенчалась успехом?

– Мрак здесь, – сообщила ей Батарейка. – Но он выглядит по-другому.

– Значит, их попытка увенчалась успехом. А теперь мы обнаруживаем, что «Темные лошадки» предприняли двойной удар, причем эта группа атакует Сибирячку? Подозреваю, что вы переходите ту черту, за которой бесстрашие превращается в глупость.

Последнее меня уязвило. Я произнесла:

– «Девятка» не оставляет в покое тех, кто сумел у нее выиграть. Мы должны были укрепить свое преимущество.

– Понятно.

– И у нее есть уязвимое место. У Сибирячки, я имею в виду, – сказала Ябеда.

– Не поделитесь ли?

– Она проекция. Как Генезис, о чем, я уверена, вы в курсе. Как дубликаты Крестоносца. Выверт реальности, который произрастает из мозга ее создателя и порождает тело со всеми физиологическими структурами. Это в основном для эстетики, и, видимо, оно дает ее второму «я» то, чем его мозг уже привык управлять.

– И это управляющее второе «я» уязвимо? – в голосе Пиггот послышалась нотка интереса.

– Крайне уязвимо. Она не может распространять на него свою неуязвимость.

– Не уверена, что могу в это поверить. «Девятка» наверняка бы это узнала, и я сомневаюсь, что более старые члены удержались бы от соблазна воспользоваться этой слабостью.

– У этой способности есть определенная дальность. Подозреваю, что создатель может оставаться в милях от нее и все равно сохранять какую-то степень контроля, но рискует подбираться ближе либо в вуайеристских целях, либо потому что это дает ему лучший контроль и более быстрый отклик.

– Аналогично Регенту, хмм?

Ябеда ответила после короткой паузы:

– Значит, вы это знаете.

Исходя из общего тона беседы, можно было бы ожидать чего-то вроде «Нет, я от вас только что узнала», но Ябеда бы так не сделала. Скорее всего, ее способность подтвердила ее мысли.

– С нами поделилась Теневая Охотница. Что мы знаем о женщине, которая управляет…

– О мужчине. Человек, который проецирует Сибирячку, мужского пола. Но создает женское тело. Думаю, это как-то связано с его триггером. Кто-то, кого он потерял. Если выдвигать предположения – он собирался за нее отомстить, но что-то случилось. Побочный эффект его способности, а может, просто очень нестабильное душевное состояние… Так или иначе, он слетел с катушек.

– Понятно. Благодарю за информацию. К сожалению, ни одна из этих возможностей не сужает круг вариантов достаточно, чтобы помочь нам его выследить.

– В короткой перспективе да. Но в дальней…

– Я не собираюсь допускать существование дальней перспективы, Ябеда. Все закончится сегодня.

Ябеда чуть помолчала, потом спросила:

– Что вы сделали?

– Хмм?

– Вы что-то затеваете. Это что-то вы хотите сохранить в секрете, и оно очень крупное.

– Ябеда, вы уже довольно продолжительное время наблюдаете за ОПП и собираете информацию. Вы считаете меня глупой?

Глупой? Нет. Гениальной? Нет.

На том конце линии раздался сухой смешок.

– Признаю, это так. Но мне хотелось бы думать, что я изобретательна. Я сражаюсь в ринге, где мои противники крупнее, сильнее, умнее, быстрее и лучше экипированы, чем я, а цена поражения для меня намного выше, чем для любого из вас. Понимаете? Я компетентна и потому не стану тратить время, вешая вам лапшу на уши.

– И?

– Никаких секретов. Я планировала заманить вас сюда теми самыми тонкими информационными приманками, за которые вы меня только что похвалили, но вы и так уже здесь, поэтому я расскажу вам о своих планах. В течение ближайших минут мы разбомбим зону, где находится основная часть «Девятки».

– Это безумие, – произнесла я.

– Это была Рой?

– Да, – ответила Батарейка.

– Это необходимо, Рой, – сказала мне директор.

– Это нарушение правил, установленных между Плащами. Тех самых правил, которые удерживают нас вместе при нападениях Всегубителей. Мы сражаемся с общим врагом.

– Это правда, но не вся правда. Мы не заключали никаких соглашений о сотрудничестве, следовательно, о предательстве речь идти не может.

– Там мои товарищи, они сражаются с «Девяткой», и они делают это ради города. А вы наказываете их за это.

– Легенда предупредил их не делать этого. В ответ ему предложили, цитирую, «сосать дерьмо».

Это Сука. А может, Чертовка. Скорее всего, Сука.

Ябеда приподняла бровь.

– Сообщил ли он им конкретно, чтобы они этого не делали, потому что вы собираетесь там все разбомбить?

– Поверите ли вы, если я отвечу, что ему не представилось такой возможности?

– Я бы сказала, пятьдесят процентов, что ему не представилась возможность, и пятьдесят процентов, что он не особо старался.

Директор ответила невнятным «мм хмм».

– И вы нам сообщаете это, потому что?..

– Потому что мы вас изучили. Мы знаем ваши приоритеты, и мы уверены, что вы вступите в бой, чтобы спасти своих товарищей по команде.

– Или позвоним им.

– Желаете попробовать?

Ябеда кинула взгляд на меня и Мрака.

– Видимо, нет смысла. Вы блокируете неофициальные каналы связи в этом районе.

– Да. Нам приходится нарушать коммуникацию между членами «Девятки», если мы хотим застать их врасплох. Вы понимаете.

– Я понимаю, и только по этой причине вы это и делаете, ни по какой другой, – ответила Ябеда. Она глянула в ту сторону, где шла схватка. – Сколько времени до бомбежки?

– Не могу сказать. Для протокола: как и вашим товарищам, мы запрещаем вам входить в ту зону, но я ожидаю, что вы войдете все равно. Вопреки моим рекомендациям.

– И на вас никакой вины, – уронил Мрак. Голос его прозвучал напряженно, тело тоже было напряжено.

Директор его реплику пропустила мимо ушей.

– Как только я узнала, что вы вмешались, я велела своим подчиненным изменить время. Они проинформируют меня о новом времени атаки, как только я повешу трубку. Не идеальное решение, но, возможно, ваши действия с этого момента подскажут что-то о вашей способности и ее ограничениях. Но, пожалуйста, отнеситесь с пониманием к тому, что мы не можем позволить себе рисковать тем, что вы сообщите «Ордену кровавой девятки» о запланированной атаке.

– И есть шанс, что заодно эта бомбежка угробит нас, и, когда «Девятки» не станет, мы тоже перестанем быть для вас занозой.

– Как печально, что вы видите монстров там, где их нет.

– Действительно.

– Было приятно наконец-то побеседовать с вами, Ябеда. Если вы собираетесь спасать своих товарищей, вам уже пора отправляться.

– Иди в жопу, Пиггот.

Ответа не последовало, и Батарейка, сочтя разговор оконченным, убрала телефон.

Короткое молчание, повисшее, пока мы готовились, прервал голос:

– Виктория…

– Не смей, – отрубила Прославленная. – Я никому не сказала, что ты сделала, но это последний мой добрый жест к тебе, понятно? Мы не товарищи по команде. Мы не сестры. Мы не подруги.

– Прости, Эми, – произнесла Ябеда, – но нам пора идти.

Минуту спустя мы были уже в пути, оставив отряд героев позади. Кинув взгляд через плечо, я обнаружила, что они выстраиваются вокруг Схрона, который как раз приходил в себя. Лишь Прославленная стояла в стороне, скрестив руки.

Я была не вполне уверена, что между ними произошло, но в общих чертах догадывалась.

Эми похлопала меня по руке.

– Что? – мне пришлось повысить голос, чтобы меня было слышно.

– Ссади меня, – произнесла она мне в ухо.

Несколько секунд потребовалось, чтобы я донесла информацию до Мрака и мы полностью остановились.  Ябеда остановила Бентли в сотне футов впереди. Плут и Солнечная Балерина оглянулись на нас с умеренным любопытством. Их костюмы не очень позволяли читать выражения на лицах.

– Не могу ясно мыслить, – сказала Эми. – Недостаточно ясно, чтобы лезть в такую ситуацию. Не хочу под бомбы. Эмм.

– Все нормально, – ответила я. – Ты все еще хочешь помочь?

Она кивнула.

– Я буду направлять к тебе букашек, которыми не смогу воспользоваться. Если ты захочешь насоздавать еще букашек для передачи моих сигналов, будет здорово. Если сможешь придумать еще что-нибудь… мне нужна боевая мощь.

– И нам будет недоставать мобильности, если придется делать ноги, – добавил Мрак. – Нас слишком много для двух псов, способных нести на себе людей, разве что нам повезло и Генезис приняла подходящую форму.

Мы послали группу в составе Регента с Птицей-Разбойницей, Чертовки и Баллистика, исходя из того, что Генезис встретится с ними на месте. Они взяли один из грузовиков Змея, поскольку Ублюдок был еще недостаточно взрослым, недостаточно большим и недостаточно надрессированным, чтобы нести седока.

– Что я должна сделать?

– Эми, реши сама. Если ничего не придумается, связные букашки – это круто. Правда.

– Окей, – и она позволила мне помочь ей слезть.

– Рой, – окликнула меня Ябеда. – Мы должны быть уже достаточно близко. Может, передашь им сообщение?

Я кивнула. У меня было шесть связных букашек, и всего за минуту я расположила их цепочкой, увеличив свою досягаемость на шесть кварталов в одном направлении. Восемь с половиной всего.

Я послала их вперед, и самая дальняя задержалась. Тем не менее я получила возможность покрыть большую площадь. По всей этой площади я задействовала букашек и менее боеспособных послала в тыл, к Эми. Туда отправились мошки, черви, гусеницы и где-то половина обычных мух. Сколько-то стрекоз и других высокомобильных букашек я оставила, чтобы получать представление об окрестностях.

Я ощутила группу Регента, спасающуюся бегством. Баллистик обстреливал Ползуна, полагаясь на то, что мощные удары сдержат этого бугая. Ползун был быстр – и проворен, со сверхъестественными рефлексами, – но Баллистик выпускал по нему снаряды, летящие быстрее звука. Ползун уворачивался лишь от двух из трех, а после каждого успешного попадания Баллистик добавлял серию следующих, вбивая Ползуна в ближайшую поверхность и пришпиливая его там. Генезис сформировала крылатое тело. Оно смахивало на птеродактиля с руками, грифона или еще что-то в том же стиле. Она пыталась скидывать на Ползуна крупные обломки. Он был настолько силен, что это его почти не замедляло, но за то время, когда он скидывал с себя очередной кусок стены, Баллистик находил материал для нового выстрела. Птица-Разбойница поддерживала их непрерывным стеклянным ливнем, докучая Ползуну и лишая его сцепления с мостовой.

Джек, Костерезка, Манекен… Первых двоих я нашла на парковке. Мои букашки ощутили, судя по всему, механических пауков Костерезки, которые раздирали машины и из их деталей собирали новых пауков. Там была еще группа людей – они возились позади всего этого.

Манекена не было. Это меня обеспокоило. Он был способен обнаруживать и избегать моих букашек, а значит, я должна была постоянно держать его в голове.

– Нашла их, кроме Манекена. Эми? Будь осторожна. Не знаю, собирается ли команда Джека нарушить правила, которые сама же установила, но Манекен может пойти за тобой.

Я настолько привыкла иметь дело с моими сокомандниками, с людьми, опытными в подобных делах, что не рассчитывала получить что-либо, кроме подтверждения. Эми от перспективы встречи с Манекеном казалась закономерно напуганной.

– Вот, – я посадила себе на ладонь божью коровку и протянула ей. – Раздави ее, и я приду. Или передам какой-то сигнал через способность. Я тебя прикрываю, понимаешь?

– Окей, – она взяла божью коровку, но особо ободрившейся не выглядела. Первые букашки уже потекли в ее сложенные чашечкой руки. Я почувствовала переплетение нервных систем, превращение двух букашек в одну и эту странную пустоту, которая подсказала мне, что я не вполне ухватываю, как они работают, что какая-то частица их вне досягаемости моей способности.

Своими букашками я выложила слово на поверхности стены, где его сможет увидеть Регент. «Эвакуируйтесь».

Он пробежался пальцами среди букашек. Чуть поразмыслив, я организовала их в ряды и колонки, квадратом. С первого раза не получилось, но со второго я сумела заставить их двигаться, чтобы образовывать слова, а потом перегруппироваться.

Регент провел кончиком пальца по букашкам, выписывая ответ: «Не могу. Побежим не удержим ползуна».

«Мы идем», – написала я ему.

– Поехали! – крикнула я, обращаясь к остальным. Ябеда развернулась на спине Бентли и ударом пяток послала его вперед. Мрак пришпорил Сириуса.

Собрав столько букашек, сколько вообще могла, я отвела связных букашек назад и разместила их по периметру моей способности, увеличив ее дальность на квартал во всех направлениях.

– Надо задержать Ползуна достаточно, чтоб успеть удрать! – прокричала я.

– Это нужно сделать в ближайшие восемь минут! – отозвалась Ябеда. Мрак заставлял Сириуса бежать в темпе Бентли, который был мощнее и медлительнее.

– Бомбежка тогда, да?

– Где-то после. Может, через восемь минут и десять секунд, может, через пятнадцать минут!

Я выругалась себе под нос. Восемь минут – обманчиво маленький срок.

Герои собирались вместе. Я не могла их различить. Они все, за редкими исключениями, носили идентичные костюмы, закрывающие все тело. Оставались небольшие различия в росте и телосложении, что позволило мне идентифицировать людей на самых краях этого спектра: Висту как самую маленькую и Триумфа как самого накачанного. Сплав был не в маскирующем костюме – видимо, для лучшего сохранения способности к трансформации.

Виста, Хроноблокер, Сплав, Флешетта, Триумф, Мисс Милиция, Натиск… К ним присоединялись Прославленная, Батарейка, Схрон и призрачный медведь. Еще двоих я не узнавала. Все двигались строем.

Пожалуй, не повредит, если я им помогу чем смогу. Я нарисовала на земле стрелки и слова – по одному имени при каждой стрелке, указывающей на Джека, Костерезку или Ползуна. Длиной стрелки я постаралась показать расстояние до соответствующего врага.

Секунд десять они совещались, а потом перешли на бег, направившись в сторону Джека и Костерезки. Хорошо.

Мы добрались до поля битвы с Ползуном. В ту же секунду, как мы его увидели, Солнечная Балерина спрыгнула с собаки, создавая и увеличивая в размерах свой шар. Она сама была огнеупорной, но не могла обеспечить этим преимуществом остальных. Как только она очутилась на земле, получила возможность растить огненный шар.

Мои букашки мало на что были способны. Они сели на Ползуна и обнаружили, что его плоть непробиваема. Я начала готовить паутинные сети, протягивая шелковые нити между летающими букашками. Связные букашки Эми позволили мне собрать намного больше прочих букашек, чем я могла бы собрать без них. Мое внимание металось по этому рою.

Почти миллион пауков. И это сравнительно маленький процент от всего роя. Костяк моего войска формировали муравьи, термиты, мухи, тли, комары и жуки.

Наиболее бесполезных я отсылала к Эми. Не в таком количестве, чтобы перегрузить ее, но достаточно, чтобы сколько-то всегда было под рукой.

Этот гад большой, он сильный, он невероятно крепкий, но он не Левиафан.

Пауки начали сплетать нити в косички: они создавали нити, а летающие насекомые направляли их сквозь шелковые петли. Если они не могли парить, то летели тугими спиралями, чтобы двигаться медленно.

Возможно, подумала я, так много букашек одновременно я еще никогда не контролировала. Моя способность гудела и билась во мне с такой силой, что я едва осознавала саму себя и свое окружение. Дело не только в количестве букашек, но и в количестве инструкций. Пауки выделяли шелк, организуясь в соответствии с количеством оставшегося материала. Летающие букашки двигались строями, неся вперед более медленных букашек и маневрируя пауками, чтобы те сплетали нити. Мелких, бесполезных букашек я отсылала к Эми, а также создавала из них десятки обманок. Миллионы инструкций в секунду.

Оценки говорят, что общемировая популяция насекомых в двести миллионов раз больше, чем население Земли. Частично этим превосходством мы обязаны тропическим лесам и другим местам, где люди не живут.

Это если говорить только о насекомых, а под моим контролем сейчас было большее многообразие, чем одни лишь шестиногие. Я ощущала их в земле, в стенах, даже под мостовой. Даже спустя недели после того, как я выбралась из больницы, я отмахивалась от них просто как от фонового шума; они были лишь источником, из которого я могла черпать массу для своего роя.

Сейчас я их воспринимала иначе. Моя досягаемость выросла, и не из-за того, что я была отвлечена, схвачена, загнана в безвыходное положение. Когда Ползун заметил нас и повернулся, чтобы своими бесчисленными глазами видеть всех, у меня было несколько секунд подумать, прочувствовать свою способность на пике.

Мы такие маленькие. Даже в масштабе окрестности – примерно тысячи футов в каждую сторону, на которую расширилась моя способность, – мы все ощущались крохотными. Даже Ползун.

– Не бей его своим шаром, – предупредила Ябеда. – Нам это ничего не даст, а он в будущем только сильнее станет.

– Тогда что я могу?

– Гражданских тут нет. Легенда и остальные эвакуировали, – сообщила я ей. – Все дома пусты.

Солнечная Балерина кивнула – похоже, поняла, что я имела в виду.

– Балерина, ты идешь поверху, я понизу? – предложил Мрак.

Она снова кивнула.

Я осталась на месте, когда они пошли вперед, готовые сделать ход. Баллистик попал в Ползуна, заставив чудовище проскользить. Птица-Разбойница обрушила на него стеклянный ливень, чтобы не дать ему подняться, а Генезис налетела сверху и ударила его по голове обломками небольшого автомобиля.

Все это затормозило его на удивление слабо.

Мрак и Солнечная Балерина вступили в бой. Мрак окутал Ползуна тьмой, а Солнечная Балерина отправила огненный шар в фасад здания. Ее мини-солнце, прожигая сталь и бетон, зигзагами прошло сквозь один из этажей.

Несущие конструкции развалились или расплавились, и здание рухнуло на улицу с такой силой, что поднявшееся облако пыли толкнуло нас назад.

Ползун весил, должно быть, несколько тонн, но здание в этом отношении его превосходило.

Мы поспешно собрались вместе. Генезис приземлилась рядом.

– Минута сорок пять секунд, – сообщила Ябеда. – Если нам повезет, то больше.

– А потом? – поинтересовался Регент.

– Они разбомбят тут все, – объяснила я.

Ябеда, Солнечная Балерина и Плут влезли на Бентли. Сука взобралась мне за спину. Чертовка материализовалась (за неимением более подходящего слова), отключив свою способность. С транспортом оставалось неясно только по ней и Баллистику.

– Трое на двух летунов? – спросила Ябеда.

– Могу поднять только одного, – сказал Регент. – Она слишком устала, чтобы взять больше.

Птица-Разбойница приземлилась и обхватила его руками.

– Могу попробовать перенести остальных, – произнесла Генезис на удивление нормальным голосом, если учесть ее горгульеподобное лицо. Сука протянула ей кусок цепи.

– Минута пятнадцать секунд. Не уверена, паранойя это или моя способность, но, думаю, бомба рванет близко к этому сроку.

Генезис сложила цепь в петлю. Чертовка и Баллистик сели на эту петлю, и Генезис уже приготовилась взлетать, когда послышался звук раздвигаемых обломков.

– Черт! – ругнулся Мрак. – Пошли! Пошли!

Одна минута плюс-минус.

Мы побежали. Снова раздался звук сдвигаемых обломков, потом гортанный смех. Он больше смахивал на то, как если бы синхронно смеялась толпа великанов, чем на смех одного-единственного монстра.

– Еще! – голос его звучал еще более неестественно, смесь отдельных звуков, еле-еле сливающихся в нечто напоминающее слово. Это не очень отличалось от того, как я сама говорила своим роем. – Деритесь со мной!

Послышался тяжелый топот – это Ползун перешел на бег, погнавшись за нами. Его шаги даже ощущались. Он находился больше чем в сотне футов позади нас, но эти шаги отдавались в теле Сириуса.

Мои букашки пытались нас нагнать, и тут рой ощутил, что Ползун остановился и поднялся на самую заднюю пару ног. Он вцепился в угол здания и, выкрутившись всем телом, вырвал кусок кирпичной кладки.

– Берегись! – проорала я.

Поздно. Обломок попал в Генезис, повредив крыло. Она рухнула на землю, и Баллистик с Чертовкой упали с высоты футов пятнадцать. Чертовка при приземлении вскрикнула.

О нет.

Остановка Ползуна, чтобы схватить обломок, дала мне время вывести букашек на позиции. Они нахлынули на Ползуна, закидывая его плетеными шелковыми веревками, соединенные клейкими ленточками и тонкими паутинками. Даже гусеницы помогали – поставляли шелк, который делали для коконов.

Ползун – здоровенный хмырь, но шелка было много.

Я видела, как шелк тормозит его движения. Я даже заметила нечто вроде удивления на его лице, когда он твердо встал на все шесть ног, а передние конечности протянулись вперед не так далеко, как он рассчитывал. Он попытался побежать и обнаружил, что его движения скованы еще сильнее.

Ползун представлял из себя две-три тонны физического совершенства, его способность сделала его идеально настроенным в физическом аспекте существом, каких в мире было немного. На стороне моих букашек были миллионы лет эволюции, в течение которых они совершенствовали качество шелка и умение его производить.

Как минимум сейчас преимущество было у меня.

– Генезис, ты можешь бежать?

Блин. Нет, – ответила Генезис. – Сделала эти когти для хватания.

Действительно, ее конечности, и передние, и задние, больше походили на когтистые руки, чем на лапы или копыта.

– Чертовка, Баллистик, бегите!

Этого было мало. Нам предстояло покрыть слишком большое расстояние, прежде чем мы уверимся в своей безопасности. Во всяком случае, в безопасности Чертовки и Баллистика. Даже если у нас есть еще две минуты или еще пять – как правило, люди не очень быстры, к тому же ни Чертовка, ни Баллистик – отнюдь не бегуны. И похоже, что Чертовка при падении что-то себе повредила.

– Ябеда! – крикнула я. – Возьми Чертовку! Бентли достаточно силен, чтоб взять четверых!

– Есть! – откликнулась она и развернула Бентли. Ее группа подобрала Чертовку, подтянула ее Ябеде на колени. Четыре человека, но три из них – достаточно подтянутые девушки.

Сириус не обладал такой силой, как Бентли, к тому же Мрак был тяжел, Сука тоже не сказать чтоб стройняшка, а Баллистик обладал телосложением игрока в американский футбол. Вряд ли Сириуса хватит на то, чтобы нести нас четверых. Во всяком случае – если мы хотим передвигаться быстро.

– Мрак! – крикнула я.

– Не смей, твою мать! – ответил он, обернувшись.

Я отцепилась от Суки, уклонилась от Мрака, попытавшегося меня схватить, и соскользнула на землю. Приземлилась не на обе ноги, поэтому споткнулась и покатилась кубарем.

– Баллистик, займи мое место! – крикнула я, поднимаясь на ноги. Кинула взгляд назад, на Ползуна, и бросилась бежать.

– Рой! – рявкнул Мрак.

– Уходите! У меня есть план!

Врать легче, когда я кричу и моего лица не видно.

Они подобрали Баллистика и понеслись.

В считаные мгновения я осталась одна.

– Беги, девчоночка! – донесся поломанный голос Ползуна, настолько низкий, что я его ощущала. – Я высвобожусь! Я тебя поймаю! Я буду держать тебя и вылизывать тебе кожу, пока она не растворится! Я выковыряю тебе глаза кончиком языка! Я запомнил твой запах, и тебе никогда меня не остановить! Тебе никогда от меня не сбежать!

Даже привычные беговые движения не могли успокоить взвинченные нервы. Бег очень долго был моим прибежищем, моим спасением – задолго до того, как у меня появились костюмы и отвлечения в виде всего, что было с этим связано. Сейчас он никак не помогал бороться с охватывающей меня паникой.

Я ломала голову в поисках чего-то, чего угодно, что могло бы стать путем к спасению. Канализация? Может, я смогу спуститься в канализацию или в ливневку?

Это вариант, да. С другой стороны, при нынешнем состоянии городской инфраструктуры он запросто мог оказаться самоубийственным.

Букашки. Смогу ли я поднять себя таким же манером, как поднимала мелкие предметы? Больше шелка, дополнительные миллионы букашек?

Я не могла пойти на риск, что это не сработает.

Минутная отметка наверняка уже пройдена. Сейчас тикало одолженное время, я вверяла свою судьбу удаче.

Может, Генезис успеет создать новое тело? Это занимает у нее минуты, таким временем я не располагаю. Ей ведь еще и найти меня придется.

Нет. Генезис не поможет.

А герои? Я поискала в направлении Джека и Костерезки. Герои оборонялись против группы людей. Эта группа была больше, чем в прошлый раз, когда я уделяла ей внимание. Костерезка рекрутировала гражданских?

Герои отступали, держа строй. Если я правильно понимала происходящее, Схрон применял свою способность. Когда он сделал это с членами своей команды – поместил их в какой-то отсек в ином измерении, – я ощутила, как некоторые из моих букашек перестали существовать. Вокруг него остался один из Защитников, Урса и Сплав.

Герои готовились к надвигающейся бомбардировке. Джек и Костерезка тоже удирали. По действиям героев они поняли, что что-то не так.

Их шансы были не лучше и не хуже, чем мои.

Эми. Она разворачивалась, чтобы бежать. Другие встали у нее на пути, крича предупреждения.

Она применила свою способность к насекомому, к которому прикасалась, создала последнюю поспешную связь.

Мое понимание связных букашек было весьма хлипким. Здесь – ненамного лучше. Всего одно насекомое, и я мало что в нем ощущала. Не было у меня того интуитивного восприятия его биологии, и как оно функционирует, и какие инстинкты им движут.

Придется удовлетвориться тем, что есть.

Я рискнула кинуть взгляд через плечо и пожалела об этом. Ползун был связан моими букашками как никогда крепко, но сам взгляд заставил меня потерять равновесие. Я споткнулась и чуть не упала.

Мне удалось все-таки устоять на ногах и выправить позу, но движение ноги дало мне понять, что у меня растяжение.

Давай же, быстрее.

Мы встретились на полпути. Повинуясь моей способности, существо крутанулось в воздухе, повернулось ко мне спиной. И приземлилось со скольжением.

Шесть с половиной футов в длину, пять в ширину и пять в высоту. Гигантский жук. Похоже, Эми взяла за основу жука-геркулеса, но сделала его шире, с более крупными и длинными ногами и лезвиями на передней паре ног, как у богомола. Он щеголял черным панцирем, который казался почти что шероховатым, с серо-белыми кончиками, а также здоровенным рогом, изгибающимся вперед и вниз и уставленным в сторону земли.

– Пожалуйста, – взмолилась я. Перекинула ногу через его торакс и вцепилась в рог. Поза была неуклюжей – казалось, я при любом удобном случае кувырнусь вперед и лицом в землю. – Ну давай.

Жук побежал по земле, медленнее, чем бежала я. Панцирь разошелся подо мной, обнажив громадный, сложный набор крыльев. Они начали биться, гудеть с частотой шестьдесят – семьдесят взмахов в секунду, заводимые эффективной машиной – насколько я поняла, комбинацией биологической гидравлики и мускулатуры.

– Ну давай же, – умоляла я его.

Я почувствовала, что он начал подниматься. Я даже оттолкнулась от земли пальцами ноги, словно это могло дать жуку необходимый импульс.

Мы резко ускорились, и мои волосы стали биться за спиной. Но траектория наша шла почти прямо вперед, не вверх. Как только мы приземлились, я оттолкнулась от земли, как будто это могло поднять нас в воздух. Не сработало.

До меня дошло, почему не сработало.

В обычных моих букашек изначально встроено знание, как функционировать. А это – новая форма жизни. Она обладала всеми необходимыми органами. Эми, вероятно, увеличила всё пропорционально, дала жуку все преимущества в устройстве, которые могли бы ему понадобиться, приняла меры против всех проблем, проистекающих из крупного размера.

Но в итоге он не умел летать самостоятельно.

Я с помощью своей способности принялась контролировать каждое его движение. Почувствовала, что он снова ускоряется, и склонила его чуть вбок. Я чуть сдвинулась, очутилась на нем почти прямо сверху, ноги сжали его торакс снизу, и я перестаралась с компенсацией этого сдвига. Мы оба рухнули на землю. Я упала футов с десяти или двенадцати. Броня в основном поглотила удар, однако я приложилась лбом о мостовую. Всякий раз, когда я получала удар по голове, я вспоминала о той своей контузии.

– Давай же, – прорычала я, поднимаясь на ноги. – Только не пострадай, только не пострадай.

Он не пострадал. Я могла проверять его своей способностью – просто не могла понимать его так же естественно и инстинктивно, как обычных букашек. Требовалось внимание, сосредоточенность. Повинуясь моим указаниям, жук с помощью кончиков косоподобных ног и биения крыльев перевернулся на брюхо, и, когда я до него добралась, он был готов. Я влезла на него и попробовала еще раз. Мы повторили процедуру взлета, теперь быстрее.

Подняться удалось с первой попытки. Я контролировала дыхание, сосредоточила на жуке все внимание, пытаясь избежать той рефлекторной перекомпенсации, которая последовала после сдвига равновесия.

В голове родилась мысль: если принять во внимание отсеки для крыльев и то, сколько места они занимают в сложенном состоянии под панцирем, он по размерам ненамного больше мотоцикла.

Сопоставление с мотоциклом помогло – дало мне уверенность, позволившую мягко наклоняться в поворотах, которые ему приходилось делать, чтобы справляться с воздушными потоками.

Изо рта у меня вырвался смех – одна часть истерии на две части облегчения и три части возбуждения. Я была уже выше некоторых шестиэтажных домов и едва осознавала это.

Эми услышала слова Мрака о возможной нехватке у нас транспорта и моем недостатке боевой мощи. За то время, что у нее было, и с теми ресурсами, которые я обеспечила, она создала нечто полезное. Она управилась за минуты.

Все больше уверенная в механике полета, я послала нас в пике. Мы были быстрее, чем остальные на земле, и обогнали их с легкостью. Разжав одну из рук, стискивающих рог, я вытянула ее в сторону. Приветственный взмах.

После чего я снова перешла на подъем.

Ползун, по-прежнему связанный, был не в состоянии прорываться сквозь шелк с той же быстротой, с какой миллионы пауков его соединяли. Если бы только у меня был способ предотвратить бомбежку, я смогла бы его обездвижить и дать героям время на какие-то более постоянные меры.

Но способов у меня не было. Я ощутила, как Хроноблокер заморозил во времени Схрона, а потом самого себя. По крайней мере, свой костюм. Там было всего четверо – Хроноблокер, Схрон, Урса и Сплав.

Бомба должна была ударить в любую секунду, и мне оставалось только гадать, успеем ли мы выбраться из зоны поражения.

 

Предыдущая            Следующая

Leave a Reply

ГЛАВНАЯ | Гарри Поттер | Звездный герб | Звездный флаг | Волчица и пряности | Пустая шкатулка и нулевая Мария | Sword Art Online | Ускоренный мир | Another | Связь сердец | Червь | НАВЕРХ