Предыдущая            Следующая

 ПРОНИКНОВЕНИЕ 2.6

Я пришла в костюме. Мне было плевать, сочтут они это грубостью или паранойей, но я предпочитаю сохранить шансы на выживание, если припрет, чем изображать паиньку.

Я доехала на автобусе от библиотеки до дома и надела костюм под обычную одежду. Большинство бронесекций моего костюма были отделяемыми – они удерживались ремешками, пропускаемыми сквозь щели в ткани. Большинство, но не все. Часть брони я включила непосредственно в сам костюм: узкие, длинные сегменты проходили по центру груди, спины, голеней, запястий, бедер и поверх плеч. Я сделала так, что, когда я надевала более крупные секции, бороздки на их внутренней стороне совпадали с теми сегментами и все вместе удерживалось, не болтаясь. Прежде чем выйти из дома, я оглядела себя в зеркале и решила, что вряд ли кто-нибудь что-нибудь заметит, если только я не буду принимать странных поз и никто не будет специально разглядывать, как я одета. Поверх костюма на мне была свободная одежда: одна из самых больших моих пар джинсов и свитер, – но все равно я не могла избавиться от ощущения, что выделяюсь.

Я сменила маршрут по сравнению с прошлой ночью. Нашла безлюдный переулок, быстро натянула маску, сняла верхнюю одежду и сунула в один из старых папиных рюкзаков. Вчера ночью, прежде чем отправиться на патрулирование, я рюкзак спрятала, но сейчас предпочла взять его с собой. Закончив приготовления, я направилась к другому выходу из переулка.

Подойдя поближе к месту ночной заварушки, я отправила на разведку дюжину мух. И сосредоточилась на их ощущениях.

Не стоит, видимо, даже говорить, что насекомые чувствуют совсем иначе, чем мы. Более того, они и ощущают, и обрабатывают свои ощущения на совершенно других скоростях. В результате сигналы, которые моя способность могла переводить и посылать ко мне в мозг так, чтобы он мог их переваривать, оказывались как бы приглушены. Визуальная информация поступала в виде этаких чернильных клякс – перемежающихся светлых и темных пятен, то размытых, то слишком четких. Сосредотачиваться на звуках было почти больно: они раскладывались на басовые вибрации, от которых у меня рябило в глазах, и высокочастотные звуки, несколько напоминающие скрип ногтей по стеклу. Умножьте это на сто, на тысячу, на десять тысяч, и результат будет ошеломляющим. Когда я еще не привыкла к своей способности, то просто не могла ее удерживать. Сенсорная перегрузка ни разу не причинила мне реального вреда, но ощущения были просто кошмарные. Сейчас я научилась держать эту часть своей способности выключенной девяносто девять процентов всего времени.

Моим любимым способом восприятия мира через букашек было осязание. Дело не в том, что их осязание передавалось мне намного лучше, чем слух и зрение, – просто я могла легко определять, где они находились по отношению ко мне. Я отлично ощущала, когда они были неподвижны, когда двигались и когда что-то двигало их. Это передавалось мне очень четко.

Итак, я отправила насекомых на разведку. Сперва двенадцать пар фасеточных глаз засекли троицу как размытые силуэты наверху более крупной и отчетливой тени; силуэты были подсвечены белым сиянием – наверняка от солнца. Я скомандовала мухам приблизиться к «головам» фигур, и они прикоснулись к коже. Ни на ком из троих не было масок; я решила, что этого достаточно, чтобы поверить словам Ябеды. Да, они были без костюмов. Не было полной гарантии, что это действительно Ябеда, Мрак и Регент, но я почувствовала себя достаточно уверенно, чтобы направиться к пожарной лестнице и подняться на крышу.

Это они, сомнений не было. Я узнала их даже без костюмов. Двое парней и девушка. У девушки были светлые волосы, заплетенные в свободную косу, россыпь веснушек на переносице и та же хитрая улыбка, которую я видела прошлой ночью. На девушке была черная футболка с длинными рукавами и принтом в стиле граффити и джинсовая юбка до колен. Меня удивил бутылочно-зеленый цвет ее глаз.

Более низкий и младший из парней – примерно моего возраста – был, несомненно, Регентом. Я узнала копну черных кудрей. Он выглядел приятно, но не в том смысле, чтобы его можно было назвать красивым. Симпатичный, с треугольным лицом, светло-синими глазами и пухлыми губами, которые сейчас были слегка надуты. На мой взгляд, это был французский или итальянский типаж. Я легко могла себе представить, как на него толпами вешаются девушки, но меня саму он не особо заинтересовал. Мальчики-красавчики – Леонардо Декаприо, Маркус Фирт, Джастин Бейбер, Джонни Депп – никогда меня особо не впечатляли. Парень был одет в белую курточку с капюшоном, джинсы и кроссовки; он сидел на приподнятом козырьке крыши и держал в руке бутылку колы.

У Мрака, напротив, внешность была потрясающая. Минимум на фут выше меня, он обладал шоколадной кожей, афрокосичками до плеч и мощной, мужественной челюстью, какая ассоциируется обычно с супергероями. На нем были джинсы, ботинки и простая зеленая футболка – на мой взгляд, довольно легкая одежда для весны. И еще я заметила, что у него мускулистые руки. Этот парень явно качался.

– Вот и она, – радостно заявила Ябеда. – Плати.

На секунду Регент надулся еще сильнее, потом пошарил в кармане, достал пачку денег и передал Ябеде.

– Вы спорили, приду я или нет? – спросила я.

– Мы спорили, придешь ли ты в костюме, – сообщила Ябеда. Потом добавила (больше Регенту, чем мне): – И я выиграла.

– Опять, – пробормотал Регент.

– Ты сам виноват, что влез в спор, – сказал Мрак. – Даже и не с Ябедой – все равно пари было дурацкое. Прийти в костюме – самое разумное. Я сам бы так и поступил.

У него был приятный голос. Взрослый, хотя по виду мне показалось, что ему где-то под двадцать.

Он протянул мне руку.

– Привет, я Брайан.

Я пожала его руку; он не постеснялся сжать мою довольно крепко.

– Наверное, можешь звать меня «Жучок». По крайней мере, пока я не придумаю что-нибудь получше или пока не решу, что это не какой-нибудь хитрый фокус.

– Ладно, – пожал плечами он. В его голосе не было ни намека на обиду по поводу моей подозрительности. Мне почти стало совестно.

– Лиза, – представилась Ябеда. Она не протянула руку, но мне показалось, что, если бы протянула, это выглядело бы неуместно. Не то чтобы она казалась недружелюбной, но не было у нее той ауры доброжелательности, какая была у Мрака.

– Я Алек, – тихим голосом сообщил мне Регент, потом добавил: – А Суку зовут Рэйчел.

– Рэйчел не пришла, – сказал Мрак. – Она не согласилась с целью нашей встречи.

– Что порождает вопрос, – подхватила я. – Какова цель нашей встречи? Мне малость странно, что вы, ребята, так легко раскрываете свою секретную личность… или, по крайней мере, делаете вид.

– Прости, – извинился Мрак… Брайан. – Это была моя идея. Я решил, что стоит создать атмосферу доверия.

Мои глаза за желтоватыми линзами маски прищурились, я переводила взгляд между Лизой, Алеком и Брайаном. По выражениям их лиц я ничего не смогла прочесть.

– И зачем вам нужно мое доверие? – поинтересовалась я.

Брайан открыл рот, потом закрыл. Посмотрел на Лизу – та наклонилась и подобрала пластиковый контейнер для еды. Потом протянула мне.

– Я сказала, что за нами должок. Это все твое, в любом случае.

Не беря контейнер в руки, я склонила голову, чтобы лучше рассмотреть переднюю стенку.

– Александрия. Мой любимый член Протектората, когда я была маленькая. Контейнер коллекционный?

«Открывай», – движением глаз предложила Лиза.

Я взяла его. По весу и движению содержимого я сразу догадалась, что там. Отщелкнув клипсы, я открыла контейнер.

– Деньги, – выдохнула я, застигнутая врасплох тем, что у меня внезапно оказалось так много. Восемь пачек, перетянутых бумажными лентами. На каждой ленте перманентным маркером было написано число. Двести пятьдесят на восемь…

Лиза ответила, прежде чем я успела перемножить в уме:

– Два косаря.

Я закрыла и защелкнула контейнер. Не зная, что сказать, я стояла молча.

– У тебя есть два варианта, – принялась объяснять Лиза. – Ты можешь принять это как подарок. Как наше спасибо за то, что, нарочно или нет, спасла вчера наши задницы от Луна. И, может, как небольшой стимул считать нас своими друзьями, когда будешь в костюме делать свои темные делишки.

Ее ухмылка стала шире, словно она сказала что-то забавное. Может, дело было в иронии того, как злодейка говорит о «темных делишках», а может, в том, как банально эта фраза прозвучала. Лиза тут же пояснила:

– Со всеми этими спорами за территорию, различиями в идеологии, обычной грызней за власть и за свое эго мало кто в здешнем злодейском сообществе не напал бы на нас, как только увидел.

– А второй вариант? – спросила я.

– Ты можешь считать это первой зарплатой, которую ты будешь получать каждый месяц как одна из «Темных лошадок», – произнес Брайан. – Как одна из нас.

Я обвела взглядом всех троих, пытаясь понять, где тут шутка. На губах у Лизы по-прежнему играла слабая улыбка, но я начала подозревать, что это ее выражение лица по умолчанию. У Алека был вид скорее скучающий. У Брайана – убийственно серьезный. Блин.

– Две тысячи в месяц, – сказала я.

– Нет, – тут же возразил Брайан. – Это всего лишь то, что босс платит нам, чтобы мы были вместе и наготове. Зарабатываем мы, эээ, намного больше.

Лиза ухмыльнулась. Алек хихикнул, взболтнув содержимое своей бутылки. Я мысленно отметила слово «босс».

Не желая отвлекаться от существа вопроса, я еще раз прокрутила в голове предыдущий разговор с учетом этого предложения работы.

– Значит, Сука не пришла, потому что была против этого, эээ, рекрутирования? – спросила я.

– Да, – кивнул Алек. – Мы голосовали, и она сказала нет.

– Зато остальные проголосовали «за», – поспешно добавил Брайан и кинул на Алека уничтожающий взгляд. – Она передумает. Она всегда голосует против пополнения группы, потому что не хочет делить деньги на пятерых.

– Значит, вы уже рекрутировали кого-то раньше, – сделала вывод я.

– Мм, да, – Брайан поскреб в затылке с чуть смущенным видом. – Но вышло не очень. Мы пытались пригласить Огнемет, но мы даже предложить ей не успели, а она уже перетрусила. Наша вина, не надо было тогда брать с собой Рэйчел.

– И потом ее взяли куда-то еще, – добавил Алек.

– Ага, – пожал плечами Брайан. – Ее утащила Разрывашка, прежде чем мы успели попробовать опять. Еще приглашали Циркачку, но она ясно дала понять, что работает одна.

– В процессе объяснения я выучил несколько новых ругательств, – сказал Алек.

– Да, о своей привычке работать соло она нам сообщила довольно звучно, – признал Брайан.

– Стало быть, вы сделали крюк, да еще и без костюмов в знак доверия и с деньгами, чисто чтобы я к вам присоединилась, – подытожила я; все части мозаики сошлись.

– В целом да, – согласился Брайан. – Общая ситуация вот какая: сейчас, когда Лун выведен из игры и АПП ослаблены, наверняка начнется грызня и толкотня за территорию и влияние между разными группами и командами. Мы, «Экипаж Разрывашки», остатки АПП, «Воинство Восемьдесят Восемь», одиночные злодеи и всякие прочие шайки и банды, которые решат, что могут пролезть и отхватить себе кусочек Бея. Если дойдет до дела, нам будет нужна дополнительная сила. До сих пор мы не запороли ни одного дела, но мы трое считаем, что рано или поздно влезем в драку, которую нам не выиграть, – из нас всех только Сука может реально раздавать пендели.

– Я просто не могу понять, зачем вам я. Я управляю букашками. Это не остановит ни Александрию, ни Прославленную, ни Эгиду.

– Ты отхреначила Луна, – пожала плечами Лиза. – По мне так этого достаточно.

– Эм, вообще-то нет, – ответила я. – На случай если вы не заметили, это вы вчера ночью помешали ему меня казнить. Лишний раз доказывает то, что я только что сказала.

– Лапочка моя, – сказала Лиза. – Против Луна выступали целые команды, и им всем отрывали задницы. Тебе удалось сделать то, что удалось, и это просто фантастика. А то, что сейчас этот засранец из-за тебя лежит в больнице, – просто вишенка на торте.

Мой ответ застрял у меня в горле, так и не выйдя наружу. Мне удалось лишь обалделое «э?».

– Ну да, – Лиза приподняла бровь. – Ты ведь в курсе, кем именно ты его кусала? Черная вдова, коричневый отшельник, златогузка, милдей, огненные муравьи…

– Да, да – перебила я ее. – Официальных названий я не знаю, но точно знаю, кто его кусал, кто жалил и что делают их яды.

– Тогда что тебя удивляет? У парочки тех крошек даже один укус нахрен опасен, а ты их заставила кусать по нескольку раз. Это уже паршиво, но плюс к этому, когда Луна доставили в тюрьму, его там обследовали местные доки, и главный идиот сказал что-то вроде: «А, да, это реально похоже на укусы насекомых и пауков, но по-настоящему ядовитые много раз не кусают. Давайте проверим его через несколько часов».

Я уже догадывалась, куда все идет. Прижала руки ко рту и прошептала:

– О господи.

Ябеда ухмыльнулась.

– Не могу поверить, что ты не знала.

– Но он же регенерирует! – запротестовала я, опустив руки. – Токсины же даже на один процент не должны действовать на людей, которые так круто лечатся.

– Похоже, они действуют достаточно хорошо, а может, его регенерация отключилась где-то на полпути, – сообщила Лиза. – К тому времени, когда они до него добрались, у большого парниши как раз начался грандиозный некроз тканей. У него даже сердце несколько раз останавливалось. Ты ведь помнишь, куда именно твои букашки его кусали?

Я закрыла глаза. Я прямо видела, как моя репутация летит в тартарары. Среди пауков, которых я применила, был коричневый отшельник. Некоторые считают, что это самый опасный паук в Соединенных Штатах, опаснее даже, чем черная вдова. Одного укуса коричневого отшельника достаточно, чтобы плоть вокруг этого места почернела и отвалилась. А я заставила своих тварюшек кусать Луна в самые чувствительные места.

– Скажем так: даже несмотря на то, что он лечится в несколько раз быстрее обычного человека, Луну пока что придется пИсать сидя.

– Хватит, – вмешался Брайан, не дав Лизе продолжить. – Лун ведь восстановится, да?

Он одарил Лизу таким взглядом, что я подумала, что она сейчас соврет, независимо от того, какова правда. Лиза пожала плечами и сказала мне:

– Он уже восстанавливается. Медленно, но верно, и придет в рабочую форму через полгода – год.

– И лучше бы тебе надеяться, что он не сбежит, – произнес Алек тихо, но мечтательно. – Если бы мне кто-нибудь оттяпал причиндалы, я бы точно захотел его разорвать.

Брайан ущипнул себя за переносицу.

– Ну спасибо, Алек. Вы оба так распинаетесь, что наш потенциальный новобранец удерет и словит паническую атаку еще раньше, чем ему придет в голову идея присоединиться к «Темным лошадкам».

– Откуда ты знаешь? – произнесла я, едва эти слова пришли мне в голову. Брайан повернулся ко мне с таким видом, будто он решил, что чем-то меня оскорбил, и я пояснила: – Ябеда, или Лиза, или как мне тебя звать. Откуда ты знаешь все это про Луна… или что я была в библиотеке, или что тот Плащ был на подходе вчера ночью?

– В библиотеке? – вмешался Брайан, кинув на Лизу еще один угрюмый взгляд.

Лиза пропустила вопрос Брайана мимо ушей и подмигнула мне.

– У девочек должны быть свои секреты.

– Что мы до сих пор ни разу не облажались – это наполовину благодаря Лизе, – сказал Алек.

– А почти на всю оставшуюся половину – благодаря боссу, – закончила за него Лиза.

– Это ты так считаешь, – проворчал Брайан. – Но давайте сейчас в это не углубляться.

Лиза улыбнулась мне и сказала:

– Если хочешь всю картину, чем мы занимаемся, – боюсь, она прилагается только к членству. Я только могу сказать тебе, что мы хорошая команда. У нас суперские достижения, мы работаем ради драйва и бабок. Никаких великих целей. Никакой ответственности.

Я поджала губы под маской. Конечно, кое-какую информацию я раздобыла, но вопросов было куда больше. Кто этот босс, которого они упомянули? Может быть, он или она управлял и другими командами успешных злодеев в Броктон-Бее или где-нибудь еще? Что давало этим ребятам такую эффективность, и не смогу ли я как-то позаимствовать или скопировать это для себя?

В конце концов, не то чтобы я сейчас подписывала договор кровью. А приобрести могла так много.

– Ладно, я в деле, – сообщила я им.

 

Предыдущая            Следующая

Leave a Reply

ГЛАВНАЯ | Гарри Поттер | Звездный герб | Звездный флаг | Волчица и пряности | Пустая шкатулка и нулевая Мария | Sword Art Online | Ускоренный мир | Another | Связь сердец | Червь | НАВЕРХ