Предыдущая            Следующая

РАКОВИНА 4.2

– Обновим твой гардероб, – решила Лиза, когда мы оставили парней позади.

– А что не так с моим гардеробом? – чуть оправдывающимся тоном спросила я.

– В общем-то ничего. Просто он… типично твой. В чем и проблема.

– Вот сейчас ничуть приятнее не стало.

– Ты осторожный человек, Тейлор. И мне в тебе это нравится. Думаю, это существенное добавление к динамике нашей группы, – Лиза подвела меня к палаткам, где была уйма женской одежды, и быстро сняла со стоек три платья.

– Это Брайан осторожный.

– Вы с Брайаном похожи, но я бы не стала называть его осторожным. Он… прагматичный. Как и ты. Разница между вами в том, что он занимается тем, чем занимается, уже три года. У него было два года опыта еще тогда, когда он вошел в нашу группу. Поэтому многое он делает на автомате. Он не думает о мелочах, которые он проделывал уже десятки раз. Он многое воспринимает как само собой разумеющееся.

– А я нет?

– Ты наблюдательная, сосредоточенная и хорошо подмечаешь детали. Лучше, чем все остальные. Ты смотришь, делаешь выводы и потом действуешь с осторожностью и хирургической точностью. Это и твоя сила, и слабость.

– И какое это имеет отношение к моей одежде?

– Твой характер находит свое отражение в выборе одежды. Мягкие цвета. Коричневый, серый, черный, белый. Если ты носишь что-то цветное, то носишь это под водолазкой, свитером или курткой. Никогда не надеваешь чего-то выделяющегося. Никогда не носишь чего-то открытого. В нашем возрасте большинство людей выбирает одежду так, чтобы подчеркнуть свою индивидуальность, обозначить принадлежность к какой-то группе, а ты сосредоточена на том, чтобы не выделяться, не привлекать внимания. Ты слишком осторожна, слишком много думаешь о вещах, о которых думать не надо, всегда стремишься к максимальной безопасности.

– И ты хочешь это изменить, – вздохнула я.

– У меня есть сильное подозрение, что ты способна удивить всех, включая саму себя, если только откинешь свою осторожность, станешь смелее и начнешь импровизировать. Не только когда тебя обстоятельства вынуждают. И я сейчас говорю не об одежде, чтоб ты знала.

– Я примерно понимаю, куда ты клонишь.

– Теперь ближе к делу: я заметила, что ты носишь через день одни и те же две пары джинсов, хотя пять дней назад получила два косаря. Если я не заставлю тебя купить что-нибудь, ты сама явно не соберешься.

– Папа спросит, откуда я их взяла, – запротестовала я, когда Лиза перекинула мне через руку пару блузок.

– Одолжила у меня. Или я перестала в них влезать и подарила тебе. Или ты можешь хранить их у нас и вообще оставить его в неведении.

– Я не люблю врать папе.

Она затолкала меня в отгороженный шторками закуток, служащий примерочной. И уже через шторку ответила:

– В этом я тебе завидую. Но если он до сих пор не понял, почему твой гардероб так усох, то вероятно, не заметит и появления у тебя новой одежды.

Я уже наполовину сняла рубашку, когда ее слова впитались в мой мозг.

– Что ты имеешь в виду?

– Да ладно тебе, Тейлор. Я бы заподозрила, что у тебя есть какие-то проблемы, даже если бы… ну ты понимаешь… мне птичка не начирикала.

Я поспешно надела первое платье в куче, потом отодвинула шторку.

– Тебе нужно быть чуточку поконкретнее, чтобы я могла что-то подтвердить или опровергнуть.

– Не годится, – отмахнулась Лиза от платья – клетчатого, в красно-белых тонах. Я раздраженно задвинула шторку.

С той ее стороны Лиза пояснила:

– Сначала я думала, что тебя достает отец. Однако эту мысль я быстро выкинула, когда ты упомянула его в разговоре. Но у тебя явно полный отстой со здоровенным куском жизни, и если это не дом, значит, школа. Брайан и Алек согласились с этой логикой.

– Значит, ты говорила с ними об этом, – мои руки, застегивавшие пуговицы платья, повисли, а лоб стукнулся о хлипкую фанерную стенку примерочной.

– Тема возникла, когда мы говорили о твоем присоединении к команде, и на сто процентов мы ее никогда не отбрасывали. Извини. Ты новенькая, ты интересная, мы о тебе болтаем. Вот и все.

Я закончила с пуговицами и отодвинула шторку.

– Тебе не приходило в голову, что я могу не хотеть, чтобы вы в это лезли?

Она расстегнула мне верхнюю пуговицу.

– Что ты хочешь и что тебе нужно – не одно и то же. Васильковый тебе идет. Перекинь это платье через карниз.

Она впихнула меня обратно и задернула шторку.

– Что мне нужно, так это… – тут я замялась в попытке подобрать слова, которые не заинтересовали бы тех, кто мог подслушивать. – …Держать эти две части моей жизни подальше друг от друга.

– Отстойную часть и неотстойную.

– Да, сойдемся на этом, – я нашла в куче вещей блузку и джинсы с заниженной посадкой.

– Я могу помочь сделать отстойную часть менее отстойной, – предложила Лиза.

Готова поклясться: в этот момент у меня кровь застыла в жилах. Я с легкостью представила себе, как Лиза является в школу и начинает насмехаться над Эммой. По-моему, перспектива еще разок встретиться с Прославленной испугала бы меня меньше. Я поспешила застегнуть верхнюю пуговицу джинсов, и от смятения эта задача легче отнюдь не стала. У меня ушло тридцать секунд на то, чтобы справиться с пуговицей, и все эти тридцать секунд я ругалась про себя. Где вообще Лиза умудрилась откопать джинсы, которые настолько тесно сидят на мне? Когда я наконец закончила с ними, я отодвинула шторку и уставилась Лизе прямо в глаза.

– Помогать мне мерить одежду – это нормально, – сказала я ей, изо всех сил стараясь сохранять спокойствие в голосе. – Но если ты начнешь прямо вмешиваться в мои проблемы, то я тут же уйду.

– Прям так сразу?

– Прям так сразу. Извини.

– Ну ладно, – вид у нее был малость оскорбленный. Немного дуясь, она махнула рукой в общем направлении моего одеяния. – Что думаешь?

Я попыталась поправить воротничок. Мне нравился абстрактный принт на правой стороне блузки, но V-образный вырез доходил до того места, где у меня кончались ребра и начинался живот.

– Блузка слишком низкая, джинсы слишком тесные.

– Тебе надо привыкнуть показывать вырез. Говорила уже: будь смелее в своем выборе.

– Я бы показывала вырез, если б там было что показывать, – ответила я.

– Что, медленно растешь? – предположила она.

– У мамы был второй номер, и то не всегда – в зависимости от модели лифчика. И это после того, как она забеременела мной и ее грудь немножко подросла.

– Это охренительно трагично.

Я пожала плечами. Еще с начала полового созревания я смирилась с тем, что так и останусь тощей как палка и плоской как доска. Достаточно было взглянуть на генетику с обеих сторон моей семьи, чтобы понять, что мне светит.

– И мои соболезнования насчет твоей мамы. Я не знала.

– Приняты, – вздохнула я. – На блузку накладываю вето.

– Ладно, разрешается, но джинсы мы оставляем. Они подчеркивают твою фигуру.

– Фигуру тринадцатилетнего мальчишки, – пробурчала я.

– Ты выше тринадцатилетнего мальчишки, не глупи. И потом, как бы ты ни выглядела, какой бы у тебя ни был тип фигуры, наверняка найдется кто-то, для кого ты самая охеренно сексуальная из всех, кого он когда-либо видел.

– Ну класс, – пробормотала я. – Где-то бродит жуткий педофил, у которого на лбу написано мое имя.

Лиза рассмеялась.

– Давай померяй еще что-нибудь. Но джинсы перекинь через карниз. Я их покупаю для тебя, и если ты их никогда не наденешь, то будешь чувствовать себя виноватой – хоть какая-то компенсация для меня.

– Найди мне такие же, но на размер больше, и я буду их носить, – предложила я компромисс. И, прежде чем она начала протестовать, добавила: – Они сядут при стирке.

– Аргумент. Пойду посмотрю.

В таком ключе все продолжалось еще какое-то время, причем Лиза выбрала кое-что и для себя. Мы говорили только об одежде, и я ясно видела, что Лиза старательно избегает предыдущей темы. Когда мы закончили, женщина на кассе все подсчитала и протянула нам чек. Четыреста шестьдесят долларов.

– Я угощаю, – сказала Лиза.

– Ты уверена? – переспросила я.

– Взятка в обмен на молчание, – и она подмигнула.

– Молчание о чем?

Она кинула взгляд на кассиршу.

– Потом.

Когда мы уже оставили палатку позади и шли, нагруженные пакетами, Лиза пояснила:

– Сделай одолжение, не рассказывай ребятам, как капитально я облажалась насчет Панацеи среди заложников. Если спросят прямо, можешь ответить, я не прошу тебя врать. Но если они не спросят, не поднимай эту тему, лады?

– Это и есть молчание, которое ты покупаешь?

– Пожалуйста.

– Лады, – ответила я. Я бы согласилась и без подарка в виде одежды, но, по-моему, Лиза это знала.

Она улыбнулась.

– Спасибо. Это такие ребята – думаю, они бы меня до конца жизни не сняли с крючка.

– А ты бы их сняла, если бы сама оказалась на их месте?

– Ну нетушки, – рассмеялась она.

– Я так и думала.

– Но насчет того нашего разговора… Последнее, что я скажу на эту тему сегодня, обещаю. Если ты когда-нибудь решишь, что хочешь, чтобы я вмешалась в твои личные дела, только скажи.

Я нахмурилась и приготовилась огрызнуться, но передумала. Это было честное предложение, Лиза совершенно не пыталась нажимать.

– Хорошо. Спасибо, но я в порядке.

– Значит, договорились. Пошли есть.

«Жуткий Боб» был фастфудным заведением самого бесстыжего типа; хибара с полурестораном-полубаром, стоящая на краю рынка, над пляжем. Думаю, любой, кто жил в тех местах, ел там хоть раз. После чего любой, кто обладал здравым смыслом, выжидал годик, давая сердцу шанс прийти в норму. Бургеры там были настолько жирные, что если закажешь еду на вынос, то, когда вернешься домой, бумажный пакет будет уже полностью прозрачным. Фишкой заведения был бургер под названием «Вызов Жуткого Боба»: если вы сможете его доесть, вам не придется платить. Излишне упоминать, что большинство платило.

Когда мы пришли, Брайан и Алек уже сидели там, и мы заказали еду сразу же. Мы с Лизой договорились разделить чизбургер с беконом, Брайан заказал двойной бургер с шампиньонами и говядиной, Алек остановил свой выбор на «Ужасающем Бобе», здешней интерпретации Биг-Мака.

Никто из нас не был настолько голоден, храбр или глуп, чтобы заказать «Вызов».

Брайан и Алек сидели снаружи, чтобы увидеть нас, когда мы подойдем. После короткого обсуждения мы решили за этим столом и остаться. Он был возле окна, так что мы могли смотреть телек. Было довольно прохладно, поэтому большинство народу сидело внутри. Снаружи, кроме нас, была еще только компания студенческого вида, а они сидели на другом конце дворика и были поглощены пивом и видеоигрой. Словом, это место обеспечивало достаточный уровень приватности для беседы.

– Не хочу показаться занудой, – произнес Брайан, оглядывая гору пакетов, – но я же говорил, что вам не стоит тратить так много сразу после ограбления. Копы и Плащи именно за такими вещами и следят.

– Всё путем, – отмахнулась Лиза. – Банки и кредитные компании вострят ушки, только если конкретный человек резко меняет привычки в плане покупок. А я покупаю примерно столько каждую неделю-две.

Брайан нахмурился. Он, похоже, собирался что-то ответить, но в итоге промолчал.

– Итак, что дальше? – спросила я.

– Ужин, потом десерт, – ответил Алек, не отводя глаз от телеэкрана внутри помещения.

– Я имею в виду, в смысле нашей, – я понизила голос, – незаконной деятельности.

Быстрый взгляд позволил мне удостовериться, что компания в дальнем конце дворика по-прежнему увлечена игрой. Я не могла разобрать ни слова из того, что они говорили, а они шумели довольно сильно, так что я была уверена, что они нас не слышат и подавно.

– А ты хочешь заняться чем-то конкретным? – поинтересовался Брайан.

– Чем-то относительно спокойным, – решила я. – У меня сейчас ощущение, будто я прыгнула в глубокий бассейн, не умея толком плавать. Я предпочла бы получше узнать свои способности в поле, разобраться, как что делать в тех или иных ситуациях, прежде чем я снова окажусь против людей типа Луна или Прославленной, которые способны в буквальном смысле оторвать мне руки-ноги.

– Хм. Что-нибудь попроще, значит.

– Если б здесь была Рэйчел, она бы снова обозвала тебя трусихой, – прокомментировал Алек.

– Придется порадоваться, что ее тут нет, – улыбнулась я.

Принесли нашу еду, и мы разложили на дополнительные тарелочки всякие мелкие закуски, чтобы каждому досталось понемногу всего: картошки фри, батата фри, луковых колец и прожаренных цуккини. Этих закусок самих по себе хватило бы на полноценный ужин, но были еще и бургеры, каждый достаточно большой, чтобы занять почти целую тарелку. Мы с Лизой разрезали чизбургер надвое и взяли себе по половине.

– Похоже, ты не из тех, кто набирает вес, – сказала Лиза, поедая глазами мою фигуру.

– Мне приходится поработать, чтобы его набрать.

– Вот блин, – проворчала она.

– Если тебя это хоть немного утешит, – произнесла я, откусив от чизбургера и вытерев лицо салфеткой, – эта штука жутко скажется на моей коже.

– Да, это утешает, – ухмыльнулась Лиза.

Алек закатил глаза.

– Хватит девчачьего трепа.

– А о чем ты хочешь потрепаться? – спросила его Лиза.

Он пожал плечами и откусил от своего бургера.

Я предложила:

– Понимаю, что звучит банально, но когда люди со способностями собираются вместе, это типа как стандартно – делиться историями, как они их приобрели?

Похоже, лучшего способа начисто убить разговор я придумать не могла. Лиза отвернулась, для разнообразия без улыбки на лице. Брайан и Алек посмотрели очень странно и ничего не сказали.

– Что? – спросила я. Потом еще разок проверила, что в пределах слышимости никого нет. – Что я такого сказала?

 

Предыдущая            Следующая

Leave a Reply

ГЛАВНАЯ | Гарри Поттер | Звездный герб | Звездный флаг | Волчица и пряности | Пустая шкатулка и нулевая Мария | Sword Art Online | Ускоренный мир | Another | Связь сердец | Червь | НАВЕРХ