Следующая

О звезды,

Услышьте стремление ваших бренных братьев.

Наше стремление –

Завершить жизненный путь рядом с вами.

– из национального гимна Человеческой Империи Аб

 

 

Краткое содержание «Звездного герба» 2

Принцесса Лафиль и Джинто покинули баронство Фебдаш, однако не смогли опередить флот Объединенного Человечества, на пути в маркизат Сафугнофф. Когда они на связном судне вышли в нормальное пространство, систему уже оккупировал вражеский флот. Лафиль, избежав обнаружения, посадила судно на планету Класбул. Ради защиты принцессы, беспомощной в наземном мире, Джинто решил притвориться местным жителем и вдвоем укрыться от вражеских глаз до возвращения Империи. Однако, после того как они успешно проникли в город Луна Вега, расположенный недалеко от места приземления, с ними вышли на связь подозрительные люди, называющие себя Антиимперским фронтом.

 

Персонажи

Джинто

сын президента планеты Мартин

Лафиль

пилот-стажер Имперских Космических Сил Аб. Внучка Императрицы.

Энторьюа

инспектор следственного департамента полиции города Луна Вега

Кайт

капитан военной полиции Миротворческих сил Объединенного Человечества

Марка

член Антиимперского фронта Класбула

Мин

член Антиимперского фронта Класбула

Билл

член Антиимперского фронта Класбула

Дасвани

член Антиимперского фронта Класбула

Могильщик

член Антиимперского фронта Класбула

Адмирал Трайф

командующий направленным Империей флотом

Вице-адмирал Споор

командующая разведывательной эскадрой Империи

 

ГЛАВА 1. РАССЛЕДОВАНИЕ (Natemukoth)

 

У Энторьюа Рея, инспектора следственного департамента полиции Луна Веги, настроение, как обычно, было хуже некуда.

«Впрочем, – утешал себя Энторьюа, – «хуже некуда» – понятие относительное. Стоит так подумать, как окажется, что нет, хуже очень даже есть куда».

Как раз сейчас оно собиралось достичь новых глубин.

– Еще три гостиницы осталось, да? У меня ощущение, что в них мы ничего не найдем, – проворчал Энторьюа.

– И что тогда будем делать? – спросил капитан военной полиции Кайт.

Энторьюа раздраженно пожал плечами.

– Как вы и предлагали, обыскивать все дома подряд. Только вот… душа не лежит.

– Лежит душа или не лежит, к делу не относится, – укоризненно сказал Кайт.

– Угу, – буркнул Энторьюа. По правде говоря, он считал, что занимается не своей работой. Конечно, Аб совершила преступление. Угон Uusia(летающего автомобиля) – далеко не мелочь. Но и не преступление такого уровня, чтобы на него бросать столько полицейских.

Следственный департамент полиции Луна Веги был уже почти в полном составе переправлен в Гузорнью. Плюс половина обычных полицейских и отдел экспертизы в полном составе.

Энторьюа разделил своих людей на пятнадцать команд. Четыре команды следили за аэропортом, две отдыхали, а остальные девять прочесывали гостиницы. Им было строго-настрого приказано не верить владельцам и управляющим на слово, а проверять все номера подряд. Было велено не заботиться об ордерах, а валить ответственность на оккупационную армию (сколько бы Кайт его ни поправлял, воспринимать ее как «освободительную» Энторьюа не мог).

По возможности хотелось бы устраивать и дорожные проверки, но на это людей не было. В любом случае проверки были – их проводили оккупанты. Один раз, похоже, разыскиваемым удалось от этой проверки ускользнуть, но если оккупанты наступят на те же грабли второй раз, то уж точно не по вине Энторьюа.

На дисплее напротив заднего сиденья командной машины был список из более чем сорока гостиниц Гузорнью. Всего три названия оставались красного цвета. Красный означал «назначена проверка».

Рядом со списком гостиниц был еще один. Список обнаруженных подозрительных лиц. В него попадали те, кто не мог доказать, что имена, под которыми они зарегистрировались, подлинные. Всего человек двадцать.

Жители Класбула в качестве удостоверения личности демонстрируют бумажник, а большинство этих подозрительных личностей назвались псевдонимами.

Псевдонимы используются, как правило, по самым банальным причинам. Семейные обстоятельства, интрижки на стороне. Полиция в такие дела не вмешивается.

Удалось арестовать лишь одного человека – он крал бумажники. При себе у него было обнаружено двадцать бумажников разных людей. Этот арест до сих пор оставался единственным полезным результатом их тяжелого труда.

Ни одного постояльца, напоминающего Аб, найти не удалось.

– Инспектор, – сказал сержант полиции при командной машине, приложив коммуникатор к уху. – Отряд Кондорина закончил проверку и запрашивает дальнейшие распоряжения.

Энторьюа прикинул. В три оставшихся места уже направлены отряды. Послать этих к ним на помощь? Нет, это только внесет неразбериху.

– Пусть мне позвонят, – велел он. – Пока что пусть остаются в резерве. Чтоб были наготове до следующих указаний.

– Слушаюсь, – и сержант стал передавать приказ Энторьюа.

– Может, есть местные жители, которые могли бы укрыть у себя Аб? – нетерпеливо спросил Кайт.

– Поищите в ваших школах демократии. Те, кто могли бы укрыть Аб, все уже там.

– Что, опять? – Кайт опустил голову.

– Мы делаем все, что можем. Надеюсь, вы это понимаете.

– Да.

– Инспектор, – вмешался сержант.

– Да?

– Сержант Рамашди передает. Они угодили в проверку оккупационных войск и застряли.

– Опять, – устало простонал Энторьюа.

Оккупационные войска мешали расследованию уже раз десять. Они отлично знали полицейские эмблемы, и, похоже, передвижение машин с эмблемами полиции Луна Веги в Гузорнью казалось им очень подозрительным.

– Давайте, ваш выход, – Энторьюа пихнул локтем в бок капитана военной полиции.

– Да, – кивнул Кайт и обратился к сержанту: – Скажите ему позвать командира нашего поста, пожалуйста.

Пока непонятная речь на чужом языке текла сквозь уши Энторьюа, мозг его переключился на более насущные размышления.

– Порядок.

– Что? – Энторьюа вернулся к реальности.

– Сержанта Рамашди отпустили.

– До следующей проверки, видимо.

– Ээ, ну… – Кайт сделал виноватое лицо.

– Вы им разъяснили как следует, чем мы занимаемся? – с нажимом спросил Энторьюа.

– Да. Я внятно изложил все обстоятельства командованию.

– И почему тогда нас все время мучают этими проверками?

– Похоже, информация не прошла вниз по цепочке, – Кайт отвел глаза.

– Извините за резкость, но ваша организация совершенно неэффективная. У нас в полиции есть и горизонтальные каналы коммуникации.

– Вы правы, – Кайт все больше съеживался.

Энторьюа даже присвистнул. Он считал Кайта неприятным типом, но неужели он может быть и пай-мальчиком?

На этот раз звякнул коммуникатор Кайта.

Кайт снял его с пояса и пробежался взглядом по экрану. И тут же изменился в лице.

– Что такое? – с интересом спросил Энторьюа.

Кайт откинулся на спинку заднего сиденья, на лице его было написано разочарование.

– Сюда выдвигается подразделение военной полиции. Чтобы арестовать Аб.

– Эй, так это разве не замечательно? То есть… мы теперь можем быть свободны? – с надеждой спросил Энторьюа.

– Нет. Имеющиеся материалы расследования нам приказано передать командованию отряда, но само расследование мы должны продолжать самостоятельно. И… – Кайт помялся, потом продолжил: – Нам приказано, если мы обнаружим укрытие Аб, сообщить им, а самим только следить, чтобы она не сбежала.

– Что это значит? Мы не должны ее арестовывать?

– Да. Арест произведет наша военная полиция.

– Что за хрень?! То есть мы должны ее загнать, а потом другим преподнести на блюдечке, чтобы они ее забрали? – взорвался Энторьюа. У него было ощущение, будто всей его любимой полиции Луна Веги плюнули в лицо. И куда делось изначальное заявление, что оккупационные войска помогают полиции? Теперь полиция должна работать в подчинении оккупантов? – Ваше начальство что, хочет сказать, что мы сами неспособны поймать Аб?

– Не в этом дело, – не глядя на Энторьюа, принялся объяснять Кайт. – Раньше в штабе думали, что девчонка сбежала из орбитального поместья или с базы. Их это не очень интересовало. В поместье схватили больше десятка Аб, если одна и сбежала, то ничего особенного. Но теперь они считают, что, вероятно, она прилетела через двумерное пространство на маленьком судне.

– И что? – Энторьюа искоса смотрел на Кайта.

– Более того, есть вероятность, что она член команды вражеского космического корабля, который наша армия уничтожила в двумерном пространстве. Если это так, то, возможно, у нее при себе имеется жизненно важная информация.

– Жизненно важная информация?

– Это… – Кайт поводил руками, – мне неизвестно. А если бы и было известно, я не имел бы права разглашать.

– Правда? – Энторьюа не особо расстроился. Если это не военные секреты Labule(Космических Сил), то что-нибудь насчет политики межзвездных наций. В любом случае лично его это не касалось.

– Вот почему Аб, за которой мы гоняемся, стала такой ценной. От человека, который ее схватит, наверху не смогут просто отмахнуться.

– Я вижу, куда все идет. Ваши не хотят, чтобы все лавры достались местной полиции, – в груди Энторьюа разгорался гнев, причем не такой, какой был раньше. Трудишься сам, а сливки снимают другие. Это невыносимо.

– Они не вашего, они моего успеха не хотят, – выплюнул Кайт.

– Почему? – удивился Энторьюа. – Вы же у них такая шишка! В смысле, такой молодой, а уже капитан!

– Молодой? – на красивом лице Кайта появилась самоуничижительная улыбка. – Инспектор, сколько мне, по-вашему, лет?

– Ну… – Энторьюа пару секунд разглядывал Кайта. – Где-то двадцать семь – двадцать восемь. Стандартных лет.

Улыбка расплылась еще шире.

– Если в стандартных, то мне в этом году будет сорок девять.

– Да не может быть! Это же больше, чем мне! А на вид… – Энторьюа замялся. – А! Генетическая модификация?

– Да. Аб, знаете ли, не единственные, кто может применять эти технологи.

– Но мне казалось, ваша пропаганда все время трещит, что генетические модификации – проделки дьявола?

– Да. Объединенное Человечество рассматривает генетическое изменение человека как серьезное преступление.

– То есть вы – сын греха?..

– Ох, – вздохнул Кайт. – Если бы было так, все было бы куда проще…

– Значит, не так?

– Да. Вы когда-нибудь слышали про Республику Силезия?

– К сожалению, нет, – инспектор пожал плечами.

– Понятно… – Кайт скрестил руки на груди и вперил взгляд в окно.

Сам завел разговор о Республике Силезия и сам же потом замолчал. В конце концов Энторьюа надоело ждать, и он спросил:

– Так что насчет этой Республики Силезия?

– Республика Силезия, – медленно начал рассказывать Кайт, – это государство, распавшееся где-то сто двадцать лет назад в ходе Силезской войны. Сейчас оно, слава богу, входит в состав Объединенного Человечества. А тогда она только называлась республикой, на самом деле там была военная диктатура. Примерно тысяча семейств составляла военную касту, они заправляли всем. Эти семьи генетически изменяли своих детей. Конечно, до Аб им было далеко, они не изменяли цвет волос и не добавляли дополнительных органов. Они всего лишь сделали так, что они с возрастом не старятся.

– И вы один из тех детей… – пробормотал Энторьюа.

– Если быть точным, измененные гены получили мои бабушка с дедушкой.

– Но, – Энторьюа озадаченно склонил голову набок, – почему они теперь не хотят, чтобы вы достигли успеха? Это же все случилось три поколения назад!

– Когда это случилось, не имеет значения. Я зарегистрирован как один из «Нестареющих Силезианцев».

– Почему?

– Это имеет значение при браке. У нас в вопросах брака очень жесткие ограничения. Без этого нельзя. Любой ребенок, зачатый от человека с «нестареющей» модификацией и нормального, умирает от рака еще до рождения.

– А подкорректировать гены детей вы не можете? – указал Энторьюа. – Тогда бы ваши дети смогли жить нормальной жизнью.

– Генетическое манипулирование запрещено независимо от целей.

– Даже в случае врожденных генетических аномалий?

– Да. Потому что запрещены генетические проверки уже на стадии оплодотворенной яйцеклетки. Так что, когда врожденный порок обнаруживается, генетическую коррекцию или генотерапию делать уже поздно. Впрочем, в большинстве случаев тем, кто родился с дефектами, можно помочь механической инженерией.

– Ну вы даете, – у Энторьюа это все не укладывалось в голове. Такую ненависть к генетическим манипуляциям уже можно было назвать болезнью.

– Вот поэтому я до сих пор холостяк. Мое поколение Нестареющих Силезианцев, вероятно, будет последним.

– Отвратительно все это, – пробормотал Энторьюа. – Но погодите-ка. Я все равно не понимаю. Какое это имеет отношение к тому, что вам не дают добиться успеха в этом деле?

– Забудьте, что я об этом говорил, – покачал головой Кайт. – Я ляпнул лишнего.

– Вы столько уже рассказали, останавливаться поздно, – Энторьюа нахмурил брови, сообразив, что Кайт умышленно уходит от темы.

– Вас это не касается.

– Что значит «не касается»? Вы теперь наши правители. Что плохого в том, чтобы узнать побольше о том, какие вы? Это же то самое «право на информацию»?

– Мы вовсе не ваши правители. Мы здесь только для того, чтобы помочь вам построить гражданское общество. Мы ваши новые друзья.

– Тогда тем более. Я хочу знать о своих новых друзьях.

– Ладно, поймали вы меня, – сдался Кайт. – Они мне просто не доверяют. Считается, что Нестареющие Силезианцы генетически неспособны понять истинную природу демократии…

Энторьюа понял, почему капитану военной полиции Кайта не везло в его организации. Это был расизм.

Прокрутив в голове минувшие эпизоды, он понял, что и раньше многое говорило об этом. Это и отсутствие у Кайта подчиненных, и то, как мало внимания командование оккупантов уделяло запросам Кайта.

«Бедняга Айзан. Уверен, он был бы в восторге, если б узнал, что человек, которому он был готов сапоги вылизывать, настолько далек от понятия «успешный карьерист»».

Но кое-что для Энторьюа по-прежнему оставалось неясным.

– Странно.

– Что именно?

– Почему, несмотря на все это, вы с таким рвением относитесь к своей работе? Я бы никогда не смог собраться для выполнения работы, которую все равно не оценят. Айзан мою работу не ценит совсем, но ее ценят жители. Поэтому-то я и продолжаю оставаться полицейским. А вы… почему?

– Счастливый вы человек, – со всей искренностью ответил Кайт. – На моей родной планете очень немного есть таких полицейских, которых уважают жители.

– Вы не ответили на мой вопрос.

– Я верю в демократию. Этого разве недостаточно?

– Правда? Но они вам не доверяют.

– Я прислушиваюсь только к голосу собственной совести.

– Ага, понятно, – рассеянно произнес Энторьюа. Он знал, что задавать вертящийся на языке вопрос бессмысленно, но не смог удержаться. – Но неужели вам этого достаточно?

– Более чем, – твердо ответил Кайт. Впрочем, убежденность в его ответе казалась несколько наигранной.

– Простите, что прерываю вас, инспектор, – сержант указал на наушник у себя в ухе. – Сержант Кьюа докладывает.

– Слушаю, – Энторьюа пробежал взглядом по своему дисплею. Отряд Кьюа занимался гостиницей «Римзейл».

– Инспектор, мы нашли двух подозрительных людей, – доложил Кьюа.

– Незачем каждый раз обращаться прямо ко мне, отправьте сведения в Datykirl(кристалл компьютера).

– Дело в том, что они уже ушли.

– Сбежали?

Существовал ряд вещей, которые Энторьюа не выносил. Некомпетентность подчиненных в первую очередь.

– Нет, – возбужденным тоном ответил Кьюа. – Когда мы пришли, их уже не было.

– Почему вы сочли их подозрительными?

– Это были мужчина и женщина, и оба под фальшивыми именами. Мы проверили семейный реестр, люди с такими именами в нем не значатся.

– Понятно, – Энторьюа эта информация почти не заинтересовала. Конечно, они разыскивали как раз мужчину с женщиной. Однако, в силу одному богу известных причин, издревле вояжи, которые требуется сохранить в тайне от родственников и знакомых, предпринимаются, как правило, именно мужчиной и женщиной.

– Фальшивые имена у них были «Сай Лина» и «Сай Джинто».

– Меня не интересуют их имена. Что они были за люди?

– Очень молодые, по свидетельству нескольких человек из персонала. И очень странные.

– Странные?

– Заперлись в номере и почти его не покидали. Женщина не покидала вообще.

– Мне это не кажется очень уж странным. Вы не находите, что у мужчины и женщины может быть уйма дел, которыми они могут заниматься вдвоем в номере? Вернее, одно дело?

– Это еще не все. По словам служащего, который показал нам номер, женщина носила шляпу, причем мужскую.

– Ага, – Энторьюа взглянул на Кайта. Тот внимательно прислушивался к разговору. Женщина в шляпе, точно как те трое говорили.

– Внешность? Женщины, я имею в виду.

– Черные глаза и волосы. Чуть смуглая кожа. Тонкое лицо. И, похоже, она была невероятно красива.

– Невероятно красива, да?

– И они ни разу не оставили сиф.

– Не оставили сиф? Так, – кивнул Энторьюа. Это действительно было странно. Если они хотели укрыться, то должны были бы оставлять много чаевых, тем самым намекая персоналу держать рот на замке. Если они совсем ничего не оставляли, то либо не знают обычаев, либо совсем уж скряги.

– Передайте мне видеозаписи этой пары.

– Это… – Кьюа замялся. – Нам сказали, что видеозаписей не осталось. Их стерли.

– Ни одной записи не осталось? А что говорит управляющий?

– Они стирают записи после отбытия постояльцев, если с ними нет никаких проблем.

– Он что, не знает гостиничное законодательство? По закону записи положено хранить год… – Энторьюа оборвал фразу. Вываливать все это на Кьюа смысла не было. – А что показал портье? Если они все это время не вылезали из номера, возможно, именно портье лучше других удалось их рассмотреть.

– Тогда как раз управляющий и исполнял обязанности портье, но его показания отличаются от остальных. Он говорит, что они оба были средних лет, совершенно обычные на вид, и что он их не запомнил.

– Подозрительный тип этот управляющий, – вклинился Кайт. – Возможно, он и укрывает Аб?

– Не исключено. Кьюа, перешлите мне имя и идентификационный номер управляющего.

– Есть.

Информация с коммуникатора Кьюа начала поступать в Datykirl(кристалл компьютера) командной машины.

Инспектор ввел свой пароль и получил доступ к полицейской информации. Он вывел на экран сведения об управляющем гостиницы «Римзейл».

– Он же… – Энторьюа уставился на экран. – Вот это неожиданность. Этот управляющий – член партии независимости, причем ее радикального крыла.

– Партия независимости? – переспросил Кайт. – Что это за партия?

– Все в соответствии с названием. Политическая партия, которая ставит целью изгнание Fapyut(монарха) и отделение от Frybar(Империи).

– А, тайное общество?

– Нет. На их штаб-квартире висит вывеска, и в конгрессе у них есть представители.

– Что, настоящая политическая партия? – Кайт был в изумлении.

– Ну да. А вы не знали? Я полагал, вы, ребята, их уже собрали под свои знамена.

– Нет. Мы о них и понятия не имели. Так вы говорите, антиимперские политические партии у вас разрешены?

– Ну, выступать против власти Frybar(Империи) – не очень-то тянет на преступление. Просто никто из них не станет Seif Sos(территориальным представителем)Fapyut(монарх) этого не позволит.

– Какой нелепый обман, – презрительно усмехнулся Кайт. – Стало быть, они могут работать, но лишь в тех пределах, которые для них установила Frybar(Империя). Выглядит так, будто они только говорить умеют.

– Многие думают так же, как вы. Именно поэтому партия независимости ни разу не победила на выборах. Но в этой партии были люди, которые считали, что мирными методами политику делать нельзя. Они вышли из партии и создали свое радикальное движение. Там у них несколько группировок. Этот управляющий сочувствует Антиимперскому фронту Класбула… – Энторьюа запросил сведения об Антиимперском фронте Класбула по линии департамента общественной безопасности. – Черт. О них почти ничего не известно. Двадцать лет назад они планировали захватить Arnej(орбитальную башню). Их почти всех тогда арестовали, и с тех пор они себя ничем не проявляли.

– А что вообще делают радикалы?

– Ничего серьезного, – ответил Энторьюа, добавив мысленно: «По сравнению с тем, что вы, ребята, тут устроили». – Как-то они сад Loebejhe Sufagnaum(семьи маркиза Сафугнофф) подожгли, потом подорвали Banzorl Ludorlt(рекрутинговое агентство) при Labule(Космических Силах). Это, разумеется, преступления, и мы их арестовываем. Мы, конечно, присматриваем за членами радикальных группировок партии независимости и за теми, кто им симпатизирует. Но не настолько, чтобы это стало несправедливым.

– Но… – Кайт покачал головой, будто не в силах принять услышанное. – Frybar(Империи) известно о существовании такой группировки, и тем не менее она…

– Вообще-то я не могу сказать с уверенностью, знает о них Frybar(Империя) или нет.

– Что? Но они же подорвали рекрутинговое агентство Labule(Космических Сил)?

– Ну это давно было. Еще до того, как я пришел в полицию. Мы, конечно, сообщили Labule(Космическим Силам), кто стоял за взрывами. Но не исключено, что они забыли про это на следующий же день. Насколько мне известно, Frybar(Империя) ровным счетом ничего не сделала в отношении партии независимости и ее радикалов.

– Что за глупости… Наверняка вас просто обманывали.

– Серьезно? Ну, возможно всякое, конечно. Но что несомненно – так это то, что партия независимости существует.

– Но…

В тот самый момент, когда Кайт собрался что-то возразить, у Кьюа лопнуло терпение.

– Инспектор, а нам что сейчас делать?

– Простите, совершенно забыл, – Энторьюа почесал в затылке. – Задержите управляющего.

– Забрать его в полицию?

– Нет, не нужно. Не можем же мы его арестовать просто за нарушение гостиничного законодательства. Просто оставайтесь все время при нем. Вежливо попросите его в интересах следствия не покидать гостиницу. Я сам туда заеду. Кстати, управляющий ни с кем не связывался, нет?

– Нет, ни с кем. Мы за ним приглядываем.

– Отлично. И дальше не давайте связываться. Сообщите ему, что оккупационная армия компенсирует все вызванные этим издержки гостиницы.

– Так можно? – смеясь, переспросил Кьюа.

– Угу. Даже если они не оплатят, за это их будут винить, не нас.

– Слушаюсь.

– Конец связи.

– Конец связи.

Энторьюа похлопал по плечу сержанта, прикрепленного к патрульной машине.

– Давайте к гостинице «Римзейл». Там высадите нас и возвращайтесь сюда. Сообщайте всем, кто будет сюда подъезжать, чтобы ехали туда.

– Есть.

Патрульная машина тронулась.

– Теперь о ваших приказах, – сказал Энторьюа, провожая глазами проплывающий мимо окна городской пейзаж. – Приказ их не арестовывать получили вы, а значит, к нам он не относится. Хочу, чтобы это стало предельно ясным: мы сделаем все, чтобы поймать автоугонщиков.

– Точно, – с явным облегчением сказал Кайт. – Не припоминаю, чтобы я получал приказ вас останавливать.

– Для начала давайте побеседуем с управляющим.

– Может ли этот управляющий укрывать Аб? – спросил Кайт.

– Кто знает.

– Если он член партии независимости, то не должен. Разве не так?

– Не факт.

– Может, вы считаете, что партия независимости – это всего лишь прикрытие?

– Прикрытие чего? – спросил Энторьюа, склонив голову набок.

– Прикрытие подпольной организации, занимающейся помощью Аб в таких вот ситуациях, – похоже, эта идея Кайта очень воодушевила. – Я был бы не удивлен, если бы они заранее создали такую организацию на случай освобождения.

– А я был бы очень удивлен, – холодно ответил Энторьюа.

– Но вы же сами сказали, возможно всякое.

– Наверное, – пожал плечами Энторьюа.

– Но если вы не думаете, что это прикрытие, то зачем, по-вашему, партии независимости нужно укрывать Аб? – поинтересовался Кайт.

– У нас, Sos(наземных граждан), довольно извращенное представление обо всем, что касается Аб. Если у кого-то оно совсем извращенное, он вступает в партию независимости, а если безнадежно извращенное – то в радикальную группировку. Когда-то я занимался одной такой радикальной группировкой – они жаловались, что Аб их не преследуют.

– Что за ерунда!

– Звучит как ерунда, да. Но их можно понять. Frybar(Империю) вообще не волнует, что мы делаем у себя на планете, поэтому сторонникам независимости очень неудобно против нее бунтовать.

«Возможно, больше всех обрадованы этим вторжением именно радикальные группировки, – подумал Энторьюа. – Против оккупантов разворачивать освободительное движение гораздо удобнее, чем против Империи».

– Но если Frybar(Империи) настолько неинтересны планетарные дела, почему они захватили столько планет?

– Естественно, потому что они не хотят, чтобы мы летали в космосе. По-моему, все просто.

– Правда только из-за этого? – сомневающимся тоном переспросил Кайт.

– Ну да, а из-за чего еще? – небрежно ответил Энторьюа.

– Мне так не кажется, однако сейчас не самое подходящее время для споров на эту тему, – Кайт снял с пояса свой коммуникатор. На коммуникаторе обнаружился дополнительный разъем под Имперские Jeish(чипы памяти).

– Будьте добры передать мне Jeish(чип памяти) с материалами следствия, – потребовал он у сержанта.

– Держите, – неохотно ответил тот, передавая Кайту Jeish(чип памяти).

– Давайте устроим утечку информации, что, возможно, партия независимости – только прикрытие, – ухмыльнулся Кайт, словно ему только что пришла гениальнейшая в мире идея.

– Но это все-таки маловероятно, – заметил Энторьюа.

– Тогда тем более надо это сделать.

– Зачем? – не понял Энторьюа.

– Людей у военной полиции много, но об этой планете они почти совсем ничего не знают. Им очень нужны заметные цели, и как можно больше. Если мы передадим им эту информацию, они какое-то время будут заниматься всем, что относится к партии независимости. А мы пока сможем поймать Аб.

Когда Энторьюа увидел гордое лицо Кайта, его настроение вновь испортилось. «И что я наделал… Я только что открыл дополнительный набор «учеников» в их школы демократии…»

 

Следующая

Leave a Reply

ГЛАВНАЯ | Гарри Поттер | Звездный герб | Звездный флаг | Волчица и пряности | Пустая шкатулка и нулевая Мария | Sword Art Online | Ускоренный мир | Another | Связь сердец | Червь | НАВЕРХ