Предыдущая            Следующая

 ПРОНИКНОВЕНИЕ 2.7

Когда я согласилась присоединиться к «Темным лошадкам», раздались радостные возгласы. Меня кольнула совесть за мое притворство. И при этом я почувствовала, что довольна собой, – вот так иррационально.

– Куда пойдем? – спросила Лиза у Брайана.

– Не знаю, – ответил Брайан. – У нас же такого никогда раньше не было. Думаю, надо сообщить Рэйчел, но она сказала, что, возможно, будет сегодня работать.

– Если новенькая не против, давайте пойдем к нам, – предложила Лиза. – Посмотрим, там ли Рэйч, отметим пополнение и расскажем новенькой, что к чему.

– Не против, – сказала я.

– Это всего в нескольких кварталах отсюда, – произнес Брайан. – Но ты будешь выделяться, если пойдешь в костюме.

Какое-то мгновение я просто смотрела на него, не желая понимать смысл его слов. Вдруг я осознала, что, если затяну с реакцией, это угробит мой план, не дав ему толком начаться. Так или иначе, я вполне заслуживала стукнуть саму себя. Это было естественное развитие событий. Вступление в их команду означало, что я должна раскрыть им свою личность, раз уж они раскрыли свои. Иначе они не смогут доверять мне свои секреты.

За свой ляп и непредусмотрительность я могла ругать недосып или отвлечение недавними сегодняшними событиями, но это ничего не меняло. Я сама загнала себя в угол.

– Ладно, – сказала я, и мой голос прозвучал куда спокойнее, чем я себя чувствовала. По крайней мере, я на это надеялась. – Но носить этот костюм под одеждой малость неудобно. Можете меня оставить ненадолго?

– Тебе нужен какой-нибудь переулок, или?.. – спросила Лиза.

– Я переоденусь здесь, немного подождите, – не задумываясь ответила я и огляделась по сторонам. Большинство домов на этой улице были одно- и двухэтажными; единственные два здания выше нашего находились одно в полуквартале отсюда, другое вплотную к нашему. В ближайшем не было окон, из которых было бы видно мое переодевание, а из дальнего вряд ли кто-то увидит нечто большее, чем фигурку в два дюйма ростом. Словом, я бы сильно удивилась, если бы кто-то сумел обнаружить, как я выбираюсь из костюма, и при этом разобрать достаточно деталей, чтобы меня идентифицировать.

Когда троица направилась к пожарной лестнице, я достала одежду, которую сунула в рюкзак. Если не считать бронесекций, мой костюм был по сути одним предметом одежды… ну, еще пояс и маска. Не снимая маски, я расстегнула пояс и стянула с себя основной костюм. Это вовсе не было неприлично – на мне остался черный топ и черные же велошорты, которые я надела отчасти для тепла. Шелк сам по себе – неважный теплоизолятор. Я напялила джинсы и свитер, потерла руки и плечи, чтобы отогнать зябкость. Потом убрала в рюкзак костюм и пластиковый контейнер.

На миг я пожалела, что не выбрала одежду получше, чем джинсы, которые мне велики, и мешковатый свитер. Сожаление тут же перешло в тревогу. Что они подумают, когда увидят настоящую меня? Брайан и Алек – красивые парни, хоть и в разном смысле. Лиза по шкале от неприметной до симпатичной находится ближе к симпатичной. Ну а я, наоборот, нахожусь на своей собственной шкале с диапазоном от «ботанички» до «неприметной». Где именно на этой шкале – всякий раз зависело от моего настроения, когда я смотрелась в зеркало. Они клевые, уверенные в себе ребята. А я… просто я.

Я оборвала эти мысли, чтобы перестать себя накручивать. Здесь и сейчас я не та, обычная Тейлор. Здесь и сейчас я девушка, которая отправила на больничную койку Луна, пусть и случайно. Я девушка, которая собирается внедриться в особо настырную банду суперзлодеев, чтобы раздобыть информацию о них. Я – пока не придумаю имя получше – Жучок, девушка, которую «Темные лошадки» хотят видеть в своих рядах.

Я бы соврала, если бы сказала, что спустилась по пожарной лестнице, полная уверенности в себе. Впрочем, мне удалось достаточно себя подстегнуть, чтобы нормально спуститься; маска оставалась по-прежнему у меня на голове, костюм – в рюкзаке. Я встала перед ними, огляделась по сторонам, чтобы убедиться, что никого больше поблизости нет, и стянула маску. Несколько ужасающих мгновений я была слепа, видела просто размытые пятна вместо лиц, но затем надела очки, которые тоже держала в рюкзаке.

– Привет, – робко сказала я, разглаживая волосы пятерней. – Наверное, не стоит вам все время звать меня Жучком или новенькой. Я Тейлор.

Называя свое настоящее имя, я крупно рисковала. Я боялась, что через пять минут я и за это буду себя пинать, как в тот раз, когда до меня дошло, что мне придется снять костюм. Пытаясь оправдаться, я объясняла себе, что все равно уже вляпалась в это дело по уши. Сказанная сейчас правда вполне может спасти мою шкуру, если кто-нибудь из них решит раскопать обо мне побольше или если я в их компании наткнусь на кого-нибудь знакомого. Я думала – надеялась, – что к тому времени, когда все это кончится, я смогу привлечь кого-нибудь вроде Оружейника, чтобы он как-то помешал им разгласить мое реальное имя. Это не так уж трудно представить, если учесть уровень безопасности в некоторых тюрьмах для преступников-паралюдей. Так или иначе, будем решать проблемы по мере их возникновения.

Когда я представилась, Алек микроскопически подзакатил глаза, а Брайан просто улыбнулся. Зато Лиза обвила мое плечо рукой и сжала меня в таком вот объятии. Она была чуть старше меня, и ее рост был как раз подходящим для этой штуки. Что застигло меня врасплох, так это то, насколько приятное было ощущение. Как будто я уже очень долго нуждалась в том, чтобы меня обнял кто-то, кроме папы.

Все вместе мы направились дальше в глубь Доков. Хотя я всю жизнь прожила на периферии этого района и большинство людей считало, что окрестности моего дома – часть его, я никогда не бывала в тех местах Доков, которые и создавали им дурную репутацию. Ну, то есть не бывала, если не считать вчерашнюю ночь. А тогда было темно.

За этим местом не очень-то ухаживали, от него исходило ощущение города-призрака; или, может, так выглядел бы город, несколько лет назад покинутый людьми из-за какой-нибудь войны или стихийного бедствия. Между плитками на тротуаре пробивалась зелень, дорога была вся в выбоинах, где запросто могла бы спрятаться кошка, здания обветшали – сплошь облупившаяся краска, потрескавшаяся известка и ржавый металл. На фоне тусклых расцветок домов выделялись яркие граффити. Пересекая дорогу, которая когда-то была главной улицей, соединяющей склады и доки, я увидела линию электропередач, только без проводов. Вьющиеся растения когда-то поднялись по столбам почти до самого верха, но потом умерли и высохли. И сейчас со всех столбов свисала бесформенная бурая масса.

Были на улицах и люди, но немного. Некоторых из них вполне можно было ожидать здесь увидеть, например бездомную нищенку с магазинной тележкой и старика без рубашки, зато с бородой чуть ли не до пупа, – эти двое выискивали банки и бутылки в мусорном баке. Но некоторые из встречных людей меня удивили. Например, женщина, на удивление нормальная на вид, в одежде не настолько истрепанной, чтобы это привлекало внимание. Она вела четырех почти одинаковых маленьких детей в направлении здания фабрики с потускневшей вывеской. То ли они там жили, то ли мать там работала и просто не могла ничего сделать с детьми, кроме как взять их с собой. Мы прошли мимо художника, лет двадцати с небольшим на вид, и его девушки; они сидели на тротуаре, а вокруг были расставлены рисунки. Когда мы проходили, девушка помахала Лизе, и та помахала в ответ.

Нашей целью было фабричное здание из красного кирпича. У здания были массивные металлические скользящие ворота, запертые на цепь. И ворота, и цепь проржавели настолько, что я заподозрила, что от этого всего уже нет проку. Размер ворот и ширина подъездной дороги навели меня на мысль, что в лучшие дни этой фабрики здесь проезжали большие грузовики или провозились небольшие суденышки. Само здание было крупным, в полквартала длиной и в два-три этажа высотой. Под крышей, где было название, стена выцвела, из красной стала бледно-оранжево-розовой, но я все равно различила жирные белые буквы: «Сварка Редмонда».

Брайан провел нас не через большие ржавые ворота, а через маленькую дверь сбоку здания. Внутри было темно, свет проникал только через запыленные окошки под потолком. Я сумела различить то, что когда-то было большими механизмами и испытательными стендами – когда-то, когда с них еще не поснимали что только можно, оставив лишь скелеты. Пустые ржавые оболочки чего-то были в основном завешены тканью. Увидев паутину, я потянулась во все стороны своей способностью и нащупала кругом букашек. Здесь очень долгое время никто не активничал.

– Пошли, – сказал мне Брайан. Обернувшись, я увидела, что он был уже на полпути к спиральной лестнице в углу. Я направилась туда же.

После запустения первого этажа то, что я увидела на втором, повергло меня в шок. Это был лофт, и с первым этажом он контрастировал потрясающе. Внешние стены были из красного кирпича; потолка не было – только крыша и поддерживающий ее скелет из металлических балок. Вся площадь лофта, похоже, была поделена на три секции, хотя судить однозначно было трудно из-за открытой планировки.

Лестница вела в то, что я бы назвала гостиной, хотя по площади эта одна комната была почти как весь первый этаж моего дома. Пространство разделяли два дивана, стоящие под прямым углом друг к другу. Перед диванами был кофейный столик и один из самых больших телевизоров, какие я когда-либо видела. Под телевизором валялось полдесятка игровых приставок, DVD-плеер и парочка устройств, которые я не опознала. Я предположила, что у них может быть и TiVo[1], хотя я сама такую штуку никогда не видела. По обе стороны от всего этого стояли динамики большего размера, чем телевизоры у нас с папой дома. За диванами были столы, пустое пространство с ковриками и стеллажи возле стен. Наполовину эти стеллажи заполняли книги и журналы, на вторую половину – всякая всячина, начиная от выброшенных ботинок и кончая свечками.

Вторая секция представляла собой несколько комнат. Правда, комнатами их назвать было трудно – скорее это были кабинки, по три возле каждой стены, и коридор между ними. Они были приличного размера, и в каждую вела своя дверь, но стены комнат были всего футов восемь в высоту, до крыши они не доходили. На трех дверях виднелись изображения, сделанные баллончиками. На первой – корона в стиле драматичного граффити. На второй – белые силуэты мужчины и женщины на синем фоне, очень похожие на знаки «мужчина» и «женщина», постоянно встречающиеся возле туалетов. На третьей двери было изображено лицо девушки с губами уточкой. Интересно, какая история была здесь.

– Красиво нарисовано, – произнесла я, показав на дверь с короной, и почувствовала себя довольно глупо из-за того, что сказала вот это первым делом, едва войдя сюда.

– Спасибо, – ответил Алек. Это означало, похоже, что рисовал он.

Я еще раз огляделась. В дальней части лофта, последней, третьей секции, стоял большой стол и какие-то шкафчики. Получше рассмотреть, что там, я не могла – для этого мне пришлось бы пересечь весь лофт, – но решила, что там, скорее всего, их кухня.

Повсюду был бардак. Мне казалось почти что грубым даже просто обращать на это внимание, но на одном из столиков была стопка коробок из-под пиццы, на кофейном столике перед диванами – две грязных тарелки, на спинке одного из диванов висела какая-то одежда. Я увидела целую пирамиду банок с газировкой или пивом на столе в дальней части лофта. Впрочем, бардак был не настолько серьезным, чтобы оскорблять глаз. Такой вот беспорядок, заявляющий… что-то вроде «Это наше место». Без присмотра взрослых.

– Завидую, – совершенно искренне призналась я.

– Трехнутая, – сказал Алек. – Чему ты завидуешь?

– Я в смысле, здесь классно, – пояснила я чуть оправдывающимся тоном.

Прежде чем Алек успел ответить, это сделала Лиза:

– По-моему, Алек имел в виду, что теперь это и твой дом тоже. Это штаб-квартира команды, а ты уже в команде.

– А, – произнесла я, чувствуя себя дурой. Лиза и Алек направились вглубь гостиной, Брайан – в дальний конец лофта. Лиза подала знак, чтобы я шла за ними, и я послушалась. Алек разлегся на диване, заняв его целиком. Тогда я села на второй, с противоположного конца от Лизы.

– Комнаты, – сказала Лиза. – Дальняя сторона, оттуда к нам: комната Алека, уборная, моя, – это значило, что комната Алека – та, что с короной, а на двери Лизы было лицо с губами уточкой. Лиза тем временем продолжала: – Ближняя сторона: комната Рэйчел, комната ее собак и кладовка.

Лиза чуть помолчала, потом кинула взгляд на Алека и спросила:

– Думаешь, она…

– Дык, – оборвал ее Алек.

– Что? – спросила я, ничего не понимая.

– Мы вычистим кладовку, – решила Лиза. – Чтобы у тебя была комната.

Я растерялась.

– Вам необязательно так делать для меня, – сказала я Лизе. – Мне есть где жить.

Лиза скривила почти страдальческую рожицу. Потом спросила:

– Можно мы просто это сделаем и не будем поднимать бучу? Будет гораздо лучше, если у тебя здесь будет свой уголок.

Должно быть, я выглядела совершенно сбитой с толку, потому что Алек стал объяснять:

– У Брайана есть квартира, и он очень настойчиво заявлял, что здесь ему комната не нужна… Они с Лизой из-за этого постоянно цапаются. Если он ранен и не может вернуться к себе, ему здесь негде спать, кроме как на диване, и некуда деть свои вещи, так что он их раскидывает повсюду. Возьми комнату. Окажешь услугу нам всем.

– Ладно, – сказала я. Потом добавила: – Спасибо, – за объяснение и за комнату в равной степени.

– В последний раз, когда он дрался с Теневой Охотницей, он вернулся и искровянил белый диван, – проворчала Лиза. – Он стоил девятьсот баксов, и нам пришлось его менять.

– Чертова Теневая Охотница, – посочувствовал Алек.

Брайан вернулся из дальней части лофта и на повышенной громкости (чтоб его приближение было слышно) произнес:

– Рэйч тут нет, ее собак тоже. Видимо, выгуливает их или работает. Черт. Когда ее нет, я всегда на взводе.

Подойдя к диванам, он увидел, что Алек занял один из них.

– Убери ноги, – сказал ему Брайан.

– Я устал. Сядь на другой, – пробормотал Алек, прикрыв лицо рукой.

Брайан посмотрел на нас с Лизой, и Лиза подвинулась, давая ему место. Кинув сердитый взгляд на Алека, Брайан сел между нами, девушками. Я тоже подвинулась и сунула одну ногу под себя, чтобы ему не было тесно.

– Значит, дело такое, – принялся объяснять Брайан. – Два косаря в месяц – просто за то, чтобы быть в команде. Это означает, что ты помогаешь решать, какие дела мы берем, ты участвуешь в делах, ты активна и на связи, когда нам нужно позвонить.

– У меня нет телефона, – призналась я.

– Мы тебе достанем, – сказал он, как будто это вообще не было проблемой. Кстати, вероятно, и не было. – Обычно мы за каждое дело получаем от десяти до тридцати пяти косарей. И делим на четыре части… на пять, раз ты в команде.

Я кивнула, потом медленно выдохнула.

– Это немало.

Брайан тоже кивнул и легонько улыбнулся.

– Да. Теперь твоя очередь. Насколько ты в теме, кто против нас?

Я поморгала, потом ответила уклончиво:

– Ты про других здешних Плащей? Я собирала информацию в сети, несколько лет регулярно читала журналы про Плащей, а когда получила способности, стала читать больше… Но на самом деле не знаю. Если последние двадцать четыре часа и научили меня чему, так это тому, что я по-любому до фига всего не знаю и узнАю только на собственной шкуре.

Брайан улыбнулся. В смысле, по-настоящему улыбнулся. Сейчас от него исходило ощущение мальчишки, а не почти взрослого парня. Он ответил:

– Этого многие не понимают, ты в курсе? Я попробую поделиться тем, что знаю, чтобы тебя не застали врасплох, но если ты в чем-то не уверена, не стесняйся спрашивать, идет?

Я кивнула, и его улыбка стала шире. Он издал добродушный смешок и сказал:

– Ты представить себе не можешь, какое облегчение, что ты воспринимаешь это всерьез. Потому что некоторым… – он сделал паузу, чтобы податься вперед и пнуть край дивана, на котором лежал Алек, – …приходится выворачивать руки, чтобы заставить их слушать, а некоторые, – он ткнул большим пальцем себе за правое плечо, – думают, что и так всё знают.

– Я на самом деле все знаю, – подала голос Лиза. – Это моя способность.

– Что? – сказала я, не дав ответить Брайану. Мое сердце забилось чаще, хотя я изначально была не то чтобы спокойна. – Ты всеведущая?

– Не, не, ­- рассмеялась Лиза. – Но я реально много чего знаю. Моя способность мне подсказывает.

Я сглотнула и, надеясь, что это не привлекло ничье внимание, спросила: «Например?»

Например, зачем я присоединилась к их команде?

Лиза подалась вперед и оперлась локтями о колени.

– Например, откуда я узнала, что ты в библиотеке, когда послала тебе письмо. Если бы я захотела и если бы умела, то наверняка вычислила бы – взломала базу данных сайта, прошерстила логи и нашла, с какого адреса ты законнектилась, – но моя способность просто рраз, – она щелкнула пальцами, – и я проскакиваю все эти шаги.

– А зачем именно ты упомянула, что знаешь, где она? – поинтересовался Брайан чуть-чуть слишком спокойным голосом.

– Хотела посмотреть, как она среагирует, вот и подпихнула слегка, – ухмыльнулась Лиза.

– Да черт же побери… – начал Брайан, но Лиза отмахнулась:

– Я просвещаю новенькую. Поори на меня позже.

Не дав ему шанса ответить, она повернулась ко мне и пояснила:

– Моя способность заполняет дырки в моих знаниях. Обычно мне для разгона какая-то информация нужна, но я пользуюсь деталями, которые мне дает моя способность, чтобы вычислить что-то еще, и вот так оно само себя дополняет и дает мне постоянный приток инфы.

Я сглотнула.

– И ты знала вчера ночью, что скоро прибудет Плащ?

– Ага, – кивнула она. – Можешь назвать это хорошо обоснованной догадкой.

– И что произошло в ШКП, ты так же узнала?

Улыбка Лизы стала шире.

– Признаюсь, тут я смухлевала. С моей способностью очень легко можно угадывать пароли. Я пошарилась по цифровой документации ШКП, и теперь, когда мне скучно, могу смотреть реалити-шоу через их камеры видеонаблюдения. Это полезно, потому что я не только очищаю от шелухи то, что вижу, слышу и читаю, но моя способность еще и подкидывает мне всякие мелочи вроде изменений в их распорядке и командной политике.

Я уставилась на нее; изрядная часть меня была в ужасе от того, что я влезла «кротом» в банду, где есть девушка с суперинтуицией.

Приняв мое молчание за восхищение, Лиза улыбнулась своей хитрой ухмылкой.

– Это не настолько круто. Все-таки мне лучше всего удаются конкретные штуки. Где что находится, какой момент самый подходящий, шифры, все такое. Я могу что-то прочесть по изменениям в языке тела или в распорядке, но это не так надежно и большой головняк. Информационная перегрузка, понимаешь?

Это я понимала: ее объяснение повторило мои собственные мысли по поводу умения видеть и слышать через моих букашек. Тем не менее намного лучше мне от ее слов не стало.

– И хотя она много знает, – сказал Брайан, по-прежнему сердито глядя на Лизу, – это вовсе не значит, что иногда она не ведет себя как полная дура.

Лиза ущипнула его за руку.

– А у вас какие способности? – спросила я Брайана и Алека в надежде на смену темы.

Ответить мне они не успели. Я услышала снизу лай. А всего через долю секунды я уже стояла в трех шагах от дивана. Три рычащих пса прижимали меня к стене, и слюна летела во все стороны из их пастей, клацающих и лязгающих в попытках достать мои руки и лицо.

 

Предыдущая            Следующая

[1] TiVo – устройство для цифровой записи телепередач, идеологически близкое к видеомагнитофону.

Leave a Reply

ГЛАВНАЯ | Гарри Поттер | Звездный герб | Звездный флаг | Волчица и пряности | Пустая шкатулка и нулевая Мария | Sword Art Online | Ускоренный мир | Another | Связь сердец | Червь | НАВЕРХ