Предыдущая            Следующая

КОРОЛЕВА 18.6

«Помощь в пути», – донесся из повязки голос Мисс Милиции.

– Три Висты, – доложила я. – А Ноэль, вероятно, к северу от нас, и ее цель…

– Рой! – выкрикнула Ябеда, перебив меня. – Выкинь!

– Что?

– Повязку! Выбрось!

Я потянула за ремешки. Собирая букашек на повязке, чтобы получить лучшее представление, что мне делать с этими застежками, я ощутила, что вся эта штука распухает, искажается. Хрустнул экран.

Я сорвала повязку и отшвырнула в сторону, одновременно сама поднялась на ноги и кинулась прочь.

– Мрак! Прикрой! – продолжила кричать Ябеда. – Накрывай тьмой все, что ломает эта тварь!

Мрак испустил струю тьмы, потом растворил ее везде, кроме того места, где была моя повязка. Без зрения я полагалась только на чувства букашек, но могла отслеживать, где он распространил тьму, потому что там воздух казался гуще.

Из слов Ябеды я предположила, что сейчас будет взрыв, однако повязка просто обратилась в струйки густого дыма и растаяла.

– Оно радиоактивное, – интонацией подчеркнула Ябеда. – Все, что она вот так растворяет.

– Если я это не накрываю? – спросил Мрак.

– Если ты это не накрываешь. Это должно нейтрализовать эффекты. Но ты же хотел, чтобы я тебя предупреждала, когда высказываю интуитивные предположения? Ну так вот, это одно из них. Надеюсь, что я права. Возможно, мы выиграем этот бой, но все равно в итоге помрем на больничных койках несколько лет спустя, потому что оказались слишком близко от этой херни, когда она растворилась.

Вот дерьмо.

– Это ж не имеет значения, а? – вмешался Регент. – Все равно через несколько лет миру кранты.

– Давайте избегать чрезмерного радиационного заражения, – призвала я. – Вне зависимости от того, будет конец света или нет.

Остальные «Темные лошадки» и чикагские Защитники выбрались из машины, и мы вместе пятились от анти-Вист. Конкретно, от той, которая создавала радиоактивную пыль.

Первая, которую я засекла, по-прежнему сидела на крыше и распространяла свои эффекты – истончала стены и выкручивала балки. Ее работа шла небыстро, но я готова была держать пари, что полквартала обрушится нам на головы через несколько минут. Если не раньше. Можно предположить, что ее способность работает несколько иначе, чем у оригинальной Висты. Она затрагивает бОльшую площадь, действует медленнее, и, похоже, ей совсем не мешает наше присутствие.

Букашкам, которых я посылала в ее сторону, было трудно добираться до цели. Их сносило вбок, так что они летали вокруг нее по часовой стрелке, а не прямо к ней. Лишь несколько букашек атаковали ее, но тот же эффект, который я уже заметила на ее лице, отвердил всю кожу, и уязвимых для атаки мест было мало. Ее рот представлял собой не более чем безгубую щель поперек нижней части лица и был плотно закрыт, и лишь самые маленькие из букашек могли добраться до глаз. Она почти даже не вздрагивала от укусов моего роя.

Какими бы жалкими ни были мои усилия, они как минимум должны были ее ослепить – ее глазницы были забиты муравьями и мошками; однако же ее способность по-прежнему уверенно подтачивала дома вокруг нас. Еще одна особенность ее умения? Способность ощущать структуру всего, на что она воздействует? Распространяется ли это на восприятие нас?

Вторая прибыла, создав опоры для рук и ног, чтобы взобраться по участку дороги, который сама же превратила в вертикальную стену двенадцати футов в высоту. Сейчас она примостилась на вершине этой стены, сидя на корточках. Пока я избавлялась от повязки, она принялась отсекать нам лучший путь к отходу. Дорога, по которой мы сюда добрались, вздымалась позади нас, образуя барьер, похожий на тот, что впереди. Насколько я могла судить, ее способность соответствовала обычной Висте, и на кусающих и жалящих букашек она тоже реагировала сильнее. Хотела бы я, чтобы это придало мне больше уверенности.

Оставалась третья, нелепо высокая. Виста с выкрученными зигзагом конечностями, которая, похоже, и превращала вещество в радиоактивную пыль. Она пробралась сквозь руины здания и вновь стояла на ровной земле лицом к нам.

– Сперва прикончим радиоактивную? – предложил Тектон.

– Нет, – ответила я. Букашками начертила стрелку в воздухе. – Первый приоритет – вон там, на крыше.

– Что, есть еще и третья? – спросил он.

Похоже, он не услышал моего сообщения Мисс Милиции.

– Если мы ее срочно не выбьем, она обрушит еще дома, – ответила я.

– Лучемант, займись, – приказал Тектон.

Лучемант встал так же, как в прошлый раз: ноги вместе, одна рука вытянута вперед. Я не ощутила от его руки никакого энергетического выплеска. И, судя по поведению Висты, непохоже было, чтобы в нее что-то попало.

– Она искривляет свет? – спросил Вантон.

– Она искривляет пространство, – поправила его Ябеда. – Прямого выстрела у нас не будет.

– И не надо, – произнес Лучемант. Его второй выстрел оставил в груди Висты неглубокий кратер. Она повалилась на крышу, прижав руки к ране.

Истончение стен не прекратилось.

– Как, блин, это работает? – спросил Регент. – Лазер даже не…

– Она еще жива! – перебила я его. Раздался маленький взрыв – это Лучемант выстрелил в Радиоактивную Висту и промазал. Я ощутила, что барьер позади нас резко перестал воздвигаться и что пространство сбоку от нее исказилось, чтобы ей легче было уклоняться.

– Виста на три часа от нас ей помогает! – сообщила я.

– Грация! – крикнул Тектон. – Крыша за тобой! Старт!

Грация прыгнула к нему, вскочила на протянутую тыльной стороной вверх кисть руки. Без малейших проблем удержала равновесие, поместив вторую ногу на тыльную сторону второй перчатки Тектона.

Она подогнула колени – и выпрямила их, чтобы прыгнуть ровно в тот момент, когда копры на перчатках выстрелили со взрывной мощью.

Большинство букашек, которых я на нее поместила, сорвало воздушным потоком, когда она превратилась в живой снаряд. Наверняка она применила свою выборочную неуязвимость, чтобы усилить ступни (иначе копрами их бы размазало), и наверняка она применит свою повышенную подвижность, чтобы приземлиться туда, куда наметила.

Вот только приземление пойдет не по плану. Если бы я знала, что они собираются сделать, я бы ее предупредила. Ее траектория искривилась, как только она влетела в зону действия способности Висты-на-крыше. Грация упала, не долетев до крыши. Прилично не долетев. Она ударилась о землю ногами, сведя их вместе и разведя руки, и на месте ее падения в полуквартале от нужного здания образовался небольшой кратер. Мгновение спустя Грация уже мчалась к своей цели, невредимая.

Некоторые из прикрепленных к нам летающих Плащей стали атаковать сидящую на крыше Висту, и я сочла это достаточным оправданием, чтобы сосредоточиться на других, более насущных проблемах.

Рэйчел и ее псы понеслись к Висте справа о нас, а Регент как мог мешал их цели двигаться, вынуждая ее удерживаться на расстоянии от зверей с помощью своей способности.

Значит, нам остальным предстояло разобраться с радиоактивной.

– Так, что на крыше, занята, – сообщила я. – Вот теперь мы можем драться с этой.

Она протянула руку в нашу сторону, и дорога между нами и ею вспухла, точно под ней прополз мультяшный крот. Лучемант открыл по ней огонь, явно пытаясь отвлечь, но каждый выстрел промахивался совсем чуть-чуть.

Мои букашки покрывали каждый дюйм ее кожи, и я заставляла их впиваться в ее плоть. Кожа была жесткой, грубой и мозолистой, но я наносила урон где могла: в изгибах локтей и коленей, на шее букашкам удавалось прокусывать ее до крови. Я пыталась говорить себе, что это монстр, карикатура на реального человека, и что она слишком опасна, чтобы позволить ей жить. С таким ментальным состоянием, начисто лишенным тормозов, да еще со способностью облучать людей… Я стиснула зубы. Выбора нет.

Мрак закончил укрывать своей тьмой вспученную дорогу. Высокая Виста не отреагировала. Ее рука по-прежнему была направлена на нас.

– Это финт! – выкрикнула Ябеда и крутанулась на месте. – Там!

Мой рой двинулся в ту сторону, куда смотрела Ябеда. Я обнаружила выпячивание, волдырь размером с баскетбольный мяч на боку фургона. Он взорвался всего в футе от головы Лучеманта за полсекунды до того, как тьма Мрака укрыла его.

Слишком поздно. Лучемант пошатнулся, закашлявшись.

Мрак повернулся и протянул руку в сторону высокой Висты. Своим роем, окутавшим ее, я ощутила крохотные взрывы повсюду вокруг нее, искаженным зрением букашек увидела вспышки света. Каждая детонация была не крупнее мяча для гольфа, и даже прямых попаданий не хватало, чтобы убивать моих более крупных букашек.

– Как, блин, пользоваться способностью Лучеманта? – спросил Мрак.

– Ты что, копируешь способности? – удивился Вантон.

– Я-то думала, вы, ребята, про нас подчитали, – съязвила Ябеда. – Мрак, фокусируй лучи линзами. Луч выходит из центра, так что выстрой их так, чтобы собрать луч в нечто более эффективное.

– На случай если ты не заметила, у меня всего одна линза.

Линзы? Мои букашки ничего не ощущали.

Вантон сближался с противником, благо другая Виста была отвлечена – пыталась избежать атак Бентли и Ублюдка, по-прежнему стреноженная способностью Регента. Когда он преодолел полпути, земля вокруг Висты начала искажаться и изгибаться в завитки. Едва Вантон ворвался в эту область, как он испарился.

На миг я подумала, что Виста применила к нему свою способность. Но, когда обломки, пыль и куски здания зашевелились и стали кружиться вокруг точки, которая продолжала двигаться по той же траектории, до меня дошло, что это его способность.

Вантон не колебался, когда радиоактивная пыль взорвалась вокруг и внутри его нового тела. Если уж на то пошло, это дало ему преимущество: пыль обеспечила его материалом для работы, а повреждения дорожного полотна позволили поднимать в воздух куски мостовой. Он добрался до противницы и начал ее молотить. Одна ее рука сломалась и повисла плетью, когда ее ударило крупным обломком.

Атаки Мрака не были феерически эффективны. Взрывов стало вдвое меньше, но теперь их хватало, чтобы убивать букашек при попадании. Мрак отказался от способности Лучеманта и выбросил струю тьмы в сторону Висты. В следующую секунду земля под ее ногами стала искривляться, а вокруг нее начала подниматься пыль.

Справа от нас Рэйчел и Ублюдок сближались со своей Вистой. Ее ногу свело благодаря способности Регента, и шея гнулась под странными углами, что мешало ей сосредоточиться на противниках и применять собственные способности.

Она стала пятиться, вытянула в их сторону здоровую руку и тут же натолкнулась на Чертовку. Прежде чем псевдо-Виста успела как-то среагировать, к ее шее был прижат шокер.

Рэйчел неспешно приблизилась к ней на Бентли. Мои букашки уловили ее голос. Команда, разобрать которую было нетрудно. С учетом контекста.

– Убить, – тихо произнесла Рэйчел. Бульдог взял Висту в пасть и сжимал челюсти до тех пор, пока звучный треск не обозначил переломы десятка крупных костей. Он тряс ее, как тряпичную куклу, явно ломая шею и утяжеляя все раны, которые только что нанес. Девушка умерла мгновенно.

Рэйчел приказала ему бросить тело, Ублюдку приказала отойти от трупа, потом взяла волчонка за цепь. Стала было разворачивать Бентли, чтобы присоединиться к нам, но я уже чертила в воздухе стрелы. Вантон в своей новой форме не рисковал облучиться, но Рэйчел и ее псы – рисковали. Никто не мог гарантировать, что радиация не преодолеет чудовищную плоть и не ударит по собаке, устроившейся в центре.

Шенкелями Рэйчел приказала Бентли бежать со всех ног и повела Ублюдка в направлении Висты на крыше. Никаких колебаний. Никаких видимых сожалений.

Мы с Рэйчел сблизились – возможно, настолько, что нас можно было считать подругами, не только сокомандницами. Какие бы трещины ни возникли между нами прежде, они в основном заросли, и она доверяла мне как лидеру. Держа все это в голове, иногда трудно было помнить, что она все-таки Рэйчел. Если ее психологические тараканы лишали ее всякой эмпатии в отношении других людей, трудно ожидать чего-то аналогичного в отношении человекоподобных.

Тектон вонзил перчатку в землю; от этого места в направлении высокой Висты побежала трещина. Достигнув цели, она взорвалась фонтаном обломков и пыли. Виста пошатнулась, затем еще раз пошатнулась, когда Мрак попал в нее способностью Лучеманта. Она попыталась поднять руку, чтобы защититься, однако тонкая, искривленная плечевая кость была уже раздроблена. Сломанная рука болталась перед ней.

На топографической карте, предоставленной мне роем, я заметила толстые вены, набухшие на ее руке там, где вес болтающейся части натянул кожу и прижал ее к раздробленной кости. Практически не раздумывая, я направила туда своих букашек и приказала им впиться в самую большую вену. Букашки работали сообща: один шершень тянул другого, один жук тянул другого, чтобы совместными усилиями разорвать плоть или разместить ее так, чтобы более сильная букашка могла укусить.

Виста дернулась, и потекла кровь. Сперва отдельные капельки – но кожа была натянута, а букашки непреклонны. Комбинация укусов и натяжений буквально разорвала кожу. Кровь потекла ручейком, затем сразу струей.

Это явно артерия, не вена. Черт меня подери. Я попыталась подавить безмолвный ужас, охвативший меня, пока букашки отслеживали, как кровь льется по руке и стекает по пальцам отдельными потоками.

Все еще стараясь изо всех сил не дать телекинетическому шторму Вантона размозжить себе голову, высокая Виста издала протяжный полустон, полувопль, в котором смешались в равных долях отчаяние и ярость. Он не показался мне нормальным, но это меня не удивило. Из-за чего кровь застыла в моих жилах, так это из-за того, что она кричала почти как могла бы кричать маленькая девочка. Слегка чересчур близко к реальности для комфорта.

Она запустила свою способностью на всю катушку, бесцельно, ненаправленно. Дорожные знаки, почтовые ящики, кучи обломков, стены, части дороги начали скручиваться и выпячиваться. Мрак окутал все вокруг нас ковром тьмы в попытке замедлить распространение радиоактивных частиц. Я не вполне понимала, как это работает, но Ябеда считала, что работает, и я не собиралась жаловаться. Но я бы солгала, если бы сказала, что теперь мы могли мыслями полностью сосредотачиваться на сражении, а не на раке, которым можем заболеть через пять лет.

Потребовалось десять секунд, чтобы Виста рухнула. Всего десять секунд, чтобы она истекла кровью до потери сознания. Кровь продолжала хлестать, и никто не рвался вперед, чтобы ее остановить.

Я ощутила, как прибывают самые быстрые Плащи из группы Мисс Милиции.

Рана, полученная Вистой-на-крыше от Лучеманта, была неглубокой – в основном поверхностные повреждения искусственно гладкой, толстой кожи и ребер. Я лишь периферически осознавала, что делаю это – мои букашки воспользовались возможностью забиться в открытую рану, чтобы атаковать более уязвимую плоть. Ее, похоже, это почти не волновало: она была сосредоточена на том, чтобы отклонять нацеленный в нее огонь и пытаться искривить крышу, чтобы скинуть Грацию. Но это изменилось, когда несколько букашек нашли отверстие, ведущее в пустое пространство вокруг ее легких.

В этот самый момент Виста начала пытаться выковырять букашек из мелкой раны. Отвлечение позволило одному из героев попасть ей в голову плевком пены. Портативный пеномет?

Летающие плащи подлетели ближе и опустились вокруг нее. Последовал короткий разговор незнакомыми голосами, который я не разобрала. Кто-то сказал что-то насчет пены, двое о чем-то поспорили, один прижал палец к повязке и сказал что-то насчет захвата в плен.

Ответила через повязку Мисс Милиция. Она отдала короткий приказ, и несколько Плащей отвернулись. Один из тех, кто этого не сделал, прицелился и выстрелил упавшей девушке между глаз.

Бой был окончен. Герои уже направлялись на север в поисках Ноэли. Я подала Рэйчел знак, чтобы она возвращалась.

Полустон-полувопль высокой Висты все еще звенел у меня в ушах. Он был слишком человеческим.

Не приходилось сомневаться, что она дралась без тормозов. Лучемант стоял на коленях, поддерживаемый Тектоном. Он получил пылью прямо в лицо. Если Ябеда была права… он только что облучился смертельной дозой. Клон провел эту атаку, даже не дрогнув.

У меня уже были такие бои. Сражение с «Девяткой» было во многом похоже: оно требовало от нас не сдерживаться, против нас были враги, убивающие без колебаний. Разница заключалась в том, что против «Девятки» это требовалось, потому что чего-то меньшего было бы недостаточно. А эти клоны – они были уязвимые. Они защищали себя лишь для того, чтобы продолжать наносить урон. Когда я пыталась их ранить, они становились ранеными. Эта формулировка прозвучала так хило, но… она меня потрясла.

Даже зная, что они безумны, даже получив подтверждение от Ябеды, что они не люди, я не могла игнорировать то, как мы были жестоки. Мои действия. Клоны не были невиновны, но были невинны. Если это имело какой-то смысл.

И я знала, что мне придется сделать это снова, когда мы наткнемся на следующего клона.

Ябеда притронулась к руке Мрака, и он убрал тьму вокруг нас.

– Я умру, – произнес Лучемант почти что шепотом.

– На это есть хорошие шансы, да, – согласилась Ябеда.

– Эй, – произнес Тектон. – Не будь сукой.

Вместо ответа Ябеда коснулась своей повязки.

– Лучемант выбит. Ему нужна срочная медицинская помощь от острого радиационного поражения. Весь этот район в карантин, вам понадобится снаряжение для радиационной дезактивации, мобильные души, если у вас есть. Да, и повязка Рой вышла из строя, нам нужна замена, пока кто-нибудь не принял ее за клона.

«Держись рядом с ней, Ябеда, – ответила Мисс Милиция. – Повязку доставим скоро. Карантином, эвакуацией гражданских, дезактивацией занялись».

– Мы отправляемся проверить, что у Баллистика. Твой человек может пересечься с нами там.

– Если они могут отслеживать нас по повязкам, то могут и проследить за нами до его штаб-квартиры, – заметил Мрак.

– Базу он может и сменить, – ответила я. – Быстро отыскать его сейчас важнее.

– Ему это не понравится, – сказал Мрак. – Переселиться из хорошо обустроенной базы в какое-то наспех сооруженное место?

– Он не хотел сегодня с нами идти, вот пускай пожинает плоды, – ответила я. Махнула рукой приближающейся Рэйчел. Та все еще держала Ублюдка на цепи. – Идем.

– Тектон? – спросила Ябеда.

– Я… я не могу оставить здесь Лучеманта, – ответил Тектон.

– Вантон может за ним присмотреть, – сказала Ябеда.

Я посмотрела на Вантона. Он по-прежнему был в своей телекинетической форме. Через ощущения роя у меня создалось впечатление словно миниатюрной галактики: пыль и разнообразные предметы, кружащиеся вокруг центра. Когда он двигался, краям, чтобы его нагнать, требовалось больше времени, чем центральным частям, и это походило на медузу в воде.

– Эй, В, – позвал его Тектон. – Бой закончен.

– Он не может трансформироваться обратно, – сказала ему Ябеда. – Если он это сделает, вся пыль, которую он вобрал в свое ТК-тело, усядется там, и он окажется в том же состоянии, что и Лучемант. И возможно, все поблизости от него тоже.

– Но…

– Но его можно засунуть в дезактивирующий душ, – продолжила Ябеда. – Ему просто надо продержаться достаточное время. Нет поводов для беспокойства. Пятнадцать минут дезактивации – и он чист.

– До сих пор он удерживал эту форму максимум двенадцать минут.

– Значит, ему придется продержаться дольше. Но мы должны опередить Ноэль, пока она не успела устроить следующую ловушку. И ты нам нужен.

– Ты хочешь, чтобы я бросил свою команду, – произнес Тектон.

– Мы можем наткнуться на новых Вист. Она искривляет пространство, искажает архитектуру. Если следующая банда будет организована достаточно хорошо, чтобы отсечь нам все пути к отступлению, сохраняя при этом дистанцию, или чтобы сбросить на нас больше зданий, нам будет нужна твоя помощь. Собаки Рэйчел не смогут освободить нас, если Виста нас закопает или поймает в какой-нибудь пузырь из выгнутого здания.

– Иди, Т, – произнес Лучемант.

– Но ты…

– За мной присмотрят, а я буду подбадривать Вантона, чтоб он смог побить свой рекорд. Бери Грацию и иди.

– Ты его слышал, – сказала Ябеда. – Хочешь за руль?

– Давай лучше ты, – ответил Тектон. – Вести в этом костюме – тот еще геморрой.

– Вот и отлично, – жизнерадостно произнесла Ябеда.

Тектон не ответил, залез в фургон молча. Я взобралась на Бентли.

Поскольку три участка дороги были вздыблены как барьеры, а одно здание обрушено, фургону пришлось сделать крюк. У Бентли такой проблемы не было. Мы прошли по обломкам рухнувшего дома.

Когда мимо меня проносился ветер горячего дыхания пса, я ощущала густой, металлический запах крови.

Может, мне следовало ехать в машине, подумала я. Тогда я смогла бы общаться с Ябедой и Мраком и к тому же не испытывала бы мучительную боль в боку всякий раз, когда Бентли ставил ногу слишком жестко или перепрыгивал препятствие.

В то же время я не была уверена, что хотела бы отказать Рэйчел, когда та проявляла дружелюбие.

Фургон остановился, чтобы подобрать Грацию. Они поехали по другой улице, параллельным с нами курсом.

– …так быстро? – спросил Тектон. Полностью его фразу я не разобрала.

Затем я поймала концовку ответа Ябеды:

– …ловушку.

Я написала букашками на торпеде: «Проблемы?»

Ябеда покачала головой. Сказала что-то, но я не уловила. Она повторила:

– …вентивные меры.

Превентивные меры. Она набирала скорость, чтобы у любых прочих врагов, поджидающих в засаде, было меньше времени, чтобы устраивать нам сюрпризы. Я распустила букашек, оставив лишь короткое «ОК», потом убрала и этих. Я ощутила, как Тектон произнес что-то, но не разобрала что. Его маска не способствовала пониманию.

Я удвоила усилия по прочесыванию окрестностей в поисках возможных клонов Висты, Убера, Элита или Цирк.

Мы нагнали группу быстрых героев, которые прежде нас опередили. Они разбирались со следующей Вистой. Она была ниже ростом, с более толстыми руками и ногами, а шея была толщиной с голову. Пространство вокруг нее было смято в какие-то зазубренные формы, некоторые с остриями. Двое из Плащей были ранены, однако продолжали сражаться.

Мы проскакали мимо, фургон с остальными проехал следом.

Летающие Плащи не перемещались как-то нацеленно. Они прочесывали местность, двигаясь с запада на восток и обратно, при этом в целом сдвигаясь на север.

Мы почти добрались до базы Баллистика, когда из повязки раздался искусственный голос. Не Мисс Милиция. ИИ Дракон.

«Цель обнаружена. Всем Плащам, участвующим в операции, приказ: ничего не предпринимать. Оставаться на своих местах до последующих распоряжений».

Ничего не предпринимать? Я похлопала Рэйчел по плечу, и она остановила Бентли.

Повязка вновь зажужжала, но на этот раз из нее раздался голос Мисс Милиции.

«Эйдолон обнаружил главную цель. Он затребовал, чтобы все Плащи в этом районе оставались на своих местах».

Я уловила, как Ябеда нажимает кнопку на своей повязке. Она спросила:

– Зачем?

Что бы у них там ни была за программа, распоряжающаяся связью, она не сочла нужным передать послание Ябеды.

Фургон нас догнал. Ябеда опустила стекло своей дверцы и открыла заднюю дверь. Остальные выбрались наружу и присоединились к разговору. Грация, скрестив руки, стояла позади всех.

– Что происходит? – спросила я.

– Без понятия, – ответила Ябеда. – Но если Эйдолон сражается с Ноэлью…

Регент закончил фразу за нее:

– …То нам, возможно, не придется париться насчет конца света через два года.

– Почему Мисс Милиция это допускает? – спросила я. – Она же должна понимать риск. Все должны понимать риск.

– Она это допускает, потому что Эйдолон выше званием и у нее нет выбора, – ответила Ябеда. – А он это делает потому, что у него личный интерес.

– Личный интерес? – переспросила Грация.

– Ага.

– Он топовый герой в Протекторате. Его личный интерес – совершать правильные поступки. Вы вот так и работаете? Анализируете ситуацию, пока не извернете ее в такую, где просто обязаны что-то сделать?

– Ага, – ответил Регент. – И у нас это здорово получается.

– Ха-ха, – произнесла Грация без намека на веселье.

– Послушайте, – сказала я. – Ладно. Вы нам помогаете, так что у вас есть право голоса. Если вы согласитесь выслушать меня, а потом сочтете, что в моих словах нет ничего путного, мы будем делать то, что предложите вы.

– Выслушать тебя?

– Да. Послушайте, вы же не можете отрицать, что отправить одного из самых сильных людей в мире в бой против существа, способного превратить Висту в тех тварей, это охеренно плохая идея.

– Еще как могу.

– Грация, веди себя прилично, – предупредил Тектон.

– Нет, я аргументирую. Он же не тупой. Он знает, на что способен, и он слышал, на что способна она. Нельзя стать членом Триумвирата, если ты идиот.

– Он в отчаянном положении, – ответила Ябеда. – Он теряет силы. Он знает, что, когда оказывается в опасности, его способности усиливаются – точно так же, как один из моих товарищей по команде становится чуточку сильнее, когда в ярости, другой становится чуточку сильнее, когда хочет защищать кого-то. А драться с Ноэлью почти так же опасно, как со Всегубителем.

Всегубители. Когда напал Левиафан, это было разрушение на разрушении. Ноэль была чертовски хилой для существа, способного разрывать бункерные двери и создавать армию солдат со сверхспособностями.

Даже в терминах воздействия ее атак в целом – насколько я знала, оно сводилось к одному разрушенному зданию, двум раненым Плащам и одному в критическом состоянии. Мелковато, по ощущениям.

С другой стороны, солнце еще не взошло. Дина сказала, что Ноэль не нанесет по-настоящему серьезного урона до рассвета. Значит, дальше будет хуже?

– Сколько осталось до восхода? – спросила я, оборвав Грацию, которая как раз начала было возражать.

– Девять минут, – ответила Ябеда.

– Дина сказала, что ситуация не начнет реально ухудшаться до восхода… – и я умолкла.

– Ты думаешь, что именно поэтому все полетит под откос, – проговорил Мрак.

– Не исключено.

Ябеда нажала кнопку на своей повязке.

– Эйдолон выбрал на редкость неудачный момент, М.М. Дерьмо должно политься как раз на рассвете. Ты не можешь его отозвать? Напомнить ему?

Никаких признаков, что сообщение прошло.

– Гребаный компьютер, – ругнулась Ябеда. – Поехали.

– Нет, – отрезала Грация. – Вы сказали, нам принимать решение. Меня ваши аргументы не убедили. Мы остаемся здесь.

– Тектон? – спросила я.

Он все еще был на пассажирском сиденье.

– Ну не знаю. Вы готовы ослушаться приказа и позволить Мисс Милиции одобрить ордер на убийство?

Попытаться одобрить ордер на убийство, – поправила Чертовка.

– А, ну тогда конечно, – сказал Тектон. – Тогда никаких проблем.

Я думала о возможных сценариях развития событий. Безумные Висты были весьма свирепы. А безумные мутантные Эйдолоны?

– Да, – кивнула я. – Если до этого дойдет, я готова.

– Это будут ваши проблемы, – сказал Тектон.

– Залезайте в машину, если вы с нами. Вылезайте из машины, если нет, – заявила Ябеда.

Тектон колебался, но оставался на сиденье.

– Тектон? – произнесла Грация.

– Они достаточно сильно уверены в этом, чтобы решиться зайти так далеко. Либо у них нездоровый уровень убежденности в своей правоте, либо они сумасшедшие…

– Либо и то, и другое, – встряла Чертовка.

– Либо и то, и другое. Если это убежденность, я могу допустить, что, возможно, они знают, что делают. К ним относится твой же аргумент про Эйдолона, который стал одним из верхушки Протектората. Раз они достигли своего нынешнего положения, не могут они быть чайниками в своем деле.

– Чего они достигли, так это того, что на их убийство могут выписать ордер, а тебе грозят проблемы по линии Защитников.

– Да что особенного они мне могут сделать? Я Механик, а значит, охраняемый вид. Вряд ли они меня уволят. Если эти ребята правы, наша помощь им может понадобиться. Если они неправы, возможно, у меня будут некоторые неприятности. Я готов сыграть эту ставку.

– А если они что-то эдакое затевают? Или если они реально сумасшедшие?

– Тогда будет лучше, если я буду рядом, скажешь нет?

Грация ничего не ответила. Развернулась и зашагала прочь.

Дойдя до задних дверей фургона, она запрыгнула внутрь.

– С тебя, блин, причитается, Тек.

Она захлопнула одну створку двери, словно подчеркивая свое раздражение ситуацией. Вторую створку оставила открытой для моих сокомандников.

Ябеда выронила свою повязку из водительского окна. Остальные «Темные лошадки» тоже избавились от своих. После паузы Тектон и Грация последовали их примеру – выкинули свои повязки из машины.

После этого Ябеда включила первую передачу. Фургон уже начал двигаться, когда в него влезли Чертовка с Регентом и захлопнули за собой дверь.

Благодаря умению Ябеды определить общее направление на Эйдолона и моему умению сузить область поиска букашками, нам понадобилось всего несколько минут, чтобы их отыскать. Проблема заключалась в том, что у нас было всего несколько минут изначально.

Эйдолон парил в воздухе на безопасном расстоянии от Ноэли. А Ноэль…

Ее я прочесть не могла. Мои букашки исчезали в ней, как только соприкасались; их сигналы искажались и пропадали. Так что картина у меня была туманная. Ноэль была большая. С африканского слона. Чего-то большего мне понять не удалось.

Они разговаривали.

Эйдолон парил, убрав кисти рук в рукава, словно древний сэнсэй; ноги свисали, костюм хлопал и бился вокруг него. Его голос звучал спокойно и тихо, полным контрастом с горячим дыханием, клубящимся вокруг Ноэли, которая тяжело дышала не менее чем пятью ртами. Четыре из них были заметно крупнее того, которым владела более-менее человекоподобная фигура на самом верху.

Я уловила всего два слова из тех, что произнес Эйдолон. Одно из них – «Змей». Второе – «Котел».

 

Предыдущая            Следующая

Leave a Reply

ГЛАВНАЯ | Гарри Поттер | Звездный герб | Звездный флаг | Волчица и пряности | Пустая шкатулка и нулевая Мария | Sword Art Online | Ускоренный мир | Another | Связь сердец | Червь | НАВЕРХ

Система Orphus