Предыдущая            Следующая

КЛУБОК 6.4

«Благодаря скоординированным действиям Протектората и Защитников Броктон-Бея местная банда, именуемая АПП, или «Азиаццки плохими парнями», разгромлена».

Мы с Брайаном вернулись в лофт как раз вовремя, чтобы услышать новостной выпуск. Лиза, Алек, Сука и три ее пса сидели на диванах.

«Героями дня стали юные Защитники Хроноблокер и Виста, сыгравшие ключевую роль в подавлении кризиса, связанного с супербомбой, которой, по неофициальной информации, суперзлодейка Бакуда угрожала городу в попытке получить выкуп и гарантировать себе безопасность. Эксперты отказались приводить какие-либо конкретные цифры, но, по утверждению одного из местных Плащей, мощность супербомбы составляла девять тысяч килотонн. Это устройство, по разрушительной силе сопоставимое с атомными бомбами, было собрано из предметов домашнего обихода, какие можно найти на каждом углу, после того как беспорядки в Доках и давление со стороны местных властей вынудили предположительного изготовителя бомбы найти укрытие на заброшенной лодочной станции. Если бы не усилия Защитников, сегодня мог бы быть черный день для нашей нации.

Как бы мы ни желали получить передышку для грустных размышлений, другие местные злодеи не выказали намерения оставить прошлое в прошлом. Менее чем через час после того, как предполагаемый лидер АПП Лун и его гипотетическая сообщница Бакуда были взяты под стражу, головные офисы корпорации «Медхолл» были атакованы вооруженными людьми, и беспорядки привлекли внимание местной арийской группировки злодеев «Воинство Восемьдесят Восемь». Это, по-видимому, спровоцировало лавину крупных инцидентов, более шести за последний час…»

Лиза приглушила звук и развернулась на диване к нам с Брайаном.

– Перескажу в общих чертах. «Странники» за час ударили по галерее искусств и по аэропорту. Змей и «Воинство Восемьдесят Восемь», похоже, стараются компенсировать потерянное время и сейчас на волосок от открытой войны. «Торговцы» – компания Чиркаша – пользуются хаосом и пытаются сделать то, что делали АПП, только с местными торчками и бомжами и с нулевым уровнем контроля над ситуацией… Они далеко не продвинутся, но помародерствовать успеют знатно.

– Стало быть, перемирию конец, – сказала я. Не предполагалось ли, что с исчезновением АПП все станет лучше? И почему я чувствовала, что частично ответственна за все это?

– Похоже, все стояли наготове у стартовой ленточки и только ждали выстрела, – заметил Алек.

– Кроме нас, – указал Брайан.

– Не совсем, – покачала головой Лиза. – Через пять минут после атаки на «Медхолл» мы получили сообщение от босса. У него есть для нас работа – возможно, самая большая наша работа за все время, – но это самое время поджимает. Поэтому я всех и созвала.

Брайан сложил руки на груди.

– В общем, так, – начала Лиза. – В городе уныние. Город боится, и обстановка не успокаивается, как все надеялись. То, что мы в последний момент увернулись от большого дерьма с этой супербомбой? Нисколько не помогло.

Одновременно с монологом она что-то печатала на ноуте.

– И в придачу ко всему они там не очень хорошо будут выглядеть, когда местные СМИ пронюхают, что немалая часть борьбы с АПП пришлась на долю злодеев. Улавливаете, к чему я клоню? Они все равно планировали где-то в эти дни организовать благотворительный сбор средств, а теперь еще мэр собирается устроить торжество, чтобы продвинуть идею, что главные игроки здесь – хорошие парни. Результат? Сбор средств-дефис-торжество с участием Протектората, Защитников, сил ОПП, копов и всех таких прочих. Сегодня вечером. Большинство людей из Защитников и «Новой волны» в это время будет за них пахать по защите города, потому что мэр ставит первым приоритетом пиар.

– Мне не нравится, в каком направлении идет этот разговор, – сказала я ей.

Лиза подняла ноутбук и поставила на спинку дивана экраном к нам с Брайаном. Там была страница с подробностями мероприятия, ссылками на продавцов билетов и изображением компании в смокингах и вечерних платьях.

– Там будет Протекторат, часть Защитников, сливки Броктон-Бея, их друзья и родичи и все, кто готов раскошелиться за билет. Босс хочет, чтобы мы их, цитата, поставили в неловкое положение, конец цитаты.

Повисло несколько ошарашенное молчание. Я кинула взгляд на Суку и Алека и по их лицам сделала вывод, что они это уже слышали. Но, в противоположность тому разу с ограблением банка, они сейчас не светились энтузиазмом.

Брайан захихикал. Вскоре это хихиканье переросло в раскатистый смех.

Я не стала дожидаться, когда он отсмеется, и высказала что думаю:

– Ты что, с ума сошла? Ты хочешь, чтобы мы, что, вломились на вечеринку, подрочили на людей там и смылись, прежде чем нас арестуют… – тут я замялась в поисках нужных слов, – …арестует половина гребаных героев Броктон-Бея?!

– В общих чертах да, – ответила Лиза, подняв руки успокаивающим жестом. – Хотя более вероятно, что там будет треть героев города.

– Так, – сказала я. – Без обид, Лиза, я тебя обожаю и все такое, но, когда мы грабили банк, ты типа как недооценила, сколько там будет героев. И не забудь еще, что куча героев приперлась из других городов, чтобы помочь с АПП, и с них станется задержаться на вечеринку.

– Это верно, – признала она. – Но…

– И наш план – их позлить? – неверящим тоном переспросила я. – Причем не только их: на вечеринке, видимо, будет мэр, окружной прокурор, шеф полиции… Ты в курсе, что если мы это сделаем и кого-то из нас поймают, его ждет поездка первым классом в Птичью клетку?

– Прости, Лиз, ответ – нет, – сообщил Брайан, все еще с веселым видом. – Меня более чем устроит, если мы позволим другим командам немного порезвиться. Мы свою работу сделали и ничего не потеряем, если на какое-то время просто расслабимся.

– Угу. Не вижу смысла, – произнесла Сука, почесывая Бруту голову.

– Насчет отколоть что-нибудь немного сумасшедшее я всегда первый в списке желающих, – сказал Алек Лизе, – но тут я с Сукой. До фига риска, до фига геморроя. И для чего? Чтоб подергать хороших парней за носы?

– Босс готов заплатить, – ответила Лиза. – Не считая других плюсов.

– Других плюсов? – переспросила я.

– Вы поймите, – вздохнула Лиза. – Не то чтобы я была не согласна с тем, что вы говорите, но вот что я вам могу сказать: это проверка. Босс хочет посмотреть, способны ли мы на это, и если окажется, что способны, мы будем ему ценнее. Намного ценнее.

– А может, это проверка, хватит ли у нас ума не браться за безнадежное задание, – указал Брайан.

– Может быть, – согласилась Лиза. – Лично я так не думаю, но не буду отрицать, что это возможно.

Брайан спросил ее:

– А мы вообще можем отказаться? В смысле – он ведь никогда не заставлял нас брать работу.

– Можем, – особо счастливой она не выглядела.

Брайан нахмурился.

– Полагаю, мы имеем четыре голоса против, это как минимум. Ты, думаю, голосуешь за, Лиз?

– Ага, – ответила она.

– Что ж, если только мы не отказываемся от системы с большинством голосов, ты, видимо, можешь передать боссу: «Спасибо, но нет», – сказал Брайан. Когда Лиза не ответила, он повернулся ко мне. – Не хочешь вместе разобраться с тем кухонным столом и с прикроватным? С меня обед, если…

– Двести пятьдесят! – перебила его Лиза.

Брайан пристально посмотрел на нее.

– Двести пятьдесят…

– …Тысяч, – закончила она за него, уронив руки вдоль тела с почти побежденным видом. – Каждому. Черт. Я хотела привлечь вас прежде, чем ошарашить суммой. Когда я это так говорю, это выглядит как жест отчаяния, но я просто не могу дать вам уйти, чтоб вы не знали, от чего именно мы уходим.

Эти цифры заставили нас всех призадуматься.

– Чисто уточнить… Миллион двести пятьдесят тысяч баксов на пятерых, – произнес Алек. – Вот за это?

– Я сказала уже, – чуть улыбнулась Лиза. – Самая крупная наша работа.

– Если бы босс предложил нам четверть лимона на брата за то, чтобы мы пошли к тем парням и сдались, это было бы почти то же самое, – заметила я.

– Вовсе нет, – ответила Лиза. – У нас реально есть шанс сделать это все и чисто уйти.

– Очень, очень маленький шанс, – указала я.

– У нас есть шанс, – повторила Лиза. – Но если мы это провернем? Если мы докажем боссу, что достойны его времени и усилий? Мы пойдем на повышение. У нас будет больше денег, больше снаряжения, информации, у нас будет право голоса при построении его долгосрочных планов, и все это может трансформироваться в большее уважение в сообществе Плащей.

– Право голоса? – переспросила я. – Что ты имеешь в виду?

– Встречаться с ним, обсуждать, что мы будем делать и зачем.

Смысл, таящийся за этими словами, отправил мои мысли скакать галопом.

– Я меняю свой голос, – сказал Алек. – Такая куча денег – это типа как снимает мою проблему насчет этой работенки, что она бестолковая. Четверть лимона – офигенно толковая штука.

– Два за, три против, – сказала Лиза. – Сука?

Сука нахмурилась.

– Мне надо подумать.

Это был шанс познакомиться с нашим нанимателем, причем в не таком уж далеком будущем. Вопрос был в том, хочу ли я этим шансом воспользоваться. Я все это время прокрастинировала, избегала ненужных мыслей, старалась поменьше думать о своем плане, о том, чтобы сдать их, как только у меня появится последний кусочек информации, о том, откуда берутся деньги. А сейчас мне нужно было принять решение.

Я всю дорогу говорила себе, что сдам их. Передам информацию в Протекторат. Но особого энтузиазма по этому поводу у меня не было. Это значило бы, что я сдаю своих друзей. Я не то чтобы недолюбливала Алека и даже Суку, но в первую очередь я думала о Лизе и Брайане. В смысле, ну, Лиза ведь была моей первой настоящей подругой со времен Эммы. Что касается Брайана, он мне нравился и я его уважала. Я ненавидела саму мысль о том, что я сделаю с ними то же, что Эмма сделала со мной. Что предам друзей.

Я уже оставила надежду заработать этим престиж и уважение. Я ведь уже совершила тяжкие преступления: захватила заложников, напала на других героев, чуть не убила человека, а через пару недель ему же вырезала глаза.

И с этим я вполне смогу жить – смогу обойтись без почестей, дифирамб и всего такого. Я могла себе представить, что какое-то время буду держаться тише воды ниже травы. Если уж совсем невмоготу станет без костюма, то побуду Плащом-одиночкой, избегающим внимания и героев, и злодеев. Или, возможно – возможно – мне удастся попробовать заключить ту же сделку, что Теневой Охотнице, и стать членом Защитников на испытательном сроке. Изначально я держалась подальше от идеи вступить в Защитники из опасения, что это будет слишком похоже на старшую школу… но за последние недели я изменилась. Я дважды бросила вызов Эмме. Трижды, если считать и совещание в школе. Мой внутренний стержень был покрепче, чем месяц назад. Я могла представить себе, как тружусь бок о бок с презирающими меня юными супергероями в качестве наказания за свои злодейства. И это была серьезная перемена по сравнению с прошлыми временами (еще до того, как я вышла в костюме), когда саму идею присоединиться к Защитникам мне трудно было переварить.

Проблема была в том, что на этом пути меня поджидала дикая мешанина из «возможно» и «что если»; каждый шаг грозил катастрофами. Что если мне не предложат испытательный срок в Защитниках, а просто арестуют? Что если «Темные лошадки» избегут ареста и явятся по мою душу? Или по папину?

Все сводилось к людям, которые были сейчас в одной комнате со мной. Дело не только в том, что я предам их, как Эмма предала меня. Хватит ли мне храбрости пройти через то, через что я уже прошла с Эммой, когда люди, которых я люблю и уважаю, станут моими злейшими врагами?

А если я не сделаю выбор, не приму решение… Что ж, если я и дальше продолжу это откладывать, то единственное различие с вариантом «остаться по собственной воле» будет в приличной доле самообмана с моей стороны. Время, проведенное с Брайаном, показало это достаточно ясно.

– Мне кажется… я могу поменять свой голос, – высказала я вслух свою мысль, едва она у меня сформировалась.

На меня изумленно посмотрели все, кроме собак. Особенно Лиза – она аж отшатнулась слегка после моего заявления.

Мне пришлось напрячь всю силу воли, чтобы сохранить свою маску. Если смотреть глобально – было то, что пугало меня больше, чем потеря друзей, больше, чем то, что они будут меня ненавидеть, больше, чем то, что они могут охотиться за мной или за папой. Больше, чем все это, меня пугала мысль, что я буду ненавидеть саму себя. Что я еще через год, пять, десять или двадцать лет буду ненавидеть саму себя за то, что предала свои принципы и пошла по неверной дороге с непредсказуемыми последствиями. Буду ненавидеть себя за то, что пошла по дороге, которая может привести меня в тюрьму без шанса на помощь Оружейника, или может заставить меня обойтись с кем-нибудь невинным так же жестоко, как я обошлась с Луном и Бакудой.

Объединение с «Темными лошадками» полезно в краткосрочной перспективе, да, но в долгосрочной? Я должна придерживаться изначального плана и пытаться убедить себя, что я делаю это все ради большего блага.

Алек поднял брови.

– Ну и ну.

– Что? – спросила я.

– Ты последняя, от кого я ожидал, что он передумает, трехнутая. Ты осторожная, а это самая безумная работа из всех, какие мы брали.

– Моя смена голоса условная, – пояснила я. – Она зависит от того, сможем ли мы придумать план, который дает нам приличные шансы удрать целыми и невредимыми.

– И все-таки обычно ты хвостиком ходишь за Брайаном, все за ним повторяешь, – сказал Алек.

– Спасибо, Алек, – нахмурился Брайан. Потом повернулся ко мне, его брови были сведены, лицо выглядело озабоченным. – Ты уверена?

– Не совсем, – призналась я. – И прости за то, что не поддержала тебя.

– Ты член команды, ты имеешь право голоса.

– Что заставило тебя передумать? – этот вопрос задала Лиза.

Нужно по возможности не вызывать у нее подозрений. Самый надежный способ – держаться правды или как можно ближе к правде.

– Меня раздражает, что я не знаю, кто наш наниматель. Возможны довольно-таки мерзкие варианты, и я предпочла бы узнать чем раньше, тем лучше.

Практически чистая правда.

– Должен признать, мне тоже любопытно, – согласился со мной Брайан. – Вот только… думаю, мне не настолько любопытно, чтобы захотеть взяться за эту работу.

– Если тощая соплячка собирается это сделать, то я позади не останусь, – сказала Сука. – Я тоже меняю голос.

– Соплячка? – переспросила я. – Тощая, да, но, по-моему, я младше тебя максимум на год.

Лиза остановила нас, подавшись вбок и оказавшись таким образом между мной и Сукой.

– Нельзя уходить от темы – у нас всего несколько часов, чтобы все спланировать и подготовиться. У нас четыре голоса за, один против. Похоже, работу мы берем.

Брайан вздохнул.

– Прости, – пробормотала я второе извинение.

Он положил руку мне на плечо.

– Все нормально.

Я заметила, что он не убрал руку сразу же.

Чтобы отвлечься, я спросила Лизу:

– Ну, и как мы это провернем?

Она начала излагать план.

 

Предыдущая            Следующая

Leave a Reply

ГЛАВНАЯ | Гарри Поттер | Звездный герб | Звездный флаг | Волчица и пряности | Пустая шкатулка и нулевая Мария | Sword Art Online | Ускоренный мир | Another | Связь сердец | Червь | НАВЕРХ