Следующая

 

ГЛАВА 1

Убить.

Всех убить.

 

Лишь эта жажда в нем существовала. Это уже нельзя было назвать мыслями. Отсечь, оторвать врагам руки, ноги, головы, разорвать их на мелкие клочки – это устремление, превратившись в холодное пламя, пронизало все тело Харуюки Ариты.

– Грр…

Испустив низкий звериный рык, он крепче сжал громадный меч в правой руке.

От чистого серебряного цвета дуэльного аватара Сильвер Кроу не осталось и следа. Взамен все тело приобрело более зловещий, более темный, хромово-серебряный оттенок. Форма брони тоже изменилась. Тонкие, гладкие руки и ноги покрылись иззубренными кольцевидными элементами. Туловище тоже. Но самым зловещим было то, что голову, изначально округлую, сверху и снизу окружил шлем, напоминающий хищную пасть. Визор, похожий на два ряда клыков, полностью скрыл лицо, зеркального забрала не стало видно вовсе.

Эта броня отнюдь не была обычным предметом – тем, что в игре-файтинге «Brain Burst» называется «Усиленным вооружением».

Сильнейшее оружие и доспехи, называемые «Семью регалиями» или «Семизвездием». Шестая звезда, доспех «Зе Дестини», слилась с высокоуровневым мечом «Стар Кастер» и, пропитавшись гневом и горем некоего бёрст-линкера, исказила свою форму. С зари существования Ускоренного мира принесший в него много бед и, даже когда его уничтожали, неизменно возрождавшийся вновь – «Доспех бедствия». Легендарное Усиленное вооружение «Зе Дизастер», уже превосходящее по мощи другие регалии, сейчас полностью покрывало тело Сильвер Кроу.

На самом деле это уже нельзя было назвать «призвано» и «снаряжено». Харуюки уже сам стал «Доспехом», «Доспех» стал Харуюки. Обитающая в «Дизастере» жажда разрушения слилась с сознанием Харуюки, и даже голоса его, до сих пор раздававшегося при каждой возможности, слышно уже не было.

Вместо этого Харуюки по собственной воле низким шепотом произнес:

– Всех… всех вас убью.

Развернув приобретшие демонический облик крылья, Харуюки продолжал парить. Под ним, там, где в реальном мире были улица Мэйдзи и парк Ямасита в Сибуе, а здесь – дорога арены «Демонический город», шесть стоящих кольцом бёрст-линкеров задрали головы и посмотрели на пришельца.

В середине этого кольца слабо мерцали два огонька.

Один – зеленый, травяного цвета. Второй – пепельно-серый. «Маркеры смерти», обозначающие места гибели бёрст-линкеров в Безграничном нейтральном поле. Зеленый маркер принадлежал Буш Утану из зеленого легиона «Грейт Уолл». Серый – его «старшему брату» и заклятому сопернику Харуюки, байкеру Эш Роллеру.

Из шестерки, раз за разом мучительно убивавшей этих двоих, пятеро были Харуюки вроде как незнакомы. Припоминал он только один аватар – тот самый, который несколько минут назад добил Эша.

Стройный, только в руках чувствовался объем. Цвет брони – темно-зеленый с уклоном в коричневый. Звали его Олив Граб, и всего несколько дней назад они в паре с Буш Утаном были активными членами зеленого легиона. Естественно, и с Эшем он был хорошо знаком, пожалуй, они даже приятельствовали.

И тем не менее он без малейших колебаний, не выказывая эмоций, заслуживающих называться эмоциями, пронзил Эшу сердце. Он явно стремился лишить Эш Роллера всех очков и навсегда изгнать его из Ускоренного мира.

У Олив Граба, смотревшего на Харуюки лишь с легкой тенью сомнения на маске, и остальных пятерых в груди имелся одинаковый объект, похожий на какое-то живое существо, на глаз.

Это был паразитический объект «ИСС-кит», который давал пользователю возможность управлять обладающей жуткой боевой мощью внесистемной сущностью, «инкарнацией», но взамен усиливал его негативные эмоции и искажал личность человека даже в реальном мире. Все шестеро сейчас были под контролем кита и потому совершенно не стеснялись атаковать Эш Роллера, семпая Олива, и Буш Утана, обладающего таким же китом.

Однако Харуюки эти объяснения были уже безразличны.

Эш Роллер, принадлежащий к другому легиону, был, можно сказать, противником. И хотя его Родителем была заместитель командира «Нега Небьюлас» Скай Рейкер, в реальном мире Харуюки не встречался с ним ни разу.

Но…

Именно с Эшем Роллером у Харуюки в Ускоренном мире был первый бой, первое поражение и первая победа.

Эш, старающийся получать максимум удовольствия от любого боя в «Brain Burst», стал для Харуюки в каком-то смысле опорой. В минуты боли, в минуты растерянности именно его суперпозитивный стиль боя и захватывающий рев мотора его американского мотоцикла возвращали Харуюки на верный путь бёрст-линкера. Дуэли с ним всегда были зажигательными, всегда были здоровскими.

К шестерым, которые этого самого Эша терзали, пользуясь подавляющим превосходством в численности и в мощи инкарнационных атак, Харуюки испытывал чистую ненависть. Эта ненависть и ярость вновь пробудили «Доспех бедствия», который с таким трудом удалось вернуть к состоянию семени, и он принялся толкать Харуюки на путь, совершенно противоположный истинному пути воина, но это в сознании Харуюки уже не запечатлевалось.

Рассыпая в небе черные искры, Харуюки резким движением вскинул над головой меч.

Видимо, расценив это движение Харуюки как враждебное, стоящие на земле шестеро вместе с Олив Грабом абсолютно синхронным движением подняли правые руки и навели на него.

Большие и маленькие – самые разные ладони окутались одинаковым черным оверреем. Слизеподобная тьма тут же сгустилась и исказила окружающее пространство, демонстрируя свою жуткую мощь.

В это же мгновение по серой пленке, покрывшей все поле зрения Харуюки, стремительно пробежала надпись мелким шрифтом: «Прогноз атаки/Инкарнация, Повышение дальности и силы/Энергия пустоты, Уровень угрозы/10».

Из шести ладоней беззвучно потянулись полупрозрачные бледно-красные линии. Это были не сами атаки. «Доспех», используя накопленный им чудовищный боевой опыт, спрогнозировал траектории атак и отобразил их в поле зрения Харуюки.

Увернуться от этих бесхитростных, нацеленных ему прямо в грудь атак было бы легче легкого.

Однако Харуюки, не сдвинувшись с места даже на миллиметр, влил чуть больше силы в сжимающую меч правую руку. Черная аура, которая окутывала клинок, яростно заколыхалась. По цвету она была похожа на ауру тех шестерых на земле, но если у них была «слизь», то у Харуюки – «пламя». Пламя абсолютно нулевой температуры, в котором слились буйствующая ярость и отточенная жажда убийства.

Шесть бёрст-линкеров на земле на миг согнули пальцы вытянутых правых рук, тут же снова выпрямили. И в унисон произнесли название техники.

– «Дарк шот»!

Это была одна из двух базовых инкарнационных техник, которыми могли пользоваться обладатели ИСС-кита. Сейчас шесть черных лучей, точно таких же, как тот, которым три дня назад Буш Утан оторвал крыло Сильвер Кроу, словно бумажное, понеслись вперед с чудовищным резонирующим звуком.

Эту множественную атаку, таящую в себе мощь, способную мгновенно истребить любой дуэльный аватар, Харуюки притягивал к себе до последнего момента, а когда лучи достигли определенной точки на своей траектории – отбил одним небрежным движением «Старкастера».

Пылающее черное пламя даже не позволило лучам тьмы прикоснуться к клинку. Раздался грохот, словно само пространство раскололось (это характерно для ситуаций, когда сталкиваются инкарнационные атаки с одним и тем же свойством), и все шесть лучей отлетели вправо-вниз, если смотреть со стороны Харуюки. Из глубокой дыры, образовавшейся в чрезвычайно твердой поверхности арены «Демонический город», рванулось черное пламя.

Но Харуюки не удостоил это явление и взглядом. Он погрубевшим голосом пробормотал:

– …Вяло.

В конечном счете это была всего лишь стандартизированная инкарнационная техника. Она, конечно, могла механически перезаписывать реальность, но сердцевина ее была пуста. С «Лайтнинг дарк спайком», который выпустил вчера вечером захваченный таким же ИСС-китом Такуму, она не шла ни в какое сравнение. В эту технику не были вложены чувства.

В Олив Грабе и остальных был только «голод». Пустое желание захапать побольше бёрст-пойнтов. Уродливое желание наслаждаться легкими победами, добытыми полученной от кого-то легкой силой.

И эти дуэльные аватары этой силой раз за разом терзали Эш Роллера. Его, своей гордостью геймера оттолкнувшего от себя систему инкарнации, бойца один на один до мозга костей, они окружили вшестером и убивали раз за разом, раз за разом, раззаразомраззаразомраззаразом…

Нет, не только это. Они охотились еще и на Буш Утана, «младшего брата» Эша, который был вместе с ним и, по идее, должен был быть их товарищем. Два прижавшихся друг к другу маркера смерти рядом с этой шестеркой – тому доказательство. Если бы ничего не произошло, Эш с Утаном присоединились бы к друзьям Харуюки далеко на северо-востоке, в Тиёде…

 

Сегодня, 20 июня 2047 года, шесть членов легиона «Нега Небьюлас» осуществили операцию по вызволению Харуюки (Сильвер Кроу) и Утай Синомии (Ардор Мэйден), заточённых в расположенный в самой середине Безграничного нейтрального поля «крепости императора».

Харуюки и Утай, заручившись помощью загадочного бёрст-линкера по имени Трилид Тетраокисайд, с которым познакомились в главном здании крепости императора, сумели выбраться через южные ворота. Остальные четверо – Черноснежка, Фуко, Такуму и Тюри – по плану должны были прикрыть отход Харуюки и Утай, вовремя связав боем охраняющую ворота Судзаку – энеми класса «супер», одного из «четырех богов».

В реальности Судзаку материализовалась раньше, чем они ожидали, и Харуюки с Утай сбежать по прямой оказалось невозможно. Судзаку должна была спалить их своим огненным дыханием, но Черноснежка и Фуко, решившись пожертвовать ради них собой, отвлекли Судзаку на себя. Однако в этом случае командир и заместитель командира легиона погибли бы в глубине территории одного из Четырех богов и угодили бы в «бесконечный ЭК» – худший из возможных исходов. И Харуюки, вверив Такуму и Тиюри потерявшую сознание Утай, развернулся на 180 градусов и полетел на выручку двум самым своим любимым людям.

Обхватив обеими руками Черноснежку и Фуко, он полетел вверх, перпендикулярно дороге, ведущий к остальным членам легиона, но Судзаку погналась за ними. Когда шкала спецатаки, источник энергии для способности Харуюки к полету, иссякла, он создал новую инкарнационную технику, «Скорость света», и, преодолев стратосферу, поднялся к миру звезд.

Неспособные летать в безвоздушном пространстве Харуюки и Судзаку остановились, но обладающая Усиленным вооружением-двигателем «Гейл Трастер» Фуко, посадив на спину Черноснежку, ринулась в атаку. Жуткая инкарнационная техника Черного короля «Звездопад» наконец-то одолела Судзаку. Благодаря «связи четырех богов» (конкретно – их взаимному лечению) прикончить ее не удалось, но Харуюки, Черноснежка и Фуко смогли выбраться живыми с территории Судзаку.

Все шестеро крепко обнялись, поделившись радостью от успеха операции – но тут Харуюки обнаружил, что Эш Роллера, который по плану должен был тоже быть здесь, с ними нет. Узнав, что он не появился в назначенном месте встречи, Харуюки, охваченный труднообъяснимым плохим предчувствием, полетел на поиски в одиночку – и выяснил, точнее, увидел собственными глазами.

Как Олив Граб убивает Эша.

 

Причиной запланированной встречи «Нега Небьюлас» с Эшем, вообще-то принадлежащим к враждебному зеленому легиону «Грейт Уолл», было то, что он вопреки собственным убеждениям захотел освоить основы системы инкарнации.

Сегодня утром на пути в школу Харуюки подуэлился с Эшем, и в конце этой дуэли Эш сказал ему, что инкарнационные приемы нужны ему вовсе не для того, чтобы отрываться на полную катушку в Безграничном поле. Его устроит, если он сможет провести одну-единственную атаку, чтобы открыть глаза своему младшему брату Буш Утану.

В назначенном месте он не появился наверняка потому, что, пока ждал, на обычной дуэльной арене наткнулся на Утана. Не упустив этой возможности, Эш убедил, а может, упросил Утана отправиться с ним в Безграничное поле

И Утан, видимо, поддался на отчаянные уговоры Эша. Решился отбросить свой ИСС-кит и вновь вернуться на путь правильного бёрст-линкера. Наверняка они рассчитывали встретиться в Безграничном нейтральном поле, а потом пересечься с Харуюки и остальными сразу после завершения операции легиона «Нега Небьюлас» по спасению из крепости императора.

Однако шестерка Олив Граба, предугадав, куда движутся Эш с Утаном, напала на них из засады.

Как их убивали прежде, Харуюки не знал. Но когда он прилетел на это место, Эш прикрывал собственным телом маркер смерти Утана. Маркер, как подсказывает название, – не более чем отметка, и потому действия Эша практического смысла не имели, однако он, видимо, не мог иначе.

Раз эти двое погибли не одновременно, то, естественно, через шестьдесят минут они не одновременно и воскреснут. Даже если один оживет, второй останется мертвым. И будет бессильным призраком наблюдать за жестокой гибелью своего старшего (или младшего) брата.

– …Не прощу, – вновь хрипло вырвалось у Харуюки. – Не прощу. Убью. Всех вас убью. И буду убивать, пока не останетесь без бёрст-пойнтов и не исчезнете из Ускоренного мира.

Бушующее в его теле ледяное пламя все наращивало и наращивало давление, нетерпеливо ожидая, когда же его выплеснут наружу. Ярость и ненависть растворялись в этом пламени, порождая пылающую иссиня-белым огнем волю.

– …Вы ведь этого хотели, да? Ссор, убийств. Пока от вас самих, да и от этого мира ничего не останется. …Раз так, я выполню ваше желание. Я сотру вас из этого мира.

Исходящий из-под демонического визора голос уже более чем наполовину не был голосом самого Харуюки. Это был чей-то еще голос, несущий в себе звериную ярость вкупе со стальным хладнокровием.

…Нет, не только это. Был еще какой-то очень далекий… все время слабо звучащий где-то в глубине голос. Чей-то полный горя и печали, но тем не менее отчаянно пытающийся дозваться голос…

Но, прежде чем произносимые им слова достигли сознания Харуюки, шестеро внизу снова подняли правые руки.

Хотя предыдущие шесть инкарнационных атак Харуюки отбил одним взмахом меча, непохоже было, чтобы врагов это как-то взволновало. Они были полностью спокойны… Нет, впечатление было такое, будто их просто лишали эмоций.

Взамен паразитирующие у них в груди ИСС-киты, темно-багровые глаза, сверлили Харуюки взглядами, полными ненависти. В шести руках сгустилась слизеподобная аура. Она собралась на ладонях, и в воздухе замелькали черные искры, предвещая атаку более мощную, чем предыдущая.

В поле зрения Харуюки вновь появилась информация о свойствах атаки и о прогнозируемой траектории. Атака тоже дальнобойная инкарнационная, но траектория не такая, как в прошлый раз. Чисто-красные линии на полпути бледнели и расходились в стороны, образуя сферу в воздухе вокруг Харуюки. Иными словами…

– «Дарк шот»!!!

Шесть ртов одновременно выкрикнули название команды – идеальный синхрон. Рванувшиеся из ладоней черные лучи, оставляя за собой маленькие брызги, приближались. Однако траектории, в отличие от предыдущей атаки, были не прямолинейными. Лучи двигались хаотично, волнообразно, но в то же время, несомненно, все нацеливались на Харуюки.

– …

Харуюки молча развернул металлические крылья и рывком отлетел вправо. Миг спустя группа лучей тоже резко повернула и понеслась за ним. Очевидно, «самонаводящаяся атака». Поскольку лучи до последнего момента друг на друга не накладывались, отбить их все одним ударом, как предыдущий залп, было невозможно. Даже если отбить мечом один луч, остальные пять обрушатся на него. Полоса хит-пойнтов, пострадавшая в бою с Судзаку, благодаря призванному «Доспеху» уже полностью восстановилась, так что мгновенная гибель маловероятна, но определенный урон он наверняка получит.

Харуюки рванулся влево, и группа черных лучей, словно терзаемых неутолимым голодом, понеслась за ним. Похоже, как бы быстро он ни двигался, траектории самонаводящихся лучей в одну не сходились. Если долго лететь по прямой на полной скорости, может, стряхнуть их и удастся, но это будет мало чем отличаться от бегства.

Сбегать отсюда он абсолютно не собирался. Наоборот – распростер крылья, резко затормозил и, перейдя в парение, развернулся.

Шесть лучей, сложным образом переплетаясь друг с другом, приближались. Шесть аватаров на земле, возможно, приняли остановку Харуюки за сдачу – на их лицах появились бледные улыбки. И, будто соглашаясь с ними – Харуюки под визором тоже хищно усмехнулся.

По-прежнему сжимая меч, он скрестил руки перед грудью. Надменно выпятив грудь, он смотрел на приближающиеся черные снаряды. Вися неподвижно на высоте около тридцати метров, он притягивал лучи. Ближе… еще ближе.

За миг до того, как они обрушились на него, он тихо прошептал:

 

– «Флаш блинк».

 

Оставив после себя лишь краткое вибрирующее «бзз», Сильвер Кроу, то есть шестой Кром Дизастер, исчез. Лучи, потеряв цель, несколько секунд хаотично блуждали, а потом – какие-то прямо в воздухе, какие-то врезавшись в дома – взорвались вспышками черного пламени.

Харуюки к этому времени уже материализовался почти вплотную к шестерке обладателей ИСС-китов, рассыпав во все стороны черно-серебряное сияние.

«Флаш блинк». Спецприем, освоенный бёрст-линкером древности, тем самым, который создал в Ускоренном мире «Доспех бедствия» – точнее, исказил шестую из «семи регалий», «Зе Дестини», вложив в нее свою ярость и отчаяние и превратив в Усиленное вооружение «Зе Дизастер». Псевдотелепортация, при которой тело бёрст-линкера распадается на мельчайшие частицы и мгновенно переносится в удаленное место.

Харуюки даже имени этого бёрст-линкера не знал. У него были лишь фрагментарные воспоминания о событиях далекого прошлого, подсмотренные в странном сне, который он увидел в крепости императора. Как «он» выглядел, какие техники применял и так далее – всего этого Харуюки не должен был помнить.

И тем не менее он чувствовал – нет, знал. Знал, что сейчас у него самого тоже есть эта сила.

Один из обладателей кита – дуэльный аватар с темно-коричневой броней, на левой руке которого в кончиках всех пальцев были оружейные дула, – ошеломленно глядел на появившегося прямо перед ним Харуюки.

– …«Да-»…

Он попытался выкрикнуть название приема и одновременно выбросить правую руку вперед.

Однако эта рука все еще была устремлена вверх, не на Харуюки, и своим движением аватар попытался завернуть ее назад, не думая о ее диапазоне подвижности. Миг спустя в районе плечевого сустава пробежала черно-серебряная линия. По этой линии рука отделилась от тела и с грохотом упала на землю арены «Демонический город».

Харуюки отсек ему руку сверхскоростным ударом меча.

Как и «Флаш блинком», этой техникой он изначально не должен был владеть. В отличие от Такуму, он в реальном мире кэндо не занимался, а в Ускоренном всегда специализировался на бою голыми руками. Он не знал не только как работать Усиленным вооружением типа «меч», но и как держать его.

Но Харуюки было уже без разницы, что именно в нем пробуждается. Его сознание переполняла лишь яростная жажда изрубить на кусочки врагов перед его глазами, изгнать их из этого мира.

Темно-коричневый аватар какое-то время просто смотрел на лежащую на земле собственную правую руку, наконец его лицевую маску исказило легкое выражение страха.

– Откуда ты… откуда эта сила… – раздался голос из-под маски с линзами, похожими на очки. Потом, судя по всему, его наконец настигла боль от раны, и он прижал левую руку к обрубку правого плеча. Волнение и страдания своего владельца передалось и ИСС-киту – глаз в груди неровно замерцал.

Но в этот момент киты стоящих сзади остальных пятерых кратковременно вспыхнули красным. И, словно подпитавшись их энергией, кит в груди темно-коричневого аватара тоже вернул себе злобный блеск. Похоже, эти шестеро принадлежали к «общему кластеру», если пользоваться терминологией Такуму. Общность ИСС-китов означала, что они генетически близкие клоны – то есть они связаны друг с другом как родитель и ребенок либо как братья. Но эта общность была вызвана лишь временным совпадением интересов, так что называть ее «узами» было бы неправильно. То, что они безжалостно охотились на Буш Утана, члена того же кластера, служило этому отличным доказательством.

Узы…

Едва Харуюки вспомнил этот голос, где-то в глубине сознания вспыхнула острая боль.

Посреди заледенелой тьмы словно родился слабый солнечный лучик. Эхо чьего-то далекого-далекого голоса.

…спомни… у тебя тоже… гоценные узы… лжны быть!..

Но тут же новая вспышка ярости затушила этот свет и голос. Чувствуя наполняющую все тело иссиня-белую огненную бурю, Харуюки прошипел стоящему перед ним темно-коричневому аватару:

– Вы отсюда скоро исчезнете… Вам нет смысла знать, что это.

– …Не зазна… вайся…

Глаза под линзами вспыхнули алым огнем. ИСС-кит в груди, как и киты остальных пятерых, запульсировал, словно сердце. Боль, которая вообще-то должна быть вдвое сильней, чем на обычных дуэльных аренах, как будто уже не чувствовалась.

Темно-коричневый аватар, отняв левую руку от раны, подал какой-то знак. Остальные пятеро проворно сманеврировали и быстро окружили Харуюки. Похоже, этот коричневый и был их лидером, но сейчас, когда он потерял руку, главной боевой силой должен был стать кто-то другой. Решив на автомате раздавить следующим именно его, Харуюки попытался повернуться.

Но его ноги внезапно перестали слушаться. Глянув вниз, он обнаружил, что как-то незаметно под ногами у него возникла сияющая зеленая жидкость, из которой высунулись две руки и крепко ухватили Харуюки за лодыжки.

Это было не то же самое, что топографическая ловушка «ограничение подвижности» арены «Кладбище». Жидкость, из которой тянулись руки, лилась из растворившихся рук дуэльного аватара, стоящего слева от Харуюки. Стройный аватар встретился взглядом с Харуюки, и его простая эллиптическая маска ухмыльнулась. Олив Граб…

Харуюки свисающим с правой руки мечом небрежно ткнул в цепляющуюся за его лодыжку кисть руки. Однако острый металл прошел сквозь нее без сопротивления, никакого урона не нанеся. Похоже, хоть эти руки и хватали свою жертву с невероятной силой, физические атаки на них не действовали. Прогноз атаки заранее не появился – возможно, потому что Харуюки сосредоточил взгляд на коричневом аватаре?

Окружив пойманного Харуюки, остальные пять аватаров слаженным движением подняли левые руки. Крепко сжатые кулаки окутала густая, слизеподобная темная аура.

– Хе-хе… Твои очки мы тоже все заберем, – грубым голосом произнес темно-коричневый.

На этот раз поле зрения пересекла строка текста. «Прогноз атаки/Инкарнация, Повышение силы/Энергия пустоты, Уровень угрозы/30». Одновременно с этим пять красных линий, предсказанных траекторий удара, со всех сторон вонзились в Харуюки.

Занеся над головой левые кулаки, пятеро синхронно рванулись вперед и в унисон выкрикнули название приема:

– «Дарк блоу»!!!

Виртуальный воздух обжигающе пронзили облаченные в тьму прямые удары. Какой бы высокой ни была защитная мощь «Доспеха», при одновременном попадании пяти инкарнационных атак типа «повышение силы» он, вероятно, получит очень серьезный урон. Однако Харуюки лишь холодно смотрел на приближающиеся кулаки. У инкарнационной атаки была повышена лишь сила, а скорость удара оставалась немногим выше, чем у новичков. Для Харуюки, специально тренировавшегося, чтобы уклоняться от пуль снайперских винтовок красных игроков, эти удары были снотворно медленными. Вновь он до последнего притягивал их к себе, а когда ауры уже почти соприкоснулись, прошептал под визором:

– «Флаш Блинк».

Оставив после себя лишь краткую вибрацию воздуха, черно-серебряный аватар исчез. Руки Олив Граба, державшие Харуюки за ноги, беспомощно загребли воздух.

Сохранив стоячее положение, Харуюки телепортировался назад на короткое расстояние, всего метра три, и вновь материализовался. Прямо перед ним пять кулаков, потерявшие цель, но уже не успевавшие отойти назад, со всей силы врезались друг в друга.

Грохот был такой, будто раскололся весь мир. Рванувшее во все стороны черное пламя на миг полностью закрыло поле зрения. На Харуюки хлынул густой поток энергии, однако он позволил себе лишь чуть отвернуть голову.

Когда перед глазами вновь прояснилось, Харуюки увидел пять аватаров, катающихся по земле и тихо стонущих. Левые руки у всех исчезли по самые плечи. Раны были такие, как если бы руки оторвали, и боль, скорей всего, была несравнима с болью при отсечении острым клинком.

– …Ни фи… га… себе… – изумленно проговорил Олив Граб.

Не сводя с него глаз, Харуюки подошел на несколько шагов и наступил правой ногой на грудь одного из упавших. Лидер этих шестерых, обладатель красновато-бурой брони. Однако сейчас, лишившись обеих рук, он уже не мог применять ни «Дарк шот», ни «Дарк блоу».

Ему, уже неспособному говорить и лишь мигающему глазами-линзами, Харуюки тихо прошипел:

– Дважды на один трюк попались.

Ладно бы в матче-реванше в какой-нибудь другой день, но в этом же бою (Харуюки ведь совсем недавно увернулся от атак с помощью «Флаш блинка») попасться второй раз на один и тот же прием – верх глупости. Соперникам, с которыми Харуюки сражался до сих пор, достаточно было бы увидеть в первый раз, как он уклоняется от луча, и они бы, разобравшись в природе и возможностях этого приема, тут же придумали бы какие-то контрмеры. К Эш Роллеру, естественно, это тоже относилось.

Наслаждаясь легко доставшейся силой, эти типы забыли азбуку ведения дуэлей. Эш, на которого они охотились, рассчитывая на численное превосходство, наверняка их презирал. При этой мысли в груди у Харуюки вновь вспыхнула пульсирующая боль, но и эти чувства тут же превратились в слепую ярость.

Не думая о том, как он выглядит в глазах Эш Роллера, ожидающего воскрешения в «призрачном состоянии», Харуюки вложил силу в снабженную острыми когтями правую ногу.

Подошва стопы ощутила яростную пульсацию ИСС-кита, паразитирующего в груди коричневого аватара. И одновременно изо рта аватара вырвался отчаянный вскрик.

– Гх… га… ааа!..

Он дергался и извивался, словно стараясь впиться в землю руками, которых уже не было, однако ножеподобные когти «Доспеха», глубоко впившись в угловатую броню, не выпускали его. Вскоре по броне побежали радиальные трещины, и в воздух выплеснулись кроваво-красные спецэффекты.

Пока Харуюки, ведомый яростью, истреблял хит-пойнты врага самым жестоким способом, в уголке его сознания, словно какой-то независимый процесс, мелькали холодные мысли.

В этой ситуации возможно ли избирательно уничтожить ИСС-кит? Если его разрушить, может, что-то произойдет?

Как он только что увидел, ИСС-киты связаны друг с другом невидимым «контуром». Киты-терминалы связываются не напрямую друг с другом, по принципу peer-to-peer, а по схеме «клиент-сервер». Не окажется ли так, что при разрушении кита некая форма сигнала отправится в существующее где-то в Ускоренном мире «главное тело кита»?

Чувствуя пульсацию ИСС-кита под подошвой, Харуюки безжалостно вдавил правую ногу.

– Гхааа… не, не на-… гх… ааааа!!!

С этим бьющим по ушам криком торс дуэльного аватара рассыпался на мельчайшие осколки, и одновременно с этим раздался какой-то странный звук. Распавшийся на верхнюю и нижнюю половинки под ногами Харуюки аватар попытался издать последний вопль, но за миг до этого, видимо, его полоса хит-пойнтов обнулилась, и все его тело, испустив алое сияние, распалось на множество фрагментов.

Харуюки холодно наблюдал за сверхмучительной гибелью противника. Правая нога Сильвер Кроу, несомненно, раздавила ИСС-кит темно-коричневого аватара. Однако, судя по спецэффекту исчезновения и заполнению шкалы спецатаки, Усиленное вооружение разрушено не было. Иными словами, даже если обычная физическая атака раздавливает ИСС-кит, уменьшается только полоса хит-пойнтов аватара, а сам кит разрушить невозможно.

Справа от Харуюки, холодно крутящего мысли в голове, один из лишившихся левой руки аватаров наконец встал и коротко выкрикнул:

– …Отходим! Кокоа Крэкера[1] бросаем и валим!

Кокоа Крэкер – это, видимо, имя темно-коричневого аватара, которого раздавил Харуюки. «Бросить лидера» и прочие так легко произносимые ими вещи – да, явно наспех собранная команда. Стоящая перед Харуюки четверка, за вычетом Олив Граба, обменялась кивками и побежала на юг. Они собираются выйти через портал на станции Сибуя, к которой ведет улица Мэйдзи? Олив же, судя по направлению его взгляда, ждал, пока зарядится шкала, чтобы снова применить свой прием.

По-прежнему стоя на месте, Харуюки провожал взглядом убегающую со всех ног четверку. Но, конечно, отпускать их он нисколько не собирался. Воткнув меч в землю рядом с собой, он поднял пустую правую руку одновременно с левой. Выпрямил пять острых пальцев и навел ладони на двоих, бегущих с обоих краев четверки. Быстро оттянул запястья.

С тихим пневматическим звуком из нижней части обеих ладоней вылетели крохотные серебряные огоньки.

Оставляя в воздухе серебристо сверкающие следы, они понеслись за двумя убегающими аватарами со скоростью пули. Мгновенно догнали их и шикарным образом вонзились в броню на спине. Раздался тихий, сухой металлический звук, однако двое продолжили бежать, даже не покачнувшись. Урона, похоже, вовсе не было. Но…

Харуюки оттянул руки чуть назад и ощутил тяжелое сопротивление. Одновременно бег двух задних аватаров нарушился. Они сделали еще два неловких шага, по-прежнему отчаянно пытаясь отталкиваться от земли, но тела вперед уже не двигались. Они подались назад, их ступни оторвались от земли, и, пронзительно вопя, аватары полетели по прямой. Точнее сказать, их притягивали выстреленные из ладоней Харуюки сверхтонкие металлические тросы. Скрытое умение «Доспеха бедствия» – трос с гарпуном.

Вернув обоих туда, где они были изначально, Харуюки вонзил им в спину когти до самого основания и, так удерживая, поднял над головой.

– А… опусти!..

– Не может быть, у тебя ж даже ИС-мода нет, почему ты такой крутой!..

Голоса этих двоих, трепыхающихся, точно наколотые на булавки насекомые, уже были для Харуюки не более чем неприятным шумом. Сосредоточив воображение в руках, он тускло произнес:

– «Лазерный меч».

Землю сотряс тяжелый вибрирующий звук. Из рук облаченного в «Доспех бедствия» Сильвер Кроу выросли длинные инкарнационные клинки и пронзили схваченную добычу насквозь. Но эти мечи окутывал оверрей не чисто серебряный, а черный, словно бездна космоса.

Даже не в сердце, критической точке, а просто в груди у обоих образовалось по здоровенной дыре. Два дуэльных аватара подбросило вверх остаточным эффектом невероятной боевой мощи этой атаки, и они распались на части уже в воздухе.

Харуюки опустил руки; двухцветные эффекты гибели отражались от его черно-серебристой брони. Взгляд из-под визора уперся в два оставшихся аватара, улепетывающих со всех ног. До них было уже больше ста метров.

Конечно, с помощью крыльев за спиной Харуюки мог догнать их с легкостью. Вместо этого он вытащил из земли меч, слегка подсел и, поместив меч над плечом, отвел до отказа назад.

Острие меча смотрело точно на тех двоих. Силуэты уже выглядели не более чем точками, но – видимо, благодаря пленке, покрывающей поле зрения «Доспеха бедствия», – разрешение оставалось высоким. Хладнокровно высчитав момент, когда двое бегущих окажутся на одной линии, Харуюки…

– «Лазерное копье».

Он произнес название приема и одновременно резко подал правую руку с мечом вперед. Окутывавшая клинок аура тьмы приняла форму острого копья и понеслась вперед. Атакующее движение этого приема было, можно сказать, таким же, как у инкарнационной атаки Черного короля Блэк Лотус «Разящий удар», но Харуюки этого не осознавал – лишь наблюдал за результатом, прищурив глаза.

Два аватара уже исчезали вниз по склону Миямасудзака в конце улицы Мэйдзи, когда инкарнационное копье безжалостно пронзило их обоих. И на этот раз оба аватара, в туловище у которых образовались здоровенные дыры, пробежали еще несколько шагов, словно не заметив, что с ними что-то случилось, и лишь затем пошатнулись и со слабым треском рассыпались, оставив светящиеся спецэффекты гибели.

Медленно положив вернувшийся меч на плечо, Харуюки повернулся к последнему уцелевшему врагу – умеющему разжижаться Олив Грабу.

Ему Харуюки противостоял не впервые. Три дня назад, в понедельник, он и «жрица очистительного огня» Ардор Мэйден провели в боевой зоне Сугинами командный бой. Соперников тогда выбирала она, и так вышло, что в дуэльном списке оказалась пара из Буш Утана и Олив Граба.

Харуюки тогда был совершенно беспомощен против включившего ИСС-кит Утана, но Мэйден победила владевшего такой же темной инкарнацией Олива, оставшись без царапинки. Естественно, там проявилась ее сила – все же она была в первом «Нега Небьюлас» одним из четырех «Элементов», – но дело было не только в этом. Наверняка между ними существовала какая-то фундаментальная «несовместимость».

Не впутывая эмоции в свои холодные мысли, Харуюки приблизился к Оливу; тот, по-прежнему не пытаясь сбежать, молча стоял. Едва ли это означало, что он сохранял спокойствие. Понимал ли он, что Харуюки стал легендарным разрушителем Кром Дизастером, сказать было трудно, но невероятная боевая мощь, мгновенно убившая пятерых его спутников, явно привела его в дикий ужас. Доказательством этому служило то, что все его блестящее оливково-зеленое тело мелко дрожало.

– Быстрее… быстрее…

Эти хриплые слова, видимо, была адресованы его собственной шкале спецатаки. Олив переводил глаза с начавшего медленно приближаться Харуюки на перезаряжающуюся шкалу и обратно.

Острие меча, свисающего с плеча Харуюки, чиркнуло по земле, и почти одновременно Олив выкрикнул:

– «Липид ликвид[2]»!!!

Голос, произнесший название приема, наполовину ушел в фальцет. И его худое тело, издав что-то вроде всплеска, мгновенно расплавилось. Аватар потерял форму, превратился в растекшуюся по земле лужу оливкового цвета. В этом состоянии, по-видимому, на него не действовали никакие физические атаки.

Более того, способность к передвижению у него явно сохранилась: лужа, подобно часто встречающимся в фэнтезийных играх «слаймам», быстро заскользила к одному из стоящих по обе стороны от улицы зданий. Если он укроется в хитросплетениях топографии арены «Демонический город», снова найти его будет трудно.

Однако и на этот раз Харуюки позволил Оливу воспользоваться спецприемом не для того, чтобы тот смог удрать.

В самом центре зелено-коричневой лужи имелась выпуклость. И отлично видно было, что под слоем жидкости там находится черный шар. ИСС-кит. Даже общая способность к разжижению не привела к превращению в жидкость Усиленного вооружения.

К этому положению Харуюки сознательно и подводил.

Не сводя взгляда с удаляющейся склизкими движениями лужи, Харуюки сделал глубокий вдох. Тут же в легких зародилось ощущение, будто их что-то переполняет. Позволив этому ощущению подняться до максимума – он резко выдохнул.

Изо рта брутального шлема вырвался не всего-навсего воздух, а ярко-алое пламя. Способность «Флейм брес[3]».

Видимо, что-то почувствовав, лужа отчаянными движениями попыталась успеть добраться до здания. Однако уйти от пламени, раскаляющего воздух, у нее было без шансов. Едва огненное дыхание настигло лужу, она издала гудящий звук и мгновенно вспыхнула.

Дыхание быстро истончилось и исчезло, но охвативший лужу огонь – нет. Словно она сама была из горючего вещества… Впрочем, никакого «словно». Жидкость, в которую превратился Олив Граб, – не вода, а масло. И Ардор Мэйден он вчистую проиграл именно из-за полнейшей несовместимостью с огнем.

Даже став жидким, Олив вряд ли утратил чувствительность своего тела. Пылающий масляный ком бестолково носился из стороны в сторону. Харуюки уже не один раз испытал на себе в Безграничном нейтральном поле огненное дыхание Судзаку, и ощущение жара было чересчур реальным. Если испытывать его долгое время, боль, наверно, станет нестерпимой.

Однако нынешнего Харуюки страдания врага нисколько не заботили. Наконец, видимо, утратив волю даже дергаться, масло снова растеклось лужей и остановилось. Тогда Харуюки небрежно вытянул руку.

Запустил острые пальцы в горящую массу, нащупал пятисантиметровый шарик и сдавил. Потянул на себя, и с неприятным ощущением, будто рвется множество тонких ниточек, на свет появился красный глаз, почти полностью скрытый под веками, – ИСС-кит.

В Безграничном нейтральном поле обращение с Усиленным вооружением несколько отличается от того, что на обычных дуэльных аренах.

Во-первых, если оно уничтожено, то, даже если владелец умрет и возродится, внешний предмет не восстановится. Чтобы снова им пользоваться, необходимо выйти из поля через портал и снова зайти.

Кроме того, для различных предметов есть возможность «временной кражи», даже если первоначальный владелец жив. Для кражи нужно первому добраться до места, где упал предмет, либо отделить от аватара ту часть, где он крепится. Сейчас Харуюки пытался сделать последнее. Оторвать кит прежде, чем кончатся хит-пойнты у Олив Граба, который весь превратился в жидкость и благодаря огненному дыханию стал совершенно беспомощен. Тогда, с точки зрения системы, владельцем останется Олив, а пользователем станет Харуюки.

Но, разумеется, мысли типа «снарядить кит самому» ему и в голову не приходили.

Его цель была прямо противоположной.

Он уже убедился, что, даже если атаковать дуэльный аватар, снарядивший кит, и если его хит-пойнты обратятся в ноль, сам кит все равно разрушить не удастся. Раз так, нужно сперва разделить аватар и кит, а потом атаковать уже кит.

Злобно ухмыльнувшись под визором, Харуюки с силой сжал правую руку.

Острые как ножи когти вонзились в глаз, как в виниловую поверхность. Глаз тут же распахнулся, ярко-красная радужка мелко задрожала.

Бессильно свисавший из задней части глаза пучок чего-то вроде кровеносных сосудов задергался и, собравшись вместе во что-то вроде сверла, попытался вбуриться в броню правой руки Харуюки. Что, решил бросить прежнего хозяина и начать паразитировать на Харуюки? Вчера вечером во время дуэли с Такуму произошло нечто похожее. Тогда кит с легкостью запустил свои кровеносные сосуды в грудь Сильвер Кроу – вот только массивная броня «Доспеха бедствия» это сверло не пропустила.

– …Бесполезно, – тихо прошептал Харуюки и вложил в правую руку всю силу.

Раздался противный треск чего-то рвущегося, затем странный металлический агонизирующий звук, и ИСС-кит распался на множество мельчайших осколков.

Если ИСС-кит разрушить в Безграничном поле, наверняка что-то произойдет.

Это ожидание оправдалось. Из правой руки в небо выстрелился тонкий красный лучик. Далеко вверху он развернулся на девяносто градусов и полетел горизонтально. Свечение было очень слабым; если бы не усиленное зрение «Зе Дизастера», Харуюки, возможно, вообще бы его не заметил.

И тут же у Олив Граба рядом с ним наконец-то закончились хит-пойнты, и он, вернув себе человеческий облик, рассыпался на части. Но Харуюки, не удостоив его и взглядом, уже развернул крылья за спиной.

Принял позу для взлета, чтобы гнаться за светом, выстреленным из кита, но сначала…

В поле зрения Харуюки попали мерцающие чуть поодаль два маркера смерти. Один травянисто-зеленый, второй пепельно-серый. Убитые шестью обладателями китов Буш Утан и – Эш Роллер.

Он примчался сюда ради того, чтобы выручить этих двоих.

Однако сейчас их приоритет для него стал заметно ниже. Сейчас его переполняла жажда крушить и убивать – расправа над шестью бёрст-линкерами ее нисколько не утолила. Более того – если он останется здесь, то, не исключено, и на Эша с Утаном нападет, когда те воскреснут.

Поэтому Харуюки обратил бурлящую в нем ярость на сам ИСС-кит. Но, не осознавая даже этих движений собственной души, он развернулся всем телом. И бросил через плечо двоим, которые наблюдали за происходящим в «призрачном состоянии»:

– Когда воскреснете… прежде чем воскреснут эти типы, уходите в портал.

Произнеся скрипучим голосом лишь эти слова, Харуюки рывком взлетел с превратившегося в сцену кошмарных убийств перекрестка.

 

Следующая

[1] Cocoa Cracker – (англ.) «какао-хлопушка». Здесь и далее — прим. Ushwood.

[2] Lipid liquid – (англ.) «липидная жидкость».

[3] Flame breath – (англ.) «огненное дыхание».

Leave a Reply

ГЛАВНАЯ | Гарри Поттер | Звездный герб | Звездный флаг | Волчица и пряности | Пустая шкатулка и нулевая Мария | Sword Art Online | Ускоренный мир | Another | Связь сердец | Червь | НАВЕРХ