Предыдущая            Следующая

 

ГЛАВА 8

 

Несясь сквозь тоннель света, ведущий на площадку в 150 километрах от земли, Харуюки по пути превратился из розового поросенка в дуэльный аватар «Сильвер Кроу». Пролетев сквозь особенно яркое кольцо, он со стуком опустился на металлический пол.

Тут же один за другим раздались четыре стука – это опустились ноги его товарищей. Харуюки медленно распрямился и открыл глаза.

В тот же миг –

– Уоооо, смотри, король! Черный корооооль!!!

– Теперь будет весело! «Нега-Бу» круче всеееех!!!

Вопли сыпались отовсюду, так что Харуюки даже слегка подпрыгнул.

– Что?!.

Он лихорадочно заозирался. Увиденное его ошеломило.

Плоская кольцевидная металлическая площадка. В ее центре – стальная башня, поднимающаяся ввысь. Темно-синее небо, стая белых облаков. Это, вне всяких сомнений, величественное отображение космического лифта «Гермес Корд» в Ускоренном мире, которое Харуюки уже видел несколько дней назад.

Однако теперь вокруг башни имелось три колоссальных штуки, которых он по прошлому разу не припоминал.

Это, как ни посмотри, были «зрительские трибуны». Напоминающие по форме растянутые по горизонтали на полсотни метров лестницы, они висели чуть выше площадки, на которой стояли Харуюки и остальные. На каждой трибуне было четыре ряда стоячих мест, и эти места занимало множество аватаров всех мыслимых размеров и цветов. На всех трибунах вместе было, на глаз, человек пятьсот как минимум. Иными словами, здесь собралось больше половины всех существующих Бёрст-линкеров.

– Это… просто супер…

– Ага, в жизни не видела столько народу…

Так пробормотали стоящие рядом с Харуюки Сиан Пайл и Лайм Белл, явно тоже находящиеся в полном обалдении. Блэк Лотус и Скай Рейкер сохраняли спокойствие, как и ожидалось, но и они почти наверняка испытывали сейчас целую бурю чувств. Они молча смотрели вверх, в небо.

– …Как они все сюда занырнули?.. – пробормотал Харуюки. Ответ пришел откуда-то сзади.

– Распространялись зрительские карты-телепортеры.

– Аа, понятно… Хех, значит, система и добрые дела время от времени делает… стоп, уаааа?!

Крутанувшись на месте, он обнаружил стройный темно-красный аватар, подошедший совершенно незаметно. Даже не видя маску с треугольными ушами и длинный хвост, Харуюки бы мгновенно узнал члена Красного легиона «Проминенс» Блад Лепард, или, если коротко, Пард-сан. Чуть подальше стояли и тихо переговаривались еще четверо – скорее всего, ее команда. Все они были опытными Линкерами, которых Харуюки несколько раз видел, но алого аватара в виде маленькой девочки среди них не было.

– П-привет, здравствуй, Пард-сан.

– Сап[1], – как обычно, сверхкомпактно поздоровался леопардоголовый аватар. Харуюки тихо спросил:

– Эмм… Нико не пришла?

– Она очень хотела участвовать, но по «Договору о ненападении» шести больших легионов королям запрещено сражаться друг с другом даже в подобных мероприятиях. Она просила тебе передать: «Борись минимум за второе место, и удачи».

– А… ага.

Представив себе раздраженное лицо и голос Нико, Харуюки невольно улыбнулся и задал следующий вопрос.

– Тогда, эээ… может, наши команды будут работать вместе, пока не окажемся у финиша?..

Однако Блад Лепард не ответила. Отведя взгляд от Харуюки, она бесшумно зашагала вперед. Прошла между Такуму и Тиюри, прошла даже мимо Черноснежки – прямо к аватару небесного цвета в серебряной инвалидной коляске.

Два Бёрст-линкера, в прошлом множество раз сражавшиеся между собой, молча смотрели друг на друга. В их взглядах не было враждебности, и тем не менее между ними тут же возникла наэлектризованная атмосфера, так что даже шум вокруг, казалось, поутих.

Через несколько секунд Пард-сан сделала шаг назад, окинула взглядом всех членов черной команды, потом вновь повернулась к Скай Рейкер и произнесла:

– Мы будем бороться за победу в полную силу.

Это заявление означало, по сути, что, хоть между двумя легионами и были дружественные отношения, ни о каком сотрудничестве между ними речи не идет. Нет – Харуюки показалось, что слова Пард-сан имели и другое, более глубокое значение. Поскольку Скай Рейкер не пользовалась «Ураганным двигуном» и не участвовала в обычных дуэлях, две девушки никак не могли вернуться к своему старому соперничеству. Поэтому, вне всяких сомнений, Пард-сан желала хотя бы сейчас посостязаться с ней всерьез.

Рейкер, скорее всего, это поняла; она энергично кивнула и ответила:

– И я этого хочу.

Слегка кивнув, леопардоголовый аватар гибко развернулся и направился к своей команде. Потом вся пятерка ушла в сторону десяти шаттлов, припаркованных у основания башни-лифта.

Посмотрев туда, Харуюки увидел над наклонной стартовой площадкой с разноцветными шаттлами громадный цифровой таймер обратного отсчета. До старта гонки оставалось десять минут.

– Ладно, пойдемте и мы. Наш шаттл номер один – серебряный слева.

После слов Черноснежки пять членов черной команды тоже зашагали к своему шаттлу. И тут справа к ним приблизилась еще одна фигура. Харуюки понятия не имел, кто этот аватар в массивных ботинках, пока тот не заговорил

– Хей-хееееей! Холодный лузердог[2], не, лузерворон собственной персоной явился!

– Э, а, Эш-сан?!

– Эй, эй! А кто же еще такой мегакуууул?

Надменный черепоголовый аватар был, несомненно, Эш Роллером, с которым Харуюки сражался не далее как вчера. Сдвинув взгляд чуть в сторону, Харуюки увидел за спиной Эша ярко-пепельно-серый шаттл. Похоже, гонщик прошлого века тоже каким-то образом сумел зарегистрироваться в качестве пилота. Вертя в голове очень невежливые мысли вроде «Самостоятельно заметить появление портала в Скай Три – признак интеллекта, который ни фига не сочетается с твоим персонажем», Харуюки вслух извинился.

– П-прости. Я тебя не сразу узнал, потому что ты без мотика…

– Эй, ты! Обращаться с великим мной как с приложением к мотику – что за булшит[3]!

– Это вульгарно, Эш.

Как только за спиной Харуюки раздался этот голос, аватар прошлого века встал по стойке «смирно», совершенно не вяжущейся с его имиджем, и резко поклонился.

– П-привеееет, учитель! И Лотус-сэнсэй тоже, как поживаете?

Пробормотав приветствие, Эш Роллер тут же поднял голову, будто вспомнив что-то, и внезапно придвинул черепообразную маску к самому лицу Харуюки.

– Т-точно, щас некогда ругаться! Кроу, хочу тебя спросить кое о чем.

– Д-да, о чем?

– Раз ты зарегился под первым номером, значит, ты сюда первый явился, когда арена открылась, ага?

Услышав от Эша столь неожиданный вопрос, Харуюки взглянул на него озадаченно и тут же кивнул.

– Да. Но я пришел почти одновременно с Блад Лепард, которая взяла номер два.

– Ладно, а когда вы оба здесь очутились, вон тот шаттл уже был таким? Или, может, вы видели, кто на него зарегился?

Не понимая, что имеет в виду Эш Роллер, Харуюки склонил голову набок. Тогда черепоголовый аватар нетерпеливо обвил рукой шею Харуюки и в таком виде зашагал мимо выстроенных в ряд шаттлов.

– Стой, эээ, мы куда идем?!

– Просечешь, как только увидишь! …Вот, шаттл номер десять. Он такой с самого начала был?

Последнюю часть вопроса Харуюки почти не расслышал. Как только он увидел это, его словно молотком по голове стукнуло.

Самая правая машина в ряду из десяти шаттлов, стоящих через два метра друг от друга, была –

Ржавой.

Весь корпус покрывал слой ржавчины, словно он много лет стоял на соленом воздухе. В отличие от остальных девяти шаттлов, ярко блестящих теми же цветами, что и зарегистрировавшиеся пилоты, номер десять полностью утратил блеск и приобрел красновато-бурую окраску. И не только корпус – сиденья и двигательные диски внизу тоже выглядели изношенными, причем настолько, что едва ли этот шаттл вообще сохранил способность двигаться.

Машинально Харуюки вытянул руку и прикоснулся к шаттлу. Как несколько дней назад, когда он зарегистрировался на шаттле №1. Со звуковым эффектом возникло системное окно. Харуюки вслух прочел, что там было написано.

– Ре… RESERVED? Он что, был зарегистрирован… в таком состоянии?!

– Ага, абсолютно насинг непонятно, правда? Он уже таким был, когда я и парни из других легионов сюда пришли, в среду в полшестого.

– Ээ, странно! – возразил Харуюки, оторвав взгляд от окна. – Мы с Пард-сан ушли сразу, как только зарегистрировались на шаттлах один и два, но мы уже слышали шаги людей, которые сюда бежали. Между тем, как мы ушли, и тем, как прибежали Эш-сан и остальные, прошло секунд десять, не больше. Просто не мог никто зарегистрироваться, чтобы ни ты, ни я его не увидели… Да, и вообще, – на миг закрыв глаза и вызвав в памяти отчетливую картину, которую он тогда видел, Харуюки произнес: – Когда мы ушли, номер десять не был ржавым. Он был такой же красивый и серо-стальной, как остальные восемь!

– Ну… Верю, что так и было. Значит… стало быть, он сам собой заржавел за десять секунд… или это сделал какой-то тип, который хорошо спрятался…

– Нереально. Тут просто негде спрятаться… и ладно я – Пард-сан-то просто не могла его не заметить…

Они оба поскребли руками шлемы, но, прежде чем они успели прийти к какому-то логичному ответу, что-то громко прозвенело, и восторженный рев толпы усилился в несколько раз, так что даже площадка задрожала. Подняв головы, Харуюки и Эш Роллер обнаружили, что до старта гонки осталось всего три минуты.

– Лана. Филс бэд[4], но, думаю, проехали. Пилот тоже, видать, не явился…

– …Ага. Если это какой-то фокус системы, мы это в гонке узнаем.

– Точняк… лана, в любом случае будем делать зе бест[5].

– Ага, точно!

Харуюки и Эш Роллер слегка кивнули друг другу и побежали к своим машинам. Напоследок между ними произошла их обычная пикировочка:

– Скажу сразу! Я гига-велкам[6] со всем, что с колесами, от трициклов до броневиков!

– У этих шаттлов и колес-то нету!

С этими словами Харуюки добрался наконец до машины №1 и обнаружил, что остальные четверо уже заняли пассажирские сиденья. Тиюри, махая правой рукой, прокричала:

– Тормоз! Что ты там делал?!

– П-простите!

Он поспешно прыгнул на водительское место и схватился за руль. В маленьком окошке перед ним появился текст «HELLO MY DRIVER!»[7], потом высыпали разнообразные индикаторы.

Впрочем, ничего сложного. Всего лишь спидометр, индикаторы расстояния и прочности.

Черноснежка, сидящая в первом пассажирском ряду вместе с убравшей инвалидную коляску Скай Рейкер, подалась вперед и прошептала:

– Кроу, я бегло просмотрела остальных участников – они все очень опытные линкеры, включая членов шести больших легионов… но все равно – они все в первый раз управляют этими шаттлами. Вначале будь осторожнее, пока не привыкнешь к управлению. Мы будем защищаться от атак остальных команд, так что не беспокойся.

Когда Черноснежка закончила, Тиюри с заднего сиденья подхватила:

– Точно, и даже если мы чуток повредимся, я отмотаю его обратно!

– Нет, Белл, раз у наших аватаров зафиксированы хит-пойнты, вряд ли нам удастся достаточно зарядить шкалу спецатаки, – указал Такуму.

– Ну что за дела! – возмутилась Тиюри. Черноснежка и Фуко рассмеялись.

Глядя через плечо на своих товарищей, Харуюки мысленно прошептал:

Рассчитываю на тебя, семпай. И на вас, Таку, Тию. И… Рейкер-сан. Я обязательно довезу тебя до финиша. Я здесь именно ради этого.

– Так, одна минута! Держитесь крепче! – громко объявил Харуюки, и тут же одна из сияющих цифр над головой обратилась в ничто, и осталось лишь две цифры правее.

Крики, льющиеся сверху, с трех трибун, уже напоминали землетрясение. Харуюки крепко вцепился обеими руками в руль и слегка надавил правой ногой на акселератор. Двигатель издал уверенное «вррррр!», и по всему шаттлу прошла вибрация. Цифровой индикатор, на котором значилось «4000 км», вспыхнул и засиял.

Глядя на потрясающую картину «Гермес Корда» в версии Ускоренного мира – металлическую колонну стометровой толщины, пронзающую небо, – Харуюки вдруг подумал:

Интересно, прямо сейчас богатые туристы поднимаются по этому лифту в реальном мире? Даже если поднимаются, им никогда такого не вообразить. Что в другом мире, созданном общественными камерами, понатыканными повсюду в лифте, десятки детей вот-вот пронесутся мимо них.

Конечно, Ускоренный мир в конечном итоге – не более чем фальшивая реальность, созданная нейролинкерами. Но даже если это место нематериальное, истина здесь существует. Потому что –

Мою грудь сейчас так жжет от восторга!

– Го! Го! Го! Го! Го![8]

На восторженные крики зрителей наложился звон, одновременно с которым вспыхнули красные огни – линия ярких точечек над головами, подсветившая десять машин. И ровно в этот же миг одна из трибун заслонила солнце, и стартовая площадка окуталась густой тенью. Когда ряд огней перекрасил в багровые тона все шаттлы, вновь раздался звон. Двигатели разом взвыли еще громче. Из четырех дисков, установленных вместо колес, вырвались ослепительные струи огня и опалили стальную площадку.

– …Пошеоооооол!!!

Как только отсчет дошел до нуля и огни из красных превратились в синие, Харуюки втопил акселератор до упора.

 

Мощнейший рывок – и машина оторвалась от площадки. Десять шаттлов мгновенно преодолели короткий стартовый уклон и понеслись вертикально вверх, против силы тяжести, вдоль слегка изгибающейся поверхности циклопической башни. По-видимому, между башней и машинами существовала какая-то сила притяжения: несмотря на то, что угол подъема был 90 градусов, ощущения возникли примерно такие же, как при езде по ровной дороге.

Продолжая давить на акселератор, Харуюки кинул взгляд на спидометр. Яркие цифры на дисплее менее чем за десять секунд взлетели до 200 км/ч и продолжали расти.

– Э… эй, Хару, ты с таким быстрым стартом управишься?!

Услышав вопрос Такуму с заднего сиденья, Харуюки крикнул в ответ:

– Нет проблем! Я в разных игровых гонках разбил десять тыщ машин!

– …Это…

– Аатлично, врубай полный гааааз!!!

Полный восторга вопль Тиюри заглушил хриплый голос Такуму. Покосившись на дисплей заднего вида в верхней части ветрового стекла, Харуюки увидел, что Черноснежка и Фуко сидят неподвижно с сосредоточенным видом. Это придало Харуюки уверенности, и он еще сильнее вдавил в пол левую ногу. 250 км/ч. 300 км/ч. Будь это гонка на автомобилях в реальном мире, такая скорость была бы уже почти предельной, но тут виртуальные линейные двигатели шаттла лишь заревели еще громче и где-то нашли еще скорость. Детали структуры стального пола расплылись, комочки облаков, появляющиеся время от времени, уносились назад в мгновение ока.

Когда цифровой спидометр окрасился багровым, а потом поверх него замигала красная надпись «MAX», скорость достигла уже 500 км/ч. Похоже, для шаттла это был предел. Выпустив наружу дыхание, которое Харуюки все это время сдерживал, он наконец принялся смотреть, что происходит снаружи его машины.

Серебряный шаттл №1 команды «Нега Небьюлас», как и раньше, мчался левее всех. В десятке метров справа от них сияла, испуская яркие алые искры, машина красной команды, пилотируемая Блад Лепард.

Следом несся шаттл с четырьмя членами Синего легиона «Леонидс». Пилотировал его Турмалин Шелл. Оба задних сиденья занимала громадина Фрост Хорна. Еще правее свое обычное «хей, хееей!» орал Эш Роллер из шаттла Зеленого легиона «Грейт Уолл».

Эти четыре шаттла боролись за лидерство, летя практически ноздря в ноздрю. Сразу следом шла команда Желтого легиона «Крипт космик саркус». Желтого короля там, естественно, не было, но Харуюки увидел несколько аватаров, с которыми ему довелось яростно сражаться.

Мысленно зарубив себе на носу «За этими надо приглядывать!», Харуюки вновь оглядел участников. Похоже, кроме тех команд, которые он уже видел, больше от легионов, руководимых королями, никого не было; четыре шаттла, летящие в хвосте, все были из средних легионов… хорошее название с учетом того, что все эти легионы были крупнее «Нега Небьюлас».

Всего шаттлов было девять. Иными словами, тот, ржавый насквозь, так и не стартовал. Хотя сомнения и неприятные предчувствия насчет него не исчезли, Харуюки быстро выкинул их из головы. Даже если шаттл заржавил кто-то, на ход гонки это все равно уже никак не повлияет.

Закончив изучать состояние участников, Харуюки вернул было взгляд вперед – и малость удивился, заметив в небе позади гигантский силуэт. Три парящих трибуны, под завязку набитые шестью сотнями зрителей, летели следом за шаттлами. Лишь тут Харуюки услышал ураган криков, смешивающийся с ревом линейных двигателей.

– …Ху-ху, похоже, они там делают ставки.

Скай Рейкер, услышав слова Черноснежки, тут же кивнула:

– Да, я видела Матчмейкера, он там бегал.

Матчмейкер – это был загадочный Бёрст-линкер, управляющий игровой зоной с тотализатором «Акихабара BG». Похоже, и сюда он пролез.

– Хе… хех, значит, ты тоже заглядывала в «Акиба BG», Рейкер-сан? – спросил Харуюки, осторожно подправляя положение руля. В ответ раздался сухой смешок и голос не самой Рейкер, а Черноснежки.

– Не только заглядывала. Рейкер раньше –

Однако дальнейшего Харуюки не услышал. Потому что вопли зрителей вдруг стали вдвое громче, но и их заглушила серия пронзительных звуковых эффектов. Харуюки резко крутанул головой вправо; его лицо застыло, и он выкрикнул:

– Уаа, Пард-сан уже начала!

Источником звуков было оружие четырех Бёрст-линкеров, сидящих на пассажирских сиденьях шаттла красной команды. Судя по всему, единственным аватаром ближнего боя там была пилотесса Блад Лепард, а остальные четверо были стрелками. Дула их автоматов с энтузиазмом выплевывали пули.

Целились они в шаттл синей команды, летящий справа от красного. Весь экипаж синего шаттла, напротив, состоял из аватаров ближнего боя, так что тяжелобронированный Фрост Хорн и еще один из команды свесились наружу и отчаянно прикрывали шаттл от ливня пуль собственными телами. Поскольку хит-пойнты обоих аватаров были зафиксированы, сами они не помрут, сколько бы попаданий ни получили, но, похоже, имелся еще эффект отталкивания – периодически их тела отдергивались назад, и в эти краткие моменты выстрелы поражали шаттл.

– Вы, засранцы! Я! Вас! Не прощу! Тур, тарань их!!!

На этот вопль Хорна Турмалин Шелл воскликнул: «Окей, Хорн-кууун!» – и крутанул руль влево. Синий шаттл быстро сблизился с красным. Похоже, синяя команда решила расправиться с противником в ближнем бою. «Любимая пиратская тактика Фрост Хорна», – подумал Харуюки, восхищенно наблюдая за развитием событий. Толпа зрителей на летящих следом трибунах разразилась воплями «Мочи их!» и «Стоять!».

Чем больше сближались два шаттла, тем чаще попадали пули. От левого борта синего шаттла сыпались искры, но прочность машины, похоже, была выставлена на приличном уровне, и снижать скорость шаттл не собирался.

– Так! Получите! Кулак! Настоящего мужика!!!

С этим возгласом Фрост Хорн встал и поднял свой громадный кулачище.

В это самое мгновение Блад Лепард, управляющая красным шаттлом, крутанула руль с такой скоростью, что он словно расплылся у нее в руках. Линейные диски дернулись, и шаттл занесло. Его задняя часть с силой врезалась в борт синего шаттла. От сотрясения Фрост Хорн, готовящийся нанести кулачный удар, потерял равновесие и –

– А! Ра! Рааааааааа?!

Завопив, он вывалился наружу. Все-таки шаттлы летели со скоростью 500 км/ч. Как только он соприкоснулся с поверхностью башни, раздался адский грохот, посыпалась уйма искр, и Хорна подбросило обратно. Потом его подбросило еще раз, и еще – через несколько секунд громадный аватар со своими хриплыми воплями остался далеко позади и исчез из виду.

Пард-сан тем временем стабилизировала свой шаттл, будто ничего и не произошло, и слегка отвела его от синего. Пальба началась вновь. Синяя команда отчаянно пыталась сблизиться вновь, но, похоже, прочности их машины все-таки пришел конец. Внезапно оба линейных диска с левой стороны охватило пламя, и шестиметровая машина закрутилась, как волчок. Под вопли и визги оставшихся трех членов команды двигатели ревели все выше, и –

Грандиозный взрыв.

Наблюдая, как разом обуглившаяся машина и три аватара под непрекращающиеся крики зрителей стремительно исчезают вдали, следом за Фрост Хорном, Харуюки машинально пригнул голову от страха. Черноснежка и Фуко принялись обмениваться мнениями, явно впечатленные.

– Ясно. Похоже, если ты выпадаешь из шаттла, то для тебя это конец. Однако атака «Проми» была великолепна…

– Да уж. Как и ожидалось от Лепард – ее способности и по части подбора команды, и по части управления машиной нисколько не заржавели.

– Се-се-сейчас некогда восхищаться, сестрица! Мы следующие!

Одновременно с этим возгласом Тиюри четверо стрелков красной команды перезарядили оружие и почти синхронно развернулись влево. Их стволы нацелились точно на шаттл №1 – точнее, чуть выше носа машины, поскольку стрелки принимали в расчет искривление траектории пуль.

– Угеее! – пискнул Харуюки и отчаянно крутанул руль влево. Однако Пард-сан со своим блестящим навыком пилотирования сохранила ровно то же расстояние между машинами. Зрители восторженно следили за параллельным пилотажем двух шаттлов, несущихся по спирали вокруг колонны в сто метров толщиной и, стало быть, 314 метров в окружности; однако это было отчаянное преследование, совсем не похожее на обычные коммерческие гонки. Один из стрелков отдал приказ, и все четыре ствола открыли огонь.

– !..

Считая, что уклониться невозможно, Харуюки машинально втянул голову в плечи, но – услышал он вовсе не звук соударения пуль с корпусом машины, а визг рикошетов. Ничего не понимая, он глянул вправо и увидел нечто невероятное.

Перегнувшись наружу с правого борта, Блэк Лотус размахивала руками-мечами с немыслимой быстротой и отбивала бОльшую часть сыпавшегося на шаттл ливня пуль. Сидящий за ее спиной Сиан Пайл тоже защищал машину, используя свой громадный пикомет в качестве щита.

Очень мало пуль прорывалось сквозь оборону этих двоих, и уровень прочности на индикаторе почти не уменьшался, но если так пойдет и дальше, ситуация будет становиться только хуже. Даже если они попытаются приблизиться и вступить в ближний бой – Харуюки сомневался, что сумеет победить Пард-сан в пилотаже; более вероятно, что его драгоценная команда вывалится из шаттла, как это случилось с синими.

– Блин, из-за того, что у нас нет красных, они нас просто расстреливают как котят! – возмущенно воскликнула Тиюри с заднего сиденья. Ну да, «отсутствие стрелков» – главный недостаток «Нега Небьюлас» с момента его повторного образования. Почти всякий раз, когда они проигрывали в территориальных сражениях, это было из-за сильных красных в команде противника.

Однако сейчас плакаться на тот счет было бесполезно. Харуюки решился навязать Пард-сан ближний бой и попытался крикнуть это своим товарищам. Однако на миг раньше –

– Я сойду, – тихо произнесла Скай Рейкер.

– Э… учитель, что ты говоришь?!

– Это просто вопрос сложения и вычитания. В команде «Проми» пять человек, и четверо из них тяжело вооружены. Если я сойду, у нас останется четверо, и вы их стряхнете за счет более высокой скорости.

– Это, это нельзя, сестрица! – воскликнула Тиюри, однако Рейкер остановила ее, спокойным голосом продолжив:

– Я уже говорила. Раз я участвую, мы должны стремиться к первому месту, прикладывая для этого все силы. Сойти сейчас – мой способ «приложить все силы». Если я этого не сделаю, мне нечем ответить Лепард, она-то выкладывается полностью!

И аватар цвета неба схватился левой рукой за край борта и без колебаний попытался выброситься.

Харуюки мгновенно крутанул руль вправо. Машина резко дернулась, и Рейкер упала на свое сиденье.

– Неправильно… неправильно, учитель!!!

Сосредоточив всю свою нервную систему на работе рулем и акселератором, отчаянно пытаясь вернуть шаттлу устойчивость, Харуюки все же сумел выдавить:

– Выпрыгнуть – это вовсе не «приложить все силы»! Если ты не дерешься на той же арене, ты никому ничем не сможешь ответить, разве нет?!

– Кроу правильно говорит, Рейкер! – подхватила Черноснежка, с устрашающей точностью продолжая защищать шаттл. – Мы команда! Мы сражаемся вместе, все пятеро, и вместе победим!

– Но… но я! – закричала в ответ Фуко. – Я же не могу сражаться! Я не могу атаковать, я не могу встать и защищаться! Я ничего не могу, кроме как сидеть тут, как украшение!..

– Можешь кое-что!!!

Этот крик вырвался из горла Харуюки.

– У тебя… есть крылья, которые ты сама создала, которые нужны тебе!

Он колебался, стоит ли это произносить. Скай Рейкер, скорее всего, не просто так отказывалась пользоваться собственной силой даже после возвращения в легион. Харуюки совершенно не хотел насильно лезть ей в душу. Именно поэтому он пытался доставить Скай Рейкер на вершину «Гермес Корда» – у него была причина верить, что это единственное место, где ему разрешено говорить об этом.

Однако если Рейкер сейчас выбросится из шаттла, этот шанс будет потерян навсегда. Поэтому у Харуюки не осталось иного выхода, кроме как кричать и молиться, чтобы его слова достигли сердца Рейкер.

– Шкала спецатаки здесь почти не заполняется… поэтому я не могу лететь. Но твои крылья другие. Твоя шкала заряжена сразу, как только ты их достаешь, а значит, ты можешь лететь!

Харуюки обернулся и, глядя Рейкер прямо в глаза –

– …Пожалуйста. Пожалуйста, дай силу своих крыльев нашему шаттлу… нет, нам всем! И тогда мы сможем уйти от огня «Проми»!!!

На миг воцарилось молчание.

Уши Харуюки не слышали ни рева пальбы, ни звуков, с которыми Черноснежка и Такуму отбивали пули, ни воплей, сыплющихся с трибун. Он напряг слух, чтобы чувствовать только лишь слабое, полное печали дыхание Скай Рейкер.

«…Я ранила Сат-тян.

…Я ранила ее своими словами, своим поведением, своим сердцем. Каждая слезинка, которую Сат-тян пролила тогда, содержится в топливе моих крыльев. Вот почему я никогда больше –»

– Неправда, Рейкер!!!

В этот миг Черноснежка прекратила махать руками и тоже развернулась к Скай Рейкер лицом.

Пули тут же начали безжалостно впиваться в борт машины и в спину Блэк Лотус. Несмотря на то, что ее стройное тело пошатывалось под ударами, Черноснежка говорила твердо.

– Я… это я была дурой! Я не пыталась понять всю тяжесть, которую ты несла! Я просто хотела, чтобы ты посвятила себя только мне, и я думала, что ты меня предаешь, и поэтому я ни за что на тебя рассердилась и обиделась! Я не имею права ничего от тебя требовать… но!

Голос Черноснежки наконец начал дрожать, будто его затуманивали чувства. Из глаз под угольно-черной маской вырвались яркие сине-фиолетовые лучики света, похожие на слезы, и Черный король прокричала:

– Но сейчас тебе пора лететь! Не ради меня, не ради легиона… ради себя самой, Рейкер!!!

Одновременно с этим возгласом пуля, выпущенная из чего-то крупнокалиберного, ударила Блэк Лотус в спину. Скай Рейкер обеими руками поддержала пошатнувшуюся подругу. Ее тонкие руки слегка дрожали, словно она не решалась приблизиться к Черноснежке больше, чем сейчас.

Учитель… нет, Фуко-сан.

Отчаянно борясь с шаттлом, Харуюки мысленно взывал к ней.

Два месяца назад на Южной террасе Синдзюку Черноснежка-семпай сделала шаг вперед. Поэтому сейчас, пожалуйста… прижми семпая к себе своими собственными руками. Это последнее расстояние не могу уменьшить ни я, ни кто-то еще другой. Это можешь только ты!

Вряд ли он донес эти слова до Фуко.

Но в следующий миг ее ладони перестали дрожать. Она медленно обвила руками Черноснежку – и крепко прижала ее к себе.

Среди ливня пуль раздались тихие, но ясные слова:

– …Спасибо, Лотус. Я наконец-то поняла. Мои крылья… в них не твои слезы, а твоя надежда, твоя доброта, твоя любовь.

Скай Рейкер опустила Черноснежку обратно на сиденье справа от своего и отчетливо кивнула.

– Поэтому мне теперь нечего бояться… я полечу. Именно сейчас, я уверена, я снова смогу полететь!..

Лишь тут до Харуюки дошло.

Скай Рейкер вовсе не сдалась. Она просто боялась. Она боялась, что, даже если воспользуется «Усиленным вооружением», все равно не сможет летать, как летала раньше, – что из-за «минус-инкарнации» «Усиленное вооружение» тоже станет бессильным, как уже случилось с ее ногами.

Однако сейчас в ней не чувствовалось ни тени страха. Выпятив грудь, Скай Рейкер подняла руки.

Темно-красные глаза взглянули в бескрайнее небо над головой –

И она произнесла, почти пропела, заранее заготовленную голосовую команду:

– «Вызываю ураган»!!!

В бесконечной ультрамариновой синеве над головой, прямо по ходу движения шаттла, Харуюки увидел замерцавшую голубую звездочку.

Затем она превратилась в два лазерных луча, устремившихся вниз, и, хотя шаттл несся с головокружительной скоростью, эти лучи с убийственной точностью попали в Рейкер. Тут же все ее тело окутало сияние, которое сгустилось на ее спине и превратилось в элегантное «Усиленное вооружение» – «Ураганный двигун». Шляпа и платье Рейкер, видимо, мешавшие правильно расположиться новому снаряжению, испарились, распавшись на искорки света, и все стройное тело Рейкер оказалось открыто глазу.

– Рейкер… – Учитель! – Сестрица! – Рейкер-сан! – вырвалось одновременно у всей четверки. Скай Рейкер уверенно кивнула и проворно спрыгнула со своего сиденья. Конечно, она не выбросилась из шаттла. Опершись на руку Лайм Белл, она переместилась в заднюю часть машины и крепко ухватилась за маленький задний спойлер.

– Кроу, стабилизируй шаттл, чтобы он смотрел точно вперед!

Харуюки мгновенно выполнил приказ Рейкер. Поняв, видимо, намерения шаттла №1, красная команда в машине №2 еще усилила огонь, но Черноснежка вновь принялась отбивать летящие пули.

– Поехали! Три секунды до пуска! Две, одна, ноль!!!

Раздался безумный грохот. Харуюки стиснул зубы, когда его вдавило в спинку сиденья.

Что за невероятное ускорение. Отчаянно удерживая на прямой шаттл, пытающийся рыскать в стороны, Харуюки кинул взгляд в окно заднего вида и обнаружил, что от спины Скай Рейкер назад идут два огненных хвоста, похожие на кометные. Они были гораздо мощнее, чем когда «Ураганным двигуном» пользовался Харуюки. Необычного светового эффекта под названием «оверрей» видно не было – значит, прирост мощности был не благодаря системе инкарнации. Это была квинтэссенция трудов и усилий Скай Рейкер, в течение многих лет вкладывавшей в «двигун» безумное количество берст-пойнтов.

Вновь устремив взгляд перед собой, Харуюки увидел, что спидометр на правом краю ветрового стекла показывает 650 км/ч – больше максимума. Ливень пуль от шаттла №2 уже прервался, красная машина в окне заднего вида стремительно уменьшалась в размерах.

Остановив волну восхищения, распирающую грудь, Харуюки сосредоточился на пилотаже. На такой скорости, если он хоть чуть-чуть расслабится, машина мгновенно разобьется. Препятствий на поверхности «Гермес Корда» не было, по крайней мере пока, но Харуюки не мог позволить себе пропустить малейшую вмятинку.

Всего через полсекунды Харуюки понял, что его страхи обращаются в реальность.

Странные объекты возникли на пути шаттла впереди. Вдоль поверхности башни через приличные интервалы выстроилось несколько колец, сияющих всеми цветами радуги. Диаметр колец был метра три, и если шаттл пролетит сквозь одно из них, то наверняка врежется в какое-нибудь из тех, что за ним.

– …Я, я уклоняюсь! Рейкер-сан, вернись на свое сиденье! – отчаянно выкрикнул Харуюки. Однако еще до того, как он закончил –

– Нет, ныряй прямо в него, Кроу! – отдала немыслимый приказ Черноснежка.

– Э… н-но?..

– Все нормально, давай!

Как бы там ни было, запас энергии «Ураганного двигуна», похоже, иссяк, так что Скай Рейкер, вновь опершись на руку Тиюри, вернулась на свое место. Удостоверившись в этом, Харуюки решился и крепко вцепился в руль.

– П-понял, ныряем внутрь! Ребята, держитесь!

Всего две секунды спустя.

Не снижая скорости ни на чуть-чуть, шаттл №1 нырнул точно в центр радужного кольца.

 

Предыдущая            Следующая

 


[1] Sup – сокращенное wassup – (англ. жарг.) «привет», «как дела?».

[2] Японское выражение «макэину» вообще-то означает просто «лузер», «неудачник», но дословно – «проигравший пес», что Эш и перевел на свой «английский».

[3] Bullshit – (англ. жарг.) «чушь собачья».

[4] Feels bad – (англ.) «плохие ощущения».

[5] The best – (англ.) «лучшее».

[6] Welcome – (англ.) здесь: «на ты».

[7] Hello my driver! – (англ.) «Приветствую, мой пилот!»

[8] Go! – (англ.) здесь: «пошел!», «давай!» и т.п.

8 thoughts on “Ускоренный мир, том 5, глава 8

    1. UshwoodFan
      #

      Категорически поддерживаю! АВ интригует! Спасибо за главу! Отличный подарок к Новому Году!)

      1. NerV
        #

        жаль только, что после пятого тома нас ждет облом в виде отсутствия англ источника ;(

        1. UshwoodFan
          #

          Bullshit – (англ. жарг.) «чушь собачья».
          вообще, если дословно, то перевод несколько иной ;D

          1. Reglais
            #

            Сомневаюсь, что даже “вульгарный“ Эш употребляет это слово в дословном смысле :).

Leave a Reply

ГЛАВНАЯ | Гарри Поттер | Звездный герб | Звездный флаг | Волчица и пряности | Пустая шкатулка и нулевая Мария | Sword Art Online | Ускоренный мир | Another | Связь сердец | Червь | НАВЕРХ